Тайный собеседник

Глава 1

Класс 3-А гудел как растревоженный улей. Последний урок — история — закончился десять минут назад, но никто не спешил расходиться. Впереди целых два выходных дня, и воздух звенел от обрывков планов: кто-то собирался в новый парк развлечений, кто-то — на концерт, а кто-то просто в торговый центр. Все, кроме Ли Хваён.

Она молча, с привычной механической точностью, собирала учебники в поношенный, выцветший на швах рюкзак, стараясь быть невидимой. Её тёмные, как смоль, волосы, собранные в простой низкий хвост, падали на лицо, скрывая глаза и большую часть щёк. Мешковатая школьная форма, купленная намеренно на размер больше, висела на её хрупкой фигуре как на вешалке, скрадывая любые контуры. Хваён именно такого эффекта и добивалась. Быть призраком, тенью, пустым местом — вот самая безопасная стратегия выживания в этих стенах.

— Эй, Чон Чонсок! Идёшь с нами в караоке? Новое место открылось на Мёндоне! — крикнул Ким Тэхён, своим громким, жизнерадостным голосом перекрывая общий гул. Он хлопнул по плечу парня, сидевшего через два ряда от Хваён.

Чон, отвлёкшись от переписки в телефоне, откинул со лба непослушную чёлку и одарил всех своей знаменитой, открытой улыбкой, от которой у многих девушек в классе учащалось сердцебиение. Капитан баскетбольной команды, отличник без зазнайства, всеобщий любимец — он был живой антитезой, полной противоположностью невидимой Ли Хваён.

— Конечно, иду! — бодро ответил он. — Только домой заскочу, переоденусь. Встречаемся у входа в метро через час?

Закинув дорогой кожаный рюкзак на одно плечо, он направился к выходу, отвечая на прощальные шутки и приглашения. Проходя мимо последней парты у окна, он неловко задел её угол, и несколько простых синих ручек, аккуратно лежавших на столешнице, с лёгким стуком упали на линолеум.

— Ой, прости, — автоматически, уже почти пройдя мимо, произнёс Чонсок. Он развернулся и, не задумываясь, наклонился, чтобы помочь собрать вещи.

Хваён, не поднимая глаз, тут же присела рядом. Движения были быстрыми и чёткими, будто она хотела исчезнуть вместе с рассыпавшимися предметами. Их пальцы на секунду соприкоснулись над одной и той же ручкой — его, тёплые и уверенные, и её, холодные и удивительно тонкие. Она дёрнула руку, как от ожога.

— Ой, смотрите-ка! Наш великодушный принц Чонсок помогает нашей серой мышке подобрать её сокровища! — звонко, с притворным умилением засмеялась Пак Дживон, самая популярная и язвительная девчонка в классе. Она облокотилась на соседнюю парту, наблюдая за сценой. — Не слишком ли много чести, Ли? Ты даже «спасибо» сказать не можешь? Или язык отнялся от счастья?

Хор сдержанных, но от этого не менее колких хихиканий прокатился по группе её подруг. Чонсок выпрямился, странно посмотрев на Хваён. Он ожидал увидеть в её опущенных глазах слёзы, обиду или хотя бы вспышку злости. Но там не было ничего. Лишь плоское, глухое равнодушие, будто этот комментарий был просто фоновым шумом, к которому она давно привыкла. Она молча кивнула в его сторону, не глядя в лицо, и продолжила застёгивать рюкзак.

***

Вечером того же дня Чонсок сидел в своей уютной, заставленной трофеями и призами комнате, уставившись в экран ноутбука. Караоке, как ни странно, оказалось скучным — те же песни, те же избитые шутки, тот же ощутимый разрыв между его искренним смехом и смехом других, который иногда казался слишком громким. Он бесцельно прокручивал ленту новостей в соцсети, когда в мессенджере всплыло сообщение от Ким Тэхёна:

«Чон, видел сегодня, как наша мышка Ли на тебя таращилась? Когда ты наклонялся. По-моему, ты ей серьёзно нравишься, ха-ха! Прямо трагедия в трёх актах!»

Чонсок хмыкнул и отбил ответ, лёжа на спине:

«Да брось, Тэ. Она вообще ни на кого не смотрит. Как будто её здесь нет».

Тэхён ответил почти мгновенно, видимо, тоже заскучав:

«А вот и нет! От скуки придумал гениальный план. Слушай. Создай фейковый акк, напиши ей. Представься парнем из другой школы. Спорим на недельное домашнее задание по математике, что она поведётся? Будет о чём посмеяться в понедельник! Это же просто невинная шутка».

Чонсок задумался, постукивая пальцами по крышке ноутбука. Обычно он сторонился подобных игр, предпочитая оставаться в стороне от травли, даже пассивной. Но сегодняшний вечер был тоскливо пуст, а идея казалась невинной, почти детской шалостью — не злая насмешка, а просто эксперимент. В конце концов, что такого страшного в паре безобидных сообщений? Если она не ответит, всё закончится быстро.

Через полчаса аккаунт «Хан Джун» был готов. Чон выбрал нейтральное, но стильное фото из интернета (парень со спины, на фоне городских огней), в графе «интересы» указал фотографию, indie-рок и, вспомнив валявшийся на полке сборник, добавил «литературу». Поиск Хваён занял секунды: у неё была всего одна, намеренно размытая аватарка, где было видно лишь контур плеча и прядь волос, а профиль пустовал.

Чонсок усмехнулся. «Ну, конечно. Ничего. Как с пустой страницы и начать». Он написал первое, что пришло в голову, вспомнив случайно увиденную в ленте группу:

«Привет! Случайно увидел твой комментарий в группе “Классика без границ”. Ты читала Кафку?»

Он отправил сообщение и уже собирался закрыть вкладку, уверенный, что ответа не будет или он придёт через три дня в виде скупого «да». Однако уведомление о новом сообщении всплыло менее чем через минуту.

«Здравствуй. Да, читала. “Превращение” и “Процесс” — это обязательно. Но, если честно, больше всего впечатлили его “Письма к отцу”. Возможно, это самое пронзительное и искреннее, что он когда-либо написал. Ты знаком с ними?»

Чонсок замер, уставившись на экран. Он слышал о Кафке лишь в общих чертах, на уроке мировой литературы. О том, что тот писал какие-то письма отцу, он не знал точно. В его сообщении чувствовалась… глубина. Не ожидаемая от «серой мышки» односложность, а развёрнутая, уверенная мысль. Лёгкий, но неприятный укол совести кольнул его под рёбра.

«Согласен, письма — сильная вещь! — поспешно написал он, чувствуя себя профаном. — А какие ещё книги или авторы тебе близки?»