Маргарита.
– …поэтому так важно проходить все этапы вместе. Кризис первого года, трех и семи лет… Это не приговор, а возможность стать ближе. Главное – не закрывать глаза на тревожные звоночки, – слащаво протягивает тетка из телевизора.
Я усмехаюсь, подсаливая фарш. Руки липкие, холодные, пахнут луком.
– Какие звоночки? – бормочу я. – Когда он перестал цветы дарить или начал задерживаться на работе? У нас… полстраны так живет.
Тетка в телевизоре словно слышит меня, тотчас отвечая на мой вопрос:
– Если ваш партнер стал чаще задерживаться и прятать телефон, уединяться с ним в ванной, раздражаться по пустякам, или, напротив, подлизываться без повода – это повод задуматься. Но не спешите с обвинениями, попробуйте поговорить…
– Поговорить, – фыркаю я, шлепая фарш о миску. – С ним поговоришь разве? Устал, устал… Приходит, и сразу к телику… Мы уже месяц нормально не разговаривали.
Телефон на столе вибрирует, подпрыгивая на клеенке. Быстро споласкиваю руки и отвечаю подруге:
– Привет, подруга! Ты чего это в рабочее время? Все унитазы продала? – усмехаюсь я.
– Марго, ты где? – сдавленно протягивает Дашка.
– Дома. Котлеты леплю. А что?
Слышу, как она пыхтит в динамик.
– Марго, только не паникуй. Я сейчас в «Мебельном раю» на третьем этаже. Зашла к Лизке, я у нее тыщу занимала, вот и…
– И? Дашка, мне некогда… Скоро Сашеньку из садика забирать, мне ещё убраться надо, а ты…
– А тут твой Руслан.
Я выдыхаю. Ну Руслан, и Руслан...
– Даш, ну и что? Мало ли, может, ему стул нужен или… Мы, кстати, хотели полку в прихожую… В «Бумеранге» то ещё начальство – там знаешь, какой бардак творится? Гендир может кого угодно в магазин послать…
– Марго, послушай меня внимательно, – перебивает Даша, срываясь на шепот. – Он не один. С ним какая-то… девица. Молоденькая совсем, лет двадцать, не больше. Блондиночка, вся такая… в общем, накрашенная, в курточке короткой.
В горле пересыхает. О чем она, вообще?
– Да ладно, может, знакомая? Или дочка чья? – я сама не верю в то, что говорю.
– Марго, они в отделе кроватей, – страдальчески произносит Даша. – Она на каждой кровати сидит, плюхается, смеется. А он с ней рядом… за руку держит. За талию обнимает, целует…
Тетка из телевизора тем временем продолжает:
– …еще один признак: партнер перестает делиться с вами планами, становится скрытным. Если вы чувствуете холод…
– Заткнись, – шиплю я на телевизор, сама не замечая.
– Что? – не понимает Даша.
– Это не тебе. Давай, рассказывай дальше. Что они делают?
– Ну вот, сейчас они около кровати от популярной, московской фабрики. Неважно, в общем... Она на нее запрыгнула, как на батут, и хохочет. Руслан стоит рядом, смотрит на нее, как на подтаявшую шоколадку… Того гляди лизнет… Марго, я такого взгляда у него лет пять не видела. Он на тебя так смотрел, когда вы только встречаться начинали. А она… она его за руку тянет, мол, иди сюда, ложись рядом.
У меня внутри все обрывается.
– А он?
– А он ложится. И… целует ее.
Я зажмуриваюсь, но картинка против воли лезет в голову.
– Ты уверена? Может, тебе показалось?
– Марго, я не слепая. Я стою в отделе напротив, за шкафами прячусь. Они уже минут десять там развлекаются.
Ложка выскальзывает из рук и с глухим стуком падает в миску с фаршем.
Телевизор за спиной вещает как ни в чем не бывало:
– …если вы заметили, что партнер стал тратить деньги на то, что не обсуждалось в семье, это повод насторожиться. Открытость в финансовых вопросах – залог доверия.
– Сними, – говорю я.
– Что?
– Сними видео, Даша, и пришли мне. Я хочу видеть.
– Марго, может, не надо? Зачем тебе себя мучить? Я сейчас позвоню Руслану, скажу все, что я о нем думаю…
– Нет, я запрещаю. Не надо ему звонить. Просто сними. Пожалуйста, Даш.
– Ладно, – вздыхает она. – Сейчас. Только я поближе подойду, за витриной с подушками спрячусь. Держись.