Собранная заново: Эвелина

Глава 1. Пепел и Отчаяние

Запах гнили преследовал её, въедаясь в плоть, проникая в самые глубины лёгких. Эвелина с трудом разлепила слипшиеся от гноя веки, и над ней простирался лишь клочок серого неба, прорвавшегося сквозь зияющую дыру в своде подвала. Подвал… некогда гордость графа фон Бернуа, а теперь – её личная могила.

Её тело было предательством. Кожа, когда-то нежная и белая, сейчас напоминала кусок прогнившей древесины, покрытый отвратительными черно-фиолетовыми пятнами. Смертельная зараза, медленно пожиравшая её изнутри, проявлялась теперь и снаружи, превращая её в ходячий труп. Она чувствовала, как плоть отслаивается от костей, как липкая слизь заполняет рот, не давая нормально дышать.

Двенадцать лет. Двенадцать долгих лет непрерывных мучений, научных изысканий, бесчеловечной жестокости – и всё ради чего? Чтобы стать основой для лекарства, которое спасёт других, но не её. Её кровь, её страдания – всего лишь ингредиенты в алхимическом зелье, которое продажный отец теперь продавал за баснословные деньги.

Твари Бездны… Всего два слова произносят всегда с шёпотом, с ужасом. Пятьдесят лет назад амбициозные маги, жаждущие власти, открыли портал в иной мир, решив подчинить себе его обитателей. Но Тьма не терпит узды. Существа, вырвавшиеся наружу, уничтожили своих создателей и начали пожирать мир. Их укусы несли погибель: тело зараженного медленно разлагалось, разум погружался в безумие, а в конце оставалась лишь оболочка, наполненная звериной яростью.

Эвелина знала это слишком хорошо. Она видела, как Тьма меняет людей, как оставляет их лишь тенью самих себя. Её собственный отец… он тоже был заражён. Не тьмой, конечно, а жадностью и безумием.

Её мать… Элиза. Светлый ангел, безрассудно полюбивший графа фон Бернуа. Она оставила свою семью, герцогский род, променяла роскошь и положение на жизнь в захолустном графстве. Семья отреклась от нее, но она ни о чем не жалела. До тех пор, пока не узнала правду.

Мать Эвелины обладала редким даром – иммунитетом к Тьме. Она чувствовала приближение этих тварей, её кровь могла исцелять ее саму. Отец, узнав об этом, увидел в ней лишь инструмент, источник бесценного ресурса. Он уверял её в своей любви, обвил её сознание запретными чарами, убедив добровольно участвовать в его экспериментах.

Эвелина помнила ее лицо, измученное, но всё ещё прекрасное. Она помнила её шепот, полный ужаса: "Он… он использовал меня. И теперь я боюсь, что он использует тебя, моя милая". Мать узнала о том, что отец начал экспериментировать над дочерью, и решила бежать, вернуться к своей семье, умолять о помощи. Но граф был слишком хитер. Он поймал её и убил. А потом продолжил свои ужасные исследования, не обращая внимания на крики и мольбы маленькой Эвелины.

И вот, спустя годы мучений, лекарство было найдено. Граф ликовал. Его имя гремело по всему королевству. Он купался в славе и богатстве, а Эвелина осталась гнить в подземелье, забытая и брошенная.

Ирония судьбы. Она была ключом к спасению, а ей самой никто не предложил руку помощи. Её тело – залог отсрочки гибели, а её душа – заперта в темнице боли.

Два года прошло с тех пор, как её оставили умирать. Два года она выживала вопреки всему, цепляясь за остатки разума и воли. Она слышала отдалённые звуки войны. Слухи доносили до неё вести о герцоге, уничтожающем тварей с невероятной скоростью и точностью. Она не знала, правда ли это, какая-то очередная сказка, чтобы вселить надежду в сердца отчаявшегося народа.

И вот, настал тот день, которого так боялись – день великого прорыва. Твари вырвались за пределы охраняемых территорий, уничтожая целые города, сея хаос и смерть. Королевство было в панике.

Даже в подвале полуразрушенного замка Эвелина чувствовала приближение Тьмы. Земля дрожала, воздух наполнился едким запахом серы и разложения. Она умирала. Но все еще жила.

Сквозь пелену боли и бреда пробились обрывки воспоминаний, далекие и размытые, как сны. Мать, улыбающаяся ей, держащая на руках. Портреы деда, генерала, внушающего трепет одним своим видом. Она его почти не знала. Её мать ушла к ее безумному отцу против воли семьи… Смутные воспоминания обрывались, уступая место новой волне боли. Гниение накрывало ее с головой.

Она слышала шепот, еле различимый сквозь грохот рушащегося замка: "Говорят, в этой битве опять отличился сын герцога… Рейнар…"

Рейнар. Имя, ничего не говорящее её умирающему сознанию. Его подвиги, его слава… всё это не имело значения. Она умирала в одиночестве, в забвении.

Сквозь туман агонии Эвелина прошептала, обращаясь к пустоте: "Какой была бы жизнь, если бы я что-то изменила? А смогла бы я изменить что-то…?"

Темнота сгущалась. Тело окончательно отказывалось служить. Сознание угасало, унося с собой боль, страх и неутолимую жажду мести.

Последней мыслью, промелькнувшей в её умирающем сознании, была одна лишь надежда: Что если..?