Тайна Зимнего дворца

Пролог

Зимний дворец всегда дышал иначе по ночам.
Днём он сиял золотом, хрусталём и гулом придворных голосов, отражал холодное северное солнце в зеркалах и мраморе. Но ночью… ночью стены становились свидетелями. Они слушали. Запоминали. И шептали тем, кто умел слышать.
Баронесса Корф стояла у высокого окна, за которым Нева тонула в синеватом тумане. Лёд уже начал схватываться у берегов, и ветер скользил по воде, как осторожная рука по шёлку. Петербург засыпал, но дворец — никогда.Её отражение в стекле казалось чуть бледнее обычного. Тёмные волосы были убраны строго, как того требовал этикет фрейлины императрицы, платье цвета приглушённой лаванды едва касалось паркета. Она выглядела безупречно — как и подобало служительнице двора Александра Третьего.
Но сердце её билось слишком ровно для спокойной женщины.
Она слышала дворец.Слышала его дыхание.
Это началось ещё в детстве, когда мать впервые привела её в дом Романовых и прошептала:
«Помни, дитя. Наш род не служит. Мы оберегаем».
С тех пор баронесса знала: в её крови — не просто верность, а древний дар. Невидимая нить, связывающая её с династией. Она чувствовала трещины прежде, чем они становились разломами. Чувствовала опасность до того, как она обретала лицо.
Сегодня дворец звучал иначе...Тише...Глубже...Как перед грозой.
Она закрыла глаза — и позволила магии коснуться её.
Не заклинание. Не жест. Лишь лёгкое прикосновение к тому, что всегда было внутри. Мир вокруг словно истончился. Золочёные карнизы потемнели, воздух стал плотнее, как вода. Вдалеке, в одном из коридоров, вспыхнула тень — не человеческая, не полностью.
Баронесса резко открыла глаза.
Тень исчезла.Но тревога осталась.
Император Александр Третий в этот час находился в своём кабинете. Императрица — в покоях, где гасили последние свечи. Всё было спокойно. Всё — как всегда...И всё же не так.
Её дар никогда не ошибался.
Она медленно провела ладонью по холодному стеклу. На секунду ей показалось, что за её отражением стоит кто-то ещё. Высокая фигура в темноте. Не придворный. Не стража.
Наблюдатель.
Баронесса не обернулась.
— Я вижу тебя, — тихо произнесла она, не зная, лжёт ли.
Стекло дрогнуло от ветра. Или от ответа.
В ту ночь Зимний дворец впервые заговорил с ней словами, которые она не хотела понимать.
И баронесса Корф ещё не знала, что её дар, предназначенный оберегать Романовых, вскоре потребует от неё выбора.
Между долгом.
И тем, кого она полюбит.