Сломай меня

Глава 1

Ночь была густой, как чернила. Холодные струи дождя били по коже, пробирались под тонкую ткань футболки, оставляя после себя только дрожь и пустоту.

На улице — ни души. Ни шагов, ни голосов. Только редкие вспышки фонарей в лужах и звук капель, разбивающихся о мокрый асфальт.

Я сидела на лавке, насквозь промокшая, сжавшись в комок. Казалось, если сжаться сильнее — можно исчезнуть. Без боли. Без следа. Будто меня никогда и не было.

Это звучит как облегчение.

Я устала.

Не та усталость, что проходит после сна. А та, что въедается в кости. В мысли. В душу. Та, от которой не убежишь, не спрячешься, не вылечишься.

Ради чего всё это?

Ради кого?

Ответа не было.

Только память… Она, как назло, была слишком жива.

Я закрыла глаза — и на секунду дождь исчез.

Мы втроём на кухне. Мама смеётся, размахивая полотенцем, потому что я опять пересолила суп. Папа делает вид, что это «изысканное блюдо», и театрально морщится, вызывая у нас обеих смех. В комнате пахнет чем-то тёплым — выпечкой, уютом, домом.

Мы смотрим старые фильмы, спорим из-за глупостей, засыпаем на диване под один плед. Мама всегда поправляет мне волосы, думая, что я уже сплю. Папа тихо говорит: «Пусть спит…»

Я улыбаюсь.

И в следующую секунду всё рушится.

Сирена. Свет фар. Крики. Пустота.

Три года назад их не стало.

И вместе с ними исчезло всё, что делало этот мир хоть немного терпимым.

Я тогда даже не была совершеннолетней. Слишком маленькая, чтобы жить самой. Слишком взрослая, чтобы не понимать, что происходит.

Меня забрала к себе тётя Света.

Сестра мамы.

Она всегда казалась… чужой. Холодной. Будто между нами стекло, которое невозможно разбить. Но дело было даже не в ней.

Её муж.

Андрей.

Само его имя вызывало внутри что-то липкое и неприятное.

Он пил. Постоянно. С утра до ночи. И когда напивался — превращался в кого-то другого. В кого-то, кого я боялась даже называть человеком.

Он бил тётю Свету.

А она молчала.

Всегда.

Но хуже было не это.

Хуже было то, как он смотрел на меня.

Этот взгляд… медленный, скользкий, будто он уже всё решил. Будто я — не человек, а вещь.

Хотелось вырвать из себя кожу, лишь бы не чувствовать его рядом.

Я ненавидела в нём всё. Каждый шаг. Каждый вдох.

И тётя… она видела.

Но ничего не делала.

Самое страшное — это не зло.

Самое страшное — это молчание рядом с ним.

Мне некуда было идти.

Они жили в моей квартире.

Но я там была лишней.

«Надо потерпеть», — повторяла я себе снова и снова, как заклинание.
«Вот поступлю в университет… там будет общежитие… всё закончится…»

Надежда — странная вещь. Она может держать тебя на плаву… даже когда ты уже тонешь.

Но сегодня…

Сегодня всё пошло иначе.

Он снова подошёл слишком близко. Слишком нагло. Слишком уверенно.

И я не выдержала.

Бутылка оказалась в руке раньше, чем я поняла, что делаю.

Удар.

Звук — глухой, короткий.

Он замер на секунду… а потом его лицо исказилось.

Я не успела даже испугаться.

Удар по щеке.

Резкий, тяжёлый.

И вот я уже на улице.

Слёзы текли сами собой. Горячие, чужие. Я не пыталась их остановить.

Щёлк.

Рядом раздался звук зажигалки.

Я вздрогнула и повернула голову.

Парень стоял рядом.

Высокий. Тёмные волосы прилипли ко лбу от дождя. В руке — сигарета, кончик которой тлел оранжевым светом.

Он был пьян.

Это чувствовалось сразу. По движениям. По взгляду. По лёгкой небрежности во всём.

— Я сяду? — спросил он, но не дождался ответа и уже устроился рядом.

Голос…

Низкий, хрипловатый, будто в нём было слишком много прожитых ночей и слишком мало сна. Он не звучал мягко. Но в нём была странная… уверенность. Та, за которую цепляешься, даже если не хочешь.

— Уже два часа ночи, — продолжил он, выпуская дым. — Разве такие маленькие девочки не должны спать дома в кроватке ?

Я ничего не ответила.

Просто обняла себя руками, пытаясь удержать хоть немного тепла.

И вдруг…

На плечи легло что-то тяжёлое.

Тёплое.

Я вздрогнула и посмотрела на него.

Он снял свою кофту и накинул на меня, оставаясь в одной майке.

Ткань пахла… странно.

Не просто алкоголем.

Там был запах табака, смешанный с холодным воздухом, чуть горький, но почему-то… спокойный.

Я сжала ткань пальцами.

Тепло медленно возвращалось.

Он смотрел куда-то вперёд, будто меня рядом не было.

— Слушай, — сказал он спустя паузу. — Я не знаю, что у тебя случилось. Но если ты сидишь тут в таком виде… значит, всё хреново.

Парень усмехнулся.

— Жизнь вообще не самая приятная штука. Кому-то везёт… кому-то нет.

Он затянулся и выдохнул дым вверх, в дождь.

— Но знаешь, в чём прикол? Всем плевать.

Я сжала губы.

— Если тебя бьют — бей первой, — продолжил он спокойно. — Если предают — сделай так, чтобы пожалели.

Он повернул голову ко мне.

И впервые посмотрел прямо.

Его взгляд был тяжёлым. Но не грязным. Не таким, как у Андрея.

В нём была усталость.

И злость.

И что-то ещё… что я не смогла назвать.

— Сильным проще жить, — сказал он тише. — Это я тебе говорю как человек, который уже нахлебался.

Пауза.

Дождь усилился.

— Не сиди и не реви. Люди не любят слабых.

усмехнулся.
— Хотя… если честно, люди вообще никого не любят.

Парень встал.

— Иди домой, — бросил он через плечо. — Надеюсь, у тебя всё будет нормально.

И пошёл прочь.

В темноту.

Будто его никогда и не было.

Именно с этого дня моя жизнь изменилась.

Казалось бы — всего лишь несколько слов от незнакомого парня. Ничего особенного. Но именно они вернули меня к жизни. Заставили дышать. Заставили не сдаваться.

Я думала о нём постоянно.

Он снился мне почти каждую ночь. В этих снах всё было иначе — смотрел на меня по-другому, говорил что-то важное, и я всегда просыпалась с ощущением, будто снова его потеряла.