Ты-мой запрет.

Глава 1

Прошло много лет.

Люди менялись, города старели, дороги зарастали травой, а память — тишиной.

Она больше не искала его в толпе. Он больше не писал.

Но где-то в глубине — в тени старых песен, или в случайной строчке книги — они всё ещё встречались.

Никто не знал, кем они были друг для друга. Ни мужем, ни женой.

Только — однажды — всем. И навсегда — никем.

Не каждый конец — это разрыв. Иногда конец — это тихое "люблю", сказанное про себя, и шаг назад.

И любовь не исчезла.

Она просто осталась жить там, где им было нельзя.

***

В горах всё слышно — даже если ты молчишь.

А у них было слишком много слов, которые нельзя было сказать.

Она — из семьи, где девушки учат молчать с детства. Скромность — золото, взгляд вниз — честь. Её шаги были лёгкими, как ветер между миндальными деревьями, но за каждым из них стояла тень рода.

Он — сын отца, чьё слово весит больше, чем закат над аулами. Его учили быть сильным, не жаловаться, не чувствовать.

Приветствия,споры, — короткие взгляды — украдкой. Близость — невозможная.

Но сердце не спрашивает разрешения.

Так началось то, чему не суждено было сбыться.

Любовь — в тени родовых стен, между традицией и тишиной.

Он — курд. Она — азербайджанка. Но в ее жилах тоже текла курдская кровь.

Мать Айзума-тихая,строгая женщина,всю жизнь носившая на голове белый платок. Курдянка по происхождению.

Она росла в деревне на границе Курдистана, где песни пели на курманджи.

Но когда пришло время переселений, и границы рисовали не карандашом,а болью-ее семья была вынуждена бежать.

Девочку выдали замуж за азербайджанца. С тех пор она не говорила на своем языке,не вспоминала.Лишь иногда,поздними вечерами,когда думала что никто ее не слышит,она пела себе и маленькой Фариде,под нос старую,почти забытую курдскую колыбельную.

До того самого дня,когда она впервые увидела парня с темными глазами,которые говорил на курдском по телефону.

И тогда Айзума впервые сжала в руках край платка так крепко,что побелели и стали пальцы.

Фариде

Юная но очень способная на всё девушка, её честь и честь её родителей для неё было на первом месте. Ей девятнадцать, растёт в любящей, но строгой семье. Есть мелкий и непослушный братик, которому недавно исполнилось девять лет. Её вторая частичка души, за которую она безумно благодарна Всевышнему и своим родителям. Отец хотел выдать дочь замуж, но у нее получилось отговорить отца и поступить в университет, на Грант. Она не сразу приспособилась к новой жизни, но по случайности подружилась с Севин. Такая же милая и озорная девчонка, с милыми ямочками на щеках. Вместо дополнительных занятий Севин часто учила Фариде разговаривать на своем языке. Это началось с тех пор, когда Севин узнал, что ее новая знакомая тоже с курдской кровью.

Шахин

Парень с темными кудрявыми волосами, словно тени виноградной лозы на закате. Глаза карий, как бархатный вечер в горах. Холодный, как стужа, горд. В комнате становится тесно от его присутствия. Не из-за роста, хотя он был высоким, по два метра, и не из-за плеч широких, как перевал над аулами, а из-за того, как он смотрел молча. В его руках можно было и держать оружие, и бережно подправить шелковый платок на женской голове. Говорил редко, но когда говорил, слушали. Ему было 24, но в его взгляде уже жила тишина.

Глава 2

Их первая встреча

Он не знал её имени. Да и зачем имя, если весь день перевернулся за одну секунду? Его день шёл своим чередом. Всё как обычно, но в этот раз всё было по-другому. Быстро закончив с работы, он решил забрать свою младшую сестру с учёба. Во-первых, из-за переживаний, а во-вторых, у него был к ней разговор. Подъехав к престижному и недешёвому учебному заведению на крутой, чёрной BMW 5 серии, он не назвал её машиной. Для него Это была она. С характером, с настроением, с голосом, который он знал наизусть. Он чувствовал каждый звук мотора, как пульс на своей шее. Он стоял, облокотившись на крыло машины, привычно, с ленивым спокойствием в плечах. Вдали шли две фигуры — сестра и кто-то с ней. Незнакомая, уверенная походка, как будто она уже знала, кто он такой, и была к этому готова. Он прищурился, а сердце будто на мгновение сбилось с ритма. Севин подходит к брату и обнимает его в знак приветствия. Он обнимает ее в ответ. Но его взгляд прикован к девушке рядом с ним. Глаза карие, но не мягкие, а такие, что будто спорят с тобой, даже когда молчат. Они смотрят на друг друга, будто пытаются запомнить каждую деталь друг в друге. Севин замечает неловкое молчание, поэтому начинает говорить.

-Шахин, знакомься, это моя подруга с группы.

Фариде, а это мой старший брат Шахин.

«Фариде, значит, подумал он про себя.» Она молча ему кивнула и обратилась к Савин.

— Мне домой надо, встретимся завтра.

— Подожди, давай мы тебя подвезем, да, Шахин?

— Не надо, я сама доберусь

Я вижу, как они прощаются, и она уходит, не оборачиваясь, гордо и уверенно. Теперь уже Севин обращается ко мне.

—Не думала, что ты так рано приедешь.

— С работой быстро закончил, да и разговор есть.

Машина тронулась с места, и он начал говорить. Без эмоций но чётко.

—Отец на сегодняшний ужин пригласил семью Алиевых.

—Дай угадаю, ты хочешь, чтобы я там присутствовала из-за Рашида?

—Наоборот. Ты сегодня не должна быть дома.

« Я вижу боковым зрением, как Севин удивляется.»

—Серьёзно? А чего так? Вы же всегда твердили мне, что он хороший парень, и брак с ним будет лучшим из решений.

—Да, говорили. Но я вижу, что он тебе не нравится, поэтому не дам этому браку случиться.

Тем же вечером

Севин быстро ушла из дома по «приказу» брата. Семья заметила, что дочки нет. Но Шахин успокоил их и сказал, что отпустил ее к подруге для подготовки к экзамену. Это, конечно, была ложь. Вечер завершался. Разговоры подходили к концу. Шахин пошел провожать гостей до двери. Но перед тем, как попрощаться с Рашидом, тот остановил его.

— Шахин, я могу с тобой поговорить, как мужчина с мужчиной.

—Пошли.

Они вышли в сад. Шахин знал, о чем сейчас пойдет речь.Рашид вздохнул и начал:

—Ты, твоя семья, вы все знаете, что у меня серьёзные чувства к Севин. Клянусь, я никого так не любил, как её.

—Знаю, брат, но я не могу позволить, чтобы сестра вышла за того, кого не любит.

Разговор длился минут двадцать. После они уехали. Он позвонил сестре.

—Они уехали? – спрашивает меня Севин. —Да, ты где? Я тебя заберу.

—Я в магазине.

—Я же сказал пойти к одной из подруг. Зачем в магазин пошла?

—Не злись, я не одна.

—С кем? – он прищурил глаза.

— С Фариде.

«Я сразу вспоминаю эту девушку, что видел днем».

—Понял. Еду.

Через пять минут я уже был там. Зашёл в магазин и увидел этих двух непосед. Когда мы вышли с магазина и подошли к моей машине, я повернулся к Фариде и спросил.

—Тебя подвезти? На улице небезопасно ходить одной.

Она не успевает ответить, как Севин буквально хватает её за руку и сажает в машину.

—Кстати, Шахин, как вечер пришёл? Родители меня искали?

—Нормально было. Искали. Но уже не суть.

Он бросает мимолетный взгляд в зеркало заднего вида, и в отражении встречается с её глазами. Её взгляд тихий, чуть усталый, но в нём затаилась неясная тревога. Шахин задерживает взгляд чуть дольше обычного, как будто хочет сказать что-то, но не находит слов. В зеркале вспыхивает мягкий свет уличного фонаря. Лицо девушки на мгновение озаряется, и он отводит глаза, вновь сосредоточившись на дороге.

Прошло пару дней

Стоматология. Будний день. Ближе к обеду. Шахин в белом халате с аккуратно подстриженной бородой. Проверяет записи пациентов. Его кабинет светлый, чистый. Входит мужчина, плотный, лет за 47. Вид уставший, но в нем есть достоинство.

—Салам алейкум, сынок, говорит он, снимая кепку и растирая лоб.

—Валейкум ас-салам, проходите, пожалуйста, отвечает Шахин с вежливой улыбкой.

—Что беспокоит?

—Болит вот здесь. Мужчина слегка прикасается к щеке. Уже вторую ночь не сплю. Колет, как будто иглой.

Парень кивает, просит сесть в кресло, надевает перчатки, берет зеркало.

—Сейчас посмотрим. Не переживайте. Он внимательно осматривает, делает снимок, выясняет, что причина — глубокий кариес и осложнение.

—Нужно лечить, скорее всего, в несколько этапов.

Мужчина морщится.

—Делайте как надо. Я к врачам не люблю ходить, но к вам что-то доверие есть.

Так начинается серия приёмов. Мужчина возвращается через день-два. Молча садится и терпит боль. Парой сдержанно шутит. Между делом рассказывает, что раньше работал водителем. Растит двух детей. Шахин терпелив, внимателен. Не только лечит, но и относится по-человечески. С каждым приемом между ними нарастает простое уважение. На четвертом приеме, когда лечение почти завершено, мужчина, не поднимая глаз, тихо говорит

— «Спасибо тебе, ты как сын мне стал. Я вот подумал, может, зайдешь ко мне в пятницу вечером поужинаем, жена плов сделает, чай и халва.

—Спасибо, это честь, с удовольствием приду».

Вечер этого же дня

Шахин немного опоздал на ужин. Придя на кухню, он увидел свою семью. Они ужинали и что-то бурно обсуждали. Он также присоединился к ним. «Я сел напротив отца, рядом с Севин.»Весь ужин я замечал на себе взгляд родителей.И понимал Что они хотят мне что-то сказать, но ещё не подобрали слова. После ужина мама с сестрой начали убирать стол, а отец положил на моё плечо свою руку и сказал, что есть серьёзный разговор. Солнце уже опустилось за горы, воздух наполнен ароматами зелени.