Стань моим героем

Глава 1. Начало учебного года.

Я знала — этот учебный год будет для меня тяжелым. Но не могла и представить, что он начнется с фразы: «Давай расстанемся».

Вижу в тепло-карих глазах Марка притаившуюся неуверенность и понимаю, что он не хочет этого. Он снова ведется на слова своих тупых дружков и противной тети, которым я не угодила. Мы ссорились из-за этого бесчисленное количество раз.

— Что на этот раз? — бросаю я раздраженно.

Мне не хочется вести себя с ним грубо, но я не в силах подавить ледяную ярость, которая давит изнутри.

— Ты не знаешь? — Бровь Марка выгибается, и он выдавливает неприятный смешок. — Тебя снова видели с другими парнями.

В секунду вспоминаю, за что ненавижу наш маленький город: невозможно выйти куда-либо и остаться незамеченной. Везде натыкаешься на знакомых, которые так и норовят подпортить жизнь.

Доставая телефон из кармана ветровки, Марк заходит в соцсети, открывает группу нашей школы, где орудуют главные сплетники и показывает мне фотографию. На ней я действительно нахожусь в окружении взрослых парней и девчонок, улыбаюсь и щурю глаза от августовского солнца, а самый высокий из ребят треплет меня по голове. Хорошая фотография. Она вызывает во мне прилив тепла, который почти сразу же ощущается ожогом: этот чудесный момент летних каникул безжалостно похитили у меня и выставили преступницей.

— Что ты снова делала в их компании? — Марк щурит глаза. И в эту секунду он кажется мне самым мерзким человеком на свете.

— Марк, ты серьезно? — Выхватив из его рук смартфон, я поворачиваю экран к нему. — Это Сережа Зотов, — указываю ногтем на парня рядом со мной. — Это Вова и Захар, а тут Егор и Яна. — продолжаю тыкать в лица давно знакомых людей. — Это близкие друзья Антона, ты же их сам видел.

Он прикрывает глаза и устало вздыхает. Я едва сдерживаю порыв треснуть ему по голове этим дорогущим смартфоном, но вместо этого сильнее впиваюсь в него пальцами. Он уже тысячу раз слышал от меня эти имена, и нас обоих это бесит. Марк выглядит разочарованным, словно ему надоело выслушивать мои оправдания. Что ж, меня тоже давно тошнит повторять одно и то же. И я разочарована не меньше него.

Повисшее молчание звучит, как окончательная точка в наших отношениях. Я не собираюсь больше ничего доказывать и оправдываться — хватит с меня этого унижения. А Марк явно не собирается в очередной раз находить остатки веры в меня. Мы оба знаем, что это не может длиться вечно: постоянные шепотки его друзей, которым он доверяет больше, чем мне; давление властной семьи; его злость на меня из-за лживых сплетен, что гуляют по школе. Он больше не выдерживает. И я тоже.

Услышав смех и знакомые громкие голоса, Марк тут же отвлекается и устремляет взгляд выше моей головы — в сторону своих друзей, в то время как все мое внимание сосредоточено на нем. Даже сейчас он показывает, чье мнение для него важнее. В чью правду он верит безоговорочно. Это хуже любой грязной сплетни. Марк слабо кивает им, на его лице мелькает ухмылка. И я воспринимаю это как пощечину.

Сильно впечатав телефон ему в грудь, я чувствую, как он слегка отшатывается, и только теперь замечаю дрожь в собственном теле.

— Больше никогда не подходи ко мне, — шиплю я, делая шаг ближе. — Не смей со мной разговаривать. Даже в мою сторону не смотри.

Я чувствую слабый вкус победы, замечая растерянность в его глазах. Это одновременно самое приятное и мерзкое чувство. Его решение порвать со мной навязано другими людьми. Жалкий трус, не имеющий своего мнения.

Марк проводит пальцами по темным коротким волосам. Я знаю этот жест: он нервничает.

— Как удачно Зотов вернулся на лето без своей девушки и почти все лето провел рядом с тобой, странно, тебе не кажется? — говорит он полушепотом. — Ты же знаешь, что я ему не доверяю.

Ложь. Ты не доверяешь мне, а не ему.

Марк смотрит куда-то в ноги, словно хочет найти подсказки на асфальте. А, может, обдумывает как снова замять этот разговор, который происходит далеко не впервые, или пытается напрячь голову и вспомнить советы своих неприятных друзей.

У меня нет желания даже объяснять ему, что Сережа приезжал вместе с Василиной, но она вернулась в Москву раньше. Я могу задать ему встречный вопрос: а где был ты почти все летние каникулы? Веселился со своими друзьями, ездил на море, был на музыкальном фестивале и уж точно не тух большую часть времени в четырех стенах, в отличие от меня.

— Он для меня часть семьи, Марк. И ты это знаешь.

Это правда. Я до конца жизни буду благодарна Сереже за помощь и поддержку, которую он оказывает моей семье. Он самый добрый и бескорыстный человек, которого я встречала, и стал для меня вторым братом. Как у Марка хватило наглости сказать такое?

— Какой же ты урод, — вырывается у меня необдуманно, но я ни капли не жалею.

— Эй, любовнички, снова ссоритесь?

Голос лучшего друга Марка — Ярика — раздражает меня еще сильнее. Ярослав Тихонов занимает почетное третье место в списке людей, которых я ненавижу. Готова поспорить, он в курсе нашего разговора и, наверняка, именно он сделал вчерашний снимок. С самого начала он подталкивал Марка порвать со мной. Ярик любит сеять слухи, навязывать свою точку зрения, а потом наблюдать за разрушением, которое устроил чужими руками. Особенно если это касается меня.

Оборачиваюсь и вижу, как Ярик, Леша и Влад идут в нашу сторону. Руки Тихонова сцеплены на затылке, походка развязная, а на лице ехидная улыбка. Позади парней плетутся Ангелина и Оля. Перешептываясь и тихо смеясь, они не сводят с меня глаз. Ангелина — подруга детства Марка и вечная заноза, какими обычно и бывают девчонки, которые давно и безответно влюбленные в своих друзей. Она даже не пытается скрыть злорадства. Ангелина идет к нам с видом победительницы, гордо подняв голову.