Тенебрис. Город в темноте.

Пролог.

Я открыла глаза от громкого скрипа входной двери. Подскочив на кровати, одной рукой я закрыла рот себе, а другой зажала его спящему рядом Лео. Он резко проснулся и часто задышал, вопросительно глядя на меня.

Слышно было, как кто-то начал ходить по комнате, бесшумно, но создавая легкое дуновение. Он жаждал учуять заветное человеческое дыхание, и посмотреть в глаза своей жертве холодным убийственным взглядом.

По телу побежали мурашки, и я лишь сильнее сжала руки, не давая своему и дыханию Лео прорваться хоть на миг. На голову осыпалась потолочная краска, защекотала ноздри. Сдержав желание чихнуть, глаза предательски заслезились, но я не смела шелохнуться. Лео опустил ресницы, и я почувствовала, как он пытается успокоить сердцебиение, медленно выдыхая воздух через нос.

Дверь вновь скрипнула, но мы не спешили радоваться. Он чувствовал наше присутствие, но явно не мог понять, где. Ловушки, установленные вокруг дома, издали мерзкий звук металла об металл. Гул ударил по ушам, оповещая, что некто знал об их местонахождении, и специально ходил, как бы дразня.

Звуки разлились вокруг, и воображение сразу нарисовало картину: маленький домик, окруженный множеством темных силуэтов, так похожих на людей. Но то были далеко не люди.

Это — демоны, и их было много. Они рассредоточились по всему периметру вокруг дома, как бы играя с ловушками, желая услышать наши голоса. Заветные слова призыва, которые позволят им найти нас, и поработить, а может, ради забавы, разорвать на куски. Слова, которые люди скорее старались забыть.

Окна вдребезги разлетелись, и слышно было, как ветер забил по шторам, занося в дом зимний стылый воздух.

Так мы просидели еще долго. И лишь когда я увидела в щели полотка пробивающийся солнечный свет, смогла отпустить руки, глотая воздух полной грудью и кашляя.

— Мы наконец-то одни.

Лео вдохнул, все равно боясь громких звуков. Он поднялся с кровати, или с того места, что мы обозвали кроватью: твердый старый матрас и пара перьевых подушек — и начал в спешке натягивать сапоги:

— Здесь больше оставаться нельзя. Нас нашли.