Три богатыря на Сво

Глава 1

Как Соловей-Разбойник свистнул не в ту сторону

В некотором царстве, в некотором государстве (а если по карте смотреть — где-то между Рязанью и дремучим лесом, который теперь вырубили под торговый центр) стояла тишина. Да такая, что комары звенели в унисон.

Илья Муромец сидел на камне у перекрестка. Камень был древний, с надписями. Раньше на нём было написано: «Налево пойдёшь — коня потеряешь, направо пойдёшь — женатым станешь, прямо пойдёшь — богатым будешь». Но за тысячу лет туристы исцарапали камень маршрутками, и теперь читалось только: «...ешь... ...ря... ...тым...»

— Добрыня, — лениво позвал Илья. — Глянь на камень. Чего там нынче написано? А то у меня грамота — не мой профиль.

Добрыня Никитич, самый образованный из троих (книжки читал, с послами переговаривал), слез с коня, протёр глаза.

— Тут, Илья, всё сложно. Видишь букву «Я»? Это, стало быть, местоимение. А дальше… «ешь». Кого есть? Может, «змея ешь»? Или «пироги ешь»?

— Я за пироги! — встрепенулся Алёша Попович, который дремал на траве, положив голову на седло. — А где?

— Не шуми, — оборвал его Илья. — Чую я неладное. Воздух дрожит. Будто кто-то свистит, да не по-людски.

И точно. Где-то далеко, за лесом, за полем, за заправкой «Лукойл», раздался свист. Да не простой, а с переливами и такой силы, что у коней гривы встали дыбом, а у Алёпы из ушей выпали затычки из берёсты (он их на ярмарке купил, думал — поможет от бабьей брани).

Это Соловей-Разбойник, сидя на верхушке старого дуба, тестировал новые лёгкие. Ему сороки нахвалили, что в будущем, мол, музыка другая — басы да биты. И Соловей решил усилить свист. Перестарался.

Свистнул он так, что дуб вывернуло с корнем, а небо...

Небо раскололось.

Прямо над поляной, где сидели богатыри, образовалась воронка. Синяя, с искрами, пахнущая озоном и жареной картошкой (потому что портал пробил как раз над ларьком с шаурмой, но в другом времени).

— Ох ты ж! — только успел вымолвить Илье.

Вихрь подхватил и его, и Добрыню, и Алёшу, и коней, и даже камень с надписями. Закрутил, завертел...

И выплюнул.

---

Глава 1. В которой кони пугаются громче, чем богатыри

Богатыри приземлились мягко. Даже слишком мягко. Илья ожидал удара о мать-сыру землю, а вместо этого... плюхнулся во что-то упругое и цветное.

— Твою ж за ногу! — заорал Алёша, пытаясь выпутаться из надувного замка, который стоял на детской площадке во дворе многоэтажки. — Это что за хоромы? Из чего они сделаны? Из воздуха, что ли?

Добрыня приземлился аккурат в песочницу. Его конь Юлий (коня звали Юлий, потому что он был умный, в смысле, конь Добрыни, но с характером) стоял по колено в песке и с достоинством жевал чей-то забытый формочек для куличей.

— Илья! — крикнул Добрыня. — Ты цел?

— Цел, — раздался глухой голос из надувного замка. — Но тут тесно. И пахнет чуждо.

Илья Муромец с трудом вылез из батута, отряхнул кольчугу, к которой прилипли конфетти и фантик от «Бон Пари».

— Где мы? — спросил он, оглядывая высоченные коробки с окнами. — Это что за терема такие? Кто их строил? Великаны?

— Не похоже на великанов, — Добрыня указал на балконы, увешанные бельём. — У великанов трусы были бы с ногу, а тут... Нет, Илья, это людские постройки. Но люди, видать, мелкие живут, зато высоко лезут. Как муравьи.

В этот момент из-за угла выехала женщина с коляской. Увидев трёх мужиков в доспехах, коней и камень посреди газона, она остановилась. Посмотрела. Медленно развернула коляску и поехала обратно.

— Маш, ты чего? — крикнул кто-то из окна.
— Там, Лен, это... реконструкторы напились. «Бурунов» пересмотрели. Обойдём.

Алёша тем временем заметил нечто важное.

— Братцы! А где Соловей?

И тут до них дошло. В воронке портала Соловья не было. Он свистел, но сам лететь, видимо, побоялся. Или его отбросило в другую сторону.

— Значит так, — Илья слез с коня и воткнул палицу в асфальт (палица вошла легко, асфальт был летний, плавленый). — Значит, Соловей где-то здесь. Найдём гада — домой вернёмся. Не найдём — придётся тут зимовать.

— А что это за стук? — Алёша покрутил головой.

Это был звук отбойного молотка. Где-то рядом рабочие чинили трубы.

— Гром? — неуверенно предположил Алёша.
— Не, — покачал головой Добрыня. — Гром сверху бывает. А это из-под земли. Не иначе как чудище подземное пробудилось.

— Тогда нам к нему и надо, — Илья поправил шлем. — Чудище подземное наверняка знает, где чужестранный свистун прячется. Садись, Алёша, поедем. Только ты, Добрыня, с народом поговори. Ты у нас дипломат. Узнай, чьи это хоромы и где тут князь.

Добрыня вздохнул. Он чувствовал, что разговор с местными будет тяжёлым.

---

Глава 2. Дипломатическая миссия Добрыни Никитича

Добрыня оставил коня у подъезда (конь Юлий сразу нашёл клумбу с петуньями и начал их жевать, потому что был эстетом). Сам он поправил пояс, пригладил бороду и направился к скамейке, где сидели местные жители.

А местные жители — это три бабушки и дед в тельняшке.

Бабушки замолчали, когда Добрыня подошёл. Та, что с семечками, даже перестала плевать.

— Здравствуйте, люди добрые! — поклонился Добрыня (кланяться он умел, князю Владимиру кланялся, не каким-то бабкам, но вежливость превыше всего).

— Ох ты ж, — сказала бабка с семечками. — Артист. Чего надо?

— Ищу я князя вашего. Или старосту. Скажите, кто тут главный?

Дед в тельняшке хмыкнул:
— Главный? Главный у нас управдом. А над ним — ЖЭК. А над ЖЭКом — мэрия. А над мэрией — губернатор. А над губернатором — Кремль. А над Кремлём — сам знаешь кто. А над самим знаешь кем — жена. Так что иди, мил человек, в загс. Там сразу всё поймёшь.

Добрыня завис.

— Прости, отче, не уразумел. Кремль — это крепость? А ЖЭК — это… чудо-юдо?

— ЖЭК, сынок — это чудище пострашнее твоего Соловья, — вздохнула вторая бабка. — Ты лучше скажи, чего в доспехах-то? Парад какой?

— Службу несём, — гордо ответил Добрыня. — Русь бережём.

Глава 2

Добрыня вернулся от бабушек с очень странными новостями.

— Я ничего не понял, — признался он, почесывая затылок. — Тут над всеми князьями один главный князь сидит. В Кремле. Только называют его не князем, а... президентом? И имя у него чудное — Вова. Или ВВП. Бабки говорят, он уже давно у власти, и все дороги к нему ведут.

— Вова? — удивился Алёша, доедающий третью шаурму. — Странное имя для князя. У нас вон Владимир Красное Солнышко — это звучит гордо! А Вова... как-то по-простому.

— Не скажи, — возразил Добрыня. — Бабки с таким уважением о нём говорили! Особенно про то, как он с авиацией летает и с мужиками на танках гоняет. Настоящий богатырь, видать.

Илья крякнул, поправил шлем и встал:

— Значит так. Коль есть главный князь — к нему и пойдём. Скажем прямо: так и так, забросило нас невесть куда, помоги вернуться. А заодно спросим, не видал ли он Соловья. Где этот ваш Кремль?

— В Москве, — ответил Добрыня. — Это главный город тут. До него, говорят, ехать долго. На поезде.

— А на коне?

— На коне, Илья, тут поезда быстрее. Огромные змеи железные, людей возят.

Илья нахмурился. Конов он не доверял никому, кроме Бурушки. Но делать нечего — надо идти в ногу со временем.

---

Глава 3. Дорога в Москву (или "Алёша, не трогай турникет!")

До вокзала добрались пешком. Кони шли следом, периодически пугаясь рекламных щитов с движущимися картинками.

— Глянь, Илья! — заорал Алёша, тыкая пальцем в огромный экран, где красивая девушка рекламировала шампунь. — Это что за волшебство? Женщина в сундуке заперта и говорит! Освободить надо!

— Не тронь, — остановил его Добрыня. — Это не сундук. Это... ну, в общем, сложно. Просто идём дальше.

На вокзале было шумно, людно и пахло пирожками. Богатыри с конями выглядели настолько органично, что охрана просто перекрестилась и сделала вид, что ничего не видит.

Проблема возникла у турникетов.

— Это что за частокол? — Илья упёрся в металлические вертушки. — Надо перелезать?

— Там написано: "Приложи карту", — прочитал Добрыня.

— Карту? — Алёша снова полез за шестёркой пик.

— Не ту карту, — вздохнул Добрыня.

К счастью, подошла женщина-контролёр. Увидела трёх мужиков в доспехах, трёх лошадей и камень (да, камень они тоже тащили, потому что жалко бросать, родовой же).

— Ребята, вы с конями в поезд не пройдёте. Лошадей только в специальный вагон, по документам. А это что? — она кивнула на камень.

— Родовой, — буркнул Илья.

— Понятно, — женщина даже не удивилась. Она работала на вокзале 20 лет и видела вещи и пострашнее. — Вам, наверное, в Москву? Тогда вам нужен поезд "Ласточка". Но коней придётся вести за поездом.

— Как это — за поездом? — опешил Добрыня.

— Ну, бегом. Лошади же быстрые. Догонят.

Илья хмыкнул:

— Мо-ой Бурушка любой поезд обгонит. Погнали!

---

Глава 4. Кремль и встреча с Президентом

В Москве их встретили наряднее, чем они ожидали. Видимо, службы безопасности уже получили сводку: "По направлению к столице движутся трое в доспехах, с конями и камнем. Не агрессивны. Любят шаурму".

Их пропустили к Кремлю без проблем. Даже камень разрешили оставить у ворот, предварительно проверив его металлоискателем (металлоискатель зашкалило от меча Ильи, но тоже махнули рукой).

Внутри было красиво. Золото, иконы, тронные залы.

— Прямо как у князя Владимира, — шепнул Алёша. — Только чистенько так. И охрана вежливая.

Их проводили в зал, где за длинным столом сидел невысокий, но крепкий мужчина в строгом костюме. Глаза у него были цепкие, умные. Богатырские.

— Здравы будь, княже! — Илья поклонился в пояс. За ним — Добрыня и Алёша.

Мужчина улыбнулся. Кивнул охране, чтобы та вышла.

— Здорово, ребята. Садитесь. Чай? Кофе? Может, покрепче?

— Квасу бы, — мечтательно сказал Алёша.

— Будет квас, — кивнул Путин. — Я слежу за вами с самого появления. Не каждый день из прошлого богатыри падают. Сразу скажу: Соловей ваш здесь. В зоне СВО. Свистом нашим мешает, дроны сбивает. То ли помогает, то ли вредит — сами не поймём. Но он там.

— Где это — там? — нахмурился Илья.

Путин встал, подошёл к карте на стене.

— Тут, ребята, война. Не на жизнь, а насмерть. Не с половцами, не с печенегами — с нацистами и западным змеем. Нам бы ваша сила пригодилась. Мечи, палицы... и свист этого вашего Соловья, если его на нашу сторону переманить.

Илья переглянулся с Добрыней. Алёша перестал жевать.

— Ты хочешь сказать, княже, — медленно проговорил Илья, — что мы должны тебе помочь, а ты нам — домой вернуться?

— Именно, — кивнул Путин. — Сходите на передовую. Найдите Соловья. Помогите нашим ребятам. А я слово даю: вернёте домой, в своё время, с почестями. И камень ваш родовой прихватите.

Тишина повисла в зале.

Потом Илья Муромец ударил кулаком по столу (стол жалобно скрипнул, но выдержал, кремлёвская работа).

— По рукам, княже! Не привыкли мы отсиживаться, когда Русь в опасности. Пусть это и Русь другая, будущая — а своё отродясь не бросали.

Добрыня кивнул согласно. Алёша поднял меч:

— За Русь! За Вову! То есть, за Владимира Владимировича!

Путин усмехнулся в кулак.

— С такими бойцами — точно победим. Снаряжение дадим современное? Или с мечами пойдёте?

— С мечами, — отрезал Илья. — И с конями. Мы по-старинке привыкли.

— Коней только бронированных дадим, — пошутил Путин. — Шучу. Но каски и бронежилеты поверх кольчуг — обязательно. Инструктаж проведёте? — спросил он у охраны, которая заглянула в дверь.

— Уже готовим, товарищ президент, — ответил кто-то.

---

Глава 5. Инструктаж (или "Алёша, это граната, не надо её пробовать на зуб")

Их поселили в хорошей гостинице. Дали почиститься, помыться, поесть нормальной еды (Алёша всё равно сбегал за шаурмой, для коллекции).

На следующий день — инструктаж.

Молодой офицер с усталыми, но добрыми глазами показывал им современное оружие.