Слаще меда

Пасека

— Да пропади все пропадом! — Арина со злостью пнула покачивающуюся на ветру головку дикого мака. Из-под лепестков несчастного цветка, сердито гудя, вылетел толстый полосатый шмель и тут же нырнул в соседний цветок.

Солнце пекло просто немилосердно, жесткие стебли травы путались под ногами, запах луговых цветов кружил голову, но она упрямо шагала вперед, пытаясь справиться со жгущей душу обидой. Ее внезапное решение провести отпуск в деревне у бабули больше походило на побег. Ну и пусть! Пусть думают что хотят. А ей просто нужно провести несколько дней в тишине и понять, что она опять сделала не так.

У самого ее носа с деловитым жужжанием пролетела пчела и направилась к виднеющимся невдалеке домикам пасеки. И она была не единственная. Только сейчас Арина обратила внимание, что трава вокруг нее гудит и копошится сотнями маленьких полосатых тел. Наверное, не самое подходящее место для прогулок она выбрала.

Арина попятилась, замечая вокруг себя все больше и больше насекомых. Пока пчелы не обращали на нее внимания, занимаясь своими пчелиными делами. Но такое соседство все равно внушало опасения. От бабули она слышала, что пчелы могут зажалить до смерти, если их рассердить. И чего ее сюда понесло?

Арина несколько раз оглянулась, пытаясь понять, откуда она сюда забрела. Но вокруг, насколько хватало глаз, протиралось пестрое, гудящее на разные лады разнотравье. Ничего себе прогулялась! Поглощенная мыслями о том, как подло обошлась с ней лучшая подруга, она сама не заметила, как ноги принесли ее туда, куда бабуля строго наказывала не ходить. А теперь надо как-то выбираться.

Осторожно ступая между стеблями травы и вздрагивая каждый раз, когда с цветков, примятых ногой, с недовольным жужжанием поднималась пчела и начинала кружить над головой, Арина побрела в том направлении, где ей казалось, должна быть бабулина деревня.

Но мысли все равно упрямо возвращались к Лене и Вадиму. И зачем она взяла подругу на свидание? Испугалась остаться с парнем, который нравился ей до мурашек, наедине. Думала, что рядом с лучшей подругой сможет быть смелее, раскованнее. Дура! За первым свиданием незаметно пролетели второе, третье и четвертое. И каждый раз втроем. А вчера ей ненавязчиво сообщили: именно она, а не Ленка, здесь третий лишний. Оказалось, что Вадим и Ленка давно уже встречаются без нее. И не только встречаются… А она… Какая же она дура!

— Ой! — последний возглас вырвался у нее вслух. Увлекшись своими мыслями, она опять брела, не разбирая дороги, и споткнулась о… человеческую ногу.

— Кто здесь? — испуганно прошептала она, отступая от лежащей в густой траве босой ноги, явно принадлежавшей мужчине. Все остальное было скрыто за плотно переплетенными стеблями и колосками.

Нога пошевелилась и втянулась в траву, а затем стебли раздвинулись и между ними показалось заспанное лицо парня. Очень, кстати, симпатичного парня.

— Тут я, — оповестил он Арину, заразительно зевая. — А ты кого искала?

В его лохматых чуть вьющихся золотистых волосах запутались травинки, что придавало ему немного бестолковый вид. Может быть, от этого, испуг растаял без следа.

— Н-никого, — промямлила Арина смутившись. Как всегда в компании парня, ее охватила робость. Поэтому она в тот раз и попросила Ленку сходить на свидание вместе с ней. Ленка никогда не робела и могла заполнить кокетливой болтовней вот такие неловкие паузы.

Но этого парня, похоже, ее растерянность нисколько не напрягала. Он с интересом рассматривал ее большими светло-карими глазами, в свете солнца отливающими чистым золотом.

— Ну… я пойду? — неловко повела плечами Арина, так и не придумав, что ему еще сказать.

— Иди, — легко согласился он, сладко потягиваясь. Только сейчас Арина заметила, что он спал в траве совершенно голый. И тело у него… надо сказать… Вадиму до такой фигуры было далеко.

— А почему ты… хм… не одет? — решилась все-таки она задать вопрос. — Может быть, тебе нужна помощь?

— Я похож на того, кому нужна помощь? — задорно рассмеялся он, блеснув белозубой улыбкой на полуденном солнце, и вскочил на ноги. Арина поспешно отвела взгляд в сторону. Парень оказался не только хорошо сложен, но и высок, выше ее на целую голову.

— Я Йоль, — представился он, отряхивая бока от прилипших травинок. — А ты?

— Я Арина, — проговорила она, все еще смущенно глядя в сторону на колышущиеся под полуденным зноем полевые цветы и на снующих между ними пчел.

— Ай-ринн, — услышала она томный шепот у самого своего уха. Когда только успел приблизиться? Арина ошарашенно отпрянула, но запуталась ногой в высоких колосках и больно шлепнулась прямо на попу.

— Рад знакомству, — паршивец стоял над ней во всей красе и лучезарно лыбился, явно довольный своей выходкой.

— Да кто ты вообще такой? — обозлилась Арина, вскакивая на ноги и потирая ушибленное место. — Расхаживаешь тут голышом, пугаешь приличных людей!

— Не расхаживаю, а отдыхаю в тенечке, — наставительно поднял он палец, но сощуренные золотистые глаза все еще смеялись. И злиться на него сразу расхотелось. — А вот ты бродишь там, где не положено. Разве тебе не говорили, чтобы ты держалась от пасеки подальше?

На это Арине ответить было нечего. Бабуля действительно предупреждала ее, чтобы она не ходила на этот луг.

— А сам-то? — надулась она. — Даже без этой… как ее… ну с сеткой одежда.

Она хоть и была городская, но про пчеловодство кое-что знала. Дед, пока был жив, сам держал пасеку, и в шкафу до сих пор бережно хранилась его шляпа с широкими полями и сеткой до самой груди.

— А мне не надо. Меня не ужалят, — беспечно отмахнулся Йоль. А затем вдруг резко выкинул руку вперед и коснулся пальцами шеи Арины. От неожиданности Арина застыла с широко распахнутыми глазами. Но парень лишь бережно снял с ее кожи маленькую пчелку, а затем отвел в сторону руку и раскрыл пальцы. Пчелка, возмущенно жужжа, улетела.

— Тебя тоже не ужалят, не бойся их, — пояснил он удивленной девушке. — Они думают, что ты цветок. Необычный очень цветок. Вкусно пахнешь.

До завтра

— Где была? — подозрительно сощурилась бабуля, едва Арина перешагнула порог.

— Да, так… Гуляла, — рассеянно отозвалась она и упала на кровать, раскинув руки. Странный парень не выходил из головы, напрочь вытеснив оттуда ветреного Вадима и коварную Ленку. И имя какое-то интересное. Йоль. Прозвище, может быть?

По дороге домой она со стыдом вспомнила значение слова «трутень». Бабуля всегда пренебрежительно называла так недостаточно работящих, на ее взгляд, мужчин. А дед, наоборот, очень уважительно отзывался о пчелиных «мальчиках».

«Хоть сами они мед не добывают, а большое дело делают для приумножения пчелиной семьи, — говорил он. — Не бывать пасеке без трутней».

Интересно, почему Йоль сам себя так назвал? Может, потому, что бездельничает и прячется от работы на лугу за пасекой?

— Есть иди, голодная небось, — позвала бабуля, выставляя на стол блюдо с горячими еще блинами и доставая из старенького буфета баночку с медом, повязанную по старинке сложенной марлей вместо крышки.

Арина неохотно поднялась с кровати, уселась на табуретку и исподлобья взглянула на бабулю, хлопочущую у плиты.

— Бабуль, а ты знаешь, наверное… Парень здесь есть, светловолосый такой, конопатый… — задумчиво проговорила Арина, сама еще не зная, что именно хочет узнать.

— Нет тут таких, — оборвала ее бабуля, бросив через плечо настороженный взгляд. — Деревенские парни все чернявые. Так где, говоришь, ходила?

— На пасеку забрела случайно, — задумчиво ответила Арина, медленно помешивая мед ложечкой. Если он не отсюда, то откуда? Патрушки в тридцати километрах отсюда. А Березовка и того дальше. Мед был прозрачный, золотистый, точь-в-точь как глаза загадочного незнакомца.

— Говорила я тебе, не ходи на луг за пасекой. Недоброе там место, — снова заворчала бабуля, усаживаясь напротив и принимаясь смазывать блины сливочным маслом и складывать их конвертиками.

— Да ладно тебе, бабуля, — отмахнулась Арина. Место там, видите ли, недоброе. — Ты еще у нас в городе не была, там после заката каждая подворотня «недобрая». А что может быть недоброго на лугу в ясный солнечный день?

Это она лукавила немножко. Все-таки незнакомый голый парень на безлюдном лугу должен был вызвать опасение. Но ничего же не случилось? И парень оказался нормальным. Ну, почти.

На следующий день Арина достала свою косметичку и долго колдовала перед зеркалом, пытаясь придать себе вид холодной неприступной красавицы. Но природу не обманешь, и на нее из зеркала по-прежнему смотрела простоватая непримечательная девчонка. Которая к тому же выглядела моложе своих лет.

«Потому Вадим и выбрал Ленку, — с досадой заключила она, с отвращением глядя в зеркало. — Разве может кому-то понравиться такое?»

Такое смотрело на нее из зеркала зелеными, как крыжовник, глазами, морщило и без того короткий вздернутый нос и кривило тонкие бледные губы, с поджившими, но еще заметными ранками от укусов. Была у нее такая привычка — кусать собственные губы до крови, когда волнуется.

К счастью, бабуля хлопотала в огороде и не видела ее экспериментов. А то непременно бы спросила со свойственной ее возрасту прямотой: «Куда это ты так расфуфырилась?»

— Куда-куда… — проворчала Арина сама себе, сердито стирая неудавшийся макияж. — На кудыкину гору воровать помидоры.

«Не пойду», — твердо решила она про себя. Незачем. Он ведь даже не звал. Так, спросил просто. Приду или нет.

День тянулся мучительно медленно. Раскаленное солнце словно гвоздями приколотили к небосводу, и оно зависло в зените, щедро поливая землю своим жаром. Лениво жужжали мухи, перелетая с буфета на стол, со стола на комод, с комода опять на буфет.

«Надо бы прогуляться, — подумала Арина, откладывая книгу, из которой все равно не запомнила ни строчки. — На луг не пойду. Просто прогуляюсь. Отпуск у меня или что?»

С этими мыслями она вышла из дома и побрела в противоположную от пасеки сторону.

Но через полчаса ноги все равно неведомым образом вынесли ее на знакомый луг. Со вчерашнего дня здесь ничего не изменилось. Все так же пекло солнце, одуряюще пахло травами и жужжали пчелы. Вот только, кроме пчел, здесь никого больше не было.

Она ощутила это так остро, что закололо в груди. А чего она ожидала? Что он будет ждать ее здесь, на жаре? Они ведь даже о времени встречи не договаривались. Вот дура-то!

— Ай-ринн, — тихий шепот так неожиданно прозвучал прямо над ухом, что Арина чуть не подпрыгнула на месте. И в то же мгновение на плечи опустились две большие горячие ладони. — Ты пришла!

— А...а ты? Неужели меня ждал? — нервно выкрикнула она, отскакивая и одновременно разворачиваясь лицом к Йолю, подкравшемуся со спины.

Он снисходительно ухмылялся, глядя на нее сверху вниз. Парень снова выглядел довольным тем, что удалось застать ее врасплох. И снова был совершенно гол.

Арина открыла рот, намереваясь отчитать его за то, что так пугает, но он вдруг поднял руку и положил кончики пальцев прямо ей на губы. Арина так и застыла с открытым ртом, вытаращив глаза.

— Тс-с-с, — прошептал он, лукаво сощурившись. — Не кричи так — пчел напугаешь. Они не любят громких звуков.

Его пальцы были теплыми и мягкими, и так сладко пахли медом, будто он только что работал с сотами, извлекая из них мед. Арина медленно сомкнула губы и легко кивнула, все еще пытаясь прийти в себя от этого интимного прикосновения.

— Ну, чем сегодня займемся? — весело поинтересовался Йоль, убирая руку.

— А-а… вчера мы чем занимались? — невпопад проблеяла Арина, все еще находясь под впечатлением от его прикосновения.

— Знакомились, — с готовностью отозвался парень. — А сегодня мы уже знакомы, Ай-ринн. Поэтому можем заняться чем-нибудь поинтереснее.

Он как-то необычно произносил ее имя, с придыханием в середине, растягивая «н» и глотая последнюю «а». Но звучало, надо сказать, приятно. Нет, не так. Волнующе. Никто ее раньше так не называл. Ай-ринн. Так могли бы звать какую-нибудь эльфийскую принцессу, а не ее.