Стыковка разрешена

Глава 1

Понятия не имею, кто и когда впервые назвал наш мобиль «Ржавой Зиной», но имечко прижилось прекрасно и в итоге стало брендом. При мне по-другому уже не называли, а я здесь давно. Техником, инженером и мастером на все руки.

Не то, чтобы совсем уж рухлядь. Но чинить приходится постоянно. То здесь заискрит, то там отвалится. Корпус старый, побитый микрометеоритами, в заплатах, давно полировать пора. Техническое обслуживание надо бы пройти по всем правилам, но тогда нужно гнать «Зину» в сервисную зону через несколько планетарных локалей, вставать там на прикол и терять уйму дней вместе с прибылью.

Заказ сам себя не разгребёт.

Так что чинимся сами. Дурное дело, нехитрое. Сегодня, к примеру, всего лишь пять часов в открытом космосе, ага. Меняли блок охлаждения, старый рассыпался в прах, добавив в окружающий космос порцию нового мусора.

Шлюз встретил шипением. Я стянула шлем, мокрые волосы рассыпались по плечам. Надо бы скафандр отчекапить, система охлаждения барахлит и в нём, испортилась в разгар работы. Пришлось терпеть, чтобы завершить дело и назад потом уже не возвращаться. Так что выгляжу я сейчас как после пяти часов в скафандре на поверхности «Зинки». Нормально выгляжу, как и положено после адового труда под звёздами. Между лопаток чешется, в левый глаз всё-таки затекла капля пота, ощущения – огонь. И пахну я сейчас, разумеется, не розами.

– Рой? – окликнула я напарника, расстёгивая крепления. – Помоги с ранцем, заклинило...

Я не договорила.

В шлюзе вместо привычного молчаливого Роя торчал кто-то другой.

Высокий, худой, но не до дистрофичности, а как это принято сейчас формулировать, пропорционально развитый, вот. Комбинезон без единого пятнышка. Волосы блестящие, идеально уложенные, и, мама моя чёрная дыра, лиловые! Пульсаром клянусь, не вру. Как у какой-нибудь модели из развлекательных сериалов с PTV+.

И вообще, слишком уж чистенький, будто только что шагнул к нам с подиума. Такие встречаются только в метрополии или в гробу перед торжественным сожжением.

Он стоял, скрестив руки на груди, и брезгливо смотрел на меня как на заглушенный реактор. Нет бы помочь, видит же, что у меня проблема! Но какое там. Ручки запачкать боимся, так, что ли?

– Вы – Зоя Ковальски? – холодно осведомился у меня незнакомец.

– Ну, я, – недружелюбно ответила я. – А вы – тот, кто сейчас получит ранцем, если не отойдёт в сторонку.

– Ник Фарусов, – он показал голографическую «корочку» Промышленного Управления по ликвидации, всасыванию и сбору орбитального сора и сингулярностей, к которому мы были приписаны. – Полагаю, вы о нас слышали.

Не было печали. ПЫЛЕВСОС – всасывает всё, включая наши нервы вперемешку с чёрными дырами. Знаем, ещё как знаем. Плавали! Пойти сразу застрелиться или сначала этого инспектора драного пристрелить?

– Прибыл для аудита.

Я промолчала. Фиксатор не поддавался, ранец на спине бесил неимоверно. Это в космосе он незаменимый помощник, а в условиях искусственной тяжести – добавочный вес. Ненавижу гравитацию!

– Вам помочь? – спросил вдруг инспектор не без яда в каждом слове и с отчетливым подтекстом "а вы вообще справитесь?"

– Нет, благодарю. Я сама.

– Вы уверены?

– Слушайте, Фарусов, – обозлилась я. – Я пять часов провела за бортом. Я хочу пить, я хочу жрать, я хочу в душ, и мне в данный момент наплевать, кто вы и откуда. Если вы не умеете ждать, у нас есть шлюз для мелкого мусора. Работает исправно.

Он не моргнул.

– Мне нужен доступ к документации. Журналы ремонтов. Схемы. План эвакуации.

– Плана эвакуации у нас нет, – сказала я, дёргая проклятый фиксатор. – Если начнётся жопа, мы бежим к спасательным капсулам. Кто успел – тот улетел.

– Это нарушение.

– Это жизнь.

Он помолчал. Потом спросил:

– А вы успеете?

Я замерла.

– Что?

– Добежать до спасательных капсул вовремя. Успеете? Почему молчите? Или вам сложно понять мой вопрос?

Я поняла его вопрос прекрасно и обозлилась. Он смотрел на мою фигуру слишком уж знакомым взглядом. О нет, нисколько не мужским! Фарусов оценивал мои габариты чисто технически. Прикидывал, сколько я займу места в спасательной капсуле и как много воздуха там на себя переведу.

– Вы про вес, – сказала я с обманчивой ласковостью.

Напарник от подобной конфигурации моего голоса вжимал голову в плечи и спешил свалить на дальнюю орбиту. У Фарусова всё ещё было впереди.

– Я про время, – надменно выговорил он. – В аварийной ситуации каждая секунда на счету. И каждый лишний килограмм…

– Лишний для кого? – перебила я.

Глава 1.1

Мобильный мусороперерабатывающий завод «Ржавая Зина» бродит по Галактике, очищая пространство от стихийных свалок, обломков орбитальной инфраструктуры, битых кораблей, ненужных астероидов, сингулярностей малой массы и других пространственных искажений, вызванных деятельностью разумных биовидов.

Зоя – один из лучших инженеров «Зины». Неунывающая пышка, влюблённая в свою работу, Зоя обладает нестандартным мышлением и большим инженерным опытом.

Ник – зануда-инспектор от Промышленного Управления по ликвидации, всасыванию и сбору орбитального сора и сингулярностей, сокращённо ПЫЛЕВСОС.

Она – живёт в хаосе, способна на коленке починить гипердвигатель или станцию дальней связи, пренебрегает стандартами и правилами в пользу собственного опыта. «Это жизнь, детка», – её любимый слоган.

Он – знает, что инструкции написаны кровью, и потому въедливо требует исполнять любую. Даже если она на первый взгляд бессмысленна.

Вместе они – катастрофа.

Выдержит ли их обоих «Ржавая Зина»?