Травница

Глава 1

День в столице Меодарии был тёплым и солнечным. Солнце так и зазывало на улицу своими ласковыми лучами. Словно бы не творилось никакого хаоса, не было борьбы за трон между двумя принцами, не было уличных драк и смертей.

Молодая меодаррка Эйрида не собиралась никуда выходить — работы в лавке учителя было непочатый край, — но тёплое солнышко так и манило к себе.

— Эх… — эльфийка мечтательно глядела в окно.

— Что такое, солнечный зайчик? — учитель выглянул из-за прилавка и с отеческой теплотой улыбнулся ей. — Что ты там увидела?

— Погода сегодня прекрасная, учитель, — Эйрида повернулась к старому эльфу, который воспитывал её с тех пор, как она была росточком. — Так хочется выйти на прогулку, собрать цветущих трав… а работы непочатый край.

Учитель задумчиво посмотрел на девушку, рассуждая, что же можно сделать. В целительской лавке, через которую прошло немало эльфов и эльфиек, и правда было много дел. Нужно было разобрать потрёпанные книги, валявшиеся на полу и покрытые толстым слоем пыли; приготовить целительные отвары про запас, чтобы попавшие в переделку жители столицы могли сразу купить нужное снадобье, не дожидаясь очереди у врача. Да и просто прибраться на деревянных полках и прилавках не помешало бы. А то запах пыли порой перебивал ароматы трав и лекарственных зелий.

— Знаешь, Эйрида, — задумчиво сказал учитель, — прибраться ты можешь и после прогулки. Заодно соберёшь атэлас — он как раз зацвёл. А зелья я могу сделать и сам.

— Правда? — Эйрида подпрыгнула со скамейки, притопнув каблучками. — Спасибо, учитель!

Целитель улыбнулся, радуясь, что смог порадовать свою ученицу.

Эйрида была похожа на свою мать: такая же хрупкая, розовощёкая и весёлая. Все черты и повадки она унаследовала от неё. Единственное отличие было в глазах. Похожие на голубые кристаллы, они сверкали при зажжённых свечах.

— Только успей справиться до заката, сама же знаешь, — голос эльфа стал тихим, почти заговорщицким. — Повыползают «лилии» и «ящеры» и начнут рвать друг друга. Не хочу, чтобы ты попала под руку какого-нибудь пьяницы.

— Обещаю, учитель, — Эйрида кивнула. — Я буду вовремя.

Целитель кивнул и проводил взглядом эльфийку, которая уже выскакивала из лавки.

Летнее солнце играло в русых волосах Эйриды, теряясь в их густоте и оставляя на поверхности лишь капельки блеска. Тёплый ветер обдувал её светлые щёки, а трава щекотала лодыжки. Эйрида бежала по траве и рассматривала столицу: каменные дома, в тени которых прятались редкие прохожие; плакаты и флаги с ящерами и лозунгами: «Сделаем Меодарию снова великой!», «Меодария для меодарцев!», «А что ты сделал для будущего?» и прочие воинственные призывы.

«Ну, прямо сейчас я делаю всё, чтобы подданные Меодарии дожили до следующего короля, не погибнув в дворовых драках», — пронеслось у Эйриды в голове.

Хоть она и считалась коренной меодаркой, поскольку родилась в столице, на местных белокурых и белокожих она совсем не была похожа. И это было неудивительно: её бабушка и дедушка были рождены в Астерре, а в молодости переехали в Дель-Роан, где и родилась мама Эйриды. Когда же её маме было около пятидесяти вёсен, семья перебралась в Меодарию, где тогда только зарождалось правление короля Меорима. Условия были лучше, да и природа благоприятней для ребёнка. Тут мама девочки и выросла.

Вскоре столица осталась позади, и Эйрида оказалась в небольшом лесочке неподалёку. Как и сказал учитель, атэласа сейчас было хоть отбавляй — то, что нужно для зелья, избавляющего от ран. Эйрида наклонилась над травой, аккуратно обрывая длинные изящные листочки.

Тёплый сок попадал на пальцы, слегка пощипывая ранки на мизинцах.

— Вот так, главное — не повредить корни, — Эйрида сложила пару травинок в сумку и углубилась в лес. Комары пощипывали открытую кожу, и эльфийка то и дело похлопывала себя по плечам. — Ой, противные! Ну-ка, кыш отсюда! — Она замахала руками, отгоняя назойливых мошек.

Эльфийке, несмотря ни на что, нравилось находиться в лесу: наблюдать за птицами, изучать новые травы, иногда пробовать их на вкус. Хоть такие эксперименты нередко заканчивались отравлением, это не останавливало юную девушку.

Так и сейчас Эйрида не остановилась на одной траве и дошла до опушки леса. Присев на пенёк, она вдруг заметила белку.

— Ой, белочка! — Эйрида подпрыгнула и подошла ближе к дереву. Зверёк таскал орешки в дупло, виляя хвостиком и мелькая по стволу. Деревце было уже не молодым и немного подсохшим, поэтому белка сорвалась вниз, оперевшись на хрупкую веточку.

— Иии!

— Оп! — Эйрида поймала её на руки. — Вот так, крошечка, не переживай. Сейчас всё исправим.

Эйрида прикоснулась к стволу и закрыла глаза, прислушиваясь к себе. Так уж получилось, что от матери ей досталась не только внешность, но и одна незамысловатая способность — исцелять всё и вся. Стоило ей прикоснуться к засохшему цветку и пожелать, чтобы тот зацвёл, как он тут же распускался. Так же она могла залечить любые раны, кроме смертельных. Перед смертью даже магия была бессильна.

Эйрида выдохнула — и сквозь её пальцы потекла холодная энергия. Серебро, вырвавшееся из-под кожи, впиталось в кору дерева. На ветках вновь появились почки, сухая кора налилась соком, ветви стали крепче.

— Вот так, маленькая, — Эйрида усадила белочку на ветку.

Отошла от дерева и плюхнулась на пенёк. Холодный пот побежал по телу, руки слегка задрожали. Дар требовал сил и небольшой передышки после использования. Животное завиляло хвостом и упрыгало в глубь дупла.

Эйрида уже собиралась отправиться дальше…

— Кар! Кар! Кар!

— Ай! — девушка подпрыгнула. — Проклятая птица, стрелы на тебя нет!

Воронов меодарка не признавала совершенно, считая их громкими, страшными и противными, да и, откровенно говоря, побаивалась. Она всегда старалась скрыться от этих птиц. Так и сейчас она побежала с опушки, едва не выронив из сумки целебную траву.

Глава 2

Эйрида открыла глаза на следующее утро. Тело ныло, а кровь стучала в висках.

— Эйри! — Учитель стоял у её кровати с обеспокоенным видом.

— Учитель?

— Как же ты меня напугала!

Эйрида приподнялась на постели и опустила голову.

— Простите, учитель. Я должна была прийти вовремя.

Учитель опустил тяжёлую руку на её голову и аккуратно погладил спутавшиеся волосы.

— Главное, что ты цела. Я не хочу, чтобы ты закончила, как твоя мама.

Эйрида тихо выдохнула. Учитель был прав, и как никто другой знал, что случилось с её мамой.

Юная Силмэ стала первой ученицей тогда ещё молодого, но опытного целителя. Он пригрел девушку, научил всему, что знал сам, наставлял её перед тем, как она отправилась во дворец, остерегал от первой влюблённости и принял обратно, когда она явилась к нему глубоко беременной.

Силмэ упорно не признавалась, от кого понесла, да и целитель не стал расспрашивать. Трепать нервы и без того напуганной и расстроенной девушке совсем не хотелось. Эйрида родилась в начале лета, и Силмэ не могла нарадоваться на свою красавицу-дочку. Все свободное от работы в лавке время она уделяла крошке. Так продолжалось три года, пока маму в подворотне не подкараулил пьяный незнакомец и не пустил ей кровь ради пары монет. Пьяницу поймали и осудили, но это не вернуло Эйриде маму, а Илариону — его любимую ученицу.

— Простите, учитель. Я буду осторожней.

— В прошлый раз ты так же говорила, Эйри.

Эйрида состроила кошачьи глазки и сладко улыбнулась.

— Обеща-а-аю, — с улыбкой протянула она.

— Смотри мне, пожалей старика. — Иларион обнял девушку и отошёл от кровати. — Кстати, тот юноша, что принёс тебя, обещал сегодня зайти и отблагодарить за помощь.

— О, здорово! Тогда я позавтракаю и спущусь вниз.

— Жду тебя. А ещё тебя ждут грязные полки, — бросил Иларион на прощание и спустился вниз.

— Ну, учи-и-итель! — недовольно протянула Эйрида, вставая с кровати.

— Без никаких!

Делать было нечего. Эйрида соскочила с кровати и подошла к столику напротив окна, где учитель всегда оставлял ей тёплую овсяную кашу и стакан молока. Девушка села за стол и принялась за завтрак. Вчерашняя драка снова всплыла в памяти. Эти люди так отчаянно спорили друг с другом, пытались доказать свою правоту, даже были готовы зарезать друг друга ради далёкой идеи. Ведь тот, кто вынул нож, явно не думал ни о своей семье, ни о собственном будущем. Он думал лишь о будущем. О призрачном будущем Меодарии, которое ещё не наступило и неизвестно, наступит ли.

Ещё ничего неизвестно. Король Меорим всё ещё при власти. Так почему же эти эльфы готовы порвать друг другу глотки за трон, который ещё не остыл?

Эйрида считала, что ей нет смысла думать о будущем — её точно убьют. Если к власти придёт кронпринц Харрим, её убьют за нечистокровность. Если кронпринц Олонион — из неё высосут все жизненные силы вместе с магией целительства.

— Сложная штука — эта политика, — выдохнула эльфийка, расправившись с кашей. — Впрочем, это не моё дело. Меня ждёт работа.

Эйрида вымыла тарелку и спустилась в лавку. Взяв в руки метёлку, она начала смахивать пыль с полок.

— Кстати, Эйри, — Иларион выглянул из-за прилавка и ухмыльнулся, — тот юноша сказал, что вчера ты использовала дар.

— Да, и что? — недовольно буркнула Эйри, смахивая пыль.

— Что, не помогла травка от смертельного ранения-то? — Иларион рассмеялся, заставив Эйри надуться. Она терпеть не могла использовать свой дар на людях. Исцелить животное или дерево — это запросто, и сил много не тратится. А вот человек или эльф — совсем другое дело. Состав у них сложный, и много факторов нужно учитывать. Направлять магию надо так, чтобы случайно не залечить кожу, когда внутри ещё хлещет кровь. Сил уходило гораздо больше, а если до этого Эйри исцеляла дерево или птицу, то после человека она спокойно могла грохнуться в обморок. Как и произошло вчера.

— Учитель! — Эйрида бросила метёлку. — Мы это уже обсуждали!

— Прости, прости, — он обезоруженно поднял руки. — Просто согласись: тут та ситуация, когда травка не помогла.

Эйрида закатила глаза.

— Да, вы правы.

Иларион довольно улыбнулся и вернулся к своим склянкам, пока Эйрида что-то бурчала себе под нос.

День в лавке проходил как обычно. Приходили посетители, забирали зелья от головной боли, чахотки и простуды. Некоторые постоянные клиенты, зачастую старушки, болтали с Иларионом о погоде и атмосферном давлении.

— Это солнце сведёт меня с ума, — жаловалась пожилая эльфийка.

— Ох, и не говори, дорогая. А ещё колени прихватывает в последнее время…

— Ох, старость не радость.

— И не говори.

Эйрида такие разговоры обычно пропускала мимо ушей — ничего, кроме стариковских жалоб, там не было. Однако один голос привлёк её внимание.

— Так вот она, букашечка, которая стала центром драки.

Эйрида обернулась. Перед ней стоял тот самый молодой человек, в которого она врезалась вчера. На вид он был чистокровным меодарцем: белоснежные волосы, светлая кожа и голубые, как у Эйриды, глаза. Значит, хорошего ждать не стоит, — мелькнуло у неё в голове.

— А не надо было стоять на пути бегущих женщин. Может, тогда и не получил бы нож в печень.

Эльф закатил глаза — нравоучения ему сейчас явно были ни к чему.

— Я вообще-то благодарить тебя пришёл.

Эйрида усмехнулась и облокотилась на полку с книгами.

— Ну так благодари.

Эльф пошарился в кармане и протянул Эйриде мешочек.

— Что это?

— Деньги, — эльф пожал плечами, словно для него это было нормально.

— Во столько ты оцениваешь свою жизнь?

— Если мало, могу дать ещё.

— Нет, оставь себе.

Лицо парня вытянулось, и он пару раз моргнул, словно не понимая, почему ему отказали.

— Что с тобой не так?

— Я могу заработать ещё. В этой лавке я именно этим и занимаюсь. А жизнь, как мне кажется, не может оцениваться в монетах.