Слуга Смерти

Бал в Вечном Пределе

Бал в Вечном Пределе

Зал был воплощением темного величия. Стены из черного мрамора отражали свет тысяч бледных, мерцающих шаров-душ, плывущих под потолком. В Вечном Пределе шумел бал, ночь награды, для слуг Смерти.

Темные бархатные драпировки, колоны и приглушенное сияние серебряных прожилок создавали интимную, почти густую атмосферу. В ней плавали фигуры танцоров. Вампиры в строгих камзолах скользили с холодной грацией, их маски подчеркивали бледность губ. Демоны в более свободных одеяниях двигались с хищной пластикой, рога зачастую искусно были закрыты иллюзией. Суккубы и инкубы, были подобны живым драгоценностям — их наряды искрились, а взгляды, даже скрытые масками, несли обещание и угрозу одновременно.

Кархан, стоял у одной из колонн, отделяясь от веселья. Его мощная фигура в строгом камзоле из черной ткани была напряжена, выходы в свет он не любил. Голубые, ледяные глаза, скользили по толпе: призрачным дамам в поблекших платьях, вампирам-аристократам с томными улыбками, демонам, суккубам и эльфам. Он ни когда не стремился сюда, разве что в тот день... но в тот день...

Его взгляд на мгновение зацепился за вампиршу с черными волосами. Она уловила его и томно улыбнулась, приоткрыв губы, намекая на знакомый ритуал забвения после бала. Кархан отвел глаза. «Не то, всегда не то. Не те глаза. Не те губы». Мысль пронеслась холодной, досадной искрой. Он подавил ее, вернувшись к состоянию пустоты, разжав кулаки.

Танец кончился, наступили секунды тишины, нарастающей радости, и воздух вновь задрожал от низких вибраций басовых инструментов, переплетаясь с высокими нотами флейты, создавая музыку, которая была уже не мелодией для души, а ритмом для крови. Под сводчатым потолком, украшенным темной лепниной, вздрогнули сотни огней - уже оживающие искры, пульсирующие в такт музыке, как далекие звезды в бесконечной ночи Вечного Предела. Бал вновь закружился в движении. Соединяя души.

— Кархан? Глазам не верю. Тень на балу — редкость, ярче солнечного света в Пределе. Тебя дежурство занесло? – мужчину звали Тирог.

— Светлых, Тирог. Приглашение было личным. От Владыки. — сказал он, низким голосом, не отводя взгляда от толпы. Тирог замер моментально испарив легкомыслие. И после короткой паузы сказал:

— Значит, будет объявление. Награды или... задания.

— Или и то, и другое. – он продолжал смотреть на двигающиеся фигуры.

— Удачи. Тени, везёт больше, когда её не замечают. — он коротко кивнул, и растворился в толпе, оставив Кархана с его странным предчувствием.

Он чувствовал. Каждое сердцебиение, или его иллюзию, каждую вспышку голода, вожделения, скуки или страха. Скрыть что-либо от Тени Смерти, слуги самого Владыки, Дракона Пустоты, было делом безнадежным. А он был лучшим. Его фигура, высокая и мощная, выделялась даже среди демонов. Военная выправка, плечи, способные нести тяжесть не только доспехов, но и решений. И волосы – короткие, цвета зимнего льда, отливающие синевой при свете. Визитная карточка дара. Тех, кто мог шагнуть за грань видимого и раствориться в самой ткани мира, их было с десяток на весь Предел, да и весь мир Смерти. Не больше.

Он был тем, кто жил, без надежды встретить свою Душу. Живя, скорее, из долга службы, и по прихоти Смерти. Последние сто лет он перестал просить забвения, и только надежда упрямо жила в груди, заставляя вглядываться в лица. (Но, впрочем, болтаю лишнее)

Еще две юные, пышно одетые дамы, похожие на экзотических птиц в перьях и шелках, проходя мимо, приблизились к нему. Их смех был похож на звон хрустальных бокалов. Увидев его, они замолкли, томные взгляды из-под полумасок задержались на его лице. Не случайные знаки.

— Мастер Кархан,— почти в унисон пропели они, легко присев в изящном реверансе. Шелк зашелестел.

Он сделал легкий, почти невесомый кивок головы - не более, чем требовала вежливость, но и не менее, чем требовал его статус. Девушки, приняв это как отказ, вспорхнули и пошли дальше, оставляя за собой навязчиво-сладкий шлейф - мед, груша и что-то глубинное, вероятно, мускус. Искусственный, созданный алхимиками аромат, но… все же похожий и теплый. Пахнущий жизнью, которой здесь, в сердце Вечного Предела, было так мало.

Его взгляд, холодный и методичный, скользнул по залу, выискивая… суть вечера. Бал раз в сто лет. Зачем он тут, в роли гостя? На этот раз приглашение пришло лично от Владыки. Маленький свиток с печатью из черной тьмы, был вручен ему рукой Палача. А значит, его присутствие требовалось. Поэтому он стоял здесь, не танцуя, не пьянея от вина, и наблюдая. Его взгляд, остро скользил по толпе, анализируя, сортируя, оценивая.

Говорили, Рагна, Владыка Войны, недавно убила Левиафана. Она может напиться и устроить драку с Дологом, зверем Смерти. Он присмотрелся к ней. Она стояла у колонны, худая и не высокая, с длинными рыжими волосами до пола, в платье. Вопреки слухам, в ее руке был не бурдюк с хмельной кровью, а тонкий хрустальный бокал. И она не буйствовала. Она внимательно, почти учтиво, слушала своего спутника — эльфа, Владыку Магии. Аура этого эльфа была странной: она не светилась и не пульсировала, а, казалось, поглощала свет и звук вокруг, создавая вокруг пары тихий, безвоздушный пузырь. Он слышал, что они Души друг друга, и была свадьба. Интересно. Но не угроза. Пока.

Внезапно его личное пространство нарушилось вновь. К нему подошла еще одна девушка. Ее появление было бесшумным, но он почувствовал ее приближение за миг до того, как услышал шелест платья. Девушка с черными, как тьма, вьющимися волосами, собранными в сложную прическу, увенчанную серебряной диадемой в форме паутины. Ее платье было цвета запекшейся крови, глубокого бордо, обтягивающим стройную фигуру до колен и расходящимся внизу водопадом красного тюля. И запах… тот же самый, что и у первых двух: мед, груша, мускус. Но на ней он пах иначе — глубже, зрелее, с горьковатой ноткой темного шоколада. Она остановилась перед ним, и томный взгляд ее сиреневых глаз из-под черной полумаски задержался на его ледяных волосах.