Снежная ловушка

Глава 1. Пощечина

Метель начала завывать ровно в тот момент, когда я отвернулась от окна. Стекло было холодным даже на расстоянии — ледяное дыхание зимы просачивалось сквозь него и касалось моих плеч. В большой комнате турбазы стоял густой запах хвои, старого дерева и растаявшего снега с наших ботинок. Смех двух пар — Лики с Максимом и Марины с Денисом — сливался в привычный, уютно-шумный аккорд. Они были сплоченной четверкой уже два года; я вошла в их круг полгода назад. Артем был третьим другом, своим человеком в этой компании — другом Дениса с детства, и наши пути до сих пор никогда не пересекались.

До сегодняшнего дня.

Он появился не как гость, а как сгусток иной атмосферы. Вошел — и занял пространство. Дорогая черная водолазка обрисовывала плечи, темные джинсы сидели безупречно. Он отбросил каштановую прядь со лба небрежным движением, и его зеленые глаза, холодные и любопытные, скользнули по мне в момент знакомства. Взгляд ученого, рассматривающего новый, не самый многообещающий экземпляр. Я кивнула, пожала его протянутую руку. Ладонь — сухая, жесткая. Хватка — на мгновение дольше и крепче, чем того требовала вежливость. Я высвободила свою первой.

Вечер катился по накатанным рельсам: ужин, вино, смех. Артем был в центре, его уверенные, отточенные реплики задавали тон. Он спорил с Максимом, и его логика была безжалостной, не оставляющей места для сомнений. Я молчала, наблюдала. Его уверенность раздражала.

Я ушла на кухню за водой. Узкое пространство между массивным холодильником и стеной погрузилось в полумрак. Я уже наливала воду, когда воздух вокруг сгустился. Я не услышала шагов — почувствовала смену давления, тепло чужого тела.

— Надоела компания? — Его голос прозвучал прямо у моего уха.

Я вздрогнула, обернулась. Он стоял слишком близко, блокируя выход своим телом.

— Я просто захотела воды.

— Я тоже, — сказал он, однако его взгляд уперся не в стакан, а в мои губы.

Я попыталась проскользнуть в щель между ним и холодильником. Его рука легла на стену рядом с моей головой, преграждая путь. Второй он взял мой стакан и с глухим стуком поставил на полку. Вода расплескалась темным пятном по дереву.

— Артем, хватит.

— Что именно? — Он наклонился ближе. От него пахло дорогим парфюмом, кедром и холодным металлом. — Ты молчала весь вечер. Мне интересно, что скрывается за этой милой картинкой. За этим молчанием.

— Ничего, что могло бы тебя заинтересовать. Отойди.

Он не отодвинулся. Его пальцы коснулись моей щеки, провели по линии скулы. Прикосновение было шокирующе нежным на фоне всей его агрессивной позы. Мое сердце забилось где-то в горле — густым, тяжелым гневом.

— Не прикасайся ко мне.

— Почему? — Его губы искривились в полуулыбке. — Ты же здесь, в этой глуши. Все мы здесь ради одного. Чтобы сломать рутину и получить новые ощущения.

Его спокойная уверенность, эта бесцеремонная расстановка по полочкам, возмутила меня до дрожи в коленях.

— Ты ошибаешься. Кардинально.

— Докажи, — прошептал он.

Его губы накрыли мои прежде, чем я успела вдохнуть. Этот поцелуй не был просьбой или нежностью, это был чистый захват — властный, требовательный, лишающий воздуха. Я застыла, парализованная шоком и грубой силой этого жеста. Его язык попытался преодолеть барьер моих сомкнутых зубов. Рука соскользнула с щеки, пронеслась по шее и, не встречая сопротивления в моем оцепенении, скользнула под край футболки. Горячая ладонь легла на обнаженную кожу живота, пальцы впились в ребра, двинулись вверх.

Прикосновение, ледяное и обжигающее одновременно, выдернуло меня из ступора. Адреналин хлынул в кровь горьким и ясным потоком.

Я оттолкнула его изо всех сил. Неожиданность рывка заставила его отступить на шаг и задеть полку, стакан с водой упал на пол. Взмах руки - звук был хлестким, сухим, невероятно громким в тишине кухни. Моя ладонь вспыхнула огнем.

Он медленно повернул ко мне лицо. На скуле проступало алое пятно. В его зеленых глазах не было ни ярости, ни удивления. Лишь холодный, пересчитавший все варианты азарт. Он дотронулся кончиками пальцев до щеки, изучая ощущение.

— Интересно, — произнес он тихо, почти для себя. — Ты первая.

Из большой комнаты донесся взрыв хохота, напоминая, что мир за стенами этого темного угла все еще существует. Я тяжело дышала, пытаясь вернуть телу контроль. Губы горели, а на животе будто остался шрам от его пальцев.

— Если ты подойдешь ко мне еще раз, это будет не пощечина, — мой голос, низкий и ровный, удивил даже меня. — Я сломаю тебе что-нибудь. Даю слово.

Он смотрел на меня, и в его взгляде появилось что-то новое. Не уважение. Скорее, признание достойного противника на поле боя, которое он считал уже завоеванным.

В этот момент в кухню влетела Лика, румяная и веселая.

— Ребята, вы там чего? Ой... — Она замолчала, оглядывая нас. Напряжение висело в воздухе плотной, колючей тканью, которую нельзя было не почувствовать.

— Все в порядке, — Артем ответил первым. Его голос снова стал гладким, обволакивающим. Он улыбнулся Лике светской, пустой улыбкой. — София случайно уронила стакан. Я помог.