Тень в хрустальном шаре

Глава 1. Перерождение

Я открыла глаза и поняла: что-то пошло не по плану.

Во-первых, потолок был не мой. Древние каменные своды образовывали странный рисунок в форме креста, в углах поблескивала паутина с застрявшими в ней крыльями ночных мотыльков. В нос ударил запах сырости и затхлости с едва уловимыми нотками драконьего помета.

Во-вторых, я не могла пошевелиться. Не то чтобы паралич — просто конечности отказывались подчиняться с той скоростью, к которой я привыкла. Я чувствовала руки, ноги, могла приподнять голову и оглядеться, но была заперта в какой-то конструкции с тонкими, почти невесомыми решетками, сотканными из чистого света. Я попыталась встать и, судя по ощущениям, мой рост составлял сейчас сантиметров девяносто.

— Проснулась! — раздался голос откуда-то из темноты, от которого у меня сжалось сердце.

Свечение на стенах усилилось и я увидела маму. Значит, все в порядке. Я не в пыточной, и меня не будет допрашивать огромный медведь в фартуке, как однажды мне приснилось после неудачного эксперимента с зельем сновидений.

Но мама... мама была молодой. Очень молодой. С длинными каштановыми волосами без седины, без морщин, в простом крестьянском платье, которое носила прислуга в нашем мире. Только сейчас я заметила, что над ее ладонью мерцает слабый золотистый огонек — бытовой магический светляк.

— Мам, — попыталась сказать я, и, к моему удивлению, слово прозвучало почти членораздельно. Но тело все еще слушалось плохо — нейронные связи только формировались, мышцы не успевали за мыслями.

Черт. Черт, черт, черт.

Боги магии, если вы меня слышите — это какая-то ошибка. Я не против реинкарнации в магическом мире, но можно было хотя бы лет в 12, когда я уже могла бы поступить в академию? А не в три с половиной года, когда единственное умение — путаться в собственных ногах и лопотать невнятные фразы?

Но боги молчали. А мама подхватила меня на руки, и я уткнулась носом в ее плечо, пахнущее травами и почему-то серой.

— Мамуль, — позвала я. Получилось почти правильно.

Мама всхлипнула и прижала меня крепче.

—Доченька… ты сказала «мамуль»? Ты ж моя умница. Быть может, ты станешь великой магессой!

Я закатила глаза. Мне 33 года ментально, у меня два диплома по боевой магии, неоконченная аспирантура по теории заклинаний, опыт работы в ведущих магических корпорациях мира, ипотека на башню в магическом квартале, а сейчас мной умиляются из-за обычного детского лепета.

Ладно. Надо успокоиться и понять, что делать дальше.

Сейчас 1245 год по местному летоисчислению. Папа совсем недавно погиб во время магического эксперимента в заводской лаборатории. Они с мамой только получили от гильдии артефакторов небольшую башенку, въехали в нее, встали в очередь на улучшение жилья, и незадолго до получения ключей от двухэтажных апартаментов случился взрыв.

Почему меня не забросило до него? Вдруг я могла все предотвратить? Например, сделать вид, что заболела магической лихорадкой, чтобы он остался и не пошел на эксперимент. Но похоже, у вселенского Искупления были свои планы.

Я часто расспрашивала маму об отце. Мне казалось, что чем больше я узнаю, тем лучше смогу представлять, как его дух наблюдает за мной из магического эфира и дает мне советы. Вообще я с детства страдаю «магическим мышлением», и это не раз сыграло со мной злую шутку. Возможно, поэтому я здесь. Доигралась.

Но вернемся к папе. Мама хранила его детские артефакты, любовные письма к ней, написанные зачарованными чернилами, полные нежности, которые он отправлял магической почтой, пока она лежала на сохранении в больничном крыле. Еще сохранились заклинательные свитки его авторства и несколько альбомов с его магическими эскизами. Мне всегда хотелось обладать хотя бы одним из его талантов. Я представляла, как он помогает мне с домашними заданиями по созданию артефактов или как мы играем в магические шахматы (в магические шахматы я тогда играть не умела и просто расставляла фигурки на доске и ждала, пока магическая сила передвинет их за него). По рассказам мамы и всем «уликам», которые у меня имелись, я сделала вывод, что была «долгожданным ребенком великой любви», а наличие несправедливо и трагически погибшего близкого родственника дает мне привилегию в сверхъестественном везении и удаче во всем. Действительно, я верила, что все, что со мной случается, приводит меня только к лучшему, и случайным образом все так и оказывалось. До этого момента.

Мне три с половиной, я уже многое понимаю и могу говорить. Впереди ждет долгий путь.

Я вздохнула и приготовилась ко сну.

Глава 2. Эффект лифта

Я очень хорошо помню эти лифты. Еще до всех этих унылых серых металлических конструкций, вечно заляпанных магической грязью стен, убитых временем полов и нацарапанных на потолке неприличных заклинаний.

Лифт, в который мы зашли с мамой (ну, как зашли, меня держали на руках) был совсем другим. Роскошные блестящие панели из зачарованного дерева, мягкий желтоватый приглушенный свет от хрустальных шаров, внутри которых мерцали настоящие звезды — говорят, их собрал первый хозяин башни, путешествуя между мирами. Каждый шар хранил память о своей вселенной, и если прислушаться, можно было услышать далекие голоса иных цивилизаций.

Кнопки этажей были не просто выпуклыми — они светились в ответ на прикосновение, подстраиваясь под магический фон того, кто нажимал. Мамин след был теплым, золотистым, а мой — едва заметным, голубоватым, будто я только училась существовать в этом мире. Между этажами лифт не просто ехал — он перетекал, словно время здесь текло иначе, подчиняясь древним законам, которые никто уже не помнил, но все соблюдали.

На стенах, если присмотреться, можно было разглядеть имена, вырезанные первыми жильцами — магами, которые строили эту башню своими руками. Некоторые имена светились, питаясь магией жильцов, и если кто-то умирал, надпись тускнела и стиралась.

Я смотрела на всё это и чувствовала, как тело постепенно подчиняется. В три года контроль уже неплохой, но до взрослой ловкости еще далеко.

Я рассматривала шары на потолке. В одном из них — том, что висел ближе всех к двери — я однажды заметила странную тень. Она не двигалась, как остальные, не подчинялась законам гравитации, а просто стояла и смотрела. Смотрела на меня. В тот день, когда папа погиб, тень исчезла. А сегодня, когда мы с мамой спускались вниз, она появилась снова.

— Мам, — позвала я. Звук получился чистым. — Там тень.

Мама подняла голову, посмотрела на шар и пожала плечами:

— Это просто отражение, Танюшка. Не выдумывай.

Но я знала, что не выдумываю.

Так как башня принадлежала гильдии артефакторов, все друг друга знали. Мы жили на 20-м уровне, и пока лифт спускался вниз и набирал на этажах пассажиров, узнавались все последние новости и сплетни о жильцах, а также обсуждались скорость моего магического роста, успехи в обучении, семейное положение и планы на жизнь. Будто бы вся башня следила за тем, как я расту.

На 6-м уровне зашла Александра Федоровна — отставная боевая магесса высокого ранга. Она, как всегда, была с идеальной магической укладкой, защитным макияжем, в идеально зачарованных брюках со стрелками и с маленьким фамильяром на руках по имени Селеста. Только сейчас она была моложе и не опиралась на посох.

— Слышала о твоей утрате, Тонечка. Соболезную. Но ты держись, надо держаться ради ребенка.
— Спасибо, но у меня совершенно нет сил, я ничего не могу делать и не представляю, как дальше жить с маленьким ребенком на руках.
— А ты убирайся. Занимай руки. Сегодня подмела магической метлой, завтра пыль заклинаниями собрала, потом полы магическим раствором помыла, а как закончишь — начинай все по новой. Работа лечит, поверь мне, уж я-то знаю.

Я мысленно усмехнулась. Если бы она знала, сколько раз этот совет «занимай руки» спасет меня в будущем. И сколько раз — нет.

Мама кивнула, я дернула ножкой.

Иногда к нам заезжал мой крестный, муж маминой сестры, маг-бытовик среднего звена. Он покупал продукты на магическом рынке и давал какие-то монеты на жизнь. Но однажды он приехал и сказал, что ему и так сложно тянуть жену и двух дочерей и маме пора зарабатывать самой.

Подработка подвернулась случайно. Снова сработал «эффект лифта», и с ней связалась соседка из гильдии управляющих:

— Тонечка, здравствуй. Слышала про твою беду, мне очень жаль. Мишка был такой молодой, они дружили с моим мужем, как же так... Слушай, я к тебе по делу. У нас Антонина с 15-го уровня устроила такой скандал из-за графика отпусков и резко уволилась. Пойдешь уборщицей? Жалованье небольшое, работа, сразу скажу, не из простых — нужно использовать очищающие заклинания высшего порядка, но хоть какие-то деньги.

— Конечно, пойду.

И она пошла. Ночью укладывала меня, двухлетку, спать, обвешав защитными амулетами, а сама бежала чистить магией общие залы и «черный ход». Самое неприятное, что он располагался отдельно от общих коридоров, и там обитали низшие демоны со всеми вытекающими. Было страшно, но выхода не было.

Но мне было страшнее. Я помнила, что все будет хорошо и каждый раз она будет возвращаться домой. Но все равно каждую ночь я просыпалась и плакала от страха, что сейчас все может пойти не так и она может не вернуться.

Страх оказался напрасным. А спустя год к нам переехала бабушка по маминой линии — сильная ведьма-травница. Она жила с дедушкой в деревне на окраине магических земель, но он скоропостижно скончался от проклятия, наложенного на легкие темным магом.

И вот мы с мамой снова в лифте и спускаемся вниз. Двенадцатый уровень, одиннадцатый, десятый…

На 9-м уровне зашла Анюта. В моей прошлой жизни она устроит маму в магическую лавку. Я напряглась. Надо запомнить этот момент — здесь завязывается ветка, которая приведет к дяде Вове.

— Анюта, здравствуй, как ты? Отлично выглядишь. Новое омолаживающее зелье?
— Привет, Тонечка. Спасибо, вот только с дачи приехала, снимала защитный купол на зиму. А ты как? А это Танюшка? Какая большая стала, скоро тебя перегонит по магической силе!
— Да это несложно, с моим-то резервом в 153 единицы, — мама говорила это с улыбкой, но я знала, чего ей стоит эта бравада. В мире, где магия определяла всё, слабый резерв был приговором к жизни на обочине. Но мама никогда не сдавалась. И я гордилась ею.

— Ой, да ладно тебе, — махнула рукой Анюта. — Главное — не резерв, а умение с людьми общаться. А у тебя с этим всегда хорошо было. Помнишь, как ты мирила соседей с 12-го и 14-го уровней, когда их фамильяры подрались? А я вот после гильдии устроилась в магическую лавку, ну ты знаешь, «Савени» у нас тут на Саянской улице, две остановки на летучем автобусе от дома. И в нее как раз требуется продавец-консультант по артефактам. Если хочешь, могу замолвить за тебя словечко.