Софи в Зазеркалье. Его запретная добыча

Аннотация

Я простая сиротка из академии магии. Всю жизнь скрывала свой запретный дар – способность проникать в зазеркалье, параллельный мир, куда не ступала нога живого. Один неверный шаг – и меня сожгут на костре. Или превратят в оружие.
Но судьба решила, что тихая жизнь – не для меня.
Случайно оказавшись не в том месте, я обнаружила шкатулку с документами, разоблачающими заговор против короля. Предательство в самом сердце дворца. Доказательства, которые стоят жизни.
И теперь за мной охотится он.
Чёрный Ворон. Королевская ищейка. Легенда, которой пугают детей. Убийца, от которого никто не уходил живым. Прекрасный, как падший ангел, и опасный, как сама смерть.
Он идёт по моим пятам. Неумолимый. Чувствует меня, словно зверь – добычу. А я бегу, используя каждую крупицу запретной магии, зная: стоит ему меня поймать – и всё кончено.
Но чем дальше мы играем в эту смертельную игру, тем сложнее разобраться в своих чувствах и кто меня союзник, а кто враг. Его прикосновения обжигают сильнее пламени. Его взгляд пронзает насквозь, будто видит не только тело, но и душу.
Как выжить, когда преследователь становится защитником? Когда враг превращается в союзника?
И что делать, если бежать от него… больше не хочется?

Проды по возможности через день/раз в 2-3 дня🩵

В книге есть:
#Запретная магия #Королевский заговор #Смертельная охота #Сильная героиня #Чувства вопреки

Дорогие читатели!
Добро пожаловать в мою историю о прекрасной и смелой Софии — девушке с непростой судьбой и необычным даром, которая бежит от самого опасного охотника королевства… и от собственного сердца.
Здесь вас ждёт запретная магия, скрытая за гранью зазеркалья. Королевские интриги, где одно неверное слово стоит жизни. Чувства вопреки разуму и долгу. Сильная героиня, которая из сиротки без имени превратится в… впрочем, вы сами всё увидите. И, конечно же, обязательный хэппи-энд — потому что даже в самой тёмной истории должен быть свет.
Это история о том, как охотник и добыча меняются местами. О том, как ненависть превращается в страсть. О том, как запретное становится неизбежным.
Если вам понравились обложка, аннотация и начало книги — пожалуйста, поддержите лайком и комментарием. Каждый отклик вдохновляет автора продолжать писать, каждое тёплое слово даёт силы творить для вас. Ваша поддержка — это магия, которая оживляет историю!
Устраивайтесь поудобнее. Приготовьте чай с печеньками. И позвольте себе погрузиться в мир, где драконы реальны, магия опасна, а любовь сильнее судьбы.
Приятного чтения!

С любовью, Автор🖤🐉

Глава 1

София

Коридор третьего этажа Академии Аркалис казался бесконечным, когда за спиной раздавался звонкий девичий смех и цокот дорогих туфель по мраморному полу. Я ускорила шаг, прижимая к груди потрёпанную книгу по теории общей магии – единственное, что успела схватить перед тем, как выскочить из библиотеки.

– Эй, нищенка! – окликнула меня Аделина, дочь барона Грейстоуна, и в её голосе звенела привычная издёвка. – Куда так спешишь? Не хочешь составить нам компанию?

Я не обернулась. Знала, что за Аделиной идут её верные подружки – Селина и Изабель, обе из знатных семей, обе презирающие таких, как я. Сироту без имени, без гроша в кармане, без будущего. Таких, кому посчастливилось попасть в Академию лишь благодаря королевскому указу о том, что любой, у кого проявилась хоть капля магии, имеет право на обучение.

– София, мы с тобой разговариваем! – голос Аделины стал резче.

Я ускорилась ещё больше, почти перешла на бег. Конец коридора был близко – там поворот, лестница вниз, а потом можно скрыться в своей комнатушке на первом этаже, в крыле для «стипендиатов», как деликатно называли таких, как я. На самом же деле все знали правду: мы были подопечными Академии, теми, кого кормили, одевали и учили из королевской казны.

– Остановись, я сказала!

За спиной что-то свистнуло, и в следующее мгновение струя воды обрушилась мне на спину. Вода была ледяной, пропитала насквозь форменное платье, заставила вскрикнуть от неожиданности. Книга выскользнула из рук, с глухим стуком упав на пол.

Девушки расхохотались.

– Ой, прости! – насмешливо протянула Аделина, подходя ближе. Её магия воды считалась одной из самых сильных среди второкурсников. – Рука соскользнула. Ты ведь не обидишься, правда, Софи?

Я медленно обернулась, стараясь сохранить на лице безразличное выражение. Это была игра, в которую мы играли уже полгода. Они задирали, я молчала и терпела. Потому что знала – стоит мне дать слабину, показать, как больно, и станет только хуже. А если я осмелюсь дать отпор и хотя бы просто пожаловаться… что ж, тогда найдётся сотня свидетелей, готовых поклясться, что во всём виновата я сама.

– Всё в порядке, – ровно ответила я, наклоняясь за книгой.

– Вот и умница. – Аделина обменялась многозначительными взглядами с подружками. – Знаешь, Софи, а мы тут с девочками обсуждали… Как это у тебя получается оплачивать обучение в Академии? Ведь стипендия покрывает только самое необходимое. А платья, книги, всё остальное…

Моя рука сжалась на промокшем переплёте. Вот оно. Началось.

– Академия обеспечивает всем необходимым, – тихо ответила я.

– Но недостаточным для комфортной жизни, правда? – Селина подошла с другой стороны, отрезая путь к отступлению. Её магия огня проявлялась в том, как в воздухе вокруг неё плясали крошечные искорки. – Так что, наверное, приходится… подрабатывать?

Изабель хихикнула, прикрыв рот ладонью.

– Я слышала, некоторые студентки оказывают… особые услуги преподавателям, – продолжила Аделина, обходя меня кругом. – За хорошие оценки. За поблажки. За дополнительные монеты. Ты ведь не из таких, Софи?

Кровь прилила к щекам. Я знала, к чему они клонят. Этот слух распространялся по Академии уже несколько месяцев. Шёпот за спиной, косые взгляды, презрительные усмешки. И неважно, что это ложь. Неважно, что я никогда не опускалась до подобного. Грязь прилипала, въедалась в репутацию, делала меня изгоем.

– Нет, – твёрдо сказала я, глядя Аделине прямо в глаза. – Я не из таких.

– Правда? – Она наклонила голову, изучая меня с деланным интересом. – А профессор Мордекай, кажется, очень внимательно следит за твоими успехами в магии. Уж не потому ли, что ты…

– Хватит.

Мой голос прозвучал тише, чем я рассчитывала, но в нём была сталь. Та самая, которую я выковала за годы жизни в приюте, на улицах, в цепких руках тех, кто пытался меня сломить. Я не позволю этим избалованным девчонкам сделать то, с чем не справились годы лишений.

– Ох, нищенка огрызается, – протянула Селина. – Может, напомнить тебе твоё место?

Она шагнула вперёд, и я увидела, как между её пальцами танцует маленький язычок пламени. Угроза была очевидной. Но я не отступила.

– Моё место – здесь, – ответила я. – Король лично издал указ о том, что магия не признаёт сословий. И я имею такое же право учиться в Академии, как и вы.

– Право – да. – Аделина скрестила руки на груди. – Но это не значит, что тебе здесь рады.

Я сжала книгу сильнее. Внутри что-то кипело, рвалось наружу. Моя магия, которую я так тщательно скрывала все эти месяцы. Было бы так легко… так просто показать им, на что я способна на самом деле. Отшвырнуть их к стенам, сломать кости, вывернуть суставы...заставить замолчать раз и навсегда и отвязаться от меня.

Но нельзя.

Преподаватели и ректор знали меня как обладательницу слабого телекинеза – способности слегка двигать мелкие предметы. Безобидный дар, не представляющий ни интереса, ни угрозы. Если я открою правду… последствия могут быть катастрофическими. Людей с такими способностями, как у меня, в королевстве либо берут на службу короне, либо… либо устраняют как потенциальную опасность.

Глава 1.2

***

Я сжала зубы и поспешила прочь, пока слёзы ярости не предали меня.

В своей комнате я переоделась в сухое платье – одно из двух, что у меня были. Старое, латанное, но чистое. Развесила мокрое сушиться на верёвке, протянутой от окна к шкафу. Книгу промокнула тряпкой, насколько это было возможно, и поставила на подоконник, надеясь, что она высохнет к завтрашним занятиям.

Потом села на кровать и позволила себе минуту слабости.

Академия Аркалис должна была стать моим спасением. Когда полгода года назад я узнала о возможности поступить сюда, об указе короля Вальтера Второго Златокорного, который открыл двери Академии для всех одарённых магией, неважно какого происхождения – это казалось чудом. Бабушка, приютившая меня после долгих недель скитаний, была так рада. «Получишь образование, – говорила она, гладя меня по голове. – Найдёшь достойную работу. Заживёшь хорошо, Софи».

Она умерла через три месяца после того, как я поступила. Совсем недавно. Во мне ещё свежа горечь утраты. Она ушла тихо, во сне, оставив мне свой маленький домик на окраине Валториума и благословение на счастливую жизнь.

Но счастья не случилось.

Академия встретила меня холодом и презрением. Большинство студентов были детьми знати, купцов, состоятельных горожан. Таких, как я – буквально сироток с улицы – было человек десять на всю Академию. И нас сторонились, как прокажённых.

Магия… магия тоже не стала спасением. Мой телекинез, который я демонстрировала преподавателям, считался слабым и бесперспективным. А настоящие способности… те, что я прятала глубоко внутри, боясь показать… они могли либо вознести меня на вершину, либо погубить окончательно.

Я провела ладонью по лицу, отгоняя мрачные мысли. Нужно было готовиться к завтрашним экзаменам. Неделя испытаний – по теории магии, практике общей магии, истории королевства. Если провалюсь, потеряю стипендию. А значит, и крышу над головой.

Но сосредоточиться не получалось. Слова Аделины крутились в голове: «Скоро все узнают правду о тебе». Что она имела в виду? Неужели кто-то догадался о моих настоящих способностях?

Нет. Нет, это невозможно. Я ведь была так осторожна…

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

– София? – раздался знакомый голос. – Ты там?

Марта. Одна из немногих, кто не сторонился меня. Тоже стипендиатка, дочь фермера из дальней провинции. Её магия земледелия позволяла ускорять рост растений – полезный, но не престижный дар.

Я открыла дверь. Марта стояла на пороге с обеспокоенным лицом.

– Я слышала, что снова тебя задирали, – тихо сказала она. – Аделина хвасталась в столовой, что «поставила нищенку на место».

– Всё в порядке. – Я попыталась изобразить улыбку. – Привычное дело.

– София… – Марта покачала головой. – Так нельзя. Нужно пожаловаться ректору.

– И что он сделает? – устало спросила я. – У Аделины найдётся дюжина свидетелей, которые поклянутся, что ничего не было. А у меня… у меня только моё слово. Слово сироты против слова баронской дочери.

Марта сжала губы, но спорить не стала. Она знала, что я права.

– По крайней мере, будь осторожна, – сказала она. – Экзамены на носу. Не давай им повода навредить тебе ещё больше.

– Постараюсь.

Мы обменялись короткими объятиями, и Марта ушла. А я вернулась к учебникам, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей.

Но концентрация не шла. Буквы расплывались перед глазами, формулы путались. В какой-то момент я захлопнула книгу и уставилась в окно.

За стеклом медленно сгущались сумерки. Академия Аркалис находилась на окраине Валториума, в старинном поместье, переделанном под учебное заведение. Из моего окна открывался вид на внутренний двор с фонтаном и клумбами, а дальше – на главное здание, где располагались аудитории и кабинеты преподавателей.

Именно там, на третьем этаже, находился кабинет ректора Морвина Аурентийского – довольно сильного мага, перенявшего пост ректора Академии полвека назад.

Именно там, всего через несколько часов, моя жизнь изменится навсегда.

Но об этом я, конечно же, ещё не знала.

Вечер выдался особенно тяжёлым. После ужина в общей столовой – где я, как обычно, сидела в одиночестве за дальним столом, – я вернулась в комнату и попыталась ещё раз взяться за учёбу. Но не тут-то было.

Стоило мне открыть учебник по общей магии, как за окном раздались громкие голоса. Я выглянула и увидела Аделину с компанией – теперь к ним присоединились и юноши, в том числе Доминик Сталхарт, сын герцога и самый завидный жених Академии.

Они о чём-то спорили, смеялись, жестикулировали. А потом Аделина подняла голову и встретилась со мной взглядом.

Улыбнулась. Холодно и торжествующе.

И что-то шепнула Доминику.

Тот посмотрел в мою сторону, усмехнулся и кивнул.

Дурное предчувствие сжало сердце. Я отступила от окна, задёрнула тонкую занавеску. Но чувство тревоги не проходило. Что-то должно было случиться. Что-то плохое.

Я попыталась вернуться к учебникам, но буквы танцевали перед глазами. В голове крутились обрывки разговоров, взгляды, усмешки. «Скоро все узнают правду о тебе».

Глава 2

София

Зазеркалье встретило меня своим привычным холодом и мёртвенной тишиной.

Коридор Академии, такой знакомый и обжитый в реальном мире, здесь выглядел чужим и пугающим — словно искажённое отражение в разбитом зеркале. Стены были серыми, будто выцветшими от времени, лишёнными всех красок и жизни. Факелы в бра не горели — вместо них зияла блёклая пустота, поглощающая свет. Даже воздух казался другим — густым, вязким, с едва уловимым привкусом чего-то древнего, забытого и неправильного.

Словно сам мир здесь умирал — медленно, мучительно. Я втянула воздух — он обжёг лёгкие холодом, оставил неясный привкус на языке. Каждый вдох требовал усилий, словно атмосфера зазеркалья сопротивлялась вторжению живого существа.

Голубой огонёк плыл впереди, мерцая мягким, почти утешительным светом. Единственное живое — если это слово вообще применимо к зазеркалью — в этом мёртвом, застывшем мире.

Я шла за ним, стараясь не шуметь, хотя понимала — здесь не было никого, кто мог бы меня услышать. Зазеркалье всегда было пустым. Всегда. Мёртвым эхом реального мира, населённым лишь тенями и отголосками.

До сегодняшнего дня. Потому что сегодня что-то изменилось. Я чувствовала это кожей — тревожное предчувствие, которое заползало под рёбра и сжимало сердце.

Огонёк поплыл к лестнице, ведущей на третий этаж. Я замедлила шаг, инстинктивно напрягаясь. Третий этаж — там кабинеты преподавателей, библиотека для избранных студентов, и… кабинет ректора. Место, куда простым ученикам вход воспрещён.

Что же огонёк хочет мне показать?

Мы начали подъём. Каждый мой шаг отдавался глухим эхом, хотя я ступала тихо, почти на цыпочках. Звук разносился по пустым коридорам, множился, возвращался искажённым — словно кто-то невидимый шёл следом, повторяя мои движения.

Я невольно оглянулась. За спиной — лишь серая пустота лестничного пролёта. Ничего. Никого.
Но ощущение чужого присутствия не исчезало.

Холод усиливался с каждой ступенькой. Я чувствовала, как он проникает под кожу, просачивается в мышцы, добирается до самых костей.

Кончики пальцев начало неприятно покалывать. В предыдущие мои визиты такого не было.

Нельзя долго оставаться здесь. Нельзя. Правило номер один зазеркалья — не задерживаться дольше одного часа. Это самый длинный срок, на который мне удавалось здесь остаться.

Но огонёк звал дальше. Настойчиво. Неотступно.

Мы поднялись на третий этаж и свернули в знакомый коридор. В реальном мире здесь висели портреты прославленных выпускников Академии в золочёных рамах, горели магические светильники тёплым янтарным светом, лежали мягкие ковровые дорожки приглушённого бордового цвета.

Здесь же — ничего. Голые стены, покрытые сетью тонких трещин. Пустые рамы, из которых исчезли все изображения. Тусклый, мертвенный свет, исходящий непонятно откуда — словно само пространство излучало слабое фосфоресцирующее сияние. И гнетущая, давящая на барабанные перепонки тишина.

Слишком тихо. Неестественно тихо.

Даже моё дыхание казалось оглушительным в этой мёртвой тишине. Это место и раньше казалось забытым, отчуждающим, но такого я ещё не испытывала. Вопрос: что изменилось?

Огонёк остановился у массивной двери в конце коридора. Кабинет ректора Морвина Аурентийского. Я замерла, глядя на дверь.

Сердце заколотилось быстрее, пульс застучал в висках. В реальном мире эта дверь всегда была заперта. Сюда пускали только по особому приглашению, которого удостаивались лишь избранные. Или в качестве наказания, которых мне успешно удавалось избегать, несмотря на все издевательства. Жаловаться или доносить на меня аристократы, видимо, считали ниже своего достоинства, поэтому наши разборки касаются только нас. По крайней мере, пока. Но сейчас не до них.

Я никогда не была в этом кабинете — не было причин. Разве что при поступлении в Академию полгода назад, когда стояла перед ректором, скрывая дрожь в руках и пытаясь выглядеть достойно.

Огонёк завис перед дверью на мгновение, словно давая мне время передумать. А потом… проскользнул сквозь неё.

Я осталась стоять в коридоре одна, прислушиваясь к собственному дыханию. К стуку сердца. К звенящей тишине вокруг. Каждый инстинкт словно шептал: уходи. Возвращайся. Это не твоё дело. Ты не должна здесь быть.

Но любопытство… проклятое, настойчивое любопытство было сильнее страха.

Что там? Что огонёк хочет показать мне так отчаянно?

Я сглотнула, собираясь с духом. Потом шагнула к двери и осторожно толкнула её.

В зазеркалье двери не запирались. Или, точнее, замки здесь не имели значения — физические барьеры теряли смысл в мире теней и отражений. Дверь легко поддалась, открываясь бесшумно, без единого скрипа.

Слишком легко. Слишком тихо. Словно приглашение. Или ловушка.

Я переступила порог. Кабинет ректора в зазеркалье выглядел почти так же величественно, как и в реальности, но лишённым всех красок. Массивный стол из тёмного дерева — тёмно-серого здесь. Книжные шкафы от пола до потолка, заполненные томами с выцветшими, нечитаемыми корешками. Глобус мира, на котором все континенты слились в серое пятно. Подзорная труба у окна, направленная в никуда.