Служанка ректора Академии военных драконов 2

ГЛАВА 1

В кабинет ректора Академии военных драконов Лейтона Уинфорда я вошла на одеревеневших ногах.

С тугим узлом, который скрутился где-то у меня в животе.

Никогда еще так не волновалась, когда заходила к нему. Даже в самый первый раз!

Даже, когда без спросу постучалась в его личные покои и сказала, что почищу его ботинки, как он велел.

Ведь тогда я еще не знала, кем Уинфорд окажется для меня…

А сейчас я не знаю, чего от него ждать.

И как успокоить разбушевавшиеся мысли.

Почему мне кажется, что ждать надо плохого?

Или очень плохого?

Картина, которая открывается глазам в его кабинете, несколько… удивляет.

Или, скорее, настораживает.

Лейтон сидит в своем ректорском кресле за совершенно пустым столом – ни его обычных бумаг, карт, документов, с которыми он обычно работал, весь такой занятой, ничего.

И вот к этому его пустому столу приставлен еще один, накрытый на одну персону.

Он накрыт столь роскошно и изысканно, что, по-моему, так даже для генералов проверочной комиссии на банкете не сервировали.

Тарелка из тончайшего фарфора украшена тонким золотым ободком, серебряные столовые приборы, сверкают, точно зеркало, и блестит высокий бокал из прозрачнейшего хрусталя.

Довершает это произведение искусства свеча в подсвечнике и белоснежная тканевая салфетка с золотой вышивкой.

Вообще-то нет!

Довершает эту картину еда, сервированная, как в лучшем ресторане. Мне-то в ресторанах бывать не доводилось, конечно, это я по телевизору видела… Чего тут только нет – различные виды мяса и рыбы, фрукты и овощи, несколько разнообразных десертов. Есть даже две изящные бутылки вина – красное и белое.

Так все красиво и вкусно выглядит – аж глаза разбегаются!

Лучше не смотреть – такое изобилие не про мою честь.

Еще решит, что я с ума схожу, как хочу есть.

Выпрашиваю.

Наверное, Лейтон ждет какого-то важного гостя и заставит меня ему прислуживать.

Опускаю взгляд в пол, как он меня когда-то учил, и мой голос звучит абсолютно безэмоционально.

– Вызывали, майор?

Лейтон окидывает меня, стоящую по стойке смирно перед этими двумя столами, холодными голубыми глазами с головы до ног.

Его взгляд задерживается на туфлях.

Великолепных черных лакированных лодочках от Веленто на высоком каблуке.

Я сдержала обещание, данное ему в прошлый раз.

Производители не солгали – чувствую себя в них превосходно, словно в удобнейшей разношенной обуви. Ни мои старые приютские башмаки, ни грубые ботинки из кордуры и рядом не стояли.

Если честно, я в жизни не носила столь дорогой и хорошей вещи. Ни в той, ни в этой. Даже не представляла, каково это.

Эти туфли потрясающе подходят к моей форме.

Теперь образ идеален.

Он смотрит на мои ноги.

Нет, не смотрит.

Впивается хищным взглядом, даже зрачок в голубых глазах словно становится вертикальным.

– Сядь.

Отдавая этот короткий приказ, он даже в лицо мне не смотрит. Все так же вниз.

Мне хочется убраться куда-нибудь к стенке и присесть там на один из стульев.

Но нужно быть дурой, чтобы не понять – он велит сесть мне прямо перед собой.

За накрытый стол.

Присаживаюсь аккуратно, на краешек роскошного полукресла с мягким сиденьем и спинкой. Мне не по себе.

– Моя служанка не должна плохо питаться, иначе она будет плохо выполнять свои обязанности. Хочу, чтобы ты поела.

Лейтон откидывается в своем кресле и смотрит на меня.

А я – на него. И просто не нахожу слов.

Хочет, чтобы я поела.

Не империалов мне на жетон кинул, чтобы купила еды, не прислал мне ее, в конце концов.

Вызвал к себе в кабинет, чтобы я ела перед ним.

За роскошно, совсем мне не по статусу сервированным столом.

Псих!

– Ваша забота обо мне, как всегда, бесценна, майор, – вежливо начинаю. – Но… Обязательно… Делать это в вашем присутствии?

– Мне важно знать, что ты не осталась голодной, – произносит Лейтон, и мне чудится в этом усмешка.

Ему важно знать, что я не осталась голодной.

А у самого помолвка с Кристалиной через час. Или через два?

М-м-м, да он, кажется…

Спятил?!

– В еду… что-то подмешано? – осторожно интересуюсь.

– За кого ты меня принимаешь? Я – не ты. Ешь спокойно. Или, может, имеются какие-то особые желания или предпочтения? Может, чего-то хочется особенно? Я распоряжусь, чтобы принесли.