Сладкая иллюзия

Глава 1. Эль

Быть контент-мейкером — неблагодарная работа, я вам так скажу. Каждый второй считает своим долгом сказать тебе, что ты занимаешься какой-то ерундой, что записывать видео для Инстаграма может каждый дурак и лучше бы ты пошёл на смену на фабрику носочно-чулочных изделий. По крайней мере, быть контент-мейкером в моей семье — та ещё радость, потому как ни мама, ни папа не считают моё хобби полезным, а если ты не приносишь пользу обществу — какой от тебя толк? И никого не интересует, что мои работы нравятся людям, и уже несколько местных семейных кафе заказали у меня рекламу для своих социальных сетей.

Малиновый тарт татен — слоги складываются в эротическое словосочетание звуков, прошептав которые, вы почувствуете их сладкий привкус… В открытом браузере мелькнёт рекламное окошко. В очередной раз с грустью рассмотрю прайс курсов профессиональной фотографии. От текста, который я никак не могла закончить, то и дело меня отвлекали сторонние сайты: цены на съём квартир, обучающие курсы, новая фотоаппаратура — всё то, на что у меня катастрофически не хватало денег. Вот уже почти год я пыталась накопить на переезд от родителей, но, словно издеваясь, судьба подкидывала мне разного рода финансовые испытания: разбитая линза на камере, сломанная машина, ещё и пломбу пришлось поменять в прошлом месяце… С тех пор как мне исполнилось 19, родители перестали платить мои экстра-счета, планируя, видимо, вынудить меня заняться другой, более полезной, на их взгляд, работой.

Дверь в комнату распахнётся, как обычно, без стука. Недовольный отец окинет взглядом ноутбук, тёплым дном согревающий мой живот, а затем привычно отметит, что я вновь трачу своё время впустую и лучше бы занялась чем-то полезным: прибралась бы в комнате, к примеру. Проглотив в себе желание закатить глаза, спокойно поинтересуюсь:
— Это всё, что ты хотел сказать?

Он пожуёт губами, вероятно желая добавить ещё какое-нибудь едкое замечание, но Бог будет милостив ко мне сегодня. Развернувшись, Артур двинется вперёд по коридору с мягким ковровым покрытием:
— Мне нужно в офис. Мистер Гриффитс просил завезти ему кое-какие документы, так что ужин на тебе.

Однако, услышав заветные слова, я буду не в силах оставаться на месте, подскочив и кинувшись вслед за отцом:
— Стой! Ты в офис? Можно мне с тобой?

Удивлённый, лишь на мгновение, взгляд.
— Я ненадолго! — смутившись, добавлю, оправдываясь. — Хочу проветриться! Весь день дома сижу!

Мои слова звучат жалко. Ну кому, как не отцу, знать, зачем я постоянно таскаюсь с ним к нему на работу? Это было весьма очевидно. Глупо.
— Ладно, собирайся, — махнёт устало рукой. Второй раз мне предлагать не придётся.

* * *

Дурацкая, детская влюблённость в сына отцовского начальника словно незакрытый гештальт свербела нутро. Мы иногда, очень редко, пересекались в коридоре у кабинета его отца, где стояли высокие шкафы с папками и картинами на стенах. Пару раз даже обмолвились несколькими фразами… И уже, кажется, я прошусь с отцом к нему на работу чисто по привычке, совершенно не надеясь на то, что такой парень, как Леон, обратит на меня внимание. Караулю его в этом здании, как одержимая! А ведь он бывает у отца на работе не так уж и часто. Крайне-крайне редко. Не было его здесь в прошлый раз. И в позапрошлый… Даже отец уже не надеется на то, чтобы породниться с Гриффитсами, а ведь было время, когда он был крайне воодушевлён моим наивным восхищением этим парнем. Кажется, пора с этим завязывать. Да.

Расстроившись собственному решению, в третий раз пытаюсь пропихнуть смятый доллар в автомат с напитками, стоящий у стены с искусственными растениями. Капризная машина отказывалась принимать купюру с оторванным уголком, но на пятый раз — сжалилась и, со скрежетом, проглотила бумагу. За стеклом, перед моим носом, закрутится вентиль, удерживающий диетическую колу на весу. Один оборот. Второй. Тре… На третьем автомат зависнет, так и не выплюнув банку.

— Что за… О, да ты издеваешься!

Раздражённо стукну автомат ладонью, в надежде, что это поможет, но чуда не произойдёт: газировка останется на месте.

— Нужно посильнее. Он часто зависает.

Раздастся над ухом знакомый голос. Негромко, будто желая смутить. Леон окажется позади, в небольшом, слегка освещённом коридоре. Близко. Вслед за моей мужская рука врежется в стенку старой машины сильнее, чем била я. Жалобно скрипнув, автомат докрутит свой незаконченный оборот, выплёвывая в нижний кармашек оплаченный товар, но мне будет уже как-то не до него.

— Не мой день! — пробормочу, оборачиваясь.

Не в силах поверить, что это действительно происходит со мной! Прямо сейчас мужчина моей мечты стоит напротив, на расстоянии меньше чем в шаг от меня, и зовёт меня по имени:
— Давненько не виделись, Эль.

— Да… Спасибо за… — махну у его носа железной баночкой, вцепившись в неё, будто в единственное, что может мне напомнить о реальности происходящего.

Пауза, сплетённая неловкими переглядываниями. Когда-нибудь она должна была закончиться, и, решив выступить инициатором, несмело пробормочу:
— Ну, я пойду!

Однако сегодня был, кажется, тот самый день в году, когда все мои желания, что я загадывала на день рождения, задувая свечки, исполнятся, и Лео не даст мне уйти, перехватив за руку:
— Послушай, я хотел спросить… У тебя есть парень?

* * *

— …Стой, погоди, повтори! Что он сказал тебе дословно?!

— Я не шучу, Крис! Он спросил, есть ли у меня парень, а потом сказал: «Если ты свободная, перекусим где-нибудь? У меня есть к тебе предложение!» — взволнованно, шёпотом, будто боясь, что меня услышат, пересказываю подруге случившееся буквально двадцать минут назад.

До того, как я оказалась за столиком очаровательной кофейни с мягкими креслами и большими окнами, через которые проникал дневной свет, в которой, судя по вывеске, готовили вкусные блинчики и подавали чизкейки на обед. Не самое романтичное место для первого свидания, конечно… И всё же лучше, чем офисное помещение, забитое суетливыми людьми!

Глава 1. Лео

— Вот сука! — не могу сдержать эмоций, когда получаю сообщение от Джил, в котором она в красках рассказывает мне о том, что я мудак и почему она решила собрать свои вещи и свалить из моей квартиры и из моей жизни в том числе. Расставаться по СМС — что может быть глупее? Я всегда был о ней лучшего мнения и думал, что, если она и решит разорвать отношения, то сделает это как-то более… утончённо, что ли. Разочарование. Наверное, именно это я и чувствовал. Разочарование от того, что впустую потратил несколько последних лет, считая, что вроде бы остепенился и нашёл ту, с которой проведу всю свою жизнь. Разочарование от того, как тупо, по итогу, всё кончилось. Разочарование из-за слетающей брони на заказанный на сегодняшний вечер столик в ресторане, где, как мне думалось, мы сможем решить наши проблемы. Я уверен, что мы смогли бы, но нужно ли нам это было?

Она напишет о том, что холод моей постели, как и меня самого, совершенно не в состоянии её согреть, и ей кажется, что я вряд ли смогу осчастливить хотя бы какую-то девушку таким отношением к отношениям.

Простите за тавтологию.

Я перечитаю это предложение несколько раз — может быть, чего-то не понял? Что именно показалось ей холодным? Шёлковые простыни, которые она сама притащила в мою квартиру и на которых, мать твою, совершенно невозможно спать, или то, что каждый раз после секса я не то чтобы в настроении обсуждать нашу дальнейшую жизнь и выбирать имена будущим детям? В таком случае у меня для неё плохие новости…
«Надеюсь, ты найдёшь себе девушку, с которой будешь счастлив, если ты вообще когда-нибудь бываешь счастлив». Именно этим прерывается её полотно унижений, и, знаете, мне даже нечего ей сказать. Несколько раз начинаю ей отвечать, пишу сообщение и стираю его, решив, что оно звучит словно оправдание. И в конце концов не нахожу ничего лучше, кроме как короткого: «Я найду такую прямо сегодня. Не сомневайся». На ответ я не надеюсь и не жду. Ничего хорошего мы друг другу явно не скажем, но, несмотря на это осознание, в груди свербит недосказанность и желание отомстить…

* * *

Отец попросит заехать к нему в офис, чтобы решить некоторые проблемы с подрядчиками, которые свалились на него словно снег на голову. Я уверен, что в нашей фирме достаточно людей, которые могут с этим справиться, и его желание видеть меня — не что иное, как способ привлечь интерес к семейному делу. Пожалуй, он не совсем хорошо понимал, что делать это нужно было чуть раньше, а не тогда, когда я уже понял, что деньги капают мне на карту вне зависимости от того, как хорошо я разбираюсь в некоторых нюансах его крупного бизнеса, и так будет всегда. Но я хороший сын и не откажу ему: скажу, что буду на месте через полчаса, и, прежде чем сесть в машину, заскочу в симпатичную кофейню рядом с домом, чтобы перекинуться несколькими комплиментами с официанткой и взять себе айс-латте. То, что нужно в сегодняшний жаркий, во всех смыслах, день.

* * *

Решать рабочие вопросы, когда в твоём распоряжении целая команда умных, сообразительных и шустрых людей, — просто. Раздать указания не занимает слишком много времени, и, освободившись уже через несколько часов, я спущусь вниз, к автоматам с напитками, чтобы… Чтобы что? Пить мне не хотелось, есть — тем более. Скорее, нужно было отвлечься от постоянных мыслей о неприятном начале дня хотя бы чем-то, и тот факт, что обычно около автоматов тусуется больший процент таких же бездельников, как и я, даёт надежду на какую-нибудь приятную встречу, которая отвлечёт от неприятных мыслей. На удивление, так и случилось.

Невысокая хрупкая девушка вела неравный бой с автоматом с напитками. Я знал её. Не так уж и хорошо, но был в курсе, что Эль — дочь кого-то из сотрудников, и в целом, знаете, она казалась мне достаточно милой девушкой. То, как она краснела и опускала глаза при моём появлении, наталкивало на некоторые мысли и, сказать честно, мне льстила эта какая-то детская, как мне казалось, влюблённость. И те мысли, которые появились у меня, как только я её заметил, наверное, были отвратительными, нечестными, я бы даже сказал — подлыми по отношению к ней, но…

— Нужно посильнее. Он часто зависает.

Я окажусь рядом быстро. Хватит нескольких крупных шагов, чтобы остановиться позади девушки и помочь ей с её проблемой. С глухим стуком банка с напитком упадёт внутри автомата, и, подобрав её, Эль наконец обернётся, чтобы снова покраснеть.

— Да… спасибо за… — перед моим носом промелькнёт банка с содовой. — Ну, я пойду!

Все те секунд пятнадцать, которые у меня ушли на то, чтобы добиться-таки честно оплаченной покупки у автомата-обманщика, я пытаюсь отговорить себя от этой авантюры. Ничего хорошего не выйдет из того, что я обижу милую девочку, которая зачем-то постоянно таскается в офис со своим отцом. Но если я сразу скажу ей правду? Уточню, что именно мне от неё нужно? Чтобы не давать никаких лишних надежд?

Она сделает шаг в сторону, но я не дам ей уйти далеко, перехватив за локоть.

— Послушай, я хотел спросить… у тебя есть парень?

* * *

Девушка взволнована, и это проглядывается во всём: в каждой её слегка нервной улыбке, в резком движении руки, которым она поправляет волосы. Я не могу не отметить и то, что Эль как-то внезапно выросла, и либо я не то чтобы уделял внимание её внешности, либо она стала настолько женственной и соблазнительной в одночасье. Думаю, крутись мы в одних кругах, я бы не упустил возможности познакомиться с ней получше…

— Заказала что-нибудь? — спрошу вместо того, чтобы сразу перейти к делу.

Она перечислит мне заказанное, поинтересуется, ем ли я и пью что-то из этого, и, кивнув, кажется, успокою её. Это радовало — лишних нервов с её стороны мне было не нужно. И наконец, когда с дружеской пустой болтовнёй будет покончено, я перейду к делу.

— Знаешь, у меня к тебе необычная просьба…

Глава 2. Эль

Я представляла этот момент себе тысячи и тысячи раз! В конце концов, почему бы и нет? Я не была страшной. Вполне реально было бы понравиться любому желанному мне парню, в том числе и Леону. Да, наша семья не была столь богата, но мы крепко стояли на ногах в сегменте людей со средним достатком. Разве стало бы это проблемой, дай он мне хотя бы маленький шанс?

В моих мечтах мы проводим чудесный вечер за ужином. Он провожает меня домой, и после парочки комплиментов наконец случится наш первый поцелуй — сдержанный, но решительный. С привкусом сигарет, которые он постоянно курит на первом этаже под табличкой с надписью «Курение запрещено». После поцелуя я робко признаюсь, что давно об этом мечтала — так, по моему сценарию, начинались бы наши отношения.

Но сегодня был день, в котором всем моим детским, наивным мечтам суждено было разбиться, столкнувшись с несправедливой реальностью: такому, как Леон Гриффитс, я была неинтересна в качестве любовного увлечения. Такая, как я, была лишь неинтересным объектом для манипуляций какой-то другой девушкой. Догадаюсь я о мотивах его предложения после фразы: «Ты можешь заставить ревновать кого угодно».

— Знаешь… это всё здорово, но… я даже не знаю…

Проглотив ком обиды, мысленно поблагодарю свою невероятно нетерпеливую подругу, которая решит напомнить о себе входящим звонком.

— Мне правда надо идти! Я подумаю, окей?

Парень не станет больше настаивать или удерживать меня. Сунув на прощание мне в руку визитку, попросит написать о своём решении в ближайшее время.

* * *

Нахмурившись после моего рассказа, Кристин несколько раз попытается высказаться по поводу услышанного, но каждая её попытка будет прервана её же собственным неловким молчанием:

— А он…

Подруга задумается. Передумает договаривать, начнёт другое:

— И ты…

Но не закончит и эту фразу.

Моя близкая подруга, как никто другой, понимала всю трагедию случившегося — полный крах всех моих наивных ожиданий понравиться этому парню.

— А может… — словно определившись, она наконец договорит. — Тебе стоит согласиться? Деньги хорошие. И за что? За то, что ты потусуешься немного в компании богатых снобов! Подзаработаешь — съедешь от родителей!

Вслух прозвучит то, про что я и сама, признаться, думала. И всё же:

— Тебе не кажется, что это слишком? Я хочу сказать… притворяться! Он ведь мне так давно нравится!

Слова встанут поперёк горла, и, будто пытаясь привыкнуть к новой реальности, я сама себя поправлю:

— Нравился.

Скептически приподнятая бровь — Крис ничего не скажет, лишь глубоко вздохнёт. И всё же перспектива съехать из отчего дома как можно скорее прельщала и манила, будто сладкий мёд. Крис заметит мои метания и добавит, будто подведя черту:

— Ты же любишь всякие творческие, неординарные задачи. Отнесись к этому как к новому проекту! Кстати о проектах.

Никогда не сосредотачиваясь на чём-то слишком долго, моментально переключившись, девушка достанет из сумки фотографии свежей выпечки — их продавали в их семейном магазинчике.

— Мама просила тебя приехать снять промо для наших новых пончиков! Прошлый пост набрал много лайков, и вафельные трубочки теперь продаются лучше всего…

* * *

«Это Эль. Я согласна. Но нужно будет обсудить все финансовые нюансы».

Перечитав пару раз своё СМС, отправлю его глубокой ночью, но получу ответную реакцию моментально:

«Отлично. Давай завтра у меня. В обед. Я заеду».

Однако идея объясняться перед отцом не казалась мне такой уж и отличной. Ему-то что я скажу по поводу того, что сын его начальника ошивается у нашего дома? Нет. Будет лучше, если о том, что мы «встречаемся», он узнает уже после того, как мы «расстанемся».

«Я доберусь сама. Скидывай адрес».

Машина въедет на территорию жилого комплекса под пристальным взглядом охранника. Он строго поинтересуется, к кому я приехала, и лишь после того, как убедится, что меня ждут, позволит оставить на парковке машину и пройти к лифту.

* * *

У меня были догадки о том, что Гриффитс был далёк от реальных представлений о том, как нелегко людям достаются деньги. Его предложение платить мне тысячу за фото было тому подтверждением. Поэтому, аккуратно присев на край роскошного дивана в его гостиной, я открою заметки:

— Я составила прайс согласно тому, что мы можем делать как парочка на публике.

На удивлённо приподнятую бровь устало отвечу:

— Никто никому не платит тысячу за фото в Инстаграме! Это абсурд! Я не буду брать с тебя такие деньги за это!

Некоторое время мы проведём, вычитывая пункты моего списка, в конце чего он, усмехнувшись, поинтересуется:

— От кого у тебя эта деловая жилка?

— Не от отца.

Его позабавит мой ответ, но, взглянув на часы, парень быстро переведёт тему, воодушевлённо сказав:

— Что ж… мы вовремя закончили, она как раз сейчас должна подойти!

Однако, не разделив его воодушевлённую радость, я, заикнувшись, переспрошу:

— К… кто?

— Моя бывшая, за своими вещами. Не стоит переживать: сделаешь вид, будто мы мило проводили время…

Нас прервёт телефонный звонок, и пока Лео будет с кем-то негромко о чём-то спорить, у меня будет время хорошенько рассмотреть окружающую меня обстановку: дорогую мебель, фотографии на стенах, засохший цветок в углу…

— Блядь, она опять посралась с охранником на входе. Пойду спущусь — это может быть надолго. Сделаешь вид, будто удивлена, что я вернулся не один, окей?

Дав короткую инструкцию, схватив ключи, парень выскочит из квартиры, оставив меня наедине со всей этой роскошью. Бледным, чужеродным пятном на теле хорошо обставленного помещения.

Глава 2. Лео

К вечеру я подумаю о том, что получить её отказ будет даже лучше. Она мне нравилась, правда. Миленькая вроде бы: смущается постоянно, краснеет, стоит мне улыбнуться и посмотреть на неё чуть пристальнее, чем обычно. А что, если что-то пойдёт не так? Мне бы не хотелось её обижать.

Додуматься до того, что я могу обидеть её одним только предложением подобных «отношений», я был не в состоянии — а точнее, не хотел, поэтому эту мысль отбрасывал от себя подальше. Подумаю об этом завтра, как любила говорить одна из главных героинь небезызвестного классического произведения.

Однако, вопреки всему, получив её смс уже глубокой ночью, я совсем не удивлюсь тому, что она согласилась. Будь я на её месте, я бы тоже согласился. Неважно, как крепко человек стоит на ногах — для девушки, которая живёт с родителями, наверняка важно иметь какие‑то собственные сбережения. Пусть они и не помогут встать на ноги окончательно и бесповоротно, но дадут хоть какой‑то толчок.

Я напишу ей, что заеду за ней вечером, но в ответ получу отказ. Она приедет сама. Окей. Кто я такой, чтобы спорить с этими очаровательными капризами?

* * *

Звонок с ресепшена не станет для меня сюрпризом. Я ждал Эль и предполагал, что незнакомого человека не захотят просто так впустить внутрь. Подтвердив, что она действительно ко мне, я заранее открою дверь.

Когда лифт мягко остановится на нужном этаже и двери разъедутся в стороны, я встречу девушку с улыбкой, стараясь приободрить. Коридор был залит тёплым приглушённым светом, пахло чистотой и дорогим кондиционером для воздуха.

— Я составила прайс согласно тому, что мы можем делать как парочка на публике, — начнёт она деловым тоном.

Заметив удивление на моём лице, она тут же поторопится объясниться:

— Никто никому не платит тысячу за фото в Инстаграме! Это абсурд. Я не буду брать с тебя такие деньги за это!

Я не стану спорить, возьму из её рук бумаги и бегло пробегусь по ним взглядом. Некоторые нюансы заставят меня улыбнуться, но в целом всё было составлено достаточно неплохо — для юридически неподкованного человека.

— От кого у тебя эта деловая жилка?

Она скажет про отца. Это меня насмешит, но дальше тянуть я не буду.

— Что ж… Мы вовремя закончили. Она как раз сейчас должна подойти.

Эль начала ставить мне условия слишком рано — я даже не успел предупредить её о том, что сегодняшний визит уже будет частью нашей задуманной игры.

* * *

Короткая перепалка по телефону — я был к этому готов. Боже, и когда Джилл успела стать такой скандальной? Либо мои розовые очки стирали грани добра и зла в этой девушке, либо она была права, и моего отношения к ней было недостаточно, чтобы она оставалась такой же, как в начале. В любом случае, Джилл успела нахамить охране, и её категорически отказывались пропускать внутрь. Возможно, ещё и потому, что я просил звонить мне каждый раз, когда она окажется на пороге дома.

— Блядь, она опять посралась с охранником на входе. Пойду спущусь — это может быть надолго. Сделаешь вид, будто удивлена, что я вернулся не один, окей?

Я торопливо схвачу ключи и выйду за дверь, морально готовясь к неприятной встрече и в очередной раз задаваясь вопросом: зачем мне это нужно? Чтобы проучить нерадивую? Доказать ей, что без неё со мной не случится ровным счётом ничего? Пожалуй.

Наверное, на сеансе какой‑нибудь психолог обязательно сказал бы мне, что всё это из‑за того, что в детстве родители уделяли мне недостаточно внимания. Если послушать психологов, все наши проблемы идут от родителей. Возможно, они правы, и я хочу сделать той девушке больно лишь потому, что однажды вместо пони мне подарили игровую приставку.

* * *

— Какого хуя я должна унижаться перед ними и просить, чтобы меня пропустили? Нехер делать вид, что видишь меня впервые!

Мне придётся буквально уводить её от опешившего охранника.

— Нужно было сразу позвонить мне, — стараюсь говорить спокойно, чтобы не вызвать новую волну гнева.

— Как я тебе позвоню?! Я удалила твой номер, придурок!

Она пихнёт меня в грудь, вырвет из ладони свой локоть. Я сожму губы и сделаю несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

— Так, может быть, хоть раз в жизни стоило подумать своей головой и не удалять номер, пока не заберёшь всё своё дерьмо из моей квартиры, истеричка?

Пожалуй, будь лифт менее скоростным, она бы вцепилась своими нарощенными ногтями мне прямо в лицо. Но мне повезло. Звуковой сигнал оповестит о том, что мы добрались до нужного этажа. Развернувшись на каблуках, девушка торопливо выйдет из лифта и уверенным шагом направится к квартире.

Дверь откроется, мы войдём внутрь, продолжая переругиваться. Просторная гостиная утонет в мягком свете торшеров. Я ожидаю, что Джилл удивится, заметив в комнате незнакомую девушку, но совершенно не готов к тому, что Эль заставит удивиться и меня.

Перед нашими глазами предстанет полураздетая молодая красотка. Моя рубашка еле‑еле прикрывает её аппетитные ягодицы, стройные ноги совершенно голые. Честно сказать, я не сразу прикажу себе закрыть рот — то ли от удивления, то ли от восхищения не только её фигурой, но и тем, что она до такого додумалась.

— Здравствуйте! Лео не сказал, что вернётся не один!

Милая, невинная девочка. Кажется, до этого момента я в полной мере даже не осознавал, насколько представительницы прекрасного пола могут быть коварными. Это вызывало восхищение, и, наверное, поэтому взгляд, которым я проводил Эль до ванной, был совершенно искренним, ни капли не наигранным.

И это взбесило Джилл. По‑настоящему.

Она сначала рванёт в сторону ванной, но я перехвачу её за руку. Тогда, развернувшись ко мне, она схватит первое, что попадётся под руку — железную статуэтку, небольшую, но достаточно тяжёлую, — и швырнёт её в мою сторону. Увернуться удастся в самый последний момент.