Сказка о Короле и Лекарке: Сердце под снегом

Глава 1. Тени багряного декабря

Глава 1.

Декабрь в этом году сошел с ума. Вместо того чтобы укрыть Эдельвейс хрустящим белым одеялом, он замер в бесконечной, душной осени. Небо было пронзительно-синим, а клены во дворе больницы стояли такими багряными, словно их облили свежей кровью. Ни ветра, ни снега. Только это странное, магическое тепло, от которого голова шла кругом.

Я стояла на крыльце нашей лечебницы, вглядываясь в закатное солнце. Мои руки пахли уксусом и полынью — сегодня пришлось принять десяток детей из нижнего города с лихорадкой. Бывший муж, мастер Мортен, любил говорить, что я «трачу талант на грязь». Что ж, его «талант» теперь блистал во дворце, поближе к золоту и подальше от чужой боли. А я… я осталась здесь, со своей гордостью и клеймом «разведенки».

— Алира, там дрова привезли! — крикнул старый санитар Ганс. — Сгрузили прямо у ворот, а у меня спину прихватило.

Я вздохнула, поправляя выбившуюся рыжую прядь. В больнице вечно не хватало рук. Мужчины-волонтеры были редкостью: кто-то воевал, кто-то искал удачи на торговых путях.

Я спустилась по ступеням, щурясь от солнца. У ворот действительно стояла телега, а рядом… рядом стоял человек.

Он был высоким. Даже слишком высоким для обычного горожанина. Простой, поношенный плащ не мог скрыть разворота его плеч и какой-то странной, хищной грации. Он не суетился, не заглядывал в лавки. Он просто стоял и смотрел на нашу обшарпанную больницу так, словно видел в ней нечто драгоценное.

— Эй, путник! — крикнула я, стараясь, чтобы голос звучал по-деловому, без тени того любопытства, что вспыхнуло внутри. — У тебя вид человека, которому нечем заняться. А у нас тут гора дров и ни одного здорового мужика в радиусе мили. Поможешь, или так и будешь подпирать забор?

Он медленно обернулся. Я замерла.

Его лицо было… обычным. Темные волосы, спокойные черты. Но глаза… Серые, как предгрозовое небо, они смотрели на меня с такой глубиной и печалью, что у меня на мгновение перехватило дыхание. В них не было похоти, которую я часто видела у заезжих молодчиков, не было жалости. Только усталость и странное, тихое узнавание.

— Помогу, — ответил он. Его голос был низким, глубоким, он словно вибрировал под кожей.

Он подошел к телеге и, не говоря ни слова, подхватил два тяжеленных березовых чурбака. Я видела, как напряглись мышцы на его руках, когда он легко понес их под навес.

— Я Алира, — сказала я, идя следом. Почему-то мне захотелось, чтобы он знал моё имя. — ИО главного лекаря этого… заведения. А ты?

Он на мгновение запнулся, опуская дрова на землю.
— Дэйв, — сказал он, вытирая лоб.

— Дэйв? — я не удержалась от смешка. — Как нашего короля? Скромно. Надеюсь, ты не такой холодный, как его золотое величество.

Дэйв посмотрел на меня, и в уголках его глаз собрались мелкие морщинки. Он улыбнулся. От этой улыбки в груди стало непривычно жарко, жарче, чем от декабрьского солнца.

— А что люди говорят про короля? — спросил он, возвращаясь к телеге.

— Говорят, что он справедлив, но сделан из льда, — я присела на край саней, наблюдая за его работой. — Что он прячется в своем золотом замке и не видит, как его народ задыхается от этой странной осени. Мортен — это мой бывший, он теперь придворный лекарь — говорит, что король никогда не снимает маску. Даже когда спит.

Дэйв остановился, держа в руках очередное полено. Его спина на мгновение напряглась, но он не обернулся.
— Возможно, он просто боится, что без маски его никто не полюбит, Алира.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. В его словах было столько горечи, что мне захотелось подойти и коснуться его плеча. Но я лишь крепче сжала пальцы на сумке с травами.

— Глупости, — отрезала я. — Сильные мужчины не должны бояться. Они должны действовать.

— Иногда самая большая сила — это позволить себе быть слабым, — тихо произнес он.

Он закончил работу быстро, словно и не заметил тяжести. Я предложила ему кружку горячего отвара, и мы присели на пороге. Красные листья клена падали на его плащ, и в этом застывшем багряном мире мы казались единственными живыми существами.

Я смотрела на его руки — мозолистые, сильные, но удивительно аккуратные. Он не был похож на простого работягу. Слишком прямая спина, слишком внимательный взгляд.

— Почему ты здесь, Дэйв? — спросила я, глядя в его серые глаза. — Ты не местный. Я знаю каждого в этом районе.

— Я просто… гуляю, — он посмотрел на заходящее солнце. — Пытаюсь понять, когда же наконец наступит зима.

— Она наступит, — уверенно сказала я. — Когда придет время, всё старое и ненужное сгорит в морозе. Останется только то, что по-настоящему ценно.

Он посмотрел на меня так, словно я только что открыла ему великую тайну.
— Надеюсь, ты права, Алира.

Когда он ушел, растворившись в сумерках, я еще долго стояла на крыльце. В воздухе пахло корицей, сухой листвой и чем-то еще… чем-то, что я давно забыла. Надеждой.

«Всего лишь случайный путник», — сказала я себе, заходя внутрь. Но сердце, которое я так тщательно заперла после развода, почему-то предательски забилось быстрее.