Снежная Любовь Кирилла Крутого

Глава 1. Первый снег

Любовь Снежная

Мне двадцать пять лет, мальчику, за которым присматриваю в качестве няни, скоро исполнится пять. Первому в этом году снегу радуемся одинаково. Огромные снежинки кружатся за стеклом, накрывают чёрную уставшую землю, словно пушистое одеяло.

У Стёпки от красоты за окном глаза сияют ярче, чем бриллианты в серьгах его мамы. Малыш улыбается во весь рот.

Ловлю себя на том, что тоже широко улыбаюсь.

— Снег! Снег! Дед Мороз!.. — Он прыгает на одном месте и вдруг замирает. — Няня Люба, а снег не растает?

Температура чуть ниже нуля, так что вряд ли.

— Пойдём гулять? Ну пойдём, пойдём, няня, — Стёпка тянет меня к шкафу, сам пытается достать тёплый комбинезон. Мальчик он энергичный, активный, спать днём не любит. Уложить его всегда тяжело.

Сдаюсь напору Стёпки и собственному желанию. Оправдываю себя тем, что после небольшой прогулки он даже лучше заснёт.

Отец мальчика, как всегда, на работе, мать то ли отдыхает с подругами, то ли на шопингах. Так что в огромном коттедже Острожских Стёпка сейчас — самый главный хозяин. Он решает, и мы отправляемся в сад.

Мир кажется зимней сказкой. Стёпка в восторге, носится кругами, будто щенок. Вместе лепим снеговиков, играем в снежки. Любая попытка увести Стёпку спать заканчивается «ну ещё пять минуточек, няня».

— Пора уже, — даже я немного устала, а ему всё нипочём.

— Ну нянечка, ну Любушка, ну ещё пять минуточек, — ноет Стёпка и делает глаза, которым бы позавидовал кот из мультфильма про большого зелёного огра.

В итоге Стёпкиных манипуляций на улице мы сильно задержались, при том умаялись оба.

На второй этаж в детскую несу мальчика на руках. Счастливый и довольный, он уже клюёт носом, но отказывается признавать, что устал.

— А ещё снеговиков пойдём строить? Ещё ведь не поздно, — он запинается от усталости и мило картавит. — Ну Любушка, там же светло!

Он тычет пальцем в окно, за которым и правда намного светлей, чем вчера в то же самое время.

— Отдохнём чуть-чуть и ещё пойдём гулять? Ну, пожалуйста, няня! Только сегодня!

Расплываюсь в улыбке.

— Гулять мы, Степан Дмитриевич, пойдём обязательно. Будем с тобой ещё строить много-много снеговиков. Только завтра, а сейчас пойдём греться, кушать и спать.

— Не хочу спать! — заявляет Стёпка, сладко зевая. — Не буду спать! — в его голосе прорезаются капризные ноты.

Всё-таки мы с ним сегодня серьёзно перегуляли. Моя вина, что поддалась его умилительным уговорам.

— Спать не будешь? — спрашиваю спокойно. — Совсем не хочешь?

Он кивает так, что шапка съезжает на затылок, и снова зевает.

Притворяюсь опечаленной.

— И сказку слушать не будешь? И пить какао с зефиркой тоже не будешь?

Хлопает глазками, морщит лоб. Видно, как внутри Степана идёт непростая борьба.

Какой же он смешной и забавный!

— Буду! И сказку буду! И какао буду! И снеговиков лепить буду! Всё буду!

Сразу видно, в кого Степан Дмитриевич пошёл характером. Его папе тоже нужно всё и сразу — и жена, и любовница, и все, кто в неудачный для себя час мелькнул перед жадными глазами, и у кого нет возможности вот так просто сбежать.

Добираемся до детской. Ставлю Стёпку на пол, начинаю раздевать.

— Дай мне ножку, помогу тебе снять сапожок.

Он не слушается.

— Но мы же хотели только пописать!

— Для этого надо раздеться, разве не так?

— Нет, не так! — Он снова начинает капризничать. — Спать не буду. Не хочу и не буду. Мы пойдём на улицу строить снеговиков!

— Но чтобы слепить большого снеговика, нужны силы. Ты же помнишь, что сильными мальчики становятся во сне?

Наконец он позволяет мне снять с него обувь.

— Ты такая хитрая, няня Люба. — Стёпка морщит нос. — Хитрюга! Под... под... подколодная. Хитрюга подколодная, вот!

Ничего себе. Услышать такое от милого Стёпки я совершенно не ожидала.

Сто процентов, он не сам это придумал. Это чужие слова!