Темнота располагает.

Глава 1

Как бы не отличались друг от друга прожитые года, начало и конец всегда были одинаковые, словно из-под копирки. Для кого - то пресловутые новогодние традиции ограничивались пышной, разукрашенной до боли в глазах ёлкой и тазиком жирного оливье. Но для него и её смотрящие с ненавистью с противоположной стороны стола глаза являлись чуть ли не стабильнее и праздничнее финальных курантов. Каждый год, на протяжении уже более двенадцати лет, они, будучи невольно связаны ироничной шуткой судьбы, встречали этот праздник вместе, в кругу озабоченных своей дружбой матерей и спокойных отцов. Каждый год покупали друг другу самые бесполезные подарки, которые только могли найти, и упаковывали самым неаккуратным образом в пёструю упаковочную бумагу. Каждый год давили вымученную улыбку и чокались стаканами с детским шампанским, пока матери наперебой хвалили друг друга за принесённые салаты.

Быть детьми подруг детства - все равно, что быть кровными родственниками. Хочешь ты того или нет, всё равно невольно будешь встречаться за обеденным столом или здороваться, проходя мимо по улице. Дамир и Мила, к слову, на улице не здоровались. Чинно проходили мимо, смотря куда угодно, только не в сторону друг друга. Но их матерям знать об этом было не обязательно. Марина Юдина и Таня Галиева - подружки с самой школьной скамьи. Вместе сдавали экзамены, вместе поступили в университет, даже жили, и то в одной комнате в общежитии. Мила и Дамир познакомились друг с другом только в шесть лет, когда Таня, наконец, убедила своего мужа в ценности общения семьями. Даже такой суровый, строгих консервативных взглядов на семейные ценности человек не смог противостоять столь сильной дружбе. Что уж говорить о двух детях, до чьего мнения всем было попросту не было дела.

Мила выдохнула облачко горячего пара в студёный воздух. Отец припарковал более удачно машину, стараясь не задеть близко стоящие к друг другу чужим автомобилям. Марина и Мила стояли у крыльца новостройки, карауля огромные сумки, набитые закрытыми прозрачной плёнкой салатами.

̶ Неплохая новостройка, да? ̶ Марина Юдина оглядела довольным взглядом упирающийся в небо столб из красного кирпича.

̶ Лишь бы лифт работал. ̶ буркнула про себя Мила, уже заранее готовившись к очередному испорченному празднику.

Семья Галиевых была приятной, за исключением одного персонажа. Как бы не были вкусны старательно нарезанные матерями салаты, как бы красиво не мигали гирлянды, один только вид ухмыляющегося Дамира резко перечёркивал всю новогоднюю красоту.

̶ И район хороший. ̶ продолжила Юдина. ̶ Школа рядом, детский сад, аптека…

«Если ты сейчас скажешь, что уговорила взять отца здесь квартиру в ипотеку то я сойду с ума.» ̶ подумала про себя Мила, скривив губы.

̶ А первоначальный взнос то какой хороший. ̶ заметила девушка, продолжая следить за паркующийся машиной. ̶ Всего три миллиона. Такая малость.

На этот раз скривилась Марина, но ничего не ответила. Сзади пиликнул домофон, и тяжёлая железная дверь отварилась, выпуская пряный аромат корицы. Таню можно было определить по одному только аромату её дорогих духов. Внутреннее Мила напряглась, ощутив его.

̶ Маринка!

Женщина подбежала к подруге, закрывая ей глаза своими маленькими белыми ладонями. Мила закатила глаза, слегка дёрнув кончиком губ, как вдруг что - то тёплое коснулось её руки, сжимающей небольшой пакетик с салатом. В животе невольно завязался узел. Она развернулась, встречаясь глазами с уже давно знакомыми, ещё с детства голубыми глазами. Спокойные, сосредоточенные. На этот раз в них не было и тени улыбки, и того привычного ей озорства. Неожиданные перемены во взгляде, ещё более неожиданное прикосновение до сели не любящего до неё дотрагиваться человека, выбили её из колеи, заставив молча смотреть на своего "друга" детства. Дамир кивнул приветствуя. Аккуратно разжал покрасневшие от холода пальцы девушки, забирая пакет.

̶ Ты, как всегда, на высоте! ̶ воскликнула Марина, обнимая Татьяну.

Галиева была в обтягивающем тёмно-зелёном платье, переливающемся блёстками. Длинные чёрные локоны убраны большой заколкой в виде цветка, покрытого зелёными стразами. На веках под голубыми глазами красовались бирюзовые тени. Женщина выбежала в одних тапочках, накинув на себя старую белую шубу. Дамир, в отличие от матери, соизволил сменить тапочки на зимние кроссовки, правда, ограничился одной лишь вязанной белой кофтой, накинутой на идеально выглаженную фиолетовую рубашку.

̶ Не холодно? – хмыкнув спросила Мила, окинув Дамира наигранно пренебрежительным взглядом.

Как бы она не пыталась найти в его образе что - то неподходящее, зацепиться хоть за какую - то мелочь в его образе, чтобы потом раскрутить её и придумать провокацию, сознание то и дело подмечало лишь то, как шло Дамиру носить фиолетовый цвет. Он идеально контрастировал с серьёзными голубыми глазами и уложенными чёрными волосами Галиева. Он был копией своей матери. Можно было даже сказать, что страшной копией, если не замечать твёрдые мужские черты лица, передавшиеся ему от отца военного.

̶ Добрый день! ̶ крикнул Андрей Юдин, громкая хлопая дверью машины.

̶ Добрый, Андрюш. ̶ помахала рукой Таня. ̶ Тимура пока нет ещё. К свекрови заехал за эчпочмаками.

̶ А они разве на с нами в этом году? ̶ удивилась Марина.

Дамир поднял пару тяжёлых пакетов со снега. Мила продолжала удивлённо смотреть на него, хлопая ресницами. Раньше он бы точно ответил ей какой-нибудь колкостью. Его внезапное молчание привело девушку в ещё большее недоумение. Тем временем Андрей уже закрыл машину и, подбежав к компании, дружелюбно похлопал Галиева по плечу.

̶ Давно тебя не видел, Дамир. Ты говорят всё на соревнованиях своих пропадаешь. Молодец!

Дамир растянул тонкие губы в улыбке.

̶ Я тоже давно не видел Вас, Андрей Станиславович. Как Ваша Ласточка?

Андрей взял оставшиеся пакеты и направился к дверям, слегка прихрамывая. Тяжёлые пакеты распирало от обилия вложенных в них яств. Готовить столько было, по меньшей мере, бессмысленно, учитывая, что Татьяна, в свою очередь, наученная свекровью, каждый год накрывала самостоятельно стол. В помощи отказывалась, отмахивалась, что для неё это больше хобби, чем труд, и каждый год баловала гостей, выкладывая на стол бешбармак да вак-белиш с кыздырмой. Но, несмотря на это, каждый год стабильно Татьяна упорно наготавливала, а потом рассовывала по тарелкам свою стряпню для праздника. Приходить в гости с пустыми руками считала плохим тоном и потому наготавливала так, будто устраивала неофициальное состязание со своей подругой за право называться хозяйкой года.