Сосед не по правилам

Пролог

– Как прошла встреча с Белых?

– Отлично! А… почему ты спросила? Причем здесь Белых?

Удовлетворенно кивнула.

– Рада, что встреча прошла на отлично, ты вернулся живой и невредимый.

И тут выдержка мне изменила:

– А я… похоронила тебя уже, понял?! – заорала на всю каюту. – На обочине с прострелянной головой представляла! Не знала, куда бежать, где искать тебя, что делать… А ты… Как ты мог… так… со мной?! Ты дурак… козел, понял?!

Ударила его кулаками в грудь, потом прижалась к ней щекой и беспомощно расплакалась.

Почувствовала, как руки Фила сжали меня в крепких объятиях.

– Алина… – хрипло прошептал он. – Прости, я не думал, что ты… все так воспримешь.

Филипп запрокинул мне голову и нежно, почти робко поцеловал. Я замерла, не зная, как реагировать, не в силах оттолкнуть.

Поцелуй повторился еще и еще – с нарастающей страстью, которая лишала меня воли и желания сопротивляться. Жадный рот Филиппа скользнул по моему подбородку к нежной коже шеи…

Отчаянно колотилось сердце…

Я отпрянула из последних сил.

– Нет, Филипп, нет! Не надо…

Глава 1

Вечно у соседа все не так.

Мотается целыми днями непонятно где, а щенок без присмотра!

– С ума сошел?! – проорала Марсику. – Зачем глупую башку через штакетины просунул!

С досады плюнула под ноги.

Щенок взвизгнул и затих. Все, задохнулся!

В ужасе кинулась на помощь.

Со всей дури врезалась в ведро с водой, припасенной для полива клумбы.

Вода разлилась, ведро откатилось, а я, поскользнувшись, на полном ходу впечаталась лицом в забор. Приложилась знатно. Аж, искры из глаз посыпались!

Оценив обстановку, рванула в сарайчик за гвоздодером и топором.

Через минуту шпиц был спасен.

Прижала его к груди и уселась на землю.

– Я тебя понимаю. А вот хозяина твоего, соседа Филиппа, – отказываюсь!

Странный Филипп парень. Я его почти не знала.

Здоровались, конечно. Пару раз сбежавшего Марсика вместе разыскивали. На этом все!

В поселке Филиппа звали Старьевщик Фил. Правда, только за глаза.

Понятия не имею, за что его наградили таким экстравагантным прозвищем!

На вид соседу больше тридцати не дала бы. Общительностью он не отличался, жил один.

Дача у него просто шикарная – кирпичная, двухэтажная! А вот забор почему-то из простого штакетника.

…От напряженной позы у меня заломило шею и затылок. Горели огнем ободранные колени. А лицо…

На лбу зрела шишка. Кожу на скулах щипало и саднило. И, кажется, распухал нос.

Я страдальчески застонала.

Марсик, из-за солидарности, завыл.

– Перестань. Спасать тебя от удушения – сомнительное удовольствие!

В ответ испуганно вспыхнули черные бусинки круглых глазок, а подвыванье сменилось скулежом.

– Я тебя между штакетинами не загоняла! – отрезала строго.

Домой бы мне надо…

Со вздохом оценила безнадежно испорченный брючный костюм.

Вдохнула наполненный ароматами трав запах светлой летней ночи. От прогретой земли исходило приятное тепло.

Легла на спину. Прижала Марсика к себе и задремала.

***

Очнулась я от постороннего прикосновения, в испуге распахнула глаза и столкнулась с хмурым взглядом соседа.

– Филипп? – испуганно охнула.

В первый раз видела лицо соседа так близко. А ведь красивый оказался мужик и … притягательно-сексуальный.

Фигура, что надо – мышцы мощных плеч так и бугрились под футболкой, а руки мускулистые, сильные, все в татуировках…

Внутренне застонала, представив, как эти руки могли бы блуждать по моему телу в более интимной обстановке…

Серо-голубые глаза в темных густых ресницах так и поедали меня. Раздевали без стыда… По телу побежали мурашки.

Ишь ты, никакой скромности у сексапила!

М-да, не замечала соседа… А жаль! Причины для более тесного контакта, к сожалению, не представлялось.

Марсик же на мне даже не пошевелился. По фигу хозяин!

– Алина, в чем дело? – спросил строго Филипп, но в голосе промелькнули нотки тревоги. Взгляд соседа метнулся к выломанным доскам в заборе. – На тебя напали? Что с лицом? А Марсик почему с тобой?

Со стоном пошевелилась, сунула шпица в руки хозяину и кое-как приняла сидячее положение.

Марсик, видимо, «в благодарность» за спасение рванулся опять ко мне.

– Все из-за тебя, сосед, – разозлилась я. – Нечего щенка без присмотра оставлять! Чуть не покалечилась, когда его глупую голову из штакетин вытаскивала.

Брутальный сосед нахмурился еще больше и вдруг его гибкие пальцы начали осторожно ощупывать мое лицо. Я дернулась и заорала от боли. Но Филиппа не остановился. Его пальцы продолжили танец по моим ключицам и плечам, потом крепко ощупали коленки, переместились на лодыжки. Я взвыла сиреной.

Не так я представляла наши первые соприкосновения…

– Кажется, ничего не сломала, – выдохнул брутальный сосед.

Я рассерженно сбросила его руки. Да уж! А ведь могла сломать, когда через ведро споткнулась.

Шпиц, все это время, прижимавшийся ко мне, тявкнул последний раз и затих. Поцеловала его в густой шелковистый загривок и не нашла ничего лучше, как излить соседу душу:

– Мне так плохо! Жених помолвку разорвал, – выболтал тайну мой глупый язык. – А тут еще Марсика пришлось спасать из-за твоего пофигизма. – Я шмыгнула носом.

– Срочно понадобилось уехать, – виновато выдохнул Филипп. – Думал, погуляет собачка, порезвится, воздухом свежим подышит… Предположить не мог…

– Так нельзя, – внутри меня кипела злость на нерадивого соседа. – Тебя целыми днями нет дома!

– Ты права. Надо уделять шпицу больше внимания. Ладно, подумаю!

– Подумай, – с придыханием ответила я.

Губы Филиппа тронула многозначительная усмешка.

– Так что там, говоришь, учудил твой жених? – прошептал мне в ухо, касаясь губами.

– Бросил. Я его маме не понравилась! Только не могу понять, зачем тебе об этом рассказываю!

Сосед нежным движением убрал прядь волос с моего лица.

– Ты его любишь?

– Уже нет, – зло отрезала я и отвернулась.

Еще не хватало перед таким красавцем исповедоваться!

– Это очень облегчит нам жизнь, – насмешливо выдал Филипп и сразу сделался серьезным.

– Поехали! – приказал он.

– Куда?! – пришла я в ужас. – Ты хочешь побить Костю прямо сейчас? Не надо!

– Не надо так не надо, – мрачно согласился Филипп. – Мы вообще-то в травмопункт поедем. Чтобы врач осмотрел, раны обработал, да и прививку от столбняка поставил.

– Нет! – меня заколотило от страха. – Сама обработаю. Какую еще прививку?! Не надо никакой прививки… – от грядущей перспективы меня затошнило.

– Не обсуждается, – Филипп помог подняться, взял под мышку сопротивлявшегося шпица и потянул меня к калитке.

Возле дома соседа стоял эпохальный внедорожник «Нива». Я поморщилась. Вроде не из бедных, а машина… отстой.

Филипп силой усадил меня в машину, передал Марсика и захлопнул дверцу.

– Ну ладно, Старьевщик Фил. Так, да? – прошипела я. – Отомщу! Ты не имеешь права, – я тряслась мелкой дрожью от предстоящих медицинских манипуляций. – Ненавижу больницы!

Глава 2

Ночью я оплакивала крушение личной жизни. Успокоилась только перед рассветом. И сразу заснула. Мне снился Филипп… Во сне я млела от его взгляда и соблазняла…

Но эротичный сон длился недолго. Позвонил Костя. Наверное, еле утра дождался, не иначе!

Принялся нести какую-то ахинею в свое оправдание. Типа, что мать – это святое, и ее можно понять и простить. Но я хамство его мамаше прощать не собиралась, а ему тем более. Мог бы родительницу на место поставить!

Вежливо попросила Костю забрать из Загса заявление и признаться всему городу, что мы больше не жених и невеста. Вакансия самого перспективного жениха свободна!

Неделю просидела, словно в тюрьме. Даже за калитку не выглядывала. Да и куда я, с разбитым лицом, направилась бы?

Хорошо хоть на работу идти не надо – третий день, как я томилась в отпуске, а отпуск у педагогов, как известно, длинный. Так что до середины августа я совершенно свободна!

Филипп нанес соседский визит ближе к обеду.

Явился с шикарным букетом алых роз, бутылкой шампанского и корзинкой всяких вкусностей.

Он расшаркался перед мамой, поцеловал ей руку, вручил цветы. А я по простоте душевной думала, что букет для меня, как признание моей неземной красоты, изрядно подпорченной во время спасения Марсика.

С Филиппом любезничать не собиралась, отнеслась к его визиту прохладно. Решила показать гордость. Хотя до безумия хотелось уединиться с ним где-нибудь… ну хотя бы в саду, в беседке. Но нет! Лучше пока пусть во сне… приходит.

И отказалась присоединиться к их с мамой добрососедскому чаепитию.

Я ужасно злилась.

Не простила соседу болезненных манипуляций в травмопункте и долбанной прививки от столбняка. Как я ни умоляла медперсонал не делать ее, мои вопли, видимо, были для них меньшей карой, чем упрямо сведенные брови и строгий взгляд Филиппа.

Однако, моя показная холодность дала отличный результат!

Сегодня шестой день, как Филипп с настойчивостью мозолил мне глаза, распивая с мамой чаи на кухне и обсуждая очередной криминальный сериал.

Мамуля от этих посещений даже как-то повеселела, воспряла духом, и на бледном от болезни лице появился легкий, чуть заметный румянец.

Два года назад она переболела гриппом, осложнившимся тяжелым пороком сердца. Маме «повезло» – досталась квота по бюджету, и в областном кардиологическом центре ее бесплатно прооперировали, после чего дали инвалидность.

Но на послеоперационное лечение и реабилитацию нам пришлось с мамулей продать свою «хрущевку» в городе и переехать сюда, в дачный поселок, в летний дом.

Маме для здоровья загородная жизнь была просто необходима.

Чтобы жить в поселке круглогодично, я набрала кредитов: подвести газ, воду и капитально его отремонтировать.

И вообще, врачи настоятельно рекомендовали маме кардиологический санаторий два раза в год . Но, увы, бесплатная путевка маме была положена только раз. И летом давать ее никто не собирался. Сказали, что, может, к ноябрю, очередь огромная.

Конечно, путевки свободно продавались, только покупай, но денег у нас с мамой не было. И не предвиделось…

***

…Я валялась на кровати в спальне и просматривала ленты новостей в соцсетях.

Вошла рассерженная мама.

– Алина, перестань прятаться от Филиппа! – прошептала раздраженно. – Он не ко мне приходит. Специально сидишь тут? – она обвела негодующим взглядом мою комнату.

У меня задрожали губы.

– Я его не звала! Следил бы лучше за Марсиком.

Мама примирительно погладила меня по волосам.

– У тебя распались отношения с Костей. Но при чем здесь Филипп? Не надо отыгрываться на ни в чем неповинном человеке. Присмотрелась бы к нему получше. Такой обаятельный молодой мужчина! Вставай, пойдем.

Оторвала взгляд от экрана смартфона. Больше всего на свете мне хотелось очутиться на кухне. Уголщать соседа чаем с душистым смородиновым вареньем, глядеть в бездонные глаза, срывать улыбку с его мужественного рта.

Я уже села на кровати и надвинула шлепанцы, но в последний момент взяла себя в руки.

– Не пойду, – произнесла упрямо. – И мне без разницы, какой человек Старьевщик Фил! Или он у тебя теперь только Филипп? Интересно, почему у него такое прозвище?

Мама бросила на меня негодующий взгляд.

– Вот иди и спроси сама! Не укусит он тебя, не бойся.

«Как знать, как знать», – пробубнила про себя, а вслух безразлично сказала:

– Нет настроения. Так и передай ему.

Мама вышла, недовольно пристукнув дверью.

***

Я засунула смартфон под подушку, легла поудобнее и закрыла глаза.

Наверное, от рухнувшей надежды на замужество, я должна была заливаться слезами.

Но плакать почему-то не хотелось. А еще не давал покоя вопрос, а была ли между мной и Костей любовь?

Да, нам было комфортно друг с другом. Мы оба не уроды, с образованием, с работой.

Костя в нашем небольшом городе считался завидной партией. Собственная квартира в новом доме, новенькая иномарка, престижная должность в городской администрации.

Он красиво за мной ухаживал – цветы, подарки, развлечения. Потом объяснение в любви, поход в Загс с заявлением на регистрацию брака… И вдруг – «вы нам не подходите». Господи, хорошо хоть в учительской коллегам про свадьбу не успела намекнуть!

Обида пронзила сердце, и я, накрыв голову подушкой, завыла с упоением в голос, по-бабьи размазывая по щекам слезы.

Вот чего я плачу, а? Но как себя ни успокаивала, а на душе скребли кошки.

Подошла к зеркалу.

Печальное зрелище, ничего не скажешь!

Прямо с души воротит, до чего у меня жалкий вид! С распухшим лицом, заплывшими глазами и воспалившимися ссадинами на скулах. Огромная шишка на лбу и свезенная напрочь кожа на коленях шарма также не добавляли. Придется ноги прятать под джинсами. И это в июльскую жару!

Настоящее пугало! Категорически не понимала, что гнало Филиппа к порогу нашего дома. С его-то внешностью… А я даже этого не могла ему предложить.

Глава 3

Через несколько дней лицо у меня заметно зажило, и даже рука после прививки под лопатку уже двигалась нормально.

Выходить за калитку пока не решалась, но собирать ягоды, а потом варить варенье была вполне способна.

Напевая модный шлягер, я обрывала крупную черную смородину возле дальнего забора. И на полном серьезе размышляла, а не сходить ли на рынок и не толкнуть ли там ягоды за приличную цену, потому что от варки варенья меня уже мутило.

И вообще. Деньги лишними не бывают!

– Алина, вот ты где! – раздался у меня над ухом голос Филиппа. – Разговор есть.

От неожиданности ведерко выскользнуло у меня из рук, и собранная отборная смородина высыпалась под ноги.

– Чтоб ты провалился! – рявкнула на соседа. На глазах выступили слезы.

Конечно, я могла выругаться и нецензурно, сразу стало бы легче. Но слишком много чести для какого-то там Старьевщика Фила!

– А нечего было от меня неделю прятаться! Тогда я не выслеживал бы тебя на огороде, как Марсик воробьев!

С досады запульнула ведерко в огуречные плети. Да и вкусной смородины сделалось жалко.

– А за «провалился» отдельное спасибо, – укорил сосед.

Я решила дискуссию не развивать.

– Что ты хотел? Давай спрашивай, мне домой пора!

– Не через забор, – с томной поволокой в глазах выдохнул Филипп. – Разговор тет-а-тет. Пошли ко мне!

У меня глаза на лоб полезли от такой наглости.

– А ху-ху не хо-хо? – выдала нервно.

Филипп поморщился.

– Что ты как пацанка, ей богу! Выражайся прилично.

– Учить меня будешь! – возмутилась я.

Он рассмеялся, обнажив ровные белые зубы.

– Не буду, – отозвался миролюбиво. – И все-таки…, очень нужно поговорить. Подходи к дому, сейчас встречу.

– А где Марсик? Что-то не видно его… – поинтересовалась я.

Филипп нахмурился.

– Наказан. Теперь выгуливаю только под присмотром. Не готов пока мой пес к самостоятельности!

От комментариев отказалась. Но… посидел бы Филипп сам в целый день в четырех стенах, взаперти!

– Сейчас приду.

***

Сосед встретил меня на пороге.

– Пойдем.

Мы пересекли небольшой уютный холл.

Взгляд зацепился за стеллаж с коллекцией игрушечных машинок. Что-то в них показалось мне странным, но что, не успела додумать. Мы свернули направо и вскоре оказались в кабинете Филиппа.

– Подожди секунду, – пробормотал, кивнув мне на стул. А сам уселся за рабочий стол и уткнулся в экран ноутбука, усиленно двигая мышкой.

С любопытством осмотрелась вокруг.

Панорамные окна за колыхающимися от сквозняка легкими шторами. Шкаф для документов, два современных кресла, обтянутых кожей, несколько стульев… Все в бежевом цвете, даже ковролин. Стильно, ничего не скажешь!

Тонкое, хоть и приветливое «тяв» заставило меня вздрогнуть.

С пола на меня, задрав лисью мордочку, укоризненно смотрел Марсик. Наверное, шпиц считал меня виновницей лишения свободы.

– Не смотри на меня так, – попросила шепотом. – Сам виноват. А потом, я тебя спасла. Мы ведь друзья, правда? А в дружбе всякое бывает…

Марсик заскулил и отвернулся.

Я усмехнулась. Мужик – он и есть мужик, даже если шпиц! Свою вину признавать не хотел. Но придется!

Исподтишка разглядывала углубившегося в ноутбук соседа.

А он мало что широкоплечий, так еще и рослый! Терпеть не могла коротышек…

Необычное сочетание черт создавало неотразимость. И как это я раньше не замечала?

Сердце замерло в груди, а дыхание, наоборот, участилось, сделалось шумным.

Смугловатая кожа, светлые серо-голубые глаза, черные густые волосы надо лбом. Раздвоенный подбородок с ямочкой под капризными, резко очерченными губами. Нос с чуть заметной горбинкой…

Вот бы впиться поцелуем в этот мужественный и в тоже время чувственный рот! Коснуться блестящих волос надо лбом. Они, наверное, ужасно жесткие.

Пришлось сильно прикусить нижнюю губу, чтобы не вырвался мечтательный стон.

У меня даже ладони вспотели от остро возникшего желания.

Признаю, – чертовски привлекателен этот сосед Филипп… Интересно, как бы он себя повел, догадайся о моих отнюдь нецеломудренных мыслях?

И все-таки, сколько Филиппу лет? Тридцать? Чуть меньше?

И почему брутальный красавец обитал в шикарном доме один, не считая шпица?

Откуда у соседа такое глупое прозвище и вообще… чем он по жизни занимался?

Надеюсь, не бандитизмом. Сейчас, слава богу, не девяностые!

Но что ему от меня понадобилось?

Глава 4

Филипп двинул напоследок мышкой туда-сюда и оторвался от экрана ноутбука.

Наши глаза встретились. Вот будто шпаги перекрестились! Мне даже померещился легкий звон металла.

Сосед смотрел дерзко и просительно. Неужели прочитал мои мысли?

Я забеспокоилась. Такой взгляд явно не подходил для спокойной беседы за чашечкой чаю.

Я не столь наивна, что бы не заметить в глазах Филиппа откровенного мужского призыва.

Решил заманить в сети отношений? Но тогда причем здесь рабочий кабинет? Боится, что в спальне ничего не получится? Ловит оргазм только на компьютерном столе?

Пока я размышляла над сексуальными предпочтениями Филиппа, он не сводил с меня раздевающего взгляда. Вот наглец! А как же букетно-конфетный период? Его я точно отменять не собиралась! Или если он неделю развлекал мамулю на кухне, то думал, что меня уже обольстил?

Нет, конфетно-букетный период я отменять не собиралась!

– Чего хотел-то? – спросила в лоб. – Давай быстрей, рожай, а то обед скоро! Мамуля забеспокоится, куда я с участка провалилась.

– У меня проблемы, – похоть во взгляде соседа сменилась сосредоточенностью.

– А я причем? – удивилась я.

– Мне нужна твоя помощь.

– В смысле? – недоуменно вздернула брови.

Филипп поднялся из-за стола и заходил по кабинету.

Марсик беспокойно следил за хозяином и изредка тявкал.

– Все смешалось в доме Облонских… – пробормотал сосед себе под нос.

– Ты еще и классику знаешь? – впала я в шоковое состояние. – Офигеть, не встать! – опять воспользовалась пацанским сленгом.

– Тебя это удивляет? Почему? Я, между прочим, политех закончил! А «физики», все немного лирики.

– Да уж, – хмыкнула я. – Оно и видно. Почему не работаешь?

Филипп споткнулся и застыл.

– Откуда взяла?

– Не знаю, – протянула я. – У тебя какой-то вольный распорядок дня… На работу не торопишься. Какой работодатель потерпит?

– Отчасти ты права, – кивнул он. – Но я сам себе работодатель, поэтому приходится себя терпеть.

– Ну-ка, подробнее! И, побыстрее.

Но Филипп не торопился.

– Да работаю я! И зарабатываю, – продолжил он. – Откуда тогда все ? – Обвел он взглядом кабинет.

– Да, дом у тебя шикарный и… ухоженный, – согласилась я и ехидно хмыкнула: – А вот машина подкачала…

Филипп от такого «комплимента» споткнулся и ухватился за спинку стула, под которым устроился Марсик.

Стул накренился, шпиц громко залаял, а сосед подарил мне гневный взгляд.

– Ну, ты и язва… – выдохнул Филипп. – А еще педагог…

– Не трогай мою профессию, – разозлилась я. – С детьми у меня прекрасные отношения! Как с родителями и коллегами…

– Ага, значит я – «приятное» исключение!

Взгляд Филиппа заледенел, но он быстро справился с эмоциями.

Его словно подменили – заговорил спокойно и веско:

– У меня к тебе деловое предложение.

Сосед вернулся в рабочее кресло и продолжил, глядя поверх моего плеча:

– Я много работаю. И даже, представь себе, устаю! Дома не отдохнешь, а куда-то ехать – мне не с кем оставить Марсика. Он еще маленький и слишком привязан ко мне.

– Я должна забрать шпица к себе? – перебила Филиппа. – Так бы и сказал!

Он предупреждающе поднял ладонь.

– Не совсем так. Решил совместить отдых с делами. Работу бросить не могу. Так же, как и оставить щенка дома. Я выбрал круиз по Волге. На две недели. Поедешь со мной?

– А мне что за интерес, – фыркнула я.

– Ты не дослушала. Начиная с Нижнего Новгорода и до Астрахани, у меня встречи с деловыми партнерами.

– И что?

– Поработаешь нянькой при шпице. И побудешь моей невестой. Фиктивной!

От цинизма Филиппа перехватило дыхание.

А я-то думала… Размечталась!

С пламенеющим лицом сунула ему под нос кукиш.

– Вот это видел?

– Видел, – скучно кивнул он. – Не спеши отказываться.

– Почему это? – вздернула вверх дрожащий подбородок.

– Услуга за услугу. Ничего личного. Просто сделка. А твоя мама на это время – в элитный кардиологический санаторий. Я все оплатил.

– Я сама путевку выбью…

– Ничего ты не выбьешь.

– А если откажусь? – разжала я пальцы.

– Значит, обойдусь без отдыха. Марсика не брошу.

– Вот как, – прошептала я.

Уточнять, изменятся ли в этом случае планы соседа на мамину путевку, не решилась.

– Соглашайся, Алин! – губы Филиппа изогнулись в обольстительной улыбке. – Представляешь, мы с тобой в люксе для новобрачных! – его серые глаза медленно прошлись по мне раздевающим взглядом.

Я вскочила и вылетела из кабинета.

Похотливый мерзавец! В мечтах, наверное, поимел меня во всех позах! Вон, взгляд до чего бесстыжий!

Вне себя от ярости добежала до холла. Впереди меня прошмыгнул шпиц и с оглушительным тявканьем бросился под ноги.

Я с размаху влетела в стеллаж. Миниатюрные автомобильчики посыпались на пол.

«Сам соберешь, Старьевщик Фил чертов! Чтоб тебя…» – в бешенстве прошептала себе под нос и бросилась к выходу.

Глава 5

– Дочка, прости! – прошептала заплаканная мамуля. – Вроде и не хотела Филиппу на болезнь жаловаться, но так получилось. Документы медицинские попросил… Он ведь на самом деле захотел мне помочь. От души.

– И как ты это поняла? Ну… что от души?

– Поняла, – мамин голос дрогнул. – Разбираюсь кое в чем.

– Сами бы справились!

Мамуля поднялась со стула.

– Что-то сердце бухает, и дышать тяжело.

У меня затряслись руки. Бросилась к шкафчику с аптечкой.

– Сейчас… – начала судорожно искать нужные таблетки.

– Не надо, пройдет, – отмахнулась мама. – Алиночка, не хочешь с Филиппом ехать, не надо. Нет – значит, нет. Но он порядочный, я уверена. Подумай все-таки…

– Сказала же, справимся! Сама тебе путевку выбью.

Мама сделала вид, что не услышала моих слов.

– Просто… Ты ведь и воды-то никогда не видела… А тут – Волга! Круиз на теплоходе. Отдыхай себе, свежим воздухом дыши! Вода – она успокаивает, сил придает. Ты бы не отказывалась, дочка…

Мама смотрела умоляюще.

Я сглотнула тугой комок в горле. Не могу больше! Что я, монстр?! Не дай бог у мамули приступ по моей вине произойдет. Не прощу себе!

– Раз ты так просишь, обещаю подумать.

Мама улыбнулась.

– Вот и хорошо. Ни к чему обижать хорошего человека. Последишь за Марсиком, ничего страшного. Труд не тяжелый…

«А почему ты решила, что Филипп хороший?» – рвался наружу вопрос, но я вовремя прикусила язык.

Заставила мамулю выпить лекарство и уложила отдыхать.

Мне о многом надо было подумать.

Ну, сосед! Ну, прохиндей!

А мама даже не задумалась, что за фрукт ее обожаемый сосед!

Чем на очень даже безбедную жизнь зарабатывал? Почему у него нет семьи? И никто не приходил никогда?

Вообще-то не так… Мужчины иногда приезжали. В беседке посиделки устраивали, шашлыки жарили. Все скромно.

Но баб Филипп домой не водил, это точно! Мы бы с мамулей заметили.

И вообще, непростой парень Старьевщик Фил.

Дом у него – картинка! Не дача, а именно дом. Добротный, двухэтажный, со всеми удобствами. И обстановка по высшему разряду!

Интересно, кто его хоромы убирал? Ясен пень, что не сам. Наверное, кто-то из поселка подрабатывал.

А кто готовил?

Ну, с этим легче. Закупил в магазине полуфабрикаты да разогрел. На кнопку чайника нажмет как-нибудь! А грязную посуду в посудомоечную машину запихает – и ноу проблем. Чистота!

У нас мамулей такой нет, не обзавелись пока.

Ладно, это все ерунда. Меня больше волновал другой вопрос.

Как мы поплывем на теплоходе?

Мы с Марсиком в одной каюте, а Филипп – в другой? Или он со шпицем, а я – отдельно?

Про люкс для новобрачных сосед, конечно, для красного словца приплел. Уржаться можно. Хвальбун-интриган!

Странно, но круиз уже не казался мне стихийным бедствием. И в предложении Филиппа, если разобраться, ничего опасного не было. Самодурство, конечно, тащить с собой песика и нанимать ему «сиделку». Но у каждого свои слабости.

Я длинно выдохнула и снова набрала в грудь воздуха, как перед прыжком в воду.

Что же, соглашусь, пожалуй!

Мамуле нельзя нервничать. А если откажусь, она точно разнервничается.

Правда, почему-то из-за моего разрыва с Костей она ничуть не расстроилась, а наоборот, повеселела.

Мамуля поедет в кардиологический санаторий!

Врачи, процедуры, прогулки в сосновом бору, отличное питание… Мамуля уже все разузнала.

И все бесплатно… Совсем бесплатно для нас с мамой!

Что ж, придется две недели потерпеть общество шалуна Марсика и гадкого соседа …

Правда, Филипп, иногда бывает милым. И что говорить, его горячие взгляды меня деморализуют. Я просто боюсь потерять над собой контроль.

Вспомнила прикосновение сильных рук соседа, когда проверял меня на травмы. Его испепеляющий взгляд. Огонь…

Как бы не сгореть!

Мне сделалось смешно, и я тихонько фыркнула. Настроение с упаднического взметнулось к радостному.

В одном мама точно права: – «большой воды» я в своей жизни ни разу не видела.

На все деньги нужны, а у нас их всегда в обрез. Не до морей и рек!

На ее пенсию по инвалидности и мою учительскую зарплату не до путешествий.

Может, зря я вчера развоевалась? Хоть иди и извиняйся перед соседом!

Чувство вины нарастало.

Некрасиво я поступила, неприлично.

И кстати, надо обменяться с Филиппом номерами мобильников. А то не набегаешься с извинениями!

Почему-то я подозревала, что извинений с обеих сторон нам в будущем не избежать.

Взяв в руки телефон, направилась к дому Филиппа.

Не успела нажать на кнопку звонка, как дверь передо мной открылась.

– Проходи, – буднично пригласил сосед, как будто мой внеурочный визит был само собой разумеющимся. – Я как раз хотел маме твоей звонить, чтобы ты паспорт принесла, путевку на круиз оформить.

– А почему решил, что я соглашусь? – сузила глаза. – И когда вы успели номерами обменяться? – поднял во мне голову дух противоречия.

Пришлось «духу» срочно «дать по башке», чтобы затих.

Филипп на провокацию не поддался. Миролюбиво вытащил из кармана сотовый.

– Диктуй.

Когда «обмен» состоялся, я вполне спокойно пообещала:

– Сейчас схожу за паспортом! Подождешь на крыльце?

Филипп спохватился:

– Еще снилс и медицинский полис!

Не утерпела:

– А когда отплываем? И откуда?

– Из Нижнего Новгорода.

Я растерялась.

– Так это же как далеко!

– Из Казани еще дальше. Собирайся. Через неделю отбываем.

С пола донесся заливистый лай. Посмотрела вниз и встретилась с торжествующим взглядом рыжего Марсика.

«Не отвертелась! Не отвертелась!» – отчетливо слышалось мне.

Подняла глаза и столкнулась с нежным взглядом Филиппа.

Сердце на секунду замерло, а потом взволнованно понеслось галопом.

– До встречи, – протянула руку.

Филипп мягко перевернул ее и прильнул губами к тонкой коже запястья. В смятении ощутила, как под ними бешено забилась нитка пульса.