Слишком близко

Глава 1

После тяжелого дня, проведенного за распаковкой коробок и беготней по делам, я толкаю дверь заведения с вывеской «Канал». Знакомый запах ударил в нос: разливное пиво, жареные крылья и что-то мучное. Я с облегчением сажусь за барную стойку.

— Впервые у нас? — бармен, мужчина средних лет с аккуратной проседью в короткой бородке, приветливо кивнул мне и пододвинул потертую кожаную папку с меню.

— Так заметно? — я машинально поправила выбившуюся из хвоста прядь. Улыбка дается с трудом — после десяти часов таскания тяжестей лицо казалось чужим, застывшим. — Только сегодня переехала в этот район. Пока еще не поняла, нравится мне тут или нет.

— Меня зовут Дмитрий, — сказал он, и в его голосе прозвучало радушие, которое сразу располагает к себе. — Значит, вы впервые в Москве?

— Нет, в столице я уже давно, — я вздохнула, рассматривая свои красные от холода ладони. — Просто перебралась поближе к работе.

— Что ж, тогда добро пожаловать в наш район. У нас тут тихо, все свои. Что вам налить для первого вечера на новом месте?

— «Московский мул», пожалуйста, — ответила я, прислушиваясь к тому, как пальцы дробно постукивают по тяжелой дубовой стойке.

Вокруг разливался мягкий янтарный свет, уютно поблескивала кирпичная кладка, а в углу кто-то негромко переговаривался под джаз. Здесь было по-настоящему уютно, но тоска и ощущение, что ты не на своем месте (как всегда, при переезде), никак не отпускали.

И тут я заметила его…

Он сидел один в самой дальней ложе. Там, в тени, казалось, даже воздух был тише и гуще. Его темный пиджак лежал идеально, а сам он застыл, словно статуя. Взгляд — в телефоне, но спина была неестественно прямая. Видно было, что это не просто прокрутка ленты. Лампа над столиком выхватывает из темноты резкую линию скулы. И вдруг он поднял глаза, которые были такие светлые, ледяные, что этот холод будто донесся до меня сквозь весь шум бара. Мужчина неторопливо делает глоток, и было ясно: он где-то очень далеко. В мире, куда нет входа никому.

Я заставила себя отвести взгляд, когда Дмитрий с негромким стуком поставил передо мной холодную медную кружку, запотевшую ото льда. Сделала глоток, чувствуя приятную остроту имбирного пива, но мысли то и дело уплывали в

ту сторону, в угол. Интересно, в какой глубокой тоске утопил свои думы этот незнакомец? Высокий, темноволосый и такой пугающе одинокий среди людей.

— Ох, кажется, кто-то сегодня явно не в духе, — мужской голос бесцеремонно ворвался в мои мысли.

Я вздрогнула и обернулась. Рядом со мной, слишком близко, облокотился на стойку какой-то тип. В нос тут же ударил тяжелый, приторно-сладкий шлейф дорогого, но удушливого парфюма. Его улыбка была холодной и натянутой — от нее становилось не по себе.

— Все хорошо, — я слегка отодвинулась, крепче сжав ручку кружки. Внутри кольнуло недоброе предчувствие.

— Да брось, красавица, по лицу же вижу — грустишь. Давай я тебе вторую закажу, за знакомство? — Он навалился на стойку еще сильнее, почти касаясь моего плеча своим. — Меня зовут Антон.

— Спасибо, Антон, но мне и одной хватит, — мой голос прозвучал твердо, хотя я изо всех сил старалась не грубить.

Улыбка Антона стала шире и как-то неприятно скривилась.

— Ну чего ты такая злюка? Тебе явно не помешает хорошая компания в такой-то вечер. — Его пальцы вдруг резко обхватили мое плечо. Сжали крепко, по-хозяйски.

Сердце у меня на секунду замерло, а потом заколотилось где-то в горле, гулко и предательски громко. Я инстинктивно дернулась, пытаясь высвободить руку, но его хватка стала только жестче — пальцы впились в мою кожу, не оставляя и намека на то, что он собирается отпускать. По спине пробежал холодок — не просто мурашки, а целая волна леденящего, неприятного предчувствия.

— Я же сказала: все хорошо. Руку отпустите, — отрезала я, но он лишь коротко рассмеялся, будто я сказала какую-то глупость.

Я быстро глянула на Дмитрия, но тот, как назло, отошел на кухню или в подсобку. В баре стало подозрительно тихо. Я решила, что лучше просто уйти, не допивая, но стоило мне попытаться встать с табурета, как Антон резко развернулся, преграждая мне путь и зажимая между собой и стойкой. Паника, липкая и жаркая, начала подниматься в груди.

И тут — движение рядом. Поднимаю глаза. Это Он. Высокий и Замкнутый. Он встает между нами, не касаясь никого, но Антон тут же разжимает пальцы и отступает. Широкие плечи становятся живым барьером.
— Здесь есть проблема? — Его голос низкий, отточенный.
Антон колеблется, косясь на него. — Просто дружески беседовали.
— Не похоже на дружескую беседу, — челюсть незнакомца напрягается, поза спокойна, но неоспорима.
Удерживаюсь от того, чтобы потереть место на руке, куда впились пальцы Антона. Сердце колотится, но теперь уже не из-за него. Мужчина рядом… напряженный, опасный, и я не могу объяснить почему.

Антон что-то бурчит себе под нос и уходит. Я смотрю ему вслед, затем возвращаю взгляд на спасителя, который теперь кажется не столько пугающим, сколько… загадочным.
— Спасибо, — выдавливаю я, голос хриплый. Вблизи он еще эффектнее. Его голубые глаза ловят мои, удерживая внимание.
Он кивает, затем задерживается. Его взгляд на мгновение скользит к моим губам, прежде чем снова встретиться с моим.
— Не стоит здесь одной сидеть, — говорит он тихо, голос грубоватый.
— Я сама могу постоять за себя. — даже произнося это, слегка наклоняюсь к нему.
Он фыркает, не то смеясь, не то рыча.

— Это я уже видел.

Я подумала, что нельзя допустить того, чтобы он ушел сейчас. Сама не знаю почему. Ночь и без того вышла боком.

— Давай я угощу? — вырывается у меня, будто кто-то другой говорит моими устами.

Он смотрит на меня с немым вопросом. Молчит. Потом смотрит на бар, на свой бокал, снова на меня. В глазах — тень. Качает головой.

— Не надо.

— Всего один, — улыбаюсь я.