Там, где закат встречает рассвет

Глава 1

Уилл

За последние сутки я спал от силы час или полтора. Как бы я ни старался сон не приходит ко мне даже при помощи снотворного. Бессонница уже давно стала неотъемлемой частью моего графика.

Планируя отдых в Испании, я думал, что смена обстановки пойдет мне на пользу, но вместо этого я все пытался отойти от своего развода. В итоге вместо отпуска моя голова была занята затяжной депрессией, отношениями, страстью к тотальному контролю и, конечно же, бракоразводным процессом как сказал мой психолог, от которого я отказался буквально сразу после вынесения моего диагноза. С последним, что до сих пор занимает мою голову, мне еще предстоит разобраться. Развод с Отем пока что стоит на начальной стадии. И как бы сильно я не хотел спасти наши отношения, я понимал, что скоро все закончится и наша история останется в прошлом, раня мое сердце каждый день.

Я забираю свой чемодан с черной ленты и направляюсь к выходу из аэропорта. Встретив серые джунгли Нью-Йорка, я понимаю, что теперь все мои проблемы окружают меня здесь и сейчас, а не где-то там далеко от меня на другом конце света.

Опускаю темные очки на глаза и ищу свою машину. Ким должна была подослать своего водителя на моей машине. И когда я вижу невысокого роста мужчину, машущего мне табличкой с надписью «Уилл Хартфорд», я иду к нему.

- Добро пожаловать, мистер Хартфорд, - приветствует он меня.

- Взаимно, - коротко отвечаю я и сажусь в машину на заднее сиденье.

- Как прошел отдых? - спрашивает он, когда мы выезжаем с парковки.

- Вполне себе, - в своем же стиле отвечаю я.

- Испания красивая страна. Много достопримечательностей увидели?

Этот чувак когда-нибудь умолкает? Если он везет важного человека в компании, то в его обязанности не входит развлекать меня.

- Да, сто штук за пару дней обошел, - сарказмом отвечаю я.

Но только потом понимаю, что спровоцировал продолжение нашей беседы.

- Правда? Вы, наверное, побили новый рекорд Гиннесса.

- Томас, я прошу тебя умолкнуть, - слегка грубо прошу я и откидываюсь назад.

- Как прикажете, мистер Хартфорд. Но есть кое-какая новость. Кимберли просила меня передать вам, что миссис Хартфорд подготовила документы к бракоразводному процессу и выслала вам на почту для ознакомления и согласования.

Что?

Я судорожно сглатываю, а потом поднимаю тонированное стекло, которое разделяет меня с водителем. Отем оказалась быстрой лошадкой. Или же мой верный братец подбивает ее как можно скорее разобраться со мной, чтобы узаконить с ней свои узы.

Мне становится душно, и я опускаю стекло на максимум. Развязав слегка галстук, я пытаюсь отдышаться от накатившей злости.

Честно говоря, я не терял надежду, что по приезде в Нью-Йорк мне удастся поговорить с ней и уговорить ее дать нам сотую попытку начать все сначала. Но также я должен признать и то, что я ужасный муж. Я много делал ужасного по отношению к ней. Как твердила она, я не любил ее, а лишь управлял, манипулировал и контролировал. В то время как я называл это настоящей любовью.

Но, может, я ошибался? И ошибаюсь сейчас, пуская ложные надежды?

Тем временем мы уже подъезжаем к офису.

По коридору раздаются приглушенные голоса Ким и ее отца. А я в это время, пока иду к кабинету мистера Грауса, смотрю на наручные часы и отсчитываю секунды своего опоздания. И когда стрелка проходит двадцать пятую секунду, я открываю дверь без стука.

- Ты здесь, - констатирует мистер Граус, смиряя меня своим грозным взглядом.

Кимберли замечает меня и кивает в знак приветствия. Ее красные губы слегка сжаты от нервозности и волнения. Впрочем, ее отец не выглядит веселее. Его брови едва достают переносицы, а челюсти сжаты.

Здесь что-то случилось. Хотя, когда в нашей детективной компании бывало что-то хорошее.

Мистер Граус отталкивается от своего длинного стола, сделанного из дорогого темного европейского дерева.

- Надеюсь, я не зря прервал свой отпуск в Испании, - с досадой в голосе произношу я, садясь в кресло возле стола мистера Грауса.

- Нет. Потому что у нас большие проблемы, Уилл, - сообщает он.

Я перекидываю ногу на ногу и усаживаюсь поудобнее. Ким присаживается на диван, стоящий вдоль противоположной стены, и начинает копаться в бумажках. Ее отец садится за свой стол, складывает руки в замок и уставляет свой взгляд на меня.

- ФБР объявило в розыск одного преступника. На протяжении целого месяца бесследно пропадают молодые девушки, все они примерно одного возраста и модельной внешности.

Ким протягивает мне папку, в которой находятся фотографии тех самых девушек. Каждая девушка будто буквально сошла с обложки самого дорогого и известного глянцевого журнала.

- Что с девушками? - спрашиваю я.

- Они мертвы. Физических признаков убийства у жертв не найдено. Как будто бы они просто взяли и умерли на ровном месте. Однако этих девушек все же кое-что объединяет. Все они учатся в Нью-Йоркском университете. Правда на разных факультетах. Все, что нам известно, что девушки обладали хорошей репутацией и были популярны среди других студентов и сверстников.

Глава 2

Беттани

«Приближается ваш платеж по кредиту».

Я издаю тяжелый вздох и спускаюсь по ступеням. Очередной платеж по кредиту. Двести долларов. Но я уже просто не могу в очередной раз отстрочить платеж хотя бы на пару дней. Мы с папой и так уже по уши в долгах из-за его мании.

Отчасти я виню и себя в наших кредитных проблемах. Еще много лет назад отцу пришлось влезть в большие долги из-за моей болезни.

В шестнадцать лет я по своей вине попала в больницу. В день, когда мама вернулась в Париж, я ушла из дома из-за ссоры с папой. Весь день я провела на улице, пока папа с полицией искали меня. Из-за голода я потеряла сознание, а очнулась уже в палате частного госпиталя с истощением и обморожением – тогда была холодная зима, а я ушла на улицу в одних штанах и теплом свитере. Я была наивна и глупа, посчитав, что свитер спасет и убережет меня.

Но меня ничего не спасло от того ужасного диагноза, который вынес врач, войдя в мою палату, когда папа отчитывал меня за мое ужасное поведение и идиотскую выходку.

У вашей дочери сахарный диабет первого типа.

Меня будто оглушили эти слова. Я не слышала ничего, кроме бешеного биения своего сердца. Тот день в самом что ни на есть прямом смысле разделил мою жизнь на до и после. Как бы сильно я ненавидела Париж из-за мамы, но я должна признать, что там у меня была прекрасная жизнь. Там все было хорошо, и родители там были счастливы вместе. Пока мама спустя четыре года не решила вновь уехать в Париж из-за своей несбывшейся мечты.

А здесь, в Нью-Йорке, я как будто бы рассыпаюсь и снова собираю себя свою жизнь по маленьким кусочкам. Но почему-то этот город все еще удерживает меня. Здесь люди мне нравятся больше, чем в Париже.

С тех пор мне нужен инсулин и дорогие препараты. Поначалу нам сильно не хватало денег: папа пытался обустроиться в местной больнице, которая могла закрыться в любой момент, а мама пыталась подняться и прославиться в Париже.

Большую часть маминого дохода уходит на ее же карьеру, а оставшуюся часть она делит пополам: часть нам с папой, часть моей старшей сестре и ее сыну. Так я вкладываю в себя, чтобы потом получить еще больше. А папа по неизвестной причине решил подсесть на покер. Это мое дело, и я уже получил сполна.

Теперь мы оба стараемся погасить все те задолженности, которые висят у нас из-за моих дорогих лекарств, из-за его зависимости и мелких кредитов, которые пришлось взять просто потому что однажды нам не на что было купить продукты в магазине.

И да. Забыла сказать. Мама абсолютно ничего не знает о наших долгах. Наверное, причина в том, что отец не хочет позориться в ее глазах. Он не хочет признавать, что в нашей семье он оказался слабее, чем мать.

Убрав телефон в карман своего темно-коричневого пальто, я направляюсь вдоль тротуара в сторону метро, погрузившись в свои мысли. Сегодня я даже забыла свои наушники, чтобы включить музыку, которая поможет заглушить мою боль и мои мысли.

Плюс к этому день выдался тяжелым. Сорвалась организация выставки, которая должна была состояться на этой неделе. Теперь мне опять придется собирать мероприятие по кусочкам. Что за дерьмо? Почему прилет губернатора стал таким важным событием, из-за которого придется переносить абсолютно все и делать опять все заново?

- Беттани Уилсон? - окликает меня красивый звонкий и бархатный мужской голос.

Я резко оборачиваюсь, будто поймана с поличным. Поскольку меня нечасто среди белого дня на улице незнакомец окликает по имени и фамилии.

- Мы знакомы? - спрашиваю я, убрав прядку с лица, чтобы увидеть, с кем разговариваю.

Передо мной появляется молодой человек. На вид он чуть старше меня. Он высокого роста, одет в клетчатую рубашку и черные штаны, а через плечо надета черная сумка из эко кожи.

- Нет, но нам нужно познакомиться. Меня зовут Уилл Харрисон и я новый студент.

- Поздравляю, Уильям Харрисон. Но какое отношение я к тебе имею? - Я выдавливаю из себя смущенную и неловкую улыбку.

- Декан поручил, чтобы ты показала мне университет. Он видел, как ты в спешке проходила мимо него и сказал, чтобы я попросил тебя. Сказал, что ты знаешь это место, как никто другой.

И почему же декан не доверил это задание своей любимой дочке, которая занимает здесь очень важное место. Он ведь всегда пихает ее везде, чтобы о ней узнало, как можно больше людей. Но Милли ничего не нужно здесь, кроме популярности и славы.

Я отодвигаю рукав пальто, чтобы взглянуть на время. Папа возвращается с дежурства и будет дома через два часа. На дорогу мне нужен час, так как мы живем далеко от центра. Но мне еще нужно подготовить дом к его приходу. Я просто ну никак не успею показать ему все сегодня.

- А что насчет завтра? - спрашиваю я.

Завтра пятница и у меня нет никаких важных планов, кроме как обзвонить десяток важных людей, чтобы договориться о новой дате.

- Ладно, - соглашается он и кивает. - Тогда до завтра, Беттани.

- До завтра, - бросаю я и, развернувшись продолжаю идти в сторону метро.

- Ты торопишься, - подмечает тот парень, крикнув мне вслед - Я могу подвезти тебя.