Страсти За Гранью. Спаси меня

1

ГЛАВА 1

Лена

Главный рынок За Гранью, как обычно, бурлил и кипел.

Голоса спорили, заглушали друг друга, и сливались в один, общий фон.

Запахи окружали, пропитывали одежду – контрастные, яркие, местами странные до неприятности.

Запах упаковки, вроде полиэтилена, соседствовал с запахом жареной индейки. Запах чистой ткани с примесью моющего средства перебивал запахи специй – разноречивые и пощипывающие нос…

Пестрые толпы людей, эльфов, орков, дроу и оборотней издалека казались калейдоскопом, что переворачивается без помощи владельца и крутится, крутится, крутится…

Я бывала тут и даже не раз, именно поэтому первым делом и отправилась в это забавное место.

Если где-то и можно выяснить про Алла, то только тут, где сплетни и кривотолки – такой же товар, как и вещи, провизия.

Мы с Аном пришли сюда ночью специально – в это время на рынке больше всего Темных эльфов, потому что немногие из них спокойно ходят по солнцу. Большинство, невзирая на все попытки «самоселекции», получали сильные ожоги и даже умирали от ярких лучей.

Отцу Алла каким-то невероятным образом удалось выяснить, что сын именно у Темных. У какого-то из десятков племен.

Подробностей мы не знали. А Темных эльфов За Гранью было больше, чем еще кого-либо. Разве что орки по численности немного их догоняли. Оборотни были на третьем месте, на четвертом – попаданцы и люди, и на пятом – светлые эльфы.

Вот одним теперь и прибавилось.

Я вздохнула, натянула капюшон и двинулась дальше, по рынку, спрашивая у каждого первого торговца стандартное: не может ли он рассказать, какое племя Темных эльфов недавно заполучило Светлого эльфа в рабы. За информацию я предлагала такую весомую плату, что приходилось подстраховываться – применять СИП-28 в качестве «детектора лжи». Слишком много находилось ушлых дельцов, что прямо-таки жаждали поделиться тем, о чем даже и понятия не имели.

Я их сразу выводила на чистую воду.

Наконец, мы закончили с легальной частью Большого рынка.

Ноги слегка ныли от непривычной нагрузки, хотя я поддерживала форму – регулярно занималась йогой, пилатесом. Но мы бродили почти шесть часов подряд и ни разу даже не присели!

Пришлось выпить тоник с мелкачастицами.

Я вздохнула и повернулась к Ану.

– Видимо, Темные эльфы, которым продался Алл, хорошо охраняют свою тайну, – честно призналась в досадном фиаско.

– Да уж, Алл умеет предусмотреть все. Он – один из лучших стратегов, – лицо эльфа казалось маской, за которой бурлят такие эмоции, что лучше не знать. Впрочем, я его хорошо понимала. У самой единственный, любимый на все времена сын. Малыш, сколько бы ему ни исполнилось… Я даже воображать не хотела, что мой Рустик добровольно станет донором искр ауры с предсказуемым исходом – многолетней комой и смертью…

Бррр. Я потерла виски.

– У нас остается лишь один вариант. Идти до конца. За силовой завесой располагаются палатки тех, кто тут незаконно. Либо живет, либо торгует.

– Идем, ничего не бойся, – твердо произнес светлый эльф.

– Я и не боюсь, лишь предупреждаю вас, – я коротко кивнула. – У меня есть плазменный пистолет, две гранаты и множество законсервированных «опасностей», как теперь называют заклятья, что вредят окружающим. Типа будто колют сотнями игл или рвут кожу на части… Обжигают и все такое.

– Я в курсе что такое «законсервированные опасности», – напряженно ответил Ан.

– Я думала, на континентах закона они категорически запрещены к использованию, – удивилась я.

Эльф невесело усмехнулся.

– Ну так прежде, чем их запретить, именно наши кланы их изучали. Экспериментировали, проверяли как действуют… Так, что идем. Я тоже не подведу. Поверь, такого телохранителя тут еще не видели никогда.

Я опять машинально кивнула, списав его слова на самомнение высокородных светлых эльфов с континентов закона. Поговаривали – ушастые оттуда – те еще зазнайки и себялюбцы. Считают себя лучшими, главными, избранными. А уж Архимаги… тут вообще запущенный случай.

Впрочем, Ан – мужчина, по виду вполне крепкий и тренированный. Так что грубая сила, как минимум, и хорошее владение оружием, мне обеспечены.

Мы прошли силовую завесу, и медленно двинулись по нелегальному рынку.

Тут уже все выглядело совершенно иначе.

Менее цивильно.

Более опасно.

Продавцы глазели на нас сверкающими недоверчивыми глазами.

Покупатели – и вовсе прятали лица за капюшонами или вообще – балаклавами.

Кто-то откровенно смотрел зверем, другие – мазнут взглядом – и отвернутся, будто пытались ненавязчиво оценить – можно ли у нас поживиться.

Воздух казался густым и тяжелым, давил на плечи и стискивал грудь.

Вместо гигантского расписного шатра, что раскинулся над другой частью рынка, над нами нависло свинцовое небо. Но я знала, что прилавки закрывает от дождя, снега и прочего невидимый силовой купол.

Вместо изящных красно-бордовых, выложенных узорной плиткой дорожек, под ногами похрустывала грунтовка, насыпанная мелкой разнокалиберной галькой.

Все продавцы оказались вооружены до зубов, вплоть до экзотических электрических копий и шаров с молниями на поясе.

Стражей порядка тут вообще не было – в принципе, нигде, хотя в другой части рынка они попадались и даже частенько.

Я суетливо поправила капюшон и встревоженно оглянулась на Ана.

Стало как-то уж очень не по себе. За все время жизни За Гранью я ни разу сюда не ходила и была, кажется, совершенно права. Однако сейчас выбора уже не осталось. У меня не было других вариантов – как искать Алла у Темных эльфов. Племена За Гранью жили обособленно и традиционно. Чужаков туда не особо пускали, да и последовательно наведываться к каждым Темным эльфам выглядело крайне глупой затеей.

Во-первых, мы потратим на это годы!

Во-вторых, вряд ли те, кто заполучил Алла в качестве донора искр ауры, жаждут этим похвастаться. Скорее всего, от чужаков подобное утаят, хоть ты месяцами гости. Да и сам Алл, видимо, подстраховался – попросил не раскрывать его тайну.

2

ГЛАВА 2

Аллатерион Кель Альтран…

– Ну зачем ты себя мучаешь? Глупый! Давай, покажу, как мы можем друг друга любить, и ты меня не убьешь…

Голос Лены прокатился по телу, задев каждый нерв, каждую клетку.

Мужской орган тотчас среагировал, будто приветствовал истинную стоя, как и положено в знак уважения.

Я так истосковался по ней!

По ее теплу, по ее голосу – такому высокому, звонкому, какого даже у эльфиек не слышал. По ее мягким ладошкам. Маленьким, с длинными пальцами. Некоторые наши аристократки жизни бы отдали за подобные.

По ее запаху – чуть сладковатому и естественному. Лена не пользовалась духами и всеми этими обманными ароматами, что так любили иные эльфийки. Эти чужеродно-навязанные телу запахи ощущались мной как нечто откровенно-броское, словно вместо яркой и сочной герберы видишь муляж – подделку из шелка. Она, в целом, больше, красивей, долговечней и даже более яростно-алая. Но… абсолютно ненастоящая.

Лена всегда была настоящей и пахла тоже по-настоящему – женщиной. Той, от которой пьянеешь, теряешь голову, связность мыслей.

Я истосковался по ее касаниям и вообще… по ее близости, рядом.

По возможности дышать с ней одним воздухом…

Лена присела возле меня.

Я подтянулся на цепях, что крепились к стенам, чтобы тоже сесть для нее.

– Ты не должна жалеть меня, моя госпожа, – выдавил из себя через силу.

Я отталкивал ее, хотя внутри все стремилось к совершенно обратному.

Я хотел попросить ее уйти, но язык, гадина, не поворачивался.

Я пытался заставить себя не смотреть на нее, но не мог.

Я дышал ей, ее взглядом – таким теплым, золотисто-янтарным, ее голосом, ее волосами, что слегка выбились из косы, ее глазищами – этими омутами, которые затягивали меня в бездну. В бездну, где больше нет места осторожности и стойкости к искушениям.

Она была моим искушением. В своем этом комбинезоне, словно голая, с этой попкой, которая так вызывающе, так эффектно перекатывалась при ходьбе, с этой своей дурманящей, вздымающейся от волнения грудью.

Такими пышными полушариями, которые страшно хотелось попробовать на язык.

С этой своей глянцево-бледной кожей попаданки с суперспособностями, которую я уже смаковал, целовал…

Я опять был прикован, а она – снова свободна.

Я опять изнывал, чуть ли не кончал от ее близости, а она снова дразнила, заводила и доводила буквально до безумия плоти.

Стояк натянул мелковатые свободные брюки и выскочил из боксеров.

Я даже ерзал от возбуждения.

В паху творилось такое, о чем порядочный светлый эльф не должен рассказывать женщине.

И я молчал.

Только смотрел.

Она же вдруг резко приблизилась и положила руку на мою грудь.

– Лена-а-а… – выдохнул я шелестом. – Нне надо… Прошу тебя… Нет…

– Ты ничего мне не сделаешь. Успокойся… и наслаждайся… Тебя же хорошо приковали…

Я усмехнулся.

Это уж да.

Темные эльфы прямо-таки расстарались, словно я планирую убежать. Впрочем, я сам их попросил. Это было моим важным условием.

Так, что… Все правильно и честно.

Я мог двигаться лишь ограниченно. Она же в любой момент вскочит, отбежит в угол клетки – и все. Я ее едва только коснусь.

Я выпустил носом воздух, еле дыша, потому что ее ладошка продолжала путешествие по моему телу…

Чуть ниже груди… Ме-едленно. Словно издеваясь. Еще ниже…

К животу, где все уже горело огнем.

Она обвела пальчиками каждый кубик пресса, очертила пупок и… потянула резинку штанов вниз. Я приподнялся, и она стащила одновременно и брюки, и трусы.

Спустила их до колен, и теперь я еще меньше мог шевелиться и дергаться.

Да и мог ли… Я запрокинул голову и, прикрыв глаза, лишь дышал.

Потому что она взяла руками вздыбленный ствол и начала гладить.

Медленно, осторожно… и у меня окончательно сорвало крышу.

Я стал самостоятельно увеличивать темп, поднимая бедра быстрее, чтобы, наконец, успокоиться.

Хоть немного.

Хоть чуточку.

Все эти месяцы я сходил с ума от желания, даже вдалеке от нее.

Откачка «искр ауры» – специфических энергетических вспышек – отчасти помогала, лишая сил, и почти вводя меня в кому. Но я слишком быстро приходил в себя снова. И восстанавливался, как назло, просто прекрасно.

Лена гладила меня, изводила, заставляя елозить по полу пещеры, своего добровольного каземата.

Заставляя тихо стонать, кусать губы и дергать цепи так, что те лишь поскрипывали и потрескивали.

Я надсадно выдыхал:

– Лле-на…

– Я тут, Аллатерион, – с мягкой усмешкой звучало в ответ.

И ее голос, который вторили эхом стены пещеры, вибрировал в каждой клетке, причиняя мне еще большую, еще более невыносимую страсть…

Наконец, Лена «передернула затвор», и я излился, а попаданка… усмехнулась:

– Вот, видишь. Ты этим меня не убьешь.

– Пока я привязан, – шепнул я. – А если бы я мог сам… руководить процессом… Не факт.

Я слишком люблю тебя, чтобы так рисковать.

– Ну и дурак…

Она встала, крутанулась на пятках и внезапно исчезла…

А я… открыл глаза и проснулся.

Подземелье затягивало звуки и запахи, будто гигантская гротескная воронка.

Стены с вкраплениями минерала Черной горы источали неестественное тепло.

За Гранью все было не так, как у нас, на благодатных, привычных, родных мне континентах закона.

Но мне было нельзя на свободу и на родину тоже нельзя.

Выйди я отсюда, в какой-то момент могу сорваться и отправиться к ней.

К ней…

От одной только мысли внутри звенело и нелепая, совершенно дикая улыбка упорно просилась на губы.

К ней…

К этой рыжей бестии, что вывернула нутро наизнанку и заставила чувствовать, что такое любить, терять, жить без надежды…

Как ни удивительно, но здесь – в казематах, в тюрьме, мне иногда становилось полегче.

3

ГЛАВА 3

Лена

– Вы уверены? Никаких сведений? Даже мельком не слышали про такого? – последний торговец оказался также бесполезен, как и все предыдущие.

Он лишь помотал головой и беспомощно развел руками.

После того, как Ан чуть не превратил напавших на нас бандитов в головешки, истязал их пламенем практически час, по рынку, видимо, поползли слухи. Нас не пытались больше обманывать, атаковать и честно говорили – как оно есть.

Но от этого легче не стало.

Мы с Аном устало двинулись в сторону легальной части рынка, а оттуда – на гигантскую стоянку для транспорта, похожую на великанский стеллаж, с полками – ярусами для перевозок.

Настроение у обоих было такое, что мы даже не разговаривали – молчали и только переглядывались из-под капюшонов.

Хотелось выть и кричать, бить кулаками в стену. Думаю, что и Ан испытывал нечто подобное. А учитывая его дар, эльфу лучше бы не срываться.

Я поглядывала на него, он – на меня и нам обоим нечего было сказать.

Напряжение, разочарование буквально витали в воздухе, давили на плечи, словно на них бетонная плита сверзилась. Дышалось как будто с трудом – спазм давил на горло и грудь.

Ан хмурился и впервые за время, что мы с ним общались, не шел с каменной миной.

А это значит – его приперло всерьез.

Я повела плечом и хотела сказать, что мы придумаем новый план – обязательно, куда же мы денемся с подводной лодки острой необходимости спасти этого дурака Алла…

Но в эту минуту сзади окликнули низким и чистым басом.

– Простите, моя госпожа, это же вы расспрашивали про светлого эльфа, который продался в рабство Темным для откачки ауры?

Я вздрогнула и оглянулась.

На расстоянии в несколько метров на нашем ярусе стоянки для транспорта остановился… то ли дроу, а то ли темный эльф. Удивительно красивый для последних.

В нем угадывались черты обоих племен.

Темные эльфы обычно выглядели слишком худощаво-субтильными, хотя и имели вполне себе развитый рельеф мышц. Этот же фигурой скорее походил на местных дроу, да и цветом кожи аналогично. Ближе к фиолетовому, нежели к синему.

Черты лица его выглядели более гармоничными, менее острыми и хищными, чем у темных эльфов. Он, безусловно, казался слишком роскошным, слишком хорошо сложенным для них.

Красные глаза вроде бы говорили за Темного эльфа, но бордовые пряди в угольных волосах вообще напоминали аттанов. Однако у тех пряди были по сторонам от лица, у незнакомца же располагались по всей голове, как будто своеобразное колорирование.

Одевался странный чувак тоже весьма необычно. Темные эльфы носили традиционные костюмы – шорты под юбкой-доспехом, высокие сапоги и изредка наплечники с металлическими вставками, крепящиеся ремнями, что крест накрест шли по груди.

Этот же эльф выбрал широкие штаны и кожаную жилетку с обычными сапогами.

Я оглянулась на Ана и тот сразу приблизился, чтобы, при необходимости меня защитить.

– Да, это мы расспрашивали про светлого эльфа, который добровольно стал рабом темных, – я кивнула в сторону отца Алла, делая акцент на том, что не одна.

– У меня есть для вас важная информация. Вернее, предложение как ее раздобыть.

Ан сделал незнакомцу знак: мол, подойти. Но тот даже не шелохнулся.

– Может приблизитесь? – спросила тогда я.

– Давайте поговорим в моей перевозке. Так будет надежней, – загадочно сверкнув глазами, ответил незнакомец.

– Вы же понимаете, что я под защитой?! – громко сказала я, кивая на Ана. – И без спутника никуда не пойду!

– Тогда я жду вас вместе с ним в своей перевозке.

Незнакомец лихо крутанулся на пятках и стремительно двинулся вдоль рядов автомобилей разных мастей и размеров.

Остановился возле одного – почти грузового: большого, комфортабельного и показательно юркнул в салон.

Мы с Аном переглянулись и дружно устремились к нужному транспорту.

Уже возле перевозки стало понятно, что, кроме странного эльфа там никого нет.

Поэтому мы залезли в салон, где кресла располагались, как в вертолете – возле стен и лицом друг к другу.

Ан вдруг как-то загадочно на меня покосился и присел ближе, чем я привыкла, даже слегка касаясь плечом, чего раньше никогда себе не позволял.

Только сейчас я внезапно заметила, как странно смотрит на меня незнакомец.

Он почти облизывал взглядом, можно сказать – имел взглядом, если такое бывает.

Однако предъявить нам ему было пока нечего. Странный эльф не приставал, непристойных предложений не делал и оставался напротив, не дергался.

Некоторое время в перевозке висело напряженное, удушливое молчание.

Казалось, сердце грохочет так, что бешеный пульс отлично слышен обоим мужчинам.

Ан замер, фактически – остекленел, как поступал, когда ждал подвоха.

И меня это здорово настораживало. У этого эльфа была непревзойденная чуйка на будущие проблемы и неприятности. Я в этом успела уже убедиться.

Да и самой стало очень не по себе.

Загадочный дроу-темный-эльф не прекращал очерчивать меня взглядом – снизу вверх, и потом снова. Очевидно задерживался на груди, хотя и моргал всякий раз, будто «смазывая» впечатление.

Наконец, таинственный незнакомец произнес:

– У меня есть родственник – аттан, и он служил Темным эльфам За Гранью. Причем, не простым солдатом – одним из военачальников. Через него вполне реально узнать про светлого эльфа, которого вы разыскиваете. Если он сам не в курсе, то другие аттаны, с которыми он поддерживает связь, точно все выяснят.

– Хорошо. Как только вы передадите нам сведения, я переведу оплату, – кивнула я.

Странный эльф помолчал, сверкнул глазами и выпалил:

– Мне не нужны ваши деньги! Мой отец – аттан, а мать – темная эльфийка из влиятельного клана. У нас есть средства и дома, и ценности.

– Тогда что же вам нужно? – тихо уточнила я, ощущая, что именно в этом и кроется тот самый подвох, который сразу почуял Ан.

4

ГЛАВА 4

Лена

Заявление полудроу произвело эффект разорвавшейся бомбы.

От неожиданности Ан отпустил его и отклонился, пока тот поднимался и усаживался назад, на сиденье.

– Если вы не хотите меня насиловать, то как же требование провести с вами ночь? – уточнила я совершенно потерянно.

С одной стороны, у меня больше не было надежды найти Алла своими силами и средствами Ана. Просто даже вариантов не возникало, как продолжать наши совместные поиски.

С другой… предложение выглядело ошеломляюще-неприятным и даже слегка оскорбительным. Как будто я какая-то гулящая или вообще – продажная девка. Плачу за услуги собственным телом.

– Послушайте, – полукровка потер горло. – Я лишь прошу одну ночь вместе. Я попытаюсь вас соблазнить, а вы вполне можете отказаться. Если вам не понравится, решите хранить верность вашему… эмм… потерянному эльфу, я отступлюсь. Даю слово аттана.

– Ты не аттан! – отчеканил Ан.

– Хорошо. Клянусь честь имени Лакмарин.

Ан вскинул брови и было видно – он наводил справки о всех известных персонажах За Гранью. Корнел Лакмарин – действительно, был аттаном, что женился на Темной эльфике из королевского рода. Племяннице повелительницы эльфов Текущих ущелий.

– Ты Эльмерал Лакмарин? – удивленно спросила я.

– К вашим услугам, моя госпожа. У моего отца много знакомых аттанов, которые служат в разных племенах – как воины или любовники. И все они начнут выведывать то, что вам интересно. А может кто-то и уже в курсе. Темные эльфийки, особенно королевы, весьма разговорчивы после интима.

– Но, если связей вашего отца и его знакомых не хватит, чтобы узнать то, что нам требуется? – выдохнула я.

– В таком случае, вы мне совсем ничего не должны. Но как я подпишусь под нашим договором, так и вам придется его завизировать.

– Вы говорите про официальный договор? – поразилась я.

– Да. И заверенный в базе Великого Булгара, чьей гражданкой вы являетесь сейчас.

Абсолютно спокойно, как о природе и погоде ответил мне полукровка.

– Этому не бывать! – закричал Ан так, что я опять вздрогнула.

Я взяла его за запястье, и чуть сжала жилистую руку.

Эльф посмотрел с искренним изумлением. Я еще ни разу так фамильярно с ним не общалась, а может быть – вообще, за всю жизнь Ана, никто не позволял себе подобного моветона. Он пораженно мазнул взглядом по моим пальцам, что легли на его запястье.

– Пожалуйста, давайте выйдем, поговорим, – умоляюще попросила я.

– Хорошо, – сквозь зубы процедил Ан.

– Мы вернемся с ответом, – произнесла я, первой вылезая из перевозки.

Снаружи я словно впервые свободно вдохнула свежего воздуха. Ветер пошевелил волосы и охладил горящие щеки. Стало полегче, стало проще общаться.

Мы остановились неподалеку от транспорта, и отец Ала дал волю чувствам. Рубанул руками по воздуху – и вдалеке рухнул целый утес. Я очень хорошо это заметила, потому что стоянка была открытой, и солнечная погода обеспечила отличную видимость.

– Я просто проведу рядом с ним ночь, – почти шепотом произнесла я.

– Просто? Проведешь ночь? С мужиком, которого с детства обучали соблазнять женщин? Включая замужних и тех, что нашли истинных? Ты это серьезно? – тихий вопрос Ана опять высушил воздух между нами и совершенно вогнал меня в ступор. Так не вопрос мечут, а копье во врага. Эльф яростно сверкнул стальными глазами.

– Ты невеста моего сына! Как ты можешь даже подумать…

Он осекся, а я только вздохнула и ощутила, как от отчаяния хочется плакать. Я и всплакнула, потому что сдерживаться сил не осталось.

С минуту Ан остолбенело смотрел, как по моим щекам текут горчащие струйки, затем осторожно приобнял и погладил.

– Прости меня, Лена. Алл сам во всем виноват, а срываюсь я на тебе. Прости…

Он еще помолчал и добавил:

– Если тебе кажется, что другого выхода нет, я согласен. Но с тем условием, что ты ему не отдашься.

– Конечно же, нет! – я усмехнулась не без обиды в голосе.

– Но ведь у попаданок нет истинной пары, а аттаны – мастера соблазнять. Это все хорошо знают! – возразил Ан.

– Я не животное. Не надо меня недооценивать! Вы ведь сами говорили, что попаданки и попаданцы убедительно доказали, что могут быть равными даже Архимагам, вроде вас! А теперь? Что теперь? Да чтобы меня соблазнить мало чувствовать мое тело и знать его. Нужно стать частью моей души, моего сердца… частью меня… Чтобы я сознательно – слышите! – сознательно захотела интима! А не чувствовала позывы к соитию! Неужели мне нужно вам, разменявшему много тысячелетий, объяснять разницу между этим?

Ан посмотрел исподлобья и выдохнул шелестом:

– Ладно, идем. Ваша взяла.

Мы медленно вернулись в перевозку.

Эльмерал ждал, казалось, спокойно. Но я заметила, что нижняя губа его кровоточит – похоже, прикусил, а кулаки только-только начали разжиматься.

– Я хочу, чтобы все условия были четко прописаны в договоре! – твердо произнесла я. – И поручительством стало бы ваше имя.

– Согласен! – в голосе полукровки послышалось сильное облегчение, будто он ни секунды, вот прямо ни мгновения не сомневался в своей способности меня соблазнить.

Ан чуть пошевелился рядом со мной, и я посмотрела на эльфа с некоторым осуждением. Тот усмехнулся, и натянул на лицо привычную непроницаемую мину.

Следующие полчаса мы с Эльмералом согласовывали договор, под чутким присмотром отца Алла. Меняли пункты, корректировали условия.

Наконец, когда все присутствующие согласились, полукровка подписал виртуальный документ росчерком на призрачном экране. Я поступила аналогично. Эльмерал самолично отправил контракт в базу Великого Булгара.

– Что ж. Я буду ждать новостей. Мои данные указаны в договоре, – выпалила я и поспешила выйти из перевозки, будто опять не могла там нормально дышать. Хотя в машине исправно работала вентиляция и концентрация кислорода, что демонстрировалась на виртуальном табло, оставалась максимально комфортной.