Тени прошлого

Глава 1: Призыв

Телефонный звонок разбудил Марину глубокой ночью, вырвав из довольно беспокойного сна. Когда работа любима, но трудна, она в любом случае будет пожирать нервы. Год за годом, медленно и незаметно откусывать от спокойствия по кусочкам, каждый раз нападая в самый неожиданный момент. Особенно если связана с чужими демонами и их изгнанием. В прямом смысле.

Вот и в этот раз подсознание девушки сначала нарисовало сон из давнего воспоминания, оставшегося после отпуска на горнолыжном курорте. Склоны гор в голубоватой дымке снега и с туманом облаков у вершин, спуски для любителей лыж и сноубордов, вечерние посиделки с мужем Михаилом в баре, как будто позабыты все обиды и разногласия. Красота. А через мгновение на месте ее любимого мужчины появился огромный черный ворон. От птицы веяло холодом и сыростью, принесшим в сон и необъяснимый логикой ужас, из невидимых щупалец которого было не вырваться.

Наверное, в этот раз ночной телефонный звонок был вовремя и стал неким спасением для психики. Электронные часы на прикроватной тумбе высветили ярко-зеленые цифры 2:15. Марина сонно посмотрела на экран телефона, пытаясь попасть в реальность и отогнать еще не ушедший страх, оставшийся после сна:

— Алло? Виктор?

— Марина, прости за поздний звонок, — голос отца Виктора звучал виновато и очень напряженно. — У нас срочный случай. Сын местного священника нуждается в твоей помощи.

Марина села на кровати, окончательно просыпаясь:

— Что случилось?

— Мальчику четырнадцать. Три ночи подряд просыпается с криками, говорит чужими голосами. Священник провел три службы очищения, но состояние парня только ухудшается. Сегодня ночью он написал на стене кровью: «Она придет за тобой».

Четырнадцать лет. Возраст, когда психика уязвима, а уже не ребенку, но еще не взрослому очень хочется приключений, экспериментов и подтверждения, что детство закончилось. В случае с сыном священника могло быть что угодно: от попытки доказать отцу свою правоту или не быть на него похожим через отрицание религии и уход в темные культы до самой обычной тяжелой формы невроза из-за перегрузки в школе. Когда работа связана с магией и изгнанием бесов, первое, что нужно уметь определять, — кто именно перед тобой и нуждается в помощи: очередная темная сущность или обычный сумасшедший.

Марина нахмурилась:

— Я выезжаю. Дай мне полчаса.

Через двадцать минут она подъехала к храму Святого Николая. Старый собор возвышался над ночным городом, освещенный тусклыми уличными фонарями. Отец Виктор ждал девушку у входа, держа зажженную свечу и очень взволнованный. Было заметно, что он непривычно растерян даже, наверное, для самого себя — признак серьезного и опасного случая.

— Спасибо, что приехала так быстро, — тихо сказал он, пожимая Марине руку. — Пойдем, мальчик ждет в ризнице.

Внутри храма девушку встретили тишина и прохлада, как будто она попала сюда в такой час по ошибке или случайности. Но в ризнице, за алтарем, Марину подвели к кушетке, на которой лежал худощавый подросток с темными кругами под глазами. На серой футболке и точно такого же цвета штанах выделялись темные пятна крови, запястья и кисти до пальцев замотаны бинтами. Рядом сидел священник-отец, держа сына за руку.

— Марина, это Андрей, — представил отец Виктор. — Андрей, это наша дорогая сестра Марина. Она поможет тебе.

Мальчик приподнял голову, глаза его были мутными, с желтоватым оттенком. Он прошептал хриплым голосом:

— Она придет... Она уже здесь...

Марина подошла ближе, перекрестилась и положила ладонь на лоб мальчика. Почувствовав ледяной холод, она тихо спросила:

— Сколько времени прошло с последнего припадка?

— Минуты три, — ответил священник. — Он пришел в себя буквально минуту назад.

Девушка закрыла глаза, концентрируясь. Она почувствовала присутствие — темное, вязкое, пульсирующее. Не простое одержание, а что-то древнее и могущественное.

— Отец Виктор, — тихо сказала она, не отрывая руки от головы мальчика. — Здесь не простой случай. Я чувствую... Что-то другое. Очень старое.

Марина медленно вышла из ризницы, стараясь не обращать на черные точки перед глазами и держаться естественно, но уже за порогом ее сильно пошатнуло, и пришлось опереться о стену. Когда зрение восстановилось, перед взором предстал отец Виктор, смотревший с тревогой.

— Что ты почувствовала? — спросил он тихо.

— Черный ворон, — выдохнула Марина. — Я видела его во сне сегодня ночью. Ты позвонил как раз во время сна. И... — она замолчала, подбирая слова, — я думаю, это связано с другими случаями, о которых ты рассказывал. Здесь не случайное одержание. Здесь что-то... организованное.

Отец Виктор снял очки и протёр их краем рясы:

— Значит, это правда. Я слышал рассказы о подобных случаях в соседних городах. Но... черный ворон? Разве не это символ древнего демона?

Так вот оно что. Теперь понятно, почему образ принес в сон столько ужаса и холод. Надежда на обычный кошмар из-за специфики работы канула в небытие. Марина кивнула:

— Да. Я думаю, мы столкнулись с чем-то более серьезным, чем обычный случай одержимости. Нам нужно действовать быстро. И, — она посмотрела на священника, — нам понадобится твоя помощь в сборе информации. Есть что-то, что объединяет всех пострадавших?