Прошло сто лет с тех пор, как закончилась Последняя война между странами и пришельцы вторглись на Землю. Человечество проиграло. Люди стали питомцами — домашними животными без права на свободу. Пришельцы сначала хотели истребить всех до единого, но потом открыли нечто странное и неожиданное: человеческое искусство вызывает у них острый, сладкий, почти невыносимый кайф. Это было сильнее любого наркотика, который они знали.
Поэтому вместо уничтожения они сохранили самых талантливых. А для детей, у которых талант проявлялся с рождения, построили на Луне закрытую Академию — «Симфонию». Огромный искусственный купол, где всегда светит фальшивое солнце, шумят искусственные леса и реки, и дети растут, не зная ничего другого. Академия разделена на три кампуса: один для музыки и музыкально одарённых, второй для танцев и движения, третий для визуального творчества — живописи, скульптуры, всего, что рождается из формы и цвета.
В самом сердце этого искусственного леса маленькая девочка бежала босиком по мягкой траве. Её белая рубашка с клетчатой тёмно-синей юбкой была слегка помята, белые гольфы запачкались землёй, а чёрные туфли она сняла и оставила где-то по пути. На шее болтался тёмно-синий галстук — обязательная часть формы «Симфонии».
Девочка остановилась у огромной, бесконечной стены купола. Стена была прозрачной, но за ней ничего не видно — только лёгкая дымка и далёкие, мерцающие огоньки, которые все называли «звёздами». Элара подняла голову, её пшеничные волосы растрепались от бега, голубые глаза блестели любопытством.
Она стояла так долго, что даже не услышала, как кто-то подбежал сзади.
— Э… Элара! Сколько можно? Уроки вот-вот начнутся! — запыхавшийся мальчик в идеально выглаженной форме остановился рядом. Рейн. Его волосы были аккуратно зачёсаны, галстук завязан ровно, как всегда.
Элара не обернулась сразу. Она всё смотрела на стену.
— Рейн… а что там, за стеной? — тихо спросила она. — Учительница сказала, что после выпускного мы увидим настоящий мир. Настоящий. За куполом.
Рейн подошёл ближе, посмотрел туда же. Его лицо оставалось спокойным, почти равнодушным.
— Я не знаю, правда это или нет, — ответил он после паузы. — Никто из старших не возвращался, чтобы рассказать.
Элара наконец повернулась к нему. Улыбнулась — так искренне, как умела только она.
— Тогда давай пообещаем друг другу. После выпускного мы всё равно останемся друзьями. И выберемся отсюда. Вместе. Ладно?
Она протянула мизинец. Рейн вздохнул — коротко, почти незаметно, — но всё же зацепил свой мизинец за её.
— Ладно, — сказал он тихо. — Обещаю.
Они стояли так ещё секунду, глядя на стену. Где-то вдалеке заиграла тихая мелодия — сигнал к урокам. Лес под куполом вздохнул искусственным ветром.
Конец пролога.