Следствие ведет гувернантка. История 5 Осиное гнездо

Глава 1

— Итак… — Взгляд Уве скользнул по моему лицу. – Значит, Хельга?

Я коротко кивнула.

— Хельга Вагнер, господин барон, к вашим услугам, — ответила спокойно и вампир улыбнулся. Я подумала, что больше нет смысла скрываться под чужим именем. Теперь все всё знают. Юному маркграфу я открыла правду сразу после наших утренних занятий, объяснив все о себе. К удивлению, Штефан принял правду благосклонно, лишь с не совсем детской серьезностью попрекнул меня в недоверии.

— Я бы вас ни за что не выдал, госпожа Вандермер, — заявил он и тут же поправил себя, — то есть, госпожа Вагнер.

— Знаю, — ответила мальчику честно. С детьми вообще всегда следует стараться быть честными. Они каким-то внутренним чутьем чувствуют малейшую ложь. – Просто обстоятельства складывались так, что я должна была молчать.

— Выходит, вы вовсе не гувернантка, — продолжил Штефан.

— Нет. Но если ты не имеешь ничего против, могу и дальше обучать тебя. Господин граф дал на это разрешение, конечно, с тем учетом, что ты выскажешь свое мнение, — ответила я.

Штефан лишь сделал вид, что призадумался, а затем довольно кивнул и улыбнулся.

— Так даже лучше, — признался маркграф. – Все эти гувернантки… — Он пожал плечами. – Они совсем другие. Чопорные. Холодные. Слишком умные. Точнее, стараются сделать вид, что слишком умные. Наверное, думают, что от этого самого вида может зависеть их жалование.

— Боюсь, не могу оспорить твое мнение. У меня никогда не было гувернанток. – Я вернула мальчику улыбку, радуясь, что все прошло так гладко. Более того, у меня словно камень с души упал теперь, когда можно перестать играть чужую роль. Когда можно снова стать собой.

По приказу его величества кайзера, Рихтер не имел права претендовать на меня, как на свою ученицу. Он даже подойти ко мне теперь не мог.

Не уверена, что это поможет. Рихтер не смирится, и мне по-прежнему следует ходить и оглядываться, хотя я предполагала, что первое время Вайнс не станет рисковать и вызывать гнев кайзера.

— Жаль, что вы не доверились мне, госпожа Вагнер, — произнес фон Дитрих, и я вскинула взгляд, прогнав воспоминания. Вампир выглядел немного обиженным. – Мне казалось, я достоин вашего доверия.

— Конечно. – Поднявшись со стула, я пересекла кабинет графа и осторожно выглянула во двор, туда, где стояла знакомая, пугающая карета.

Уве проследовал за мной. Встал рядом, хмуро взирая на Ирму Бергман. Колдунья протянула что-то дворецкому, но прежде, чем уйти и сесть в экипаж, резко вскинула голову, безошибочно отыскав меня взглядом.

— Что она здесь делает? – в голосе фон Дитриха прозвучала откровенная и неприкрытая злость.

— Полагаю, привезла деньги. – Я выдержала взгляд Ирмы и проследила, как она, забравшись в салон, захлопнула за собой дверцу не дождавшись, когда это сделает кучер.

— Это то, о чем я думаю? – предположил барон.

— Скоро узнаем. Дворецкий, наверняка, уже направляется в дом, и мы можем спросить у него, — сказала я. – Или дождемся возвращения его светлости из дворца.

Уве кивнул и отошел от окна.

— И все же, о чем вы хотели поговорить со мной, госпожа Вагнер, — спросил он.

— Я дала себе обещание, что, когда все закончится с фрейлиной Маргаретой, попытаюсь помочь вам? – ответила спокойно. – Какое-то время Рихтер заляжет на дно. Он не дурак и не пойдет против самого кайзера. Так что поговорим о Мадлен? – Я выразительно посмотрела в глаза вампира.

Он несколько секунд молчал, затем криво усмехнулся.

— Госпожа Вагнер, не уверен, что имею право впутывать вас в свои проблемы. Более того, я не хочу делать этого.

— Но я действительно могу помочь. Там в деревне мы бы не справились, если бы не противостояли нежити вместе, — заметила с нажимом.

— Это так завуалированно вы намекаете, что мне одному не одолеть Мадлен? – уточнил мой собеседник.

— Я просто прошу вас рассказать мне о Мадлен. Я знаю, что вас обратили против вашей воли. Что вы мужественно держитесь и питаетесь исключительно кровью животных. Подобная сила воли достойна уважения. – Я выдержала паузу, чтобы сделать акцент на следующей фразе. – И я предлагаю вам свою помощь, потому что, действительно, могу помочь.

Уве отошел к креслу, присел и, вытянув длинные ноги, облокотился на подлокотник, изучая меня потемневшим взглядом. Его губы улыбались, но глаза… Глаза вампира оставались серьезны.

— Хорошо, — согласился он и жестом пригласил меня занять кресло напротив. – Давайте поговорим.

Я только успела сесть, когда в дверь тактично постучали. Без сомнений – это пришел дворецкий.

— Войдите, — сказал Уве.

Слуга открыл дверь и, переступив порог, занес в кабинет на подносе тяжелый бумажный конверт, запечатанный сургучом.

— От господина Вайнса прибыла женщина. Она передала его светлости эти деньги и сказала, что ее учитель возвращает долг за тот ущерб, который причинил в особняке маркграфа Штефана, — отчеканил дворецкий и хотел было поставить поднос на стол, но я подозвала его подойти ко мне.

— Я проверю, — объяснила слуге.

Дворецкий кивнул. Наклонившись, он поднес поднос ко мне. Я провела над конвертом раскрытой ладонью и удивленно моргнула.

Ничего! Ни намека на магию или какую-то скрытую подлянку. Кажется, в конверте, действительно, находились только деньги. Насколько я помнила из рассказа графа, в тот день, когда я ушла из «Серебряных крон» использовав артефакт, колдун ворвался в особняк, нарушив защиту дома. Вайнс пообещал восстановить испорченное, но, видимо, счел правильным попросту все оплатить. И оказался прав. Вряд ли фон Эберштейн впустил бы Рихтера в дом своего племянника.

— Все в порядке. – Я улыбнулась слуге и бросила взгляд на Уве. – Чисто, — сказала одними губами.

Дворецкий оставил поднос на столе и удалился, а я перевела взгляд на фон Дитриха, предлагая ему продолжить прерванную беседу.

— А теперь рассказывайте о Мадлен, — предложила вампиру.

Глава 2

Несмотря на холод, день показался мне довольно удачным для посещения нужной лавки с травами. Граф фон Эберштейн был так любезен, что предоставил в мое распоряжение свой экипаж, выделив в сопровождение одного из лакеев. Слуга должен был помочь мне нести покупки, но на его роль вызвался Уве.

— Мне все равно нечем занять досуг, — посетовал белолицый аристократ, когда я выразила желание купить необходимые ингредиенты еще во время обеда, который разделила с хозяином дома и его другом.

Услышав слова барона, Максимильян поднял взгляд и посмотрел на усмехнувшегося друга. Весь довольный облик фон Дитриха свидетельствовал о том, что он радуется какой-то своей маленькой победе над фон Эберштейном.

«Как мальчишки!» — подумала я, глядя на этих двоих. Оставалось надеяться, что делят они не меня.

— Я бы с радостью составил вам компанию, госпожа Вагнер, — наконец, произнес мой наниматель, разорвав зрительный контакт с Уве, — но, к сожалению, сегодня занят.

— Мы справимся и без тебя, — заметил фон Дитрих и зачем-то подмигнул мне. – Делай свои дела, а мы отправимся за… — Вампир вопросительно посмотрел на меня. Я отложила в сторону салфетку, которой промокнула губы.

— Мне необходимо помимо лавки посетить кирху («кирха» — церковь, здесь и далее прим. автора), чтобы взять благословенного огня, — произнесла спокойно.

Уве перестал улыбаться. Думаю, теперь он понял, с какой целью я собираюсь на эту прогулку. Глаза вампира вспыхнули, и фон Дитрих отвел взор, продолжив трапезу с задумчивым видом.

— Вот как… — только и проговорил Максимильян.

— Я бы тоже хотел поехать с вами, — оживился Штефан, слушавший разговор. Мальчишка заерзал, словно был готов по первому моему слову броситься к себе собираться в дорогу, но я лишь покачала головой.

— Не сегодня, — произнесла, приготовившись встретить сопротивление или, по меньшей мере, жалобы. Но маркграф меня удивил. Он кивнул и ответил со всем достоинством будущего правителя марки: — Не сегодня, так не сегодня. Но в другой раз вы возьмете меня с собой обязательно.

— Обещаю. – Я подарила мальчику улыбку.

Из особняка мы выехали спустя полчаса. Я успела надеть теплое платье, шерстяные чулки и шляпку, накинув на плечи плащ. Уве вышел в длинном пальто и в высокой шляпе, взяв с собой трость.

— Госпожа Вагнер, — позвал он меня и, приблизившись, протянул увесистый кошель.

Я удивленно взглянула на вампира.

— Это вам передал Макс, — пояснил фон Дитрих. – Сказал, что это часть вашего жалования и что, возможно, вы пожелаете потратить деньги на новый гардероб?

«Как же вовремя», — подумалось мне. Я приняла кошель с благодарностью и спрятала в кармане платья.

Сегодня же куплю новую одежду, а ту, что принадлежала Элоизе, велю слугам вынести на помойку, чтобы больше ничего не связывало меня с оборотницей.

Конечно, мне следовало намного раньше попросить у графа деньги. Но все время было как-то не до этого.

Барон лично открыл для меня дверь дома и вышел следом во двор, где нас уже ждал экипаж графа фон Эберштейна.

***

— Чистое серебро? – Владелец лавки постарался не выказать удивление, но у него это получилось плохо.

— Да. Вы не ослышались, — ответила я, поправляя перчатки. – Мне необходимы десять тройских унций (тройская унция — единица измерения драгоценных металлов, прим. автора).

Лавочник рассеянно кивнул, мысленно уже подсчитывая выручку. По его лицу пробежала тень, а когда мужчина закончил считать, то расплылся в довольной улыбке.

— О, — проговорил он куда вежливее, чем прежде, — полагаю, вы намереваетесь расплавить его. Так вот, у меня есть уже расплавленное чистое серебро по той же цене, что и…

— Нет. – Я позволила себе мягко перебить собеседника. – Десять унций чистого твердого серебра. – Расплавлять металл я собиралась сама, о чем, конечно же, не стала рассказывать хозяину лавки.

Мужчина бросил быстрый взгляд на моего спутника, затем попросив нас подождать, развернулся и вышел в подсобку.

— Десять? – уточнил Уве шепотом. – Не много ли?

— Главное, чтобы не мало, — улыбнулась я в ответ.

Фон Дитрих кивнул и перевел взгляд на приличную гору свертков, уже лежавших на прилавке.

— Готово, господа. – Вернувшийся лавочник протянул мне мешочек с серебряными горошинами. – Ровно десять, как вы и просили, — добавил он.

Я взяла мешочек в руку, раскрыла и высыпала на ладонь часть серебра. Выпустив немного магии, проверила чистоту и вес товара, а затем, довольно кивнув, высыпала горошины назад, затянула потуже тесемку и положила покупку поверх остальных.

— Сколько мы вам должны? – спросил фон Дитрих, а когда хозяин лавки назвал цену, даже бровью не повел, несмотря на то что выложить ему предстояло немало.

— Очень рад. Приходите еще! – улыбнулся лавочник, сгребая пересчитанные деньги в кассу. Продолжая улыбаться, он сложил мои покупки в плетеную корзину и протянул ее Уве.

— До свидания, — сказала я и направилась к выходу.

— Надеюсь, до встречи, — донеслось вслед, когда звякнувший колокольчик, выпустил меня на улицу, где стоял наш экипаж.

— Осталось только взять благословенный огонь, — сказала я своему спутнику.

Уве кивнул.

— Я предлагаю до того, как мы отправимся в кирху, заехать в салон модной одежды. – Уве сделал знак кучеру. Последний ловко спешился и распахнул перед вампиром дверцу экипажа.

Водрузив корзину с покупками на одно из сидений, фон Дитрих повернулся ко мне и предложил свою руку, которую я с радостью приняла.

***

Мой спутник достойно выдержал испытание дамскими покупками, терпеливо сопровождая меня по всем магазинам, в которые я сочла нужным зайти. Уве не говорил ни слова упрека, когда я задерживалась, и выдержал почти два часа, пока я обновляла гардероб.

В салоне модной готовой одежды я приобрела несколько пар теплых чулок и белье. Макс выдал мне достаточно денег на то, чтобы побаловать себя. И все же в плане нижнего белья, я предпочла красоте удобство. А вот платья… С нарядами вышло иначе. Здесь я удержать себя в руках не смогла. Привыкшая к хорошей и дорогой одежде, я приобрела три достойных наряда, в которых будет не стыдно прийти даже на светский раут, и несколько простых туалетов для дома и занятий со Штефаном. Купила я себе и сапоги на низком каблуке, решив, что они пригодятся для поездки в гости в логово вампиров, а еще новый плащ, подшитый волчьим мехом, на теплой шерстяной подкладке.