Ты меня бесишь, но я тебя хочу!

Глава 1. Сотрудничество через зубы

Кира Вольская пришла в конференц-зал на пятнадцать минут раньше, как всегда, когда нервничала. Официальная версия звучала иначе: она просто ценит пунктуальность. Неофициальная была куда честнее, но Кира предпочитала с ней не встречаться.

Конференц-зал на четвёртом этаже был тем ещё сокровищем. Длинный стол на двенадцать человек, три из которых шатались. Кондиционер, работавший по собственному, никому не известному расписанию. Сегодня он явно выбрал режим «арктический». Маркерная доска хранила следы предыдущих совещаний: чей-то недорисованный график и слово «СИНЕРГИЯ», подчёркнутое дважды с такой экспрессией, будто от этого зависела судьба мироздания.

Кира заняла место у розетки, разложила папки, откупорила кофе. Достала ручку — синюю, как всегда. Восемь лет она писала только синими, но почему, не помнила. Некоторые привычки живут дольше, чем заслуживают.

В 9:14, когда Кира уже успела выучить наизусть трещину на потолке, дверь открылась и в зал вошёл Егор Стрелецкий.

Кира его знала в том смысле, в каком знаешь коллегу из соседнего отдела: имя, должность, общее впечатление. Впечатление было следующим: маркетолог, причём из тех, что произносят слово «виральность» без тени иронии. Говорит на совещаниях много и уверенно. Конкретного плана при этом у него может не быть, зато есть «видение» и «концепция», которые с некоторого расстояния выглядят примерно одинаково.

Он вошёл так, будто опаздывал на собственную пресс-конференцию: окинул зал взглядом, обнаружил Киру, не выразил особого восторга. Она ответила тем же.

— Вольская.

— Стрелецкий.

Он сел напротив, бросил на стол телефон, поставил кофе из кофейни внизу, не офисная бурда, что уже само по себе о чём-то говорило. Откинулся на спинку кресла. Всем своим видом демонстрировал человека, у которого всё под контролем. Кира мысленно поставила галочку: да, он именно такой.

Следующие три минуты они молчали с одинаково безразличным видом, что требовало, честно говоря, определённых усилий от обоих. За окном шёл октябрьский дождь — методичный и без всякого творческого подхода.

Михаил Дмитриевич появился с папкой под мышкой и выражением лица человека, которому сейчас придётся сообщить что-то неприятное, но он заранее решил не извиняться.

— Коллеги. Проект «Альфа». Вы назначены совместными руководителями направлений. — Он сделал паузу, видимо, для осознания масштаба события. — Кира — аналитика и стратегия, Егор — продвижение и коммуникации. Три месяца. Старт сегодня. Вопросы?

Вопросов не было. Были мысли у обоих, судя по взгляду через стол. Взгляд содержал примерно следующее: «серьёзно?» — «похоже, да» — «ну и отлично».

Михаил Дмитриевич ушёл, не дожидаясь реакции. Очень умный человек.

— Итак, — Егор взял ручку и начал крутить её между пальцами с видом человека, которому немедленно нужно что-то делать руками, иначе всем будет хуже. — Предлагаю начать с маркетинговой стратегии.

Он положил перед Кирой лист. Яркая инфографика, с большими стрелками вверх и фотографиями блогеров, рядом с каждым из которых стояла сумма с несколькими нулями. Всё это выглядело убедительно ровно до того момента, как начинаешь считать.

— «Немного расширить бюджет», — процитировала Кира его собственное письмо. — На сколько процентов?

— На необходимое количество.

— Это не ответ.

— Это честный ответ. После анализа рынка будет цифра.

— То есть сначала расширяем бюджет, потом выясняем зачем?

— Сначала понимаем возможности, потом принимаем решения. Звучит как одно и то же, но оптимистичнее.

Кира достала из папки свои распечатки. Таблицы, диаграммы, три варианта конверсии — консервативный, базовый, оптимистичный. Разложила рядом с его инфографикой. Контраст был разительным: его материалы выглядели как обложка Forbes, её — как приложение к диссертации. Оба варианта в каком-то смысле описывали реальность. Вопрос был в том, какую именно реальность.

— Таргетированная реклама, — сказала она. — Дешевле, точнее, с прогнозируемым результатом.

— Вирусный охват даёт в разы больше.

— Восемьдесят семь процентов подобных кампаний не окупаются.

— Зато оставшиеся тринадцать…

— Стрелецкий, мы не казино.

Егор встал и прошёлся вдоль стола — медленно, с видом человека, которому необходимо движение для обработки неудобной информации. Остановился у доски, посмотрел на «СИНЕРГИЮ». Кира готова была поклясться, что видит, как он сдерживает улыбку. Что ж, хоть что-то общее.

— Ты мыслишь слишком узко, — сказал он наконец.

— Я мыслю в рамках бюджета и здравого смысла. Это не узко — это профессионально.

— Маркетинг — это не только цифры. Это эмоции, движение, разговор с аудиторией.

— Эмоции не конвертируются в продажи сами по себе.

— А скучная реклама конвертируется?

— Точная реклама конвертируется. Скучная и точная — лучше, чем красивая и мимо.

Они смотрели друг на друга. Кондиционер торжественно переключился с арктического на тропический. Никто из них не пошевелился.