Странные странности или бабкино проклятие

Часть 1. Глава I

Эта история произошла прошлым летом. Главная героиня – я. Вернее, я стала центром сосредоточения всех возможных невероятностей, которые себе только можно представить.

Меня зовут Евгения, что значит – благородная. И благородства во мне – хоть отбавляй.

Два года назад я окончила факультет журналистики и на момент описываемых событий трудилась в одном интернет-журнале. Женском интернет-журнале.

Было самое начало лета. Улицы в свежей зелени, синее-синее небо, наконец-то легкая одежда… И тонны задач, обязательных к решению в кратчайшие сроки.

Работа в интернет-журнале – это не только сидение перед монитором дни напролет. Например, утром тебе звонят и говорят, что надо поехать к черту на кулички и написать про что-то мегаинтересное (обычно – нет), потом помчаться на другой конец города, отфоткать по-быстрому материал для еженедельной рубрики и к вечеру выдать еще пару захватывающих статей. Не знаю, может где-то рабочий процесс организован иначе, но у нас было так.

К вечеру ты как старая кобыла ползешь домой, что-то съедаешь, плетешься в душ и в последнем рывке падаешь на кровать. Все… Завтра будет новый день! Ура-ура!

М-да…

Итак, вернемся к событиям того самого обычного дня. Кстати, это был мой заслуженный выходной...

Солнце уже поднялось над крышей соседнего дома и заливало мою беленькую съемную квартирку ярким, теплым светом. Соседи разъехались по офисам и фабрикам (или где они там работают), а я валялась в постели и наслаждалась бездействием.

Зажужжал телефон на тумбочке. Честно скажу – в выходные, особенно когда еще лежу в постельке, я стараюсь на такие звонки не отвечать, но тут черт дернул…

— Слушаю, — я даже не пыталась сделать голос бодрее.

— Женя, привет. Слушай… Я тебя хоть не разбудила?

— Удивительно, но нет…

— Жень, тут такое дело…

— Блин, Таня, говори уже, — терпеть не могу эти сопли.

— В общем, ты же помнишь, мне задание выдали? Ну, про жизнь в глубинке и все такое.

— Ну помню, — у меня появились подозрения.

— Короче, я не смогу поехать…

— А что у тебя?

— У меня Остин заболел…

Чтобы вы понимали мой настрой в тот момент, Остин – это ее долбанный кот. То он поносит, то его тошнит (видимо, от осознания бренности бытия), то он ничего не ест. Жизнь ему, я думаю, вообще не мила.

— Таня, чтоб тебя. Какой нафиг Остин? Ну оставь его с кем-нибудь.

— Так не с кем… Совсем. Женька, выручай.

Как бы вы поступили в подобной ситуации?

Ладно, я знаю, что все добрые, понимающие и все такое. Вот и я согласилась. На свою голову…

Смысл просьбы состоял в следующем: Тане дали задание поехать в какую-то богом забытую деревню, поснимать быт, колоритные виды, пообщаться с местными. И выдать материал о красотах русской земли, о традициях и так далее.

Когда я положила трубку, в голове моей был лишь один вопрос: «Нафига?» Ну, вот, зачем мне это надо?

Ладно, чего уж – надо помогать друг другу…

Мой так чудно начинавшийся выходной оказался изрядно подпорчен. Надо было подготовиться к поездке, уточнить некоторые детали в редакции, ну и, как минимум, выяснить, куда же меня несет нелегкая.

Так у меня прошла почти вся оставшаяся половина дня. Потом вечер в тихой кофейне за углом, домой и спать…

Часть 1. Глава II

Утром я, естественно, проспала. Нет, будильник был ответственно поставлен на нужное время. И он даже звонил. Вроде бы… Но организм, лишенный так необходимого ему выходного, решил проигнорировать любые внешние раздражители.

Окончательно меня вернул в этот мир звонок нашего фотографа – Игорька.

— Женька, спишь что ли?

— Сплю…

— Давай рысью. Я внизу.

— Пять минут…

Пластинку в голове заело на слове «нафига», но отступать было некуда. За нами, как говорится, Москва…

Через десять минут, осеняя ароматом зубной пасты салон машины Игорька, я была готова трогаться в путь. Хорошо, хоть не умом…

Из города выехали довольно быстро. Игорек хорошо знает закоулки и переулки, где и как лучше объехать ремонт дороги или «пробочку», как он сам выражается. Когда началось длинное, ровное и неинтересное загородное шоссе, я вырубилась.

Игорек хороший парень, и мне с ним спокойно и нормально, что ли. Немного простоват, но это, порой, даже к лучшему. Все ж нынче деловые, да замороченные, а с Игорьком можно просто поболтать, поржать, иногда и пивка накатить. Свой, в общем, парень.

Ехали мы долго. Глаза я разлепила, когда машина начала галопировать – Игорек свернул с шоссе. Я глянула в зеркало заднего вида – дорогу закрыло огромное облако пыли из-под колес.

И мы снова ехали долго. Места, скажу, и правда – дикие. Не думала, что в наших краях можно найти такую глушь.

Сначала ехали полями, да холмами. Солнышко, цветочки, птички над травой. В целом я даже стала забывать про пластинку в голове.

Через какое-то время проехали старое лесное пожарище с почерневшими остовами деревьев. Дальше пошел лес. С обеих сторон дороги плотно и неприступно высились огромные темные ели. Между ними, как дети, выглядывали светленькие осинки, березки да рябинки.

Радио перестало ловить, а больше никакой музыки у Игорька в машине не было. Ехали в тишине. В какой-то неуютной тишине.

Еще немного погодя мой верный рулевой остановил машину на обочине.

— Давай, Женька, ты на эту сторону, я на ту.

Два раза мне повторять не надо. Мы вообще с Игорьком друг друга с пары слов понимаем.

Спустилась я с дороги, Игорек скрылся с другой стороны. Даже место поудобнее искать не стала – все равно никого нет на сотни километров вокруг.

Уже когда поднималась обратно к машине, меня от чего-то передернуло. Ну, как бывает, когда сквознячком холодным обдаст. Я повертела головой – солнце палит, воздух недвижим, и такая тишина стоит вокруг, что мне как-то не по себе сделалось. И лес темный, мрачный, угрюмый стоит, хоть и солнце на него светит… Игорек еще куда-то запропастился. Я тогда подумала, может живот прихватило, всякое в дороге бывает.

— Игорек, — голос мой упал где-то за дорогой.

Тишина. Думаю: ну, пусть живот, но говорить-то он может. Или нет…

— Игорь! — голос теперь долетел до леса.

Что ж такое, куда он пропал. Я глянула на ту сторону – никого. Вот тебе раз… Нет, ну не бывает же так, чтобы человек пошел по нужде посреди тайги и пропал, чтоб его.

Я полезла в машину за телефоном. Понимала, конечно, что он здесь не ловит, но надо было, хоть что-то сделать.

Открыла я дверь, занырнула в сумку и тут через водительское окно вижу – на дорогу бодро выскакивает мой водила. Я от неожиданности так вмазалась головой в проем двери, что аж зубы клацнули. У меня потом долго шишка была.

— Игорь, твою душу, ты где был?

— Эмм, писать ходил, — Игорек явно растерялся.

— Я смотрела – не было тебя там.

— Да как не было? Вон я, спустился только и сразу назад.

— Что за ерунда…

— Да и куда бы я тут делся? — Игорек посмеивался.

— Ладно, проехали, — я потерла свою ушибленную голову.

— Ну что, двигаем дальше?

— Давай чего-нибудь пожуем. Я сегодня даже не завтракала. Только в машине есть будем.

— Как скажешь, — Игорек все лыбился.

— Знаешь что? Иди на фиг… — мне самой уже становилось смешно, а на Игорька поглядела и как-то отпускать стало.

В общем, закинули мы топлива в животы, глотнули кофе из огромного пожившего термоса и поехали дальше.

Часть 1. Глава III

Через несколько километров дорога начала петлять. Она то огибала невысокие холмы, то спускалась в темные низинки и стала заметно сужаться. Спустя некоторое время мы ехали уже по лесной дорожке-тропинке. Навигатор уверенно вел нас вперед.

Ветки деревьев с сухим звуком терлись о борта машины и скрипели на стеклах. Лес тут был чахлый, плотно заросший каким-то кустарником.

Наконец мы выехали на открытое пространство. Бескрайний зеленый луг, внизу – река, вдалеке – невысокие домишки. Доехали…

Мы остановились недалеко от деревни и вылезли из машины, чтобы для начала размять задубевшие конечности. Потом я закинула свой верный рюкзак за спину, Игорек полез за своим оборудованием.

Тут со стороны одного из домишек в нашу сторону двинулся дедок. Мы пошли ему навстречу.

— Здравствуйте, — дедок улыбнулся, — вы откуда это здесь?

Мы поздоровались и объяснили цели нашего визита. Дедок призадумался.

— Дело-то хорошее, только народу-то у нас осталось раз-два, да и обчелся. Половина домов уж заколоченными стоят много годков.

— Ну, вы нам что-нибудь рассказать сможете, — с деланной бодростью подкатила я.

— Ну, что-то смогу, конечно. Вон там еще семья живет, — он неопределенно махнул рукой. — Под угором еще несколько живут. Пойдем, я вам покажу.

Деревенька оказалась почти заброшенной. Многие дворы заросли бурьяном, где-то провалилась крыша, где-то от дома только опаленный угол остался…

Пока шли, с дедком разговаривали. Он охотно делился информацией. Прошли мимо дома, где у сарая угрюмый мужик дрова рубил. Игорек хотел было вскинуть камеру, но дедок его за рукав придержал – не надо, мол. Ну, не надо, так не надо. Идем дальше.

Дедок повел нас под угор, в сторону речки, а я зацепилась взглядом за один домишко. Стоит в сторонке – старенький, видно, что давно покинут. И дверь приоткрыта. И чего меня дернуло…

— Игорь, — говорю, — вы идите дальше, поснимай еще, я дом этот гляну.

— Ладно, ты только сильно не отставай…

Дедок как-то хитренько зыркнул на меня, но ничего не сказал.

Пробралась я через высоченную траву во дворе дома. Залезла рукой в крапиву – как без этого. А она едреная оказалась – ужас. Поднимаюсь на крыльцо, чешу руку, а из-за двери так уютно солнышко светит, будто и не заброшенный этот дом. Стою в задумчивости – сама не знаю, чего зависла. Солнце – высоко-высоко. И тишина такая кругом. Только кузнечики в траве трещат.

Тут над головой как ворона каркнет. Во все воронье горло, чтоб ее. Я чуть не родила на этом крыльце. Ладно, думаю, раз уж полезла, надо осмотреться в доме. И чтобы не обесценивать крапивные ожоги, я медленно открыла дверь.

В доме и правда было как-то чисто, что ли. Нет, конечно, сразу бросалось в глаза запустение, но как-то по-домашнему все было. Я – городская барышня до кончиков ногтей, но тут мне захотелось побыть подольше в этом деревенском доме.

Я побродила, поглядела. Что-то брала в руки, рассматривала. И в какой-то момент на окраинах сознания начала помигивать тревожная лампочка. Признаться, тогда я не придала этому значения и, как выяснилось совсем скоро – зря.

Я тогда напоследок заглянула в небольшую светлую комнатку. Обстановка, как и во всем доме. Но бросился мне в глаза сундук у стены. Припыленный, прямо как мои полки дома, но с виду как будто новый. Замка нет. Ну, а я ж журналист как никак. Мне ж везде надо нос свой сунуть…

Открыла я сундук, а там скатерти, белье какое-то, кружева, свертки тканей – чье-то приданое… И все такое, как будто его только вчера туда положили. Я ручонки-то свои запустила и тут второй раз чуть не родила…

— Ты по что в сундук залезла? — раздался голос за спиной.

Часть 1. Глава IV

Я вскочила… Нет, не так. Я подскочила. Руки трясутся. Вылупила глаза и смотрю – в дверях стоит бабка. Высокая, спина прямая, будто и не бабка это, а графиня какая-то. На голове платочек повязан, сама в белой рубахе и синем сарафане. Привет из прошлого – ни больше, ни меньше.

Стоит, значит, эта бабка и меня изучает…

— Ты по что в сундук залезла? — повторила она свой вопрос.

— Я журналист… Приехала к вам… И вот… — впервые мой хорошо подвешенный язык подвел меня.

— И всегда ты так – до чужого добра охочая? — бабка прошла в комнату.

— Да что вы, — слова начали слипаться в предложения. — У меня и в мыслях не было что-то брать. Я только посмотреть хотела…

— Да как уж… Стоит себе чужой сундук. Так не тронь его! — она так зыркнула на меня, что, наверное, в тот момент я побелела.

— Так дом-то заброшенный, и дверь открыта была, — продолжала лепетать я.

— А тебе-то что? Шла бы своей дорогой и ладно.

— Простите, пожалуйста. Я правда ничего не взяла, — я оправдывалась, как школьница.

— Проверять не буду. Так поверю.

Я выдохнула.

— А за то, что лазаешь по чужим домам, да к добру чужому руки свои тянешь, ждет тебя наказание. Чтобы не повадно было…

Я вдохнула. И, кажется, больше не дышала. Передо мной стоит эта бабка, за спиной маленькое оконце – бежать некуда. И что я забыла в этом доме…

— Теперь слова твои никогда не станут единым целым. Будут путаться, да разбегаться. Не сможешь ты сплести ни два, ни три, ни сколько-нибудь словечек. — Бабка говорила негромко, и от этого было жутко. — Прощение получишь, когда искупишь свою вину.

Повисла театральная пауза.

Бабка испытующе смотрит на меня, я хлопаю глазами на нее… Молчание затянулось и уже нужно было что-то сказать.

— А как мне получить прощение? — слова складываются! Блефует бабка!

— А погляди-ка в оконце. Видишь лес стоит. Темный да неживой. А знаешь почему?

Я мотнула головой, а сама подумала – мне бы только спокойно дослушать ее и свалить отсюда. Ну точно ведь – бабка не в себе. Надо просто со всем соглашаться.

— Потому как дух живой его покинул.

Я молчала.

— А что за дух лесной, знаешь?

— Леший? — я попробовала угадать.

— Он самый.

Нафига я угадала…

— Давно покинул лес. Нечего, говорит, здесь делать. Деревни пустеют, в лес никто не ходит. Тоска, говорит, смертная.

— А куда он ушел? — я старалась быть любезной и послушной.

— А ты откуда здесь?

— Мы из города приехали.

— Вот туда он и подался. Там, говорит, теперь вся жизнь.

Твою дивизию… Очень интересно, но у бабки явно проблемы…

— Того мало – за ним же остальные потянулись.

— Остальные?

— Конечно. Кикимора местная, Анчутка. Водяной, и тот убег. За рекой некому приглядывать.

— Простите меня, — язык мой – враг мой, — ну ладно леший с водяным. Но, кикимора, а тем более Анчутка – это же не самые положительные персонажи?

— А тебе-то что за дело какие они? Во всем лад должен быть и порядок.

— Ну так-то да…

Откровенно сказать, я начинала уставать от этого бреда. Внимательно слушала, а сама думала, как мне отсюда свинтить поскорее.

— Так вот, — продолжала бабка. — Когда разыщешь их и вернешь туда, где им место – искупишь свою вину. Я прощу тебя.

— Да-да, конечно, я вас поняла… — у меня уже начинался нервный зуд в одном месте.

— Не спеши. Обличием они сделались на людей похожи. Узнаешь их по родимому пятну на пятке. Пятно то по форме, как листок дубовый.

— На пятке? Что ж… На пятке, так на пятке. Все ясно…

Вдруг в окошко что-то грохнуло. Как будто кинули чем-то. Я оглянулась на звук, а когда повернулась обратно – бабки уже не было. Ну, как в кино, ей богу! Что за день…

Зато из-за двери появилась довольная физиономия Игорька.

— Женька, ну сколько тебя ждать.

— Да, я тут… Иду уже. Иду…

Я поспешно выскочила из дома. И крапиву даже не заметила.

Часть 1. Глава V

Пока я беседовала с чокнутой бабкой (куда она потом делась?), мой Игорек прекрасно провел время. Его напоили чаем, накормили каким-то лесным вареньем. Еще и баночку с собой дали. И когда он все успел? Мне показалось, что в доме я была минут пятнадцать…

Он, правда, молодец – наснимал гору отличного материала. Там не на один выпуск хватит. Только вот, нехороший человек, мог бы и побеспокоиться – куда подевалась напарница.

— Так ты вечно куда-нибудь залезешь. Я уже привык, — только и пробубнил Игорек.

Вообще, он прав. Есть у меня такая привычка…

Так или иначе, когда я оказалась на свежем воздухе, меня сразу попустило. Спустя двадцать минут уже стало казаться, что и не было ничего вовсе. Только дедок этот все хитренько зыркал на меня, пока шли обратно к машине.

Я издалека еще раз глянула на тот дом – а вдруг его там вообще не было. Смотрю – стоит зараза. Ладно, думаю, черт с ним, с этим домом, с этой бабкой, с бредом, который она несла. Ну мало ли что может с головой у людей случится в такой изоляции…

— Ну что, можем ехать? — Игорек загрузил оборудование в машину.

— Давай, хоть кофейку на дорожку выпьем.

— Потом опять меня у дороги искать будешь?

— Очень смешно…

— Ладно, давай перекусим и поедем.

Мы сердечно поблагодарили дедка, и он, как говорится, поплелся восвояси. Кстати, уже потом, по пути назад, мы сообразили, что не выяснили, как его зовут. Ну да ладно, любое имя можно придумать – дедок на нашем сайте вряд ли появляется.

Кофе был выпит, бутерброды съедены, на дорожку схожено, и мы поехали домой.

Игорьку я ничего говорить не стала. Еще отвезет меня отсюда сразу по назначению – в психдиспансер. Но это вряд ли. Скорее потом всю жизнь ржать надо мной будет. А оно мне надо?

Так мы не спеша ехали. Уставший Игорек внимательно глядел на дорогу. Я с ногами залезла на сиденье, свернулась калачиком и в секунду уснула.

Мне что-то даже снилось. Да что мне могло сниться после такого… Бабка эта и снилась. Сундук ее. Тряпки всякие. Лешие, кикиморы, анчутки. Ой, такая жесть – не передать.

На шоссе мы выехали уже к вечеру. Хорошо, что был будний день и пробки на въезде в город не предвиделось.

Игорек закинул меня домой и укатил. Я доплелась до квартиры. Почему-то ужасно разболелась голова. Быстро – в душ, таблетку, стакан воды и в постель. Разбираться с материалом буду завтра.

Дома я спала без снов, сладко и тихо. И даже не подозревала, что принесет мне утро…