Вдалеке я увидел девушку. Белый сарафан колыхался на ветру. Лица я её не видел. Она стояла одна, совсем одна, и смотрела вдаль, куда-то за горизонт. Я прошел мимо, стараясь не мешать, но услышал, что она плачет и бубнит себе под нос: «За что, Господи, за что? Зачем ты меня наказываешь? Что я сделала тебе, где согрешила?» Я пошел дальше, думая о своем.
На обратном пути я увидел, что девушка в сарафане была уже далеко в море. Видны были только её плечи и голова. И вдруг она нырнула. Я хотел идти дальше, но что-то меня остановило. Она не выныривала. Прошла минута... может, больше. Мой взгляд по-прежнему был устремлен в то место, где она исчезла. Пустота. И я начал понимать, что мне нужно поторапливаться.
Я нырял туда, где она была, но там никого не было. Я подумал — может, ошибся местом? Нырнул, осмотрел дно — пусто. Времени уже прошло много. Так долго человек под водой находиться не может. Я сделал глубокий вдох, нырнул еще раз, искал в зеленой толще, но не находил никого, словно она испарилась. Как же так, подумал я. Потом, в нескольких метрах впереди, я увидел кусок белой ткани, плывущий в глубине. Я поплыл туда. Оттуда нырнул еще глубже. Было довольно-таки глубоко, очень. Я погружался всё ниже, и там, на самом дне, лежала она, свернувшись калачиком на боку. От её левой ноги шла веревка, привязанная к камню.
Я рванул к ней. Она была без сознания. Освободив её ногу, я попытался вынырнуть вместе с ней. Но мой запас воздуха закончился. Я начал задыхаться, инстинктивно открыл рот, и вода сразу начала заполнять меня. Я пытался дышать, но вместо этого глотал литры воды, глотал и глотал. Силы ушли. Оставалось чуть-чуть, чтобы вынырнуть, но мышцы расслабились. Руки разжались. Она вышла из моих объятий.
Я медленно начал засыпать. Странно это — спать под водой. Казалось, что я оказался совсем в другом измерении. Что моё место там, я должен вернуться туда, в мир живых. Но тут, под водой, было так уютно, словно я облако, плывущее по небу. И темнота, которая унесла меня в свой мир снов.
Открыв глаза, я увидел темную гладь. Волны то приходили, то уходили. Лежа на боку на песке, я смотрел на горизонт. Туда, где я что-то потерял. То ли свой сон, то ли мечту, то ли её. По лицу текли слезы. Я плакал. Зачем? По кому? Я даже не знал.
Был ли этот день настоящим? Или я просто уснул на берегу, перегрелся на солнце, и всё это — лишь сон? Может, и не было никакой девушки? Я не знал. Я знал лишь одно. Кем бы она ни была — моим сном или живым человеком, — я её не спас.