Ты – мой подарок

1

- Арсений?! Что ты делаешь в моей кровати?!!

- Можно просто Арс. И мы не в твоей кровати, принцесса, а в моей.

- Что?!

Осматриваюсь. Я правда в чужой спальне.

Рядом самый желанный для девчонок универа парень - Арс Щербинский. Он же сын крупного бизнесмена нашего города.

По слухам - опасный, циничный, закрытый. Короче, не слишком приятный тип.

Удивляюсь, что девушки о нем мечтают.

Но больше меня поражает вид из большого панорамного окна - горы и лес.

- Где мы, черт возьми?! Что происходит?

- Убавь звук, принцесса. Хочу поспать еще час, - здоровенный брюнет по-кошачьи тянется, - лег под утро.

- Да?! А может, тебе сказку рассказать?

- Было бы неплохо. Ты ведь журналист. Книги пишешь?

- Это разные специальности!

- Я в курсе. Но они похожи. Так что, расскажешь?

Не открывая глаз, переворачивается на спину. Это что кубики?..

Черт, он очень спортивный и сильный. Может, лучше не ругаться с ним? Как-то задобрить? Но у меня всё кипит!

- Это из-за интервью, да? Хотел ответить на вопросы газеты вместо отца, а я отказалась! Как посмела, да? Еще и правду сказала в лицо! Теперь ты мстишь?! Меня будут искать!

- А говоришь, не пишешь книги. Что дальше? Люблю триллеры.

Он вскидывает руку, и я невольно отшатываюсь. Но Арс лишь сгибает ее и опускает на глаза. От света.

- Мы не поговорим, пока ты не выспишься?

- Иногда ты догадливая.

Гора мышц засыпает.

Если судить объективно - он красавец. Мускулы, хоть анатомию изучай. Высокий рост. Черты лица довольно тонкие для мужчины - скулы, нос. А вот губы полноваты… И глубокие темные глаза.

Они метали в меня молнии пару недель назад. Я смогла задеть его за живое?..

***

Две недели назад.

Антон Андреевич Щербинский владеет половиной нашего города.

Может, это громко сказано, ведь Красноярск хоть не Москва, но тоже не мелкий городок.

Однако Щербинскому принадлежит многое - сеть супермаркетов, торговые центры, отели в прибрежной зоне.

Начинал бизнесмен с нуля, у него были простые родители. Отец лесник, мать швея. А он создал империю.

Сейчас ему за шестьдесят. Всю жизнь женат на одной женщине и у него целых пять сыновей.

- Антон Андреич - легендарная личность, Агния. О нем слышал каждый в нашем городе. Тираж с интервью разлетится, а в интернете материал станет вирусным.

Моя начальница мечтательно вздыхает. Ей под пятьдесят, и она то ли слишком любит свое дело, то ли не хочет ничего менять. А тем временем новостная газета почти убыточная.

Сюда берут всех желающих. Вот меня приняли в двадцать лет и без опыта. Правда, я учусь на журналистике.

- Он согласится со мной встретиться? - кривлюсь скептически.

- Ну, твой отец тоже не маленький человек. Пусть договорится.

Да, у папы бизнес в городе. Но черт, хочется быть самостоятельной в двадцать лет!

- Попробую для начала сама…

Надо ли говорить, что общалась я с десятым помощником секретаря? Девушка внимательно меня выслушала, записала все мои данные. Обещала перезвонить.

Честно, я не слишком надеялась.

Даже расстроилась немного, и это заметила Лада - молодая жена моего отца.

С мачехой у нас чудесные отношения. И думаю, именно она попросила папу позвонить и договориться со Щербинским.

Связалась со мной уже его личная секретарша.

И вот я перед одним из офисов группы компаний "Щербинский". Новое, стильное, но ничем не примечательное здание. Фасад в темных тонах.

У Антона Андреевича нет главного офиса, и он не афиширует, где бывает. Возможно, в большинстве случаев его вообще нет в городе.

А сейчас он здесь?

Ох, не зря в моей голове все время был знак вопроса. Ведь в кабинете меня ждал совсем не Щербинский!

Вернее, Щербинский, но не тот!

Охранник назвал номер кабинета. Никаких приемных и секретарей здесь. Просто черная двустворчатая дверь.

Поправляю серый пиджак, светлую блузку. Сегодня я оделась в деловом стиле.

Еще на мне юбка в мелкую складку длиной до середины икр, ботильоны. Волосы собрала в невысокий хвост.

Приемлемо для общения со статусным человеком в возрасте.

Но на стук ответил молодой голос!

- Да, входите.

Еще с надеждой открываю дверь. Может, это какой-то помощник.

Но кроме парня здесь никого нет, и я знаю его. Мы учимся в одном универе.

- Мне… сказали, что я смогу поговорить с Антоном Андреевичем.

- Здесь только Арсений Антонович.

Они всех мужчин в семье называют на А? Глупая мысль…

- Очень жаль, что интервью не состоится, - только и могу сказать.

- Ну почему же? - Арсений вскидывает темную бровь. - Проходите Агния Степановна. Присаживайтесь.

И вот тут мне бы реально сесть и взять интервью хотя бы у сына Щербинского. Лучше, чем ничего. Ведь все равно пришла.

Но вдруг становится обидно, что мне вот так, без предупреждения сменили собеседника. Да и Арсений добавляет…

- У меня на вас есть полчаса. Начинайте быстрее.

И смотрит так пристально. С вопросом.

Выдыхаю.

- Простите, но я рассчитывала поговорить с вашим отцом. И вопросы для него подготовила.

- Задайте их мне.

- Для вас они не подойдут, - пожимаю плечами, - ведь не вы создали империю с нуля.

Говорю просто по факту. Брюнет усмехается.

- Вы правы. Не я. Давайте следующий вопрос.

- Мне важно мнение по этому вопросу, - не поддаюсь приказу, - как вы считаете, сейчас у молодежи есть шанс построить бизнес с нуля? Особенно в офлайне. Мы не берем всяких блогеров…

- Я понял вас, - он перебивает, - а вы меня нет, похоже. Вот вам как, легко краситься в блондинку?

Он сумасшедший? Озираюсь - где там дверь, чтобы мне быстро сбежать…

Ведь я, скажем прямо, не блондинка! Я натуральная брюнетка, в отца. У меня черные глаза, черные волосы, которые я ни разу в жизни не красила.

2

На инстинкте выставляю руки вперед и толкаю парня. Сильнее, чем он ожидал. Я хожу в тренажерный зал.

Он резко вдыхает. Но тон оставляет небрежный.

- Полегче, принцесса.

- Я тебе не принцесса!

Вскидываю руку. Собираюсь ткнуть указательным пальцем ему в грудь.

Что он ожидает, не знаю. Но он ловит меня за запястье.

- Ты упустила шанс оживить вашу газету.

Закатываю глаза.

- Не думаю. Но польза могла быть - читатели с бессонницей уснули бы на втором абзаце интервью с тобой!

- Со мной еще никто быстро не засыпал.

Звук двери как будто приводит Арсения в себя. Он медленно отпускает мою руку.

На пороге тоже брюнет, немного старше. В ослабленном галстуке и белой рубашке с закатанными рукавами.

- Ого, - только и говорит он, - зайди, когда закончите.

Уходит, демонстрируя мощную спину.

Я потираю запястье. Он держал крепко, но не больно. Но все равно осталось некомфортное ощущение.

- Не знаю, где и когда ты самоутверждаешься, - качаю головой, - может быть, когда пожилых преподов отчитывают за то, что поставили тебе пропуск. И доводят в деканате почти до инфаркта.

- Что?.. - его взгляд дергается.

Не ожидал, что скажу вот так в лицо? Но весь поток видел состояние Алевтины Михайловны.

- Писать про это я не буду, не волнуйся. Не хочу позорить преподавателя. Да и не пропустит это главный.

- А так бы с удовольствием записывала сплетни?

- Сплетни?! Да я сестре-медику звонила, спрашивала - как до скорой ей помочь!

- Я разберусь. А ты… Садись в свою китайскую машинку и уезжай.

- С огромной радостью!

Из офиса я выскочила на адреналине и легком страхе, что меня догонят. Расправятся со мной.

Белый Хавал моргнул мне фарами в поддержке. Я уезжала все дальше и дальше от Щербинского-младшего и думала, что больше никогда с ним не заговорю.

Я ошибалась.

***

Настоящее время

Похищение человека - серьезная статья. Обычный гражданин побоялся бы такое делать. Но что ожидать от Щербинских?

Про Арса и его братьев ходят самые разные слухи. Про их отца я вообще молчу.

Обезвредить его, пока спит? Как там - тупым предметом по голове?

Боже, я сама становлюсь криминальной! Для начала просто осмотрюсь… Где мы находимся?

Это дом. Одноэтажный, но большой.

Добавляют пространства высокие потолки с деревянными балками. Тут много воздуха.

А еще здесь тепло, невероятно тепло, и пахнет деревом и чем-то хвойным.

Большие окна - от пола до потолка - смотрят прямо в заснеженный лес. Такой вид я заметила в спальне, и в гостиной так же.

Здесь немного мебели. Вся она из полированного темного дерева, отражающего свет огромных окон.

В центре гостиной – большой камин из серого камня. В нем уютно пляшут языки пламени, рядом лежит пушистый белый ковер.

Этот дом как будто обставляли с любовью.

Но мне сейчас не это интересно. Так что иду дальше.

Из гостиной расходятся коридоры, ведущие к другим комнатам. Дом кажется бесконечным.

Он построен так, чтобы человек чувствовал себя защищенным от внешней дикой природы.

Но я защищенной себя не чувствую. Быстро прохожу по самому длинному коридору к прихожей и… хочу открыть дверь, но она заперта.

Надо ли говорить, что все окна литые и без ручек?.. Боже! Он правда похитил меня?!

Кухня в доме открытая и современная. С островом посередине и барными стульями. Здесь тоже дерево и камень, но с вкраплениями блестящего металла, стекла. Видно, что она оснащена по последнему слову техники.

Не знаю, зачем пришла на кухню. Выпить воды? Или хоть что-то съесть, чтобы не свалиться в обморок?

Но аппетита нет от слова совсем.

Зато на кухне есть окошко с форточкой! Боковое, еле приметное. Я чуть не вскрикиваю от радости.

Сдерживаю себя, чтобы не разбудить мажора-похитителя.

Проснулась я одетой… На мне лосины и теплый коричневый свитер, в которых я вчера вышла прогуляться. И кажется, я видела свой пуховик в прихожей.

На цыпочках бегу туда.

Ага, тут и мои зимние кроссовки. Одеваюсь, обуваюсь - а теперь быстро к окну!

Форточка здесь сверху и небольшая. Но мне хватит! Главное, я без труда открываю ее.

Изнутри я заберусь туда со стула, а потом просто спрыгну в сугроб. Надеюсь, что ничего себе не сломаю.

План был отличным. И все шло хорошо, пока я… не застряла. Надо было снять пуховик и выкинуть! А потом лезть самой.

Но я полезла сразу в верхней одежде и застряла в районе бедер. Теперь вишу вниз головой!

Тяну себя за пуховик, но до конца он не вытягивается.

Зато видок у меня со стороны кухни!

Почему я про это подумала, да потому что слышу громкий голос.

- Вот так и выглядит журналистика. Или… Нет, для той задницы, которая творится в делах вашей газетенки, твоя - слишком красивая.

Интересно, головой вниз можно закатить глаза? Ставлю эксперимент. Можно!

3

- Мм! - барахтаюсь и тяну пуховик.

Может, еще успею выскочить и дать деру? Бегаю я быстро.

- Да, папарацци тебе не стать, госпожа Строганова. Слишком фигуристая.

Я не толстая, но фигура у меня «песочные часы». Досталась от мамы.

- Я не собираюсь… вторгаться… в чье-то личное пространство, - ворчу с трудом.

- А я, пожалуй, вторгнусь.

Ну вот, его руки на моих бедрах. Шанс упущен!

Арсений усаживает меня на свое плечо и медленно тянет из форточки. Я не сопротивляюсь, а то мне еще живот защемит створкой.

- Вот так, принцесса.

Он ставит меня на ноги, а я шиплю:

- Не называй меня так!

- Там внизу если что плитка, и снег сверху рыхлый. Можно шею сломать. Больно будет… Агния.

Хмурюсь.

- Еще неизвестно, что ты со мной будешь делать. Зачем я тебе?! Неужели настолько обидела? В тебе есть хоть что-то человеческое?! Скоро новый год! Время чудес!

- Ну значит, ты - мой новогодний подарок.

Он делает шаг вперед и тянет руки к моему пуховику.

- Нет!!!

Отступаю, но некуда. За моей спиной стена.

Сердце выпрыгивает, когда он все-таки касается моей верхней одежды и снимает ее. И сквозняком окатывает. Ежусь.

Арс захлопывает форточку.

- Давай без глупостей, принцесса. Позавтракаем и сходим погулять.

- Ты сумасшедший?!

- На последнем чек-апе сказали, что я совершенно здоров.

- Это потому, что ты платно его проходил! - кричу ему в спину.

- У них была мотивация что-то найти и полечить.

Парень уходит с моим пуховиком. Хочет подальше спрятать?

Но возвращается быстро.

- Умеешь готовить?

- Что?..

- Запас продуктов приличный, но готовить придется самим.

- Придется? Ты издеваешься?! Что ты придумал, какой подарок? То есть я теперь с тобой навсегда?

Арс отвлекся от холодильника. Смотрит сначала на мои губы, а потом в глаза.

- Навсегда с тобой я вряд ли выдержу. Но новый год встретим здесь.

- Что?! Две недели! Ты представляешь, что сделает мой отец!

- Будешь звонить ему и писать.

- Ты больной?!

- Ну ты же не хочешь для него проблем.

- Угрожаешь мне?

- Констатирую факт.

Черт!!! Трудностей для папы я правда не хочу. Он только начал жить счастливо! С Ладой, малышами. Мы с сестрой-близняшкой Марианной поступили в университеты. Она в Питере.

В нашей семье все хорошо!

- Так ты готовить умеешь?

Ну ладно! Киваю.

- Да.

- Сделай нам на двоих омлет. И не беги, дорога только через лес. Не выживешь.

- И даже не запрешь, - киваю на форточку, - как все окна и двери.

Щербинский усмехается.

- Они закрыты не от тебя. Для безопасности. Тут правда глушь.

Уходит… Боже мой!

Он псих?.. Ну если объективно, сомневаюсь. Эта семья под прицелом всех сплетников города. И если бы один из наследников был не в себе, об этом бы знали.

Дружок моей сестры был с ним в одной компании. Ничего такого не рассказывал.

Но если он психически здоров, то что происходит?

Допустим, он так сильно обиделся. Хоть и верится с трудом, что такого можно задеть за живое.

Но допустим. Зачем ему возиться со мной самому? Отдал бы на расправу своим людям… Ежусь от одной мысли.

А тут вдвоем, в глуши. Еще и готовить некому.

Хмыкаю. Ну, будет вам омлет, господин Щербинский!

Все это очень странно. Даже будь он тупо извращенцем, ему необязательно красть девушку с одного с ним универа, у которой отец и куча родни.

Потому что есть тысячи девушек, которые поедут с ним куда угодно и будут делать все, что скажет. И сопротивляться правдоподобно.

Ну или я что-то не понимаю в этом во всем. У меня обычного-то секса никогда не было.

Арс появляется, когда уже все готово. Омлет допекается в аэрогриле, кофе сварился.

- Пахнет неплохо.

Великий комплимент.

- Я умею готовить, - поднимаю подбородок.

- Это радует.

Посмотрим, как ты будешь смеяться.

Из джемпера и брюк он переоделся в спортивные широкие штаны и футболку. Тоже черные. Любимый цвет?

Ну, идет он ему на все сто. Хоть и делает каким-то еще более мрачным.

И этот почти черный взгляд, который ловлю на себе, пока достаю омлет и выкладываю на тарелку. Что у него в мыслях…

Вижу, как дергается кадык парня от вида пушистого омлета. Проголодался "дорогой".

- Дай ему несколько секунд остыть, я пока налью кофе.

Беру заранее приготовленную чашку. Арс на меня косится, но слушается.

Наконец, у меня все готово. Ставлю бежевую чашечку перед такой же тарелкой с омлетом. Здесь красивая посуда.

- Пожалуйста, господин… - он вскидывает на меня взгляд, а я заканчиваю, - Щербинский.

- Спасибо.

Сухо, но все же благодарит. А я еле скрываю довольную улыбку.

Довольную не от его благодарности, конечно.

Омлет выглядит безумно аппетитно. Воздушный, желтый, с помидорами и сыром.

Холодильник действительно забит продуктами, причем качественными. Даже жаль было их портить.

Арс пробует один кусочек. Другой. Я наблюдаю, легонько вскинув брови.

- Что за?.. Блять!

Откидывает вилку, жадно глотает кофе. Снова кривится.

- Пиздец! Где вода?!

Встал, шарит по полкам и шкафчикам. Но все бутылочки воды по 0,5 я собрала в пакет и унесла в гостиную. Из холодильника, в том числе.

- В кране есть. Наверное, - хлопаю ресницами.

- Черт!

Он наклоняется, припадает губами к серебристому носику и включает воду. Жадно пьет. По самым желанным в нашем универе мужским губами бегут струйки.

Ха-х.

Я не робкого десятка вообще. Но посреди леса, наедине с похитителем, это очень смелое поведение. Наверно, я уже просто в отчаянии?..

4

Арсений отрывается от воды. Прижимает на секунду кулак к губам.

- Ледяная, - объясняет хрипло, - ну я ожидал какой-то подвох.

Ой, да ладно. Слюни-то бежали от вида моего омлета.

- А что такое? - невинно моргаю.

- Ты всю соль израсходовала, или что-то осталось?

Хмурюсь, пожимаю плечами.

- Да обычно вроде бы... Что, пересолила? Влюбилась, наверное, как говорит моя бабушка.

- В кого? - уточняет быстро.

- Ну как? Здесь только один "принц". Мечта всех девушек. Не удержалась я, прости.

- Там еще есть яйца.

- Угу. Но результат будет такой же. Любовь так быстро не проходит. По крайней мере, у меня.

В своей жизни я ни в кого не влюблялась. Но это не его дело.

Щербинский усмехается. Подходит ко мне на другую сторону кухни. Склоняется и… касается прохладными губами моих губ. Коротко, на две секунды. Я в шоке.

- Теперь иди в душ, влюбленная принцесса, - говорит низким голосом, - мечтай там обо мне и мастурбируй.

У меня вспыхивают щеки. Я не привыкла к таким разговорам.

Шарахаюсь от него. Жду, что шлепнет по заднице напоследок. Но ничего такого не происходит.

- В спальне есть новая одежда твоего размера! - кричит Щербинский вслед. - Я пока займусь завтраком.

В душе думаю немного поплакать, но слез нет, только злость и раздражение. А выйдя и переодевшись, решаю объявить голодовку.

Вряд ли в его планы входит, что я тут упаду в обморок или заболею. Может, он правда надеется, что я смирюсь и буду получать удовольствие? Вон вещами запасся на все случаи жизни.

Я надела тонкий серый джемпер и джинсы. Не выхожу из спальни, чтобы не чувствовать запахи.

Арсений приходит через пятнадцать минут.

- Яичница готова.

Да уже чувствую этот запах.

- Не буду.

- Есть хлопья.

- Я ничего не буду есть!

Щербинский вздыхает, как будто это я его держу взаперти. Уходит.

Ну и черт с ним. Через несколько дней поймет, что я не шучу.

Дней… Боже.

Отхожу к окну. Смотрю вдаль, глубоко дышу. Живот урчит - чтоб его!

А за спиной раздаются шаги и аромат такой, что я чуть прямо сейчас не падаю в обморок. Яичница, бекон или колбаса, свежий кофе.

Слышу, как что-то лязгает.

Поднос о тумбочку.

- Решил поухаживать за мной? – хмурюсь. - Зря.

- Не страдай херней, принцесса. Сядь и поешь.

- Я не принцесса! – разворачиваюсь.

Бекон, конечно, нарезан топорно, яичница тоже не идеальна. Но все так аппетитно по-мужски. А от кофе вообще невероятный запах.

У меня так сводит живот, что я хватаюсь за него. Вот теперь слезы на глаза наворачиваются.

Арс кивает на поднос.

- Быстро есть!

- Ты не сможешь меня заставить! - сглатываю.

- Но ты же хочешь. Посолил я, кстати, нормально.

- Не удивлена, что ты не способен в кого-то влюбиться.

- Ты знаешь, какой я?

- Да уж наслышана!

- Тогда должна понимать, что твои манипуляции меня не трогают.

- Манипуляции?!

- Делаешь хуже только самой себе. Подумай о родителях.

- Не смей говорить про них!

Хотела бы я посмотреть в глаза тем, кто его воспитал. Впрочем, они, наверно, не лучше.

Арсений отходит к окну. Засовывает руки в карманы. Опирается задницей о подоконник и смотрит.

- Так и будешь здесь торчать? - поднимаю брови.

- Прослежу, чтобы ты не испортила еду. Не хочу готовить заново.

- Какой предусмотрительный!

- Есть такое.

- Ой блин!

Мне кое-что приходит в голову от всей этой "заботы".

- Хочешь сохранить меня в целостности и сохранности? Что ты задумал? Получить выкуп за меня?

Вообще, мой папа не беден.

Арсений резко выдыхает и… смеется. Запрокидывает голову, демонстрирует мощную шею. А еще белоснежные ровные зубы.

Он идеален, создала же природа такое. И наделила таким характером!

- Мы прилетели сюда на личном вертолете последней марки. Представляешь, сколько стоит такой? Дела у Строганова идут хорошо, но зачем мне его деньги? - он рассуждает без пафоса, спокойно. - И кстати, помни про вертолет, когда еще раз захочешь сбежать.

- Значит, возвращаемся к началу - ты псих.

- Поешь.

Мой желудок издает вопль. Конечно, тут такие запахи.

- Ты не отстанешь?

- У меня куча времени.

Выдыхаю. Сажусь на кровать вместе с подносом. В конце концов мне понадобятся силы.

Яичница вкусная, без каких-либо сюрпризов.

- Родители в курсе, как ты собрался встречать новый год? Поощряют? Раз тебе позволено для таких целей использовать семейные вертолеты и дома.

- С чего ты взяла, что дом семейный? - темный взгляд дрогнул.

Уже начинаю замечать, когда хоть немного пробиваюсь через его защиту.

- На арендный он абсолютно не похож. Твои папа и мама знают, что ты здесь запираешь девушек?

Губы парня на миг сжимаются.

- Не трогай мою мать!

- Ты же про мою семью говоришь.

- Я не сказал про них ничего плохого.

Хмурюсь и просто ем дальше. Все-таки не стоит сильно его злить.

Кофе остыл, но все равно вкусный. Странно, что я сейчас это чувствую. Мне бы биться в истерике.

Но я доедаю завтрак. Смотрю на Щербинского.

- Доволен?

- Вполне. С тебя мытье посуды.

- Что?!

- Ну, это когда остатки еды смывают, чтобы дальше пользоваться. Чистая посуда не сама по себе появляется в шкафу, принцесса.

Я в сотый раз закатываю глаза.

- Кто бы говорил! Наследник частных вертолетов!

- На кухне есть посудомоечная машина. Если ты понимаешь, о чем я.

Вот невозмутимый!

Ладно, хоть чем-то займусь. Беру тарелку и, кинув в Арса злой взгляд (а хотелось бы тарелку!), иду на кухню. Загружаю в посудомойку все грязные предметы после наших двух завтраков. Включаю.

Именно на этой секунде появляется Арс. Что это он держит?

- Твой телефон, - озвучивает мои мысли, - он заряжен, только без глупостей.

5

Разблокировав, вижу, что написала сестра. Хочет что-то мне рассказать про Давыдова - это ее наставник по врачебной практике и друга нашего отца.

Это не срочно.

Ни папа, ни Лада мне, к счастью, не звонили. Или наоборот лучше бы они уже искали меня?..

- Позвони отцу и скажи, что уехала. Вернешься после праздников.

- Вернее, улетела. На вертолете. И не факт, что вернусь.

- У тебя есть парень?

- Какое твое дело?!

- Значит, скажи, что уехала с подругой.

- Что там тебе значит?.. Я не хочу врать семье и тебя выгораживать!

- Для всех так будет лучше, поверь.

- Расскажи мне всё! Чтобы я верила!

Я помню только, что вышла купить кофе. Недалеко от дома шикарная точка с напитками и выпечкой. Я отвлеклась от подготовки к зачету…

- У меня сегодня зачет! - таращусь на Арсения.

Зарубежная литература… Там такая преподша, что мое похищение не будет уважительной причиной.

- Зачет тебе поставили. Звони.

- Ваша семья всех преподов держит в страхе?!

Мажор шагает ко мне.

- Может быть, и тебе немного испугаться? Звони. Так будет лучше для всех. И поставь на громкую.

Я не хочу, чтобы папа связывался с этой семейкой. Жму вызов…

- Пап…

С разговором лучше не затягивать, а то мне позвонит Лада. Перед ней что-то сыграть будет трудно. Вот папа не так хорошо разбирается в эмоциях.

- Ну хоть одна позвонила. Как жизнь? Приедешь к нам?

- Па… - тараторю. - Меня не будет до января. Милена пригласила на Байкал. Помнишь, я говорила, у ее дяди база.

- Ну да. А сессия?

- Я к ней допущена. Сдам после праздников.

- Денег-то надо?

- Ты давал…

- Ну хорошо. На связи.

- Пишите мне… Трубку не всегда смогу взять.

- Слушаюсь, коза. Пока.

Быстро отключаюсь, потому что из горла рвется всхлип. Выдыхаю. Жмурюсь, чтоб остановить слезы.

Когда открываю глаза, вижу перед собой ходящие ходуном желваки Арса. Что ему не нравится?

- Я сделала, как ты приказал. Не трогай моих родственников!

Парень ведет плечами и вот он уже снова само спокойствие. Хмыкает.

- Не собирался. Значит, коза?

- Не смей так меня называть! - тычу в него пальцем.

- Тихо. Мне больше нравится - принцесса.

- А мне - дебил!

Швыряю в него телефон. Ловит.

- Идем гулять? - поднимает бровь.

- В тебе вообще есть хоть что-то человеческое?!

- Я сделал тебе допуск к сессии. Могла бы поблагодарить.

- Что?!!

Ладно, из дома я выйти хочу. Чтобы оценить обстановку.

- Оденься теплее. В прихожей через десять минут.

Хоть мы проснулись вместе, наши вещи лежат в разных комнатах. Мои там, где мы были утром. Где спальня Щербинского - не знаю и знать не хочу. Зачем он лег со мной в первую ночь, тоже.

В ванной я себя осмотрела - никаких синяков, ссадин. В… интимном месте тоже.

Секса между нами не было. Но в огромном доме он почему-то лег рядом со мной.

Я не успела посмотреть геолокацию в телефоне, да он бы и не дал. Но раз это вертолет, а не самолет, то мы еще где-то в Сибири. Тайга?

- Мы в Горном Алтае, - отвечает на мой вопрос Арсений, когда выходим из дома.

Я прямо поверх джинсов и свитера надела стеганый бежевый комбинезон. Он был среди новой одежды. Еще шапку цвета горького шоколада и свои зимние кроссовки.

На Щербинском только объемный черных пуховик поверх домашней одежды. Расстегнутый еще. Не мерзнет.

Что он вообще такое?

- Хотела здесь побывать зимой. Но не так.

- И не со мной.

- Какой догадливый! - хмыкаю. - Арс… все же, зачем я тебе? Как минимум половина моих одногруппниц скакали бы от восторга сейчас. А может, даже большая часть девушек универа.

- Большая часть девушек универа? Многовато даже для этого дома.

- Ой!

Мистер-логика! Отворачиваюсь от него и смотрю на что-то более приятное.

Как же здесь…

Морозный воздух щиплет щеки, но он такой свежий, что дышать им одно удовольствие.

Вокруг простирается белый нетронутый снег. Он искрится под холодно-синим но почему-то таким уютным небом.

Высокие, покрытые еловыми лапами деревья стоят стеной. Заснеженный лес кажется бесконечным и молчаливым. Ни души, ни звука, кроме скрипа наших шагов и легкого шелеста ветра в ветвях.

Нетронутая природа…

Только чуть поодаль видно вмешательство человека. А именно - большая расчищенная площадка. Для вертолета.

Это средство связи с миром здесь. А также мой тюремщик и билет в никуда.

Сейчас его нет. Видимо, пилот вернулся обратно в город.

- Как вы меня похитили? - имею в виду Арса и его людей. - Я не заметила следов удара. Чувствовала себя нормально утром… Ну, физически. То есть вы меня ничем не накачали?

Арсений идет рядом, его широкие плечи кажутся еще массивнее в объемной куртке. Он хмурится, смотрит куда-то вдаль.

Ловлю себя на мысли, что даже в этой глуши он чувствует себя уверенно, словно посреди комфортного мегаполиса.

- Тебе не дали ничего, что могло бы навредить, - отвечает, как будто экономит слова.

- А подробнее? Я абсолютно ничего не помню… Зашла, купила кофе и французскую булочку. Не успела толком поесть.

- Прости, но булочек здесь нет. Можешь попробовать испечь.

- Ты издеваешься?! Меня волнуют совсем не булочки!

- Какая разница, как ты попала сюда? Дело сделано, и ты никак не пострадала. Сама говоришь.

- Я не пострадала?! Правда? Да у меня психологическая травма теперь!

Не сговариваясь, идем вперед по плотному снегу. Дорожки нет, но ноги не проваливаются. Местность уходит вверх. Это что-то типа небольшой горы.

Арс молчит. Я размышляю, как его расколоть, но ничего не придумываю.

6

Наконец мы доходим до вершины пригорка, и у меня на секунду захватывает дух. Впереди обрыв. Заснеженный, с порослью леса. А вдали узкая горная река. Сейчас она скованна темно-синим льдом.

Боже мой, как красиво. Находиться бы здесь при других обстоятельствах… В душе просыпается обида.

- Ну что, наслаждаешься видом? - нарушаю тишину, стараясь придать голосу максимально язвительную интонацию. - Необязательно было гонять вертолет, хватило бы какого-то подвала! Для твоих извращений… - сглатываю. - Или ты думал, я тут от скуки начну роман писать про красоту гор?

Он поворачивает голову, и в черных глазах вспыхивают искорки.

- Почему бы нет? У тебя есть все условия для вдохновения. Природа, уединение… и персональный муз, - он усмехается, имея в виду себя.

- Муз? Скорее надзиратель. И вдохновляет меня только мысль, как бы скорее отсюда убраться, - фыркаю я, скрещивая руки на груди.

- Принцесса, не ты ли недавно говорила про время чудес? - его голос становится чуть ниже. - Неужели ты не чувствуешь эту магию? Воздух, предвкушение праздника, мы вдвоем…

- Я чувствую только обморожение от твоего "праздника" и нарастающее желание выцарапать тебе глаза, - огрызаюсь, хотя внутри что-то екает.

- А ты попробуй расслабиться. Может, тебе понравится. Ты же любишь приключения?

- Приключения, а не аресты с конфискацией свободы! Да и вообще, откуда тебе знать, что я люблю! Вот я прекрасно знаю, что люблю, а что нет. И ты теперь в списке "нет"!

Арсению явно плевать на эту мою тираду. Он замолкает и делает несколько шагов вперед, оставляя меня позади.

Смотрю на его спину, на чуть припорошенные снегом волосы, и в голове созревает план.

Наклоняюсь, быстро леплю из пушистого снега плотный комок. Не раздумывая, запускаю ему в спину.

Снежок мягко, но точно впечатывается, рассыпаясь белым облачком.

Арсений замирает. Медленно поворачивается. Его глаза сначала удивленно расширяются, а потом в них загорается опасный огонек.

- Ты это сейчас серьезно? - спрашивает он, поднимая бровь.

Я не сдерживаюсь и начинаю смеяться.

- Что, господин наследный принц Щербинский? Вы никак получили снежком первый раз в жизни? До этого никто не решался? Похоже, сам ты не знаешь, как снежок слепить! Я в безопасности!

И это было приглашение к бою. Через мгновение в меня летит ответный снаряд, чуть промахиваясь мимо шапки. Я пищу от неожиданности. Но тут же, подхватив еще снега, начинаю атаку.

Мы носимся по всей снежной округе. Смех смешивается с криками, снег летит во все стороны.

Это не просто игра, это настоящий выплеск эмоций! Моей злости, его… ну, кажется, просто забавы, но какая-то напряженность и с его стороны тоже есть.

Я чувствую, как щеки горят, а легкие раскрываются от бега. Захлестывает адреналин.

В какой-то момент решаю, что пора нанести сокрушительный удар. Подбегаю вплотную и намереваюсь хитро запустить горсть снега ему за шиворот.

Но Арсений оказывается быстрее…

Он ловит мои руки в свои, крепко сжимая запястья. Я пытаюсь вывернуться, барахтаюсь, и в результате мы теряем равновесие.

Как-то фоном понимаю, что Арс отпустил мои руки и своими закрыл мой затылок и спину. Прижал к себе.

Несколько секунд мы, обнявшись, кубарем катимся по глубокому снегу. В лицо летит холодная россыпь, крики вырываются из груди. И вот мы оказываемся лежащими в сугробе, я под ним, он надо мной.

Наши тела прижаты друг к другу. Ощущаю каждый изгиб его мускулистого тела даже через одежду.

Его дыхание опаляет мое лицо, глаза слишком близко, и в них что-то такое… дикое, первобытное.

Несмотря на всю свою злость, на абсурдное похищение, на весь этот кошмар, я чувствую, как по телу разливается горячая волна.

Близость этого парня будоражит что-то глубоко внутри меня, какую-то запретную чувственность, которую я старательно сдерживала.

Вернее, я не подозревала, что она вообще есть во мне.

В этот момент мир сужается до его глаз и ощущения его веса на мне. Мокрая одежда уже не кажется такой холодной.

Он отрывисто выдыхает, потом мягко улыбается, и улыбка эта какая-то… победная.

- Ну что, сдаешься? - шепчет он, и я чувствую, как мое сердце пропускает удар.

Я пытаюсь что-то ответить, но слова застревают в горле.

Он приподнимается, хватает меня, как какую-то безвольную куклу, и одним движением закидывает себе на плечо.

- Эй! Отпусти! - кричу в шоке

Начинаю колотить его руками по спине, но это бесполезно.

Его смех звучит где-то над моей головой. Он уверенно шагает обратно к дому. Несет меня, всю мокрую, всклокоченную и чертовски растрепанную, словно какой-то трофей.

Злость снова полыхает.

Но под ней, глубоко-глубоко, прячется это странное, необъяснимое чувство… То ли восторг, то ли предчувствие. А может, просто признание, что я вдруг чувствую себя живой.

И это странно.

Арс вносит меня прямиком в "мою" комнату.

- Переоденься в сухое. А лучше сначала залезь в теплую ванну.

- Для начала поставь меня!

- Ладно.

Кроссовки он с меня стянул в прихожей. Предусмотрительный!

Боится, что натопчу в его чудесном домике?

А может, набрать не просто ванну, а всю ванную комнату? Устроить потоп? Открыть кран и не закрывать полчаса?

Выдыхаю. Если рассудить трезво, это никак не поможет. А если поддаться странным эмоциям - мне не хочется портить что-то в этом доме. Он мне нравится.

В отличие от его отбитого хозяина!!!

- Может, у тебя еще есть шоколадная бомбочка? - поднимаю брови. - Я без них ванну не принимаю.

Дергаю вниз молнию на комбезе. Он поставил меня на пол, отошел, и я больше не прижата к его телу. Теперь чувствую только холод.

- Там есть пена для ванны, принцесса. Карамельная.

- Серьезно?!

7

Конечно, я не собираюсь кайфовать в ванне. Не время и не место. Да и мылась я недавно.

Но все же недолго стою под теплым душем. И думаю…

Выхожу из ванной. Выбираю бежевый спортивный костюм из той кучи вещей, которыми Щербинский заполнил шкаф. Одеваюсь.

А в голове ни одной идеи! Ни одной лазейки, как сбежать отсюда! Как спастись, не ставя под угрозу семью и папу.

Арсений где-то затаился и не трогает меня. И я лежу лицом вверх на кровати, думаю… Пока не засыпаю.

Глаза открываются резко, будто кто-то хлопнул дверью у самого уха. Но здесь, кроме шума горного ветра за окном, ничего нет.

Я лежу в своей комнате. Ну как в своей… В общем там, где уснула.

Арсения поблизости не наблюдается.

Так же, как и солнечного света за окном. Лишь последние неяркие лучи пробиваются между шторами.

Наступил вечер.

Я нестерпимо хочу пить.

Фу-ф… Прогулка и наша "игра" выжали из меня все соки! Я вырубилась, как убитая. Сейчас чувствую себя бодро, но жажда – это что-то с чем-то.

Встаю с кровати, потягиваюсь. Пора выдвигаться на разведку. Арсения вообще не слышно, что уже подозрительно.

Тихонько открываю дверь, выглядываю в коридор. Никого. Я иду на цыпочках, словно призрак.

Пока осталась одна, решаю заглянуть в другие комнаты дома.

Сначала захожу в одну – склад с каким-то барахлом, коробками, старыми книгами. Ничего интересного.

Потом открываю следующую дверь. Это как будто чья-то спальня, но не Арсения – он не сюда уходил в душ. Оформление в темных тонах и какое-то мужское. Впрочем, у Щербинских же куча сыновей.

Интересно, есть среди них хоть кто-то нормальный?

По комнате это не поймешь. Здесь просто порядок.

И вдруг мой взгляд падает на угол. Ого! Там, прислоненная к стене, стоит гитара.

Старенькая, потертая, но выглядит вполне играбельно.

Мозг тут же начинает строить коварные планы. Отлично!

Если Щербинский не планирует насиловать меня или убивать, а просто хочет развлечься, то я устрою ему шоу!

А если планирует… Ну, тогда мне по сути нечего терять?..

Двигаюсь дальше по коридору, и вот уже слышу какие-то звуки. Запах чего-то вкусного проникает в ноздри.

Кухня. Ну конечно. Где еще ему быть, как не у плиты, изображая гостеприимного хозяина?

Хотя как он там сказал - придется готовить. Выбора у него нет. Не стал брать с собой прислугу, лишних свидетелей.

Черт, мне становится очень не по себе… Но уныние ничем не поможет.

Вхожу на кухню. Арсений стоит у плиты спиной ко мне, что-то помешивает в стальной кастрюле.

На нем спортивная и снова черная одежда. Может, он и не переодевался вообще.

Мне это неважно. Надо поменьше на него смотреть… Вспоминаю то помутнение, которое на меня нашло на улице. Когда мы с ним катались по снегу в обнимку. Как меня захлестнул чувственный жар.

Вот это точно бред и помешательство!

Так, выбросить этот момент из головы!

Принюхиваюсь… Воздух наполнен ароматом тушеного мяса с травами и, кажется, грибами. Стол накрыт все тем же бежевым сервизом. Стоят две тарелки, вилки, кружки.

Арс оборачивается, как будто почувствовал мое присутствие. Улыбка проступает на его лице… Вернее, ухмылка.

- Проснулась, сонная принцесса? А я думал, ты решила отсыпаться до нового года. Есть хочешь? Как раз готово.

Я подхожу к столу, скрещиваю руки на груди.

- Пить хочу. И хватит называть меня принцессой. Выглядишь тупо.

- Мне как-то похуй, как я выгляжу. Прости.

Морщусь. Но не от мата, а от его самодовольства.

Арс кивает на бутылочки с водой.

- Вода. Горная. Чистейшая.

- Угу, - закатываю глаза.

- А к ужину у нас сегодня... - он поднимает крышку кастрюли, выпуская клуб ароматного пара. - Тушеная оленина с картошкой, белыми грибами и моим фирменным соусом из брусники.

Я недоверчиво смотрю на кастрюлю, потом на него.

- Оленя ты сам поймал, или он тоже на вертолете прилетел? И «моим фирменным соусом»? Купил в городском супермаркете, в отделе «Сделай вид, что ты умеешь готовить».

Арсений усмехается, ставит тарелку передо мной. Мясо выглядит действительно аппетитно.

- Не переживай, мясо прошло санитарный контроль. А про соус... это старинный рецепт, передается в нашей семье по мужской линии. Специально для капризных гостей. Ешь, не стесняйся. Или ты боишься, что я тебя отравлю?

Я беру вилку, ковыряю гриб.

- Отравить? Нет, мне кажется, это слишком просто для тебя. Ты предпочитаешь медленные пытки.

8

- Пытки чем?.. – вскидывает бровь.

- Например, этой олениной. Сколько в ней жира?

Он пожимает плечами, усаживается напротив.

- Зато сытно. Тебе, с твоим шилопопым характером силы нужны. Ешь. И не морщись, очень вкусно.

- Каким характером?! Я бы попросила!

Неохотно начинаю есть. И, к моему превеликому сожалению, это действительно вкусно. Мясо тает во рту, грибы ароматные, картошка рассыпчатая. Я стараюсь не показывать своего удовольствия.

Мы едим в относительном молчании, прерываемом лишь моим кряхтением от "пытки" вкусной едой и его довольными усмешками. Когда тарелки почти пусты, Арсений отодвигает свою.

- Слушай, у меня через пятнадцать минут важный видеозвонок. Придется уйти в дальнюю комнату, там лучше связь. Не скучай тут. И не пытайся опять где-то застрять.

Он смотрит на меня с легкой иронией.

- Да уж, вся истоскуюсь! - огрызаюсь я. - Посуда опять на мне, как понимаю?

Он кивает с улыбочкой, встает.

- Я скоро. Будь паинькой.

Как только он удаляется по коридору, я приступаю. Пока не к посуде. К подготовке своего плана на ночь.

Уф, надеюсь, у него таких планов нет!

Вот у меня есть. Гитара. Раз он решил провести со мной праздники, я должна сделать их незабываемыми.

В детстве папа отдавал нас в разные кружки и секции. Особенное внимание уделял искусству. Так ему советовал детский психолог - чтобы мы могли вылить эмоции от потери мамы.

Психолог был хорошим и очень нам помог. Вот только к творчеству мы оказались совершенно не способными!

Сестра рисовала картины, от которых мутило зрителей. А я штурмовала музыкальную школу. Ходила на вокал…

В целом я теперь знаю, с какой стороны подойти к музыкальным инструментам. Хотя ни один меня так и не зацепил.

А вот пение…

Почему-то, когда я решаю запеть, мой голос становится очень тонким. Звонким и громким! И это вроде бы плюс, но по итогу он напоминает то ли ультразвук, то ли скрип пенопласта.

Моя частная преподавательница после месяца со мной прикинулась больной и отказалась. А может и не прикинулась.

В общем, ей удалось сбежать.

А вот Щербинскому - не удастся! Межкомнатные стены здесь тонкие, я уже поняла. Не зря он сейчас ушел разговаривать в дальнюю часть дома.

Не хочет, чтобы я подслушала.

Но я лучше займусь кое-чем другим. Поищу то, чем он может спастись от моего искусства. И спрячу.

Для начала беруши. Есть тут они?

Я начинаю методично обшаривать дом. Заглядываю во все шкафчики на кухне - нет. В ванной - никаких шансов. В комнате с барахлом тоже пусто. Этот дом явно неприспособлен для городских неженок.

Остается одна комната. Его. Я направляюсь туда.

Арс не идет, увлекся разговором. Да и мне без разницы, если честно, что он меня застукает. Найду, что сказать!

Кстати о находках. Тут я вижу их. Нет, не беруши.

На тумбочке у кровати небрежно брошены наушники. Большие, накладные, с шумоподавлением.

Моя улыбка становится злорадной.

Где бы их спрятать так, чтобы он не нашел?

В комнате-кладовке я видела старый рюкзак. Забытый всеми. Несусь туда с новенькими наушниками Арса.

Открываю верхний клапан – там лежит какая-то шапка, перчатки, носки (надеюсь, что грязные). Идеально!

Я проталкиваю наушники поглубже, под сложенные носки и шапку. Вряд ли он будет искать там. А если будет, то пусть помучается, раскапывая залежи старья.

Быстро иду к той самой комнате, где видела гитару. Прижимаю её к себе и, стараясь не шуметь, иду в свою комнату.

Припрячу пока здесь, а потом как ни в чем не бывало займусь посудой.

***

- Все еще возишься с посудой? - Арс застает меня не кухне.

Это что, прозвучало как упрек? Ну ты гляди-ка! Вздыхаю.

- Посудой я занимаюсь недолго на самом деле…

- Чем же ты занималась? - парень проходит, разминая плечи.

Засиделся "бедненький".

Угу, так я и сказала, что делала. Складываю руки на груди.

- Подслушивала твой разговор, - хмыкаю.

- Не ври, - он качает головой.

- Проверял?

Я и не думала, что он даст мне подслушивать. Потому и занялась более полезным делом.

- Я всегда в курсе, есть ли кто-то со мной рядом и может ли услышать мои разговоры. Привычка.

- Даже интересно, откуда она у тебя взялась.

Парень хмурится и оставляет этот вопрос без ответа. Но я решаю задать следующий.

- Ты работаешь в компании отца?

- Решила с запозданием провести интервью? - он усмехается.

Медленно подходит к холодильнику, достает бутылку холодной воды. Открывает и пьет.

Взгляд липнет к его кадыку.

Черт… Я живая молодая девушка! Но все-таки не дело любоваться своим похитителем.

- Угу, решила. Ответишь на мои вопросы? А то в прошлый раз ты так обиделся, что я не стала их задавать. Даже украл меня. Может, я проведу интервью, и ты меня отпустишь?

9

- Куда отпущу, в лес?

Вдох-выдох. Но я не закатываю глаза. Получится его разговорить?

- Так что, ты помогаешь отцу разруливать дела? - поднимаю брови.

- Почему-то эта фраза пахнет криминалом - разруливать дела.

- Ну вообще-то похищение человека… - так, я же решила расположить его к себе. - Участвуешь в семейном бизнесе?

- У нас в нем заняты все.

Он закрыл бутылку с водой и теперь вертит ее в пальцах. Присаживается у стола.

Я располагаюсь чуть поодаль, напротив.

- Ты самый младший из братьев?

- Через три года после меня родились близнецы. На этом мама отчаялась завести дочку.

Мне вдруг хочется улыбнуться. Но сдерживаюсь.

- То есть твоим младшим братьям двадцать один. А старшим?

- Андрею почти двадцать шесть. Ты видела его в офисе, он заходил к нам. Антону тридцать. У отца еще есть сын от… от женщины, с которой он жил до мамы. Артур. Ему тридцать восемь.

- У вас у всех что ли имена на "А"? - не выдерживаю.

- Да. Отец считает, что это приносит удачу. А - первая буква. Отец во всем первый.

Арс говорит все это без пафоса и без гордости. Вообще без каких-либо эмоций. По крайней мере, очевидных.

- И все вы работаете в компании?

- У Артура несколько своих бизнесов в Москве. Антон живет в Арабских Эмиратах, он программист.

- Это самые старшие?

- Да. Все остальные работают в бизнесе отца.

- И младшие близнецы?

- Мы работаем в компании с десяти лет.

Ого… Вообще многие бизнесмены привлекают в свое дело детей-подростков. Но с десяти…

Не врет ли он? Еще поди скажет, людьми руководил.

- Чем может помочь ребенок в таком возрасте? - хмурюсь.

- У отца отели. Несколько санаториев. В уборке и на кухне, в саду там всегда нужна помощь. С шестнадцати лет сидели на ресепшн.

- А школа, кружки?.. - я все больше удивляюсь.

- Со школой получалось совмещать. На кружки мы не ходили, только спорт. У отца в отелях классные спортзалы, - скалится в улыбке, - еще вопросы будут, принцесса?

- Тебе нравится так меня называть? - морщусь.

- Очень.

Качаю головой.

- То есть, вы толком не учились и не развивались. Это заметно. И пропуски вам, наверное, не ставили. Так же, как в универе… Кстати, зачем тебе универ?

- Я учусь на менеджменте и управлении бизнесом. Пригодится. И так хочет мама.

На кафедре экономики я тогда и наблюдала, как преподавательницу отчитали из-за него.

- А у тебя какие желания? Поскорее встать у руля? Командовать?

Щербинский усмехается. Смотрит на меня прямо своим черным, гипнотизирующим взглядом.

- Ну не картины же мне писать.

- Действительно…

Он сын своего отца. Логичный, властный. Без лишних чувств и эмоций.

- Так что ты делала, принцесса, пока я говорил по телефону?

Навешиваю улыбочку.

- Да ничего… Ела.

- Мы только что ужинали.

- Я не наелась, - пожимаю плечами, - я вообще много ем. Придется вызывать второй вертолет с продуктами.

- Еды хватит, не волнуйся, - "успокаивает" Щербинский, - значит, ты много спишь и ешь?

- Угу. Я вообще такая… очень пассивная.

- Я заметил.

Что-то его бровь подскочила скептически.

- А ты долго спишь? Днем ложишься?

Арс хмурится. Типа - зачем ей это?.. Но отвечает.

- Не сплю днем еще с детского сада. Вообще. Биологические часы так работают.

Отлично! Чуть не потираю ладошки.

- Мм… Ясно.

Что-то спрашивать мне больше не хочется. Важное он вряд ли ответит, а болтать о его семье… Зачем? Хотя мне было любопытно, не скрою.

И тут вдруг любопытство просыпается в Арсе.

- А ты с детства мечтала стать журналистом?

- Нет, - хмурюсь, - у меня вообще были проблемы с русским и литературой. Потому папа нанял Ладу… Как репетитора. Слушай… Не причиняйте им вреда! У них маленькие дети…

- Они не пострадают, - в глазах Арсения что-то мигом тухнет, - иди спать, госпожа журналистка. Раз ты это так любишь. Если что-то понадобится, я у себя.

- Угу… Мне срочно необходим вертолет и убраться отсюда… - бормочу.

Но Арс лишь качает головой, встает и уходит.

Я тоже иду в "свою" комнату.

Сна у меня, конечно же, ни в одном глазу. Я выспалась. Да и состояние далеко не расслабленное. Думаю.

К чему приведет то, что я буду его злить? Вдруг он не разочаруется в своей затее, а обозлится?

Пока он не применяет ко мне насилие, но… Я же не могу быть в нем уверена.

Это только кажется, что я могу дерзить, а он лишь снисходительно смеется. Пока так, но все может измениться в один момент!

Черт, но и просто сидеть я тоже не могу! Я соврала, что по жизни у меня пассивная позиция.

10

Ночь наступила, обволакивая домик бархатной тишиной. Только потрескивание дров в камине да легкое дыхание ветра снаружи нарушали покой. Идеальное время для моей диверсии.

Я осторожно приоткрываю дверь своей комнаты. Ни звука.

Сердце стучит где-то в районе горла, но это, наверное, от предвкушения. Или от страха, что Арсений окажется спящим чутко, как сова.

Сначала разведка. На цыпочках, шаг за шагом, я приближаюсь к его спальне. Дверь приоткрыта. Внутри – кромешная тьма. Отлично. Значит, наш великий похититель уже в объятиях сладких снов.

Прежде чем приступить к основной части плана, нужно промочить горло. Я скольжу на кухню.

Стакан теплой воды... Каждый глоток – как предвкушение свободы, или хотя бы маленькой победы.

Возвращаюсь к себе. Гитара лежит там, где я ее припрятала.

Она старенькая, но целая. И струны натянуты. Очень даже сойдет! Я подхватываю ее, не задевая ничего по пути.

Почему стараюсь не шуметь, если скоро поставлю на уши весь дом и окрестную живность? А так. Для лучшего эффекта!

Наконец, я в гостиной. Выбираю стратегическое место – диван, что находится в прямой видимости (или, скорее, слышимости) от спальни Арса. Мне нужно, чтобы звук дошел до цели без помех.

Устраиваюсь поудобнее, гитара лежит на коленях.

Делаю глубокий вдох. Ну что же, начинаем…

Сначала я тихонько перебираю струны. Несколько пробных аккордов, которые звучат так, будто гитара хнычет. Ну, ничего, это только начало. Давно я не брала в руки инструмент.

Настраиваюсь, как могу, и начинаю петь.

Спеть захотелось что-то новогоднее. Ведь у нас "время чудес"!

Перебираю в памяти названия, отрывки популярных песен. Эх, с начала и до конца ни одной не знаю. Особенно с музыкой.

Придется импровизировать… Спою песню собственного сочинения!

Вдох-выдох. Сама вздрагиваю от собственного голоса. Тонкий, высокий, он прорезает тишину, как острый нож.

Сначала чуть подрагивает. Но потом я вхожу во вкус! Как там говорил психолог - выплескиваем эмоции в искусстве?

Прекрасная идея, хоть мое пение искусством не назовешь. Даже родная бабуля от него морщилась. Что уж говорить про мажора Щербинского… Добавляю громкость.

Каждая нота улетает куда-то в космос, а потом возвращается, чтобы удариться о барабанные перепонки.

Мой голос по-прежнему как ультразвук. Он, кажется, способен разбить большую стеклянную вазу на столе напротив.

Ох, Арсе-е-ений, Арсе-е-ений,

Зачем похитил ты-ы-ы?!

Под Новый го-о-о-од,

В морозной но-о-чи мрак!

Так и хочется добавить - мудак. Но решаю все же этого не делать. Главное, что пою с душой и тяну гласные абсолютно невпопад.

Представляю, как каждая нота проникает сквозь стены, подушки, сквозь сны Арса. Это не просто пение, это вызов! Это гимн свободы, спетой самой ужасной фальшью, на которую только способно человеческое горло.

Привез на Алта-а-ай,

Где кедры до зве-е-езд,

А я принце-е-сса! Д-а-а,

Вот так!!!

Внезапно раздается сдавленный стон, который быстро перерастает в рычание. Дверь распахивается с таким грохотом, что я чуть не роняю гитару.

Приближаются шаги и…

На входе в гостиную стоит Арсений. Растрепанный, в одних только спортивных штанах. С глазами, в которых смешались шок, ярость и какая-то первобытная боль.

Так может смотреть человек, который сладко спал, и его без предупреждения и без смысла разбудили.

- ТЫ! - выдыхает он, словно ему только что сделали лоботомию через уши. - ТЫ РЕШИЛА СВЕСТИ МЕНЯ С УМА?!

Я хлопаю глазами, прерывая свою "арию".

- Я? Просто праздничное настроение. Решила создать атмосферу, - отвечаю, пытаясь изобразить милую невинность. Получается, наверное, так себе.

- Атмосферу?! - его голос хриплый от сна или от недавнего ора. – Это... это пытка! Мои уши кровоточат, Агния! Ты… Ты знаешь, что такое музыкальный ритм? Ты вообще знаешь, что такое музыка?!

Пожимаю плечами, снова перебирая струны. Они издают новый аккорд.

- Ну, я думала, это же так... мило. Говорят, искренность важнее.

Арсений закрывает глаза и массирует виски. Он выглядит так, будто увидел призрака, который еще и пел ужасные песни.

- Искренность? Уж не знаю, какой из тебя журналист, но певица… Если ты хотела меня убить, могла бы просто подсыпать в кофе не соль, а что-то другое. А это... это издевательство над всем живым! Пожалей хотя бы лесных обитателей.

Я мило улыбаюсь. Моя задумка получилась.

- Какая жалость… А я так старалась, чтобы тебе было сладко спать под мою колыбельную.

Он открывает глаза, и в них вспыхивает огонек.

- Колыбельную?! Это было похоже на крик кота, которому наступили на хвост и порвали голосовые связки одновременно! Прекрати! Немедленно!

Он грозит мне пальцем и уходит. Слышу, как закрылась дверь в его комнату.

Парень любит поспать. Он и утром чуть меня не упустил из-за этого.

Ну ладно, утром я бы вряд ли сбежала. По крайней мере, далеко. Но все равно, пока он спал, я почти вылезла в форточку!

Ему кстати пришлось встать раньше. Наверняка надеялся взять свое ночью.

Я игриво улыбаюсь, снова начиная нестройно бренчать на гитаре

Ах, Арсений, Арсений,

Ты не принц, а дик-а-арь!

Новый год наступит,

А я на Алта-а-ай!

Ах, Арсений, Арсе-е-ений,

Принц из леса ты!

Ты принцессу держишь,

Против воли-и-и её!

Как говорит моя бабуля - нескладно, зато правда.

Скоро фея прилетит,

И тебя заколд-у-у-ует!

Превратит тебя в пенек,

Или в старый сапо-о-о-ог!

- Черт, это ты взяла мои наушники?! - раздается вопль.

- Еще недавно я была принцессой! - "обижено" отвечаю. Кричу ему. - А вот ты точно принц! Слишком уж сон у тебя чуткий для парня!

Вон папа спит под вопли своих мелких "козочек". Ладе приходится его будить, чтобы пришел на выручку.

11

- Нет, ты серьезно?!

Щурюсь.

- А как ты хотел? Надо было хоть немного узнать девушку, прежде чем гонять вертолет в горы. Вот такая вот я… Творческая личность! - прокашливаюсь. - Арсе-е-е-е-ний, Арсе-е-е-ний! Можно просто Арс-с-с! Ты как сне-е-жный барс-с-с!

У меня никогда не выходило писать стихи. Да собственно и сейчас не выходит. Просто несу чушь.

Придумываю новую строчку из "песни", как вдруг в моих руках больше нет гитары. Как он так быстро отобрал?

Но это ладно… В секунды я оказываюсь спиной на диване. Арс нависает надо мной, пригвоздив руки над головой за запястья.

- Ты ч-что?.. - начинаю заикаться.

Еще недавно тонкий голос хрипнет.

- Хочу занять твой ротик чем-то полезным.

- Ч-чем? Ты же не…

- Что не? - вскидывает бровь.

Хотела сказать - ты же не насильник. Но черт, откуда я знаю, насильник он или нет?! Ограничивать свободу у него прекрасно получается. Рука не дрогнула.

- Да о тебе все девчонки мечтают, зачем тебе мой рот?!

- Именно он не дает мне спать, а не какие-то девчонки.

- Я хотела сделать новогоднее настрое…

Договорить не успеваю. Потому что мой "ротик" атакуют… сильные губы Арсения.

Его язык врывается грубоко. Мы даже зубами слегка ударяемся! Этот парень бешеный, я никогда ни с кем так не целовалась!

Да и сейчас я не целуюсь, я в шоке! И не дышу, кажется. Он все делает сам.

Мне кажется, это даже не поцелуй. Это натиск, подавление. Демонстрация силы, так сказать.

И отстраняется он быстро. Долго не смакует.

Я хватаю ртом воздух.

- Ну что? Еще хочешь петь?.. Давай песенку про елку…

- Да пошел ты!

Он ослабил хватку, и я могу вырваться.

Выскальзываю из-под него. Бегу к выходу из гостиной. Только там поворачиваюсь и сипло сообщаю:

- Все, что я хочу, это почистить зубы! Хлоркой желательно!

Выдыхаю, как закипевший чайник. Разворачиваюсь к дверям. Мне в спину прилетает смешок.

В "своей" комнате я правда чищу зубы.

Хотя если честно, я толком и не помню вкус поцелуя Щербинского. Кажется, он отдавал тоже какой-то мятой.

Ощущала я только дикий шок.

И его мужское первобытное начало. Как тогда, когда мы валялись в снегу.

Это чувство не вяжется с цивилизованным миром и какой-то логикой!

Засыпаю я только под утро. Будит меня шум, но на этот раз не ветра. Звук очень громкий.

Вертолет!

На улице давно светло, и в окно я вижу эту огромную машину. Вертолет белоснежный, новый. Он кажется мне каким-то сказочным. Каким-то чудом.

Неужели я выберусь отсюда?!

Вылетаю из дома прямо в клетчатой теплой пижаме. Да что там, я выбежала в одних носках… Шерстяных, но все же.

А вертолет, кажется, уже собрался взлететь. Бегу к нему и машу руками.

- Подождите!!!

Уже после я поняла, что вела себя глупо.

Понятно, что это был вертолет Щербинских, а не каких-то спецслужб. И не собирался летчик помогать мне и увозить отсюда.

Ну а пока мне наперерез устремляется темная фигура. Хватает и несет под мышкой в дом.

- Отпусти-и-и!

Конечно, Арсений не слушает. Но и сам ничего не говорит. Молча затаскивает меня в гостиную.

Там тепло, камин и… двое.

- Доброе утро! - голос чем-то похожа на голос Арса.

Да и сам парень на него похож. А вот девушка не особо - блондинка с голубыми глазами и не в меру пухлыми губками.

Не отвечаю молодому брюнету. Поворачиваюсь к Арсению.

- Решил устроить вечеринку?

- А ты решила словить воспаление легких? Снимай носки.

Да, они мокрые от снега. Но мне все равно.

- Будешь издеваться надо мной при свидетелях?! Так развлекаются Щербинские?!

Необъятный рот блондинки приоткрывается. Кажется, она удивлена моим тоном.

Арсению плевать.

- Садись на диван.

Не ждет, что послушаюсь. Тут же сам за локоть тащит меня к камину.

- Весело тут у вас… - комментирует его братец. - Меня кстати зовут Алекс.

Кривлюсь в улыбке.

- Прости, но мне похуй.

На лице брюнета улыбка искренняя. Кивает на Арсения.

- А вы чем-то похожи…

Тот уже стянул с меня носки, взял в большие ладони ступни и растирает. Хочу лягнуть его, но не выходит.

- Эй! Отдай мои ноги! - шиплю.

- Тихо, принцесса.

- Вы что-то сделали с моей семьей? - смотрю на вновь прибывшего Щербинского.

- Со Строгим? - тот смотрит скептически.

Потом встречается взглядом с братом и больше ничего не говорит.

А вот блондинка подает голос.

- Я есть хочу…

- Идем, - Алекс встает, - пожарим стейки.

Смотрю в спину парочке. Они оба в спортивном - Алекс бежевом костюме, блондинка в черных лосинах и белой объемной толстовке. Волосы скрутила в большой шишке наверху.

- Зачем они здесь? Какой твой план? - нападаю на Арсения.

- Они здесь случайно. Иди оденься.

Тоже мне командир!

Ухожу к себе и выходить оттуда не собираюсь. По крайней мере, пока они не поедят. Усыплять бдительность Арса и изображать паиньку больше не надо.

Но есть хочется… Выжидаю время, крадусь на кухню. За это время успела сходить в душ и переодеться в свитер с джинсами.

Путь из спальни как всегда по лабиринту коридоров. Возле одной из комнат слышу голоса. Щербинские!

- Вам надо было улететь сразу, - мрачно констатирует Арсений.

- Миленку тошнило! И вообще… Мог бы предупредить.

- Как ты себе это представляешь?

- Да я вообще не представляю. Какого хрена ты в это дело влез?

- Захотел.

- Ну ладно, да… Я в принципе могу понять. Но сам?.. Гере бы дал задание.

- Ага, конечно.

Арсений усмехается. Алекс тоже не сдерживает смешок.

Весело им!

- А мне вы не хотите все объяснить?! - врываюсь к ним.

12

Арс кидает в брата злой взгляд.

Потом просто берет и выходит из комнаты! Алекс криво улыбается мне.

Они все же немного разные. Алекс чуть ниже, хоть тоже крепкий и спортивный. У него не такие тонкие черты лица. А еще больше губы.

Впрочем, он тоже красавчик. И тоже отбитый, походу!

- Там… есть стейки и пирожные, - поднимает густые брови.

- Именно об этом я хотела поговорить, да, - складываю руки на груди.

- Про поговорить тут я пас, - поднимает ладони, - это не мое дело. Но мы побудем здесь, если тебя это успокоит.

- Конечно, - киваю, - ведь я тебе доверяю и знаю всю жизнь. На соседних горшках сидели.

Младший Щербинский скалится.

- Ну вообще не знаю, как ты, а я помню тебя в гимназии. Вас. Вы учились на класс младше с сестрой. Нам ставили вас в пример, как адекватных близнецов.

- То, что вы неадекватные, не новость…

- Идем, поешь. Больше ничем не могу помочь. Реально.

Киваю ему на выход. Пока идем, пробую еще раз закинуть удочку.

- Кто такой Гера? И какое задание мог дать Арс? Отомстить мне за интервью?

Алекс ушел вперед, оборачивается и окидывает меня с головы до ног взглядом. Хмыкает.

- Мстить? Тебе? Ну и фантазии, принцесса.

- Ой, хоть ты давай без этого! Мне отомстить, кому же еще. За интервью.

- За интервью?.. - Алекс качает головой. - Отомстить тебе…

Младший брат в недоумении. А старший уже вернулся за нами.

- Хватит трепать языком, - смотрит на Алекса, - идем есть.

Конец фразы - уже команда мне.

Позвал к столу мимоходом, как ни в чем не бывало! Как будто это обычное утро, а я не в заложниках у него в глуши.

Медленно иду, пытаясь собрать остатки гордости. Зачем он вообще кормит меня? Какой-то цирк с заботой!

Самое главное, зачем он «влез в это дело»? Как сказал его брат…

И почему раньше говорил, что я «его подарок»?

Шагаю на кухню. Воздух здесь плотный от запаха жареного мяса, свежей выпечки и чая.

Уютный беспорядок совершенно не вписывается в мою картину мира сейчас. На столе – гора посуды, какие-то яркие коробки. Рядом с плитой стоит тарелка с еще теплым, ароматным стейком. Видимо, для меня.

Алекс, Арсений и блондинка уже за столом. Милена, как я помню. Она тут же поворачивает голову, и наши взгляды встречаются.

Мм, а судя по выражению лица, она мне не рада.

Еды пожалела или что-то еще? Впрочем, мои глаза тоже бы ее не видели. Как и всех остальных.

- Присаживайся, Агния, - снова командует Арс.

С удовольствием бы не послушалась, но не люблю есть стоя. И потом… может, получится еще что-то узнать? Или уговорить братьев отпустить меня?

Как бы начать этот разговор…

- Кхм…

- Ты не простудилась здесь? - Алекс ставит передо мной тарелку со стейком. - Сейчас налью тебе горячий чай. Прогреешь горло.

Нашелся мне тут врач!

- Смягчить горло ей не помешает, - Арсений отпивает свой чай. - Она пела всю ночь.

Он поднимает на меня взгляд, и в его глазах пляшут искры. Издевается?

- Пела? Как мило! - вставляет Милена, поворачивается к Арсению и хлопает своими длинными ресницами. - Здесь есть караоке? Я так люблю, когда мужчины поют!

Она бросает на меня быстрый, оценивающий взгляд, а затем снова фокусируется на Арсении. Аж вся подается вперед. Ее улыбка становится еще слаще.

- Ну, мужчины тут по ночам не поют, Милена, - равнодушно отвечает Арс, - это больше по части других. Тех, кто любит беспорядки устраивать.

И на меня смотрит. Да надо же!

- Чтобы мужчинам запеть, дорогая Милена, - говорю с долей яда, - надо, чтобы они здесь для начала были.

Принимаюсь энергично резать стейк. Представляю на его месте… можно понять, кого.

- Надеюсь, - подает голос Алекс, - ты имеешь в виду, что мы с братом просто молодые еще.

- Угу, именно это, - киваю с набитым ртом.

Но мой тон все равно пропитан сарказмом.

- Арсений давно не пацан… - тянет Милена. - Я не ошиблась. И внешне, и по статусу он… мужчина.

Говорит, как будто смущаясь. Но почему мне кажется, стеснения там ни капли нет? Нашла повод польстить Щербинскому.

Мысленно закатываю глаза. Эта девица не видит ничего, кроме его мускулов и денег. А то, что он похититель, ее мало волнует.

- Да ладно, Милен, - Алекс толкает брата в бок. - Не льсти ему так откровенно. У него и так норм с самолюбием. Лучше расскажи, Арс, как тебе вчерашний концерт? Голос у нашей… гостьи, по-моему, очень даже ничего.

Алекса не задело, что Милена сделала комплимент только Арсу. С самооценкой и у него нормально.

В моих глазах он тоже вырос, когда сказал про лесть.

Только тему для разговора выбрал дурацкую! Арс вдруг решил ее подхватить.

Но для начала он поворачивается ко мне, и наши взгляды цепляются друг за друга.

- Концерт был… незабываемым. Особенно учитывая репертуар. Хотя сначала было так себе, громко и немного фальшиво. Я посочувствовал бедным животным из леса. Но вот вторая часть… Почти оргазм.

Я чувствую, как мои щеки краснеют. Он намекает на наш поцелуй?!

Вернее - на его поцелуй!

- Здесь поблизости есть звери?! - таращит голубые глаза Милена.

- К дому они не выходят, - успокаивает Алекс.

Вот это интересно.

- Арсений говорил другое! Что здесь небезопасно, поэтому он крепко закрывает все двери.

- Да не-е-е, - Алекс отправляет в рот кусочек шоколадного пирожного.

Арс хмыкает.

- Ну какой-то же медведь наступил вчера на ухо Агнии.

Фыркаю.

- Не волнуйся, Милена. Это случилось еще в детстве.

Но блондинка меня не слушает. Она заливисто смеется над "шуткой" Арсения.

Интересно, девушка ведь явно с ним флиртует. Алексу тем временем все равно. Или они не пара?

Боже, да какое мне дело…

- Куда ты поступил после гимназии, Алекс? - решаю навести контакт.

- В пед на иняз, - лыбится.

Мое лицо вытягивается, а парень явно наслаждается эффектом. Я жевать перестаю.

13

- Еще в педе столько девушек, Агния… - Алекс поигрывает бровями.

Смотрю на Милену - ноль эмоций. Странная они пара.

Но тем не менее, они допивают чай, и Алекс сообщает:

- Мы в мою спальню - поваляемся. Рубит спать, если честно. Рано встали.

- Спокойной ночи, - хмыкает Арсений.

- Спасибо! - Милена отвечает с улыбочкой.

Бросает недопитую чашку и убегает вперед. Алекс под тяжелым взглядом брата убирает и за ней, и за собой.

- Послушайте… - мы остаемся втроем, и я снова поднимаю тему. - Расскажите мне, что происходит?!

- Так послушать или рассказать? - Арс уточняет с иронией. - Где логика, госпожа журналист?

Выдыхаю.

- Знаете что, менеджер и учитель! Вас бы держали взаперти, посмотрела бы я на вашу логику!

Арсений не комментирует. Алекс ополаскивает чашки.

- Ну ты-то… - обращаюсь к нему. - Ты выглядишь не таким отбитым, как он! Скажи, что ты знаешь…

- Принцесса… - Алекс поворачивается от мойки и косится на брата. - Агния, я знаю только одно - в твоих интересах расслабиться и просто пережить эти дни.

- Расслабиться?! - распахиваю глаза. - Вы что тут задумали?

Он, девушка, которая строит глазки его брату. Как это мы тут все должны расслабиться?..

- В твоих интересах просто вести себя спокойно. Дожидаться нового года.

- Почему это в моих интересах?

- Потому что нервные клетки не восстанавливаются. Только и всего. Хот-я-я ход твоих мыслей мне понравился. Если есть такое желание…

- Иди уже спи.

Нет, это не я его оборвала, а брат. Алекс вытирает руки. Пожимает плечами.

- До скорого!

Лишнего не сказал.

- Ты с ним согласен?

- Насчет групповушки? - вскидывает бровь. - Нет, я предпочитаю секс один на один. Максимум, если две девушки. Но к тебе я бы никого не добавлял из соображений безопасности. Зачем подвергать человека риску.

- Ой, господи! - у меня слов нет. - Да ты бы вообще был один на один с собой, если бы не внешность и деньги!

- Тебя они, я смотрю, не волнуют.

- Естественно!

- А моя внешность?

У меня аж рот открывается. Да что он о себе возомнил?!

Он красавец, это только слепая не заметит. А еще высокий, спортивный, крепкий. Сильный и, судя по поцелую, привык доминировать.

У меня нет опыта в сексе, и я не считаю это каким-то прям недостатком в двадцать лет. Но все же для первого раза хотела бы… Хотела бы вот такого парня. Который заведет меня, разбудит чувственность. И сделает все уверенно.

Черт!

- Представляешь, какой я в постели?

Щурюсь.

- Да что там представлять? Наверняка такой же нарцисс, как и в жизни. Самолюбия вам, Щербинским, правда не занимать. Как вообще в голову пришло, чтобы я… о таком думала.

- Секс - это не стыдно, принцесса.

- Секс с тобой - полная бредятина! И мы вроде договорились, что я Агния.

- Не помню такого договора.

Хмурюсь.

- К слову о договорах… Ты точно отпустишь меня после нового года?

- Не отпущу, - качает головой.

- Что?.. - мои глаза расширяются.

- А верну на то же самое место. Или ты по лесу собралась бежать одна? Логика.

- Ой, отстань! И помни - ты обещал!

С чего я вообще взяла, что он исполняет свои обещания?.. Может, он хозяин своего слова - захотел дал, захотел забрал.

А то, что мне там подсказывает интуиция… Да я вполне возможно просто схожу с ума!

У Арсения звонит телефон. Надо бы кстати спросить у него свой, проверить сообщения.

Мои близкие привыкли, что если я куда-то уезжаю, то мало нахожусь в сети. Отдыхаю на природе. Но все-таки.

- Я уберу на кухне, - намекаю парню, чтобы шел и разговаривал.

А я хочу занять руки и остаться одна.

- Ладно, я принесу дрова для камина.

Мог бы не отчитываться!

- Давай. Потом приду проверю, - хмыкаю.

Щербинский ничего не отвечает, только качает головой. Уходит наконец.

Я прибираюсь на кухне. Мысли в голове не радостные, конечно же…

Идет второй день, как я здесь. А кажется, прошли уже пара недель. Настолько насыщенным выглядит каждый час.

Меня похитили… Привезли в глушь не то чтобы против воли, а вообще без всякой воли. Я ничего не чувствовала.

В остальном меня особо не трогают. Тщательно кормят.

Ну и поцеловали так, как никто и никогда…

Хм… Если отбросить последнее, то пока все более-менее спокойно. Может, мне правда затаиться и ждать? Но черт, больше недели здесь, со Щербинским!

Заканчиваю уборку, иду в гостиную. Можно было бы запереться в спальне, но почему-то не хочу там сидеть.

По пути слышу голос Арсения. Разговаривает в своей комнате с открытой дверью. Похоже, закрываться у Щербинских не в моде.

Наверно, друг от друга у них секретов нет. А слуги ходят по дому, как призраки.

- Я еще раз говорю, выдай людям деньги, а потом ищи, кто их украл. Конечно, не те, которые украли. Другие. Как ты, блять, выдашь деньги, которые у тебя кто-то увел? А я вот тоже не знаю, какого хуя ты их не убрал в сейф. И на что ты будешь делать закупку, я тоже не знаю. Ну, пожалуйся отцу.

Посмеивается. Трубка в ответ недовольно басит.

- Ну конечно, перед новым годом оставить народ без премий - охуенный выход! Как-нибудь так, ребят, да?..

Арсений вдруг разворачивается и видит меня в коридоре. Щурится.

Я задираю подбородок и складываю руки на груди.

- Сказал бы тебе, да меня тут одна принцесса слушает. Давай, не грузи мне мозг.

- Извини, оставили мелкого рулить на лыжной базе со всеми вытекающими. Близнеца Алекса.

Даже интересно, как его зовут, думаю. А вслух говорю:

- Ты не только маты знаешь, но и слово "извини".

Усмехается.

- А как насчет тебя? Нехорошо подслушивать.

- Мне тут больше нечем заняться, - жму плечами.

- Когда-нибудь разжигала камин?

- Да миллион раз!

- Тогда используй сухие дрова из поленницы. А я наколю и принесу новых.

14

Правда, камины я люблю. Чистить, разжигать. Потом сидеть и любоваться на языки пламени. Думать или просто что-то читать.

Иду в большую гостиную. Как здесь все-таки просторно…

Высокие потолки, окна с видом на заснеженный лес. В центре – серый кирпичный камин. Выложен добротно и качественно.

Красивый, но мрачный. Прямо как хозяин, который привез меня сюда. Его холодная глубина так и ждет огня.

Подхожу к очагу. Рядом уже сложены поленья, щепки. Арсений, конечно, продумал всё до мелочей. Он же не просто похититель, он - организованный похититель.

Вздыхаю, но руки уже сами тянутся к дереву. Камины - это прям моё. Я люблю этот ритуал: шорох бумаги, хруст щепок, запах сухой древесины. Ничто так не согревает и не успокаивает, как настоящий живой огонь.

Подкладываю тонкие щепки, сминаю газету. Кладу сверху несколько небольших поленьев, выстраивая аккуратную "пирамиду".

Чиркаю спичкой - оранжевый язычок моментально лижет бумагу, та вспыхивает. Следом огонь обхватывает сухую щепку. Дымком пахнет так уютно.

Спустя мгновение уже слышится легкое потрескивание, огонь оживает, ползет выше, обнимая дерево. Становится теплее.

Я отстраняюсь, любуясь танцем пламени. Вот чего мне не хватало. В этом огромном доме есть сердце, и я его зажгла.

Оглядываюсь - еще целая поленница сбоку. У стены, за металлической решеткой.

И тут мне в голову приходит мысль… Улыбаюсь сама себе, непроизвольно. Беру несколько поленьев поменьше, ищу плоские обрубки. Закругленные щепки.

На полу, прямо перед камином, начинаю выкладывать буквы. Стараюсь, чтобы было ровно, читабельно. Первая буква, вторая... Полено к полену, обрубок к обрубку.

"А... р... с..."

Потом пауза. Что бы такое добавить в рифму?

Камин потрескивает. Отбрасывает оранжевые блики на мои руки.

Понимаю, что хотела написать что-то едкое, а в итоге на ум пришло совсем другое. «Барс», - всплывает в голове рифма. Или скорее ассоциация.

Снежный барс. Дикий, сильный, живущий в горах. Почему-то именно эта ассоциация крепко засела.

Мне кажется, что она удивительно точно подходит к этому… похитителю. В его глазах есть что-то хищное, а в движениях – первобытная грация. Он такой же непредсказуемый и внезапный.

- Что это у нас? – раздается спокойный голос за спиной.

Я вздрагиваю и резко оборачиваюсь. Арсений стоит в паре шагов, руки в карманах штанов. В глазах пляшут озорные искорки, отражая свет камина.

Черт, почему я все время их вижу? Это просто особенность его темных глаз?

- И с кем же я у тебя ассоциируюсь, принцесса?

Я быстро убираю руки от кучи щепок. Стараюсь выглядеть максимально равнодушной.

- Ты? Да ни с кем! Мне просто нечего делать. Думала, как убить это бесцельное время… Вот и сложила первое, что пришло на ум. Просто набор букв, Арсений.

Он делает шаг ближе, и я чувствую запах дерева и чего-то хвойного.

- Набор букв, значит. А имя мое зачем выкладывать? Это тайный код ускорения времени? Или намек на то, что я дикий и опасный… Снежный барс, я угадал?

Я фыркаю, стараясь скрыть, что он попал в точку.

- Опасный? Да ты больше похож на заблудившегося парнокопытного! И никакого барса тут нет, это просто... Кривая щепка, которая напоминает букву «С». Не более того.

Он поднимает бровь, и на губах играет кривая усмешка.

- Парнокопытный? То есть даже не конь, а козел или баран?

- Ну может быть, олень, - фыркаю, - в плохом смысле этого слова. Вернее, олененок! Несмышленый.

- Олененок, говоришь? А принцессу кто тогда похитил? Что-то я не припомню на Алтае дерзких оленят, которые способны на такие подвиги.

Я скрещиваю руки на груди. Чувствую, как внутри кипит возмущение.

- Ты просто украл меня от скуки, потому что тебе самому нечего делать. Потому ничего не рассказываешь. Сидел, ковырял в носу и думал: «А не похитить ли мне кого-нибудь, чтобы было веселее?»

Арсений запрокидывает голову и тихо смеется.

Это негромкий, но очень искренний смех. Он каким-то образом меня успокаивает. Хоть и немного. Потому что этот "барс-олень" снова начинает говорить.

- Может быть, я просто захотел вывезти тебя из зоны комфорта? Между прочим, успешно. Принцесса уже греется у камина, который так умело разожгла. Признайся - хоть немного, но влюбилась в эту гостиную и дом?

- Влюбилась? - возмущенно выдыхаю. - Я бы предпочла влюбиться в сугроб! И вообще, давай поговорим о тебе… Почему я у тебя ассоциируюсь с принцессой? Я что, похожа на ту, которую надо спасать?

Он снова ухмыляется. Его взгляд скользит по мне, задерживаясь на моих волосах. Они наверняка сейчас растрепаны после хлопот с камином.

- Почему с принцессой? - Арс делает вид, что глубоко задумался, прикладывая палец к подбородку. - Ну, во-первых, ты всем недовольна. Как истинная принцесса, которой подали не то блюдо, не того коня, а уж тем более не тот замок. Во-вторых, требуешь особого отношения и уважения. И в-третьих… - он делает паузу, и его глаза сверкают. - Ты просто излучаешь ауру, вокруг которой все должно крутиться. Даже камин никогда не разгорался так быстро.

Я закатываю глаза, пытаясь сдержать улыбку, которая так и норовит вылезти.

- Ты просто не умеешь топить камин, вот и вся «аура»! А недовольство – это здравый смысл! Меня похитили! Разве это нормально? Принцессы живут во дворцах, Арсений, а не в лесных домиках, куда даже курьер не доедет!

15

Он медленно кивает.

- Учту… Но разве принцессы не могут захотеть сменить обстановку? Сбежать от дворцовой суеты и надоедливых принцев-женихов. Может, я твой спаситель от рутины, а ты просто не осознаешь масштаба моего благородного поступка?

- Спаситель? - я чуть не задыхаюсь. - Ты больше похож на дикаря, который затащил принцессу в свою пещеру, чтобы… чтобы… она ему камин растапливала! И никаких принцев-женихов у меня не было!

- То есть, у тебя никого не было? Это я тоже учту.

Мои щеки предательски вспыхивают.

Честное слово, я никогда не стеснялась своей невинности! А перед этим… диким барсом смущаюсь до предела!

Зачем я вообще с ним говорю?!

Хотя сейчас я молчу и тяжело дышу. А вот он продолжает.

- Раз я не принц то, я… ну, пусть будет рыцарь. Только немного нестандартный. А принцессы, они ведь тоже разные бывают… И знаешь, что? Камин ты растопила отменно, так что на роль хранительницы очага подходишь. Очень практичная принцесса!

Я хмурюсь.

- Практичная? Мне эта «практичность» сейчас боком выходит. Ты еще скажи, что я идеальная принцесса для твоего дикого быта! Давай я тебя назову рыцарем без коня и без мозгов, тогда!

Он снова смеется, и в этот раз я признаю, что его смех заразителен. Но я не поддамся!

- Все равно не понимаю, почему ты так сопротивляешься своему… ну, назовем это - отпуску. Не каждый день выпадает шанс пожить в такой живописной глуши, да еще с такой… интересной компанией. Сама говорила, все девчонки об этом мечтают.

Прищуриваюсь, глядя на него.

- О тебе что ли? Они просто не знают твоего олене-рыцарского нутра!

- Ты все-таки не зря пошла в журналисты. Умеешь складно сочинять.

- Это чистая правда!

Парень качает головой.

- Согрелась? - он кивает на камин. - Может, есть желание погулять?

Я ехидно улыбаюсь.

- Разве что прокатиться на олене…

- Ну, если увидишь там какого-то.

Громко и "разочарованно" вздыхаю.

- Ну вот… Раньше рыцари прыгали в клетку ко льву за перчаткой принцессы. А сейчас даже не хребте прокатить не могут.

Он смотрит на меня, и в его глазах вспыхивает азарт.

- А ты бы прокатилась? - бросает вызов. - Удержишься?

- Да легко! На тренажере родео мне нет равных! Среди меня и моей сестры… - скрываю смешок. - В общем, я умею объезжать бешеных парнокопытных.

- Хорошая наездница, значит. Посмотрим.

Черт, почему мне в голову приходит что-то пошлое?..

Расходимся по комнатам одеваться. Я натягиваю на себя свитер, колготки и тот же стеганый комбез на синтепоне. Шапку с помпоном, которая мне велика и сползает на глаза. Подгибаю ее еще на раз.

Варежки даже не обсуждаются - не факт, что этот олень меня не сбросит. А простывать здесь в мои планы не входит. Ну никак.

Хм, Щербинский как обычно налегке. В этот раз даже без куртки, только в толстом свитере.

В штанах, разумеется. И в массивных ботинках.

- Ну что, принцесса-капуста, готова? – усмехается он, оглядывая меня взглядом с ног до головы.

Задерживается на шапке - она снова сбилась, пока я обувалась. Машинально, как мне кажется, поправляет ее.

Его пальцы ненадолго касаются моей кожи на виске, и по ней пробегает легкая дрожь. Черт… Это просто рефлексы.

- Готова к встрече с диким оленем, – отвечаю я, пытаясь придать голосу уверенности. Но внутри уже представляю эту странную прогулку.

Хотя выйти из дома на самом деле хочется.

И мы выходим. Свежий, морозный воздух резко обжигает.

- А ты в курсе, - оборачиваюсь на Арсения, - что находишься не среди европейской зимы, а в Сибири? Не околеешь, мой верный олень?

- Не зарывайся, принцесса, - он угрожает, но не может скрыть смеха, - и не волнуйся так уж за меня. Хоть и приятно.

- Ой, бл!

Этот парень провоцирует мой язык не только на литературные фразы.

Мороз все же не такой колючий, как показалось сразу.

Свежий снег вокруг домика лежит толстым, нетронутым одеялом. Искрится миллионами крошечных бриллиантов под тусклым зимним солнцем.

В чем-то этот наглый барс прав - такого в городе не увидишь.

Деревья стоят, укутанные в белоснежные шубы. Тишина такая, что звенит в ушах. Только мы двое и этот бесконечный, ослепительный простор.

Я делаю глубокий вдох. Наслаждаюсь запахом хвои и свежести.

Так, надо прийти в себя!

- Ну что, олень, где мой транспорт? – спрашиваю я, делая руки в боки.

Арсений приседает, поворачиваясь ко мне спиной. Его плечи кажутся такими широкими и надежными.

- Принцесса, милости прошу на ваш королевский кортеж. Только предупреждаю: дорога может быть ухабистой.

Я немного колеблюсь, чувствуя, как снова теплеют щеки. На этот раз он хотя бы не видит!

Это так глупо, ведь я сама бросила ему вызов. И в то же время… так волнующе. Бред!

Я делаю шаг, обхватываю его шею руками. Арсений легко подхватывает меня под колени. Я чувствую тепло его тела даже сквозь слои одежды.

Из чего сделан этот горячий оле… ну ладно, парень?

Ощущаю напряжение его мышц, когда он выпрямляется. Мое лицо оказывается совсем близко к его затылку с черными, как смола, волосами. Вдыхаю его запах – тоже как будто смоляной. Немного дыма камина и что-то… очень "арсениевское".

- Держись крепче, принцесса, - он негромко смеется, и его голос вибрирует у меня под щекой. - Пристегнись.

Он делает первый шаг. Я слышу, как снег мягко хрустит под его ботинками.

Потом еще шаг, и еще, и вот он уже бежит по кругу вдоль дома.

Чем я думала, когда пошла на это? Хотя… сейчас мне это надо. Оторваться и морально, и физически. Выплеснуть эмоции. Посмеяться, пусть и глупо.

Ведь уже в конце этой прогулки мне станет не до смеха…

16

Удивительное ощущение – парить над сугробами. Обнимать большого, сильного мужчину, который несет меня, как пушинку.

Я прижимаюсь к нему теснее, и это движение кажется таким естественным.

Мне нужно проморгаться, чтобы сбросить наваждение.

А для порядка, надо бы его подоставать.

- Ты точно олень, а не горный козел? – смеюсь я, – Бежишь по сугробам, как будто это ровный асфальт!

- Я снежный барс, признайся в этом. А то столько обидных слов мне за всю жизнь не говорили, – «жалуется».

Его спина слегка напрягается, когда он ускоряет шаг.

- Ути-пути! - фыркаю. - Ты просто не сталкивался с принцессами!

- Им типа и это можно?

- Как ты догадался?

Мы оббегаем дом один раз, потом пересекаем вертолетную площадку.

Я чувствую, как ветер обдувает мое лицо, но мне тепло и уютно на его спине. Это так… безмятежно.

Я начинаю забывать, кто я, и кто он, и почему мы здесь. Есть только этот момент, его сильные руки, его тепло, и бесконечная белизна вокруг.

Но вдруг Арсений резко меняет направление.

- А теперь, принцесса, я покажу тебе любимое место снежного барса! – он переходит на быстрый бег, и я вскрикиваю от неожиданности и восторга.

И от страха тоже, потому что парень направляется в лес!

- Ты уверен? - пищу. - Мы там никого… не встретим?

- Ну заведи погромче какую-то занудную речь. Ни один зверь в здравом уме к тебе не сунется.

- Ну ты же сунулся… - ворчу.

Его смех, такой свободный и заразительный, эхом разносится по лесу.

Я цепляюсь за Арса, чувствуя себя легкой, почти невесомой на его широкой спине.

Холодный воздух щиплет щеки, но внутри меня разливается странное для этого момента тепло.

Мы бежим куда-то вглубь леса. Не слишком далеко от домика, но достаточно, чтобы деревья стали гуще, а звуки мира остались позади.

Я смеюсь, закрыв глаза. Позволяю ветру трепать мои волосы.

Есть только этот бег, его сильные руки и чистое, незамутненное веселье.

Внезапно Арсений замирает. Резко, без предупреждения.

Я открываю глаза, и смех застревает в горле. Его тело напряжено, как натянутая струна. Я тоже слышу это.

Тонкий, шуршащий звук, похожий на шепот ветра. Но гораздо более тяжелый. Ветки ломаются где-то совсем рядом.

Мое сердце начинает колотиться, заглушая все остальные звуки. Я чувствую, как паника ледяной рукой хватает меня за горло. Судорожно вскрикиваю.

- Шшш, - почти неслышно выдыхает Арсений.

Он разворачивается, закрывая меня своим телом. Без лишних звуков опускает на ноги. Но я так и остаюсь прижатой к его спине.

Его тепло становится моим единственным очагом в этом внезапно застывшем мире.

Арс - еще молодой парень. Но его мощная мужская энергетика, словно кокон, окутывает меня. Становится спокойнее.

- Это... звери? - шепчу, не узнавая собственный голос.

Слова вырываются глухим стоном. А в голове мелькают картинки - там рысь, тигр или не вовремя вставший мишка?..

Арсений не отвечает. Просто медленно, осторожно начинает двигаться.

Шаг за шагом. Спиной вперед, уводя нас от источника звука. От опасности.

Мои ноги не слушаются. Но я заставляю себя идти, спотыкаясь на каждом шагу.

Арс то и дело оборачивается на меня. И все так же оставляет за собой.

Его тело как щит. Я чувствую себя неожиданно... защищенной.

Защищенной тем человеком, которого ненавижу? Тем, кто лишил меня свободы. Но сейчас он спасает меня от чего-то еще более ужасного. Чего-то неизведанного.

И нутром чувствую, что могу довериться ему. Знаю, он не убежит без меня. Не бросит.

Его широкие плечи закрывают мне обзор. Да я боюсь смотреть в лес, если честно.

Смотрю только на домик, он все ближе и ближе.

В какой-то момент Арсений подхватывает меня на руки. Последнее расстояние он преодолевает в несколько рывков. Я лишь крепко держусь за его шею.

Наконец мы у цели. Арс приваливается спиной к деревянному срубу дома. С шумом выдыхает. Я все еще у него на руках.

- Это был зверь? - шепчу. - Идем внутрь!

- Звери сюда не подходят, принцесса.

Фраза как будто вырывается у него. Он тут же хмурится, пожалев.

Я таращусь.

- А кто это был?! Почему ты закрыл меня? Это был человек? Может быть, просто турист…

- В этой глуши туристы не гуляют. Чтобы добраться сюда нужны хорошие возможности. Вертолет или специальная машина. Идем в дом.

- Нет, постой!!!

Повышаю голос. Кажется, я на грани истерики. Арс понимает и для начала ставит меня.

Опасается наверно, как бы я не зарядила ему рукой или ногой.

- Что?

- Кто это был и почему ты закрыл меня собой? Что, черт возьми происходит?! Мы тут не просто так? Не по твоей прихоти?

Парень на секунду прикрывает веки.

- Нет, не просто так. Тот, кто там был, пришел не за пейзажами. И не за мной.

Слова звучат очень серьезно. Правдиво. Не так, как еще недавно, когда он рассуждал насчет принцесс.

В голову приходит тревожная догадка.

- Мне… угрожает опасность? - сглатываю. - Ты не просто меня украл? Ты меня спрятал?

- Эй, нет причин дрожать от страха, - он поднимает руку к моей щеке.

Я резко отстраняюсь.

- Арсений!

- Безопаснее для тебя побыть здесь.

- Расскажи мне всё!

- Безопаснее для тебя - не знать.

Теперь я хватаю ртом воздух.

- Но как? Почему?! Почему ты?! Здесь, вдали от всех! От полиции! Почему ты распоряжаешься моей жизнью?

- Потому что я так захотел. И потому что именно я могу.

17

Боже мой… В глубине души я верю ему. Почему-то.

Хотя что я вообще знаю о Щербинском? Почти ничего. Мажор, любимец студенток. Красавчик с большим членом… Черт, эта информация всплывает в памяти совсем некстати.

Но правда, было дело, что подружки об этом сплетничали.

К моему делу это никак не относится!

Относится лишь то, что он реально закрывал меня собой.

Домик встречает теплом. Запахом горящих дров и чего-то шоколадного. Проснулись Алекс и Милена.

- О, вы вовремя! - младший Щербинский выходит нас встречать. - Миленка сварила какао. Нюш, тебе помочь выбраться из этого скафандра?

Он имеет в виду комбинезон. А назвал меня детской формой имени. Неудивительно, раз помнит меня со школы.

- Я с-сама.

Арсений ловит мой взгляд.

- Переоденься в сухое. И выходи к камину, выпить горячего не помешает.

Снова командует… Но мне сейчас не до вредности. В голове столько всего!

У моего папы честный бизнес. Даже очень честный. Но не маленький.

Могут за мной охотиться из-за него? И могу я все же верить Арсению?!

С братом они обсуждали, что он «влез в это дело». Посмеивались.

Значит, не все так страшно, или это просто манера общения парней? Может, еще раз попробовать разговорить Алекса?

Арс прав, мне нужно согреться. И так голова кругом, не хватало заболеть.

Я ухожу в свою комнату.

Руки дрожат, пока расстегиваю молнию на комбинезоне. Тело отказывается слушаться.

Словно под гипнозом достаю из шкафа что-то теплое - огромный серый свитер, который купил Арсений, и мягкие черные лосины. Натягиваю их.

Ткань ласково обволакивает кожу, но холод внутри меня не унимается. В голове все еще звенит хруст веток под чьими-то тяжелыми шагами, и слова Арсения: «Это был не зверь».

Глубоко вздыхаю и выхожу в коридор. Запах хвои и догорающих дров усиливается, маня в тепло. Я захожу в гостиную и замираю.

У камина, где весело потрескивают поленья, Алекс и Милена уже накрыли маленький столик. Горячий, ароматный какао дымится в чашках. Рядом вазочка с круглым мелким печеньем.

Ребята создали уют, который кажется таким странным на фоне недавнего ужаса.

- Мм… Вот и я, - обозначаю свое присутствие.

Арсения нет. Милена даже не поворачивает голову. Она суетится, поправляет подушку на кресле, которое Арс, очевидно, должен занять. Ее движения плавные, а сама почти мурлыкает.

Блондинка явно наслаждается обстановкой и своим положением хозяйки. Мне бросаются в глаза ее тонкие пальцы, касающиеся пледа с какой-то излишней нежностью.

Алекс замечает меня и тут же подхватывается. Он улыбается мне тепло. Это немного успокаивает.

- Агния, идем, садись! Тебе нужно согреться, - он тут же подтаскивает маленький пуфик к столику, напротив того самого кресла Арсения. - Вот, держи, тебе будет удобно. Какао уже готово.

Я киваю, благодарно опускаюсь на пуфик. Алекс тут же подает мне напиток в рыжей керамической кружке.

Милена бросает на меня быстрый, оценивающий взгляд. Ее губы едва заметно сжимаются. Она не говорит ни слова, ее внимание полностью поглощено пустой зоной рядом с камином.

Арсения так и нет.

- Он отошел поговорить по телефону, - произносит Алекс, словно прочитав мой немой вопрос. - Сейчас вернется.

Телефон... Разговор, скорее всего, касается того, что произошло. Моего похищения и этой непонятной опасности. Сердце начинает колотиться сильнее.

Как я хочу слышать эту беседу!

Делаю глоток горячего какао. Обжигаюсь, но почти не замечаю. Нужно найти предлог. Отойти незаметно, без лишних вопросов.

- Мне... мне нужно в санузел, - бормочу я, отставляя чашку. - Я сейчас.

Алекс кивает, не вдаваясь в подробности. Милена даже не поворачивается. Она все еще занята «подготовкой» к приходу Арсения.

Я скольжу из гостиной в коридор. Шаги почти бесшумны.

Поворачиваю направо. Туда, где находится комната Арсения. Голос слышен уже отчетливее - низкий, напряженный.

Замедляю шаг, подхожу к чуть приоткрытой двери. Сердце в груди отбивает бешеный ритм. Его голос звучит жестко, отрывисто.

- Повторяю, я не видел, кто это конкретно. На нем был зимний камуфляж, - Арс делает паузу и слушает, - да, я понимаю. Андрюх, блять, я всё это понимаю! - снова пауза. - Нет, в город я ее не привезу. Ты представляешь, что будет?

Он умолкает, снова слушает собеседника.

Я замираю, вжавшись в дверной косяк. Пытаюсь уловить хоть слово из энергичной речи в трубке.

В крови бурлит жгучее желание узнать всё.

И тут, прямо за спиной, раздается холодный, надменный голос Милены:

- По-моему, в чужом доме неприлично подслушивать!

Резко оборачиваюсь. Блондинка стоит в паре шагов от меня, сложив руки на груди. В ее глазах не просто порицание, а торжествующая злоба. Она явно наслаждается моментом.

- Арсений! - ее голос становится громче. - Твоя... гостья... хотела тебе что-то сказать. Она тебя искала. Или просто слушала твой разговор.

Секунда, и Арсений стоит на пороге. Телефон все еще прижимает к уху.

Его взгляд, полный раздражения, обжигает меня. Я понимаю, что он зол. Ведь он считает, что мне лучше ничего не знать.

Я поймана на месте преступления… Чувствую, как земля уходит из-под ног.

Еще недавно я злилась на него. Сейчас как будто боюсь разочаровать. Наверно, потому что завишу от него целиком и полностью. Или это просто нервы.

- Поговорим позже, - сообщает Арс в трубку.

Он опускает телефон и молча смотрит на меня. То ли не знает, что сказать. То ли считает, что комментарии излишни.

Милена стоит рядом, как вкопанная. Ждет благодарности? Или когда Арсений начнет меня распекать?

Но тот лишь командует.

- Идем в гостиную.

18

Мое состояние и раньше было не очень, после нашей страшной прогулки.

А теперь вообще. Ноги ватные, воздуха не хватает. Да еще Арс пропустил нас вперед и дышит в спину.

Зато у Милены все чудесно. Вышагивает, как модель.

- Девчонки, вы куда пропали? - говорит Алекс при виде нас. - Нюш, я подлил тебе горячего.

- С-спасибо, - язык не слушается.

Что делать, плюхаюсь на пуфик. Поглядываю на Арсения.

Но он пока забыл про меня. Теперь с раздражением смотрит на брата. Алекс чем ему не угодил? Не присматривал за мной?

Мне бы начать его расспрашивать. Но почему-то думаю, что бесполезно. Да и озноб напал, зубы чуть не стучат.

- Агния, пей. Тебе нужно согреться.

Наконец, Арс что-то сказал в мою сторону. Хотя я и сама понимаю, что еще немного горячего сейчас в самый раз.

Вот только когда беру чашку, руки не слушаются. Сжимаю ручку так сильно, что костяшки пальцев побелели.

Взгляд Арсения тяжелый и нечитаемый. Он все еще давит на меня. Милена победоносно притихла, а Алекс смотрит то на одного из компании, то на другого.

Мои ладони мелко дрожат, и в какой-то момент я просто теряю контроль. Чашка дергается в руках.

- Ай!

Проливаю какао прямо себе на пальцы. Закусываю губу. Чувствую, как кожа на правой руке мгновенно начинает гореть.

Милена фыркает. Алекс подается ко мне. Но быстрее всех рядом оказывается Арсений.

Он словно телепортируется из своего угла.

Его большие ладони перехватывают чашку. Осторожно, но властно забирает ее у меня.

Ставит на стол, даже не глядя на нее, и тут же берет мою руку в свою. Его пальцы на контрасте с моей обожженной кожей кажутся прохладными.

Я замираю, боясь поднять глаза.

На заднем плане сознания еще думаю - сердится ли он из-за того, что я подслушала?

А теперь злится, что я такая неловкая?

Его лицо близко, я могу почувствовать его запах. Что-то горькое, лесное. Уже знакомое.

Арс внимательно изучает мои покрасневшие пальцы. Его брови чуть сдвинуты к переносице.

- Больно? - коротко спрашивает он.

Голос звучит низко. Но без тени раздражения, которое я видела еще недавно.

- Немного... всё нормально, само пройдет, - шепчу я, пытаясь высвободить руку.

Мне неловко от такого внимания. Особенно под колючим взглядом Милены.

Арсений не отвечает. Он просто молча встает, уходит вглубь коридора и возвращается через полминуты с белой аптечкой. Опускается на корточки прямо передо мной. Это положение делает его менее угрожающим.

Он достает баллончик со специальной пенкой.

- Арсений, правда, не стоит, это же просто какао... - снова пытаюсь я запротестовать.

Он поднимает на меня взгляд. Темные глаза на миг вспыхивают странным светом - не то беспокойством, не то чем-то еще.

Арс игнорирует мои слова. Мягко надавливает на распылитель, и белое облако прохладной пены накрывает мою кожу.

- Сиди смирно, Агния, - произносит он почти ласково, но в этом «почти» скрыта сталь.

Пенка приятно холодит, забирает жар. Арсений не уходит. Он продолжает держать мою руку за запястье, пока лекарство впитывается.

Его большой палец медленно, почти неосознанно, поглаживает внутреннюю сторону моей ладони. Там, где кожа самая нежная. От этого прикосновения по спине пробегает стайка мурашек.

В гостиной становится очень тихо. Слышно только, как трещит полено в камине.

Весь мир сужается до этой точки - его пальцев на моем запястье и белой пены на моей коже.

Черт знает, что…

Наконец, Арсений удовлетворенно хмыкает, убирает аптечку.

И к моему удивлению, сам приносит из кухни металлический ковш. Он наливает мне новую порцию какао - на этот раз не до краев, чтобы я снова не облилась.

- Пей. Оно уже не такое горячее, - парень протягивает мне чашку.

Я принимаю её здоровой рукой.

- Спасибо…

Арсений не возвращается в свое кресло. Он садится на пол у низкого столика. Совсем рядом со мной.

Как будто хочет, если что, подстраховать.

- Арс, да тебе нужно было стать врачом, - усмехается Алекс.

Он все это время молча следил за братом, потягивая напиток.

- С его пальцами он мог бы стать хирургом! - вклинивается Милена.

Я бы закатила глаза, да боюсь что-то снова разлить или вообще свалиться. Пусть голова встанет на место. Если это возможно в моей ситуации.

- А делами вы что ли будете заниматься? - хмыкает Арсений, намекая на Алекса и его брата близнеца, видимо.

- Есть Андрюша.

- Он, чувствую, пошлет нас скоро далеко и надолго.

Арсений вздыхает. Понимаю, что это из-за недавнего разговора. Он с этим Андреем и говорил? Кажется, это его брат. Не самый старший, но старше самого Арса.

Боже, как мать в них не путается?..

- Вы, значит, в лесу резвились? - Алекс поднимает бровь. - Как там? Не сходить ли нам с Миленкой.

- Для вас с Миленой нормально, - братья пару секунд смотрят друг другу в глаза. - Идите, развейтесь. Обновите лыжню.

- Я только с гор кататься люблю! - морщит носик Милена. - Просто так скучно.

Я вдруг ловлю взгляд Алекса на себе.

- А тебе не скучно тут, Агния? Чем любишь заниматься в свободное время?

Спрашивает с искренним интересом. Я даже немного выдыхаю от его дружеского тона. Иллюзия, что мы просто болтаем…

19

- Если… - горько усмехаюсь. - Если абстрагироваться, то мне нравится это место. С удовольствием бы прошлась на лыжах. Особенно с аудиокнигой в наушниках. Когда есть время, я люблю читать. Или слушаю книги по дороге.

Вот теперь Милена закатывает глаза. Думает, наверно, что я умничаю.

Но я не вру! Когда папа нанял нам Ладу в качестве репетитора по литературе, я посмотрела на книги с другой стороны. Что это не скука и не обязанность. Это сотни новых миров! Жизней, которые ты можешь пережить в параллель своей!

- Арсений тоже книжки почитывает, - Алекс хитро посматривает на брата.

- Ого, какие?! - у Милены резко просыпается интерес к литературе.

А вот Арс кидает взгляд в меня и еле заметно улыбается.

- Триллеры.

Я тоже не могу сдержать улыбку. Вспоминаю нашу ссору в первое утро?..

«Это из-за интервью, да? Хотел ответить на вопросы газеты вместо отца, а я отказалась! Как посмела, да? Еще и правду сказала в лицо! Теперь ты мстишь?! Меня будут искать!

- А говоришь, не пишешь книги. Что дальше? Люблю триллеры».

Боже, почему это вообще вызывает улыбку?!

- А ты, Нюш, какие книги любишь? - Алекс улыбается мне открыто и тепло.

Пока я задумываюсь, какие выделить жанры, слышу сердитое рядом.

- Ее зовут Агния.

Но у Алекса вылетает лишь утробный смешок.

- Ого! Примерно с таким вайбом начинаются триллеры, - он подмигивает мне, - Агния Степановна, какие вы предпочитаете книги-с?

Впервые за долгое время хихикаю. Ловлю осуждающий взгляд Милены. Арс у моих ног насуплено молчит.

- Я читаю по настроению, Алекс… Разные жанры. Могу классику, а могу какой-то глупый роман для девчонок. Детективы мне не слишком нравятся, даже уютные. Антиутопии люблю. Исторические книги.

- То есть в глуши ты, по идее, не заскучаешь?

Боже, сейчас я была бы рада скучать!

- Нет… Я вообще люблю проводить время спокойно. Вылазки и активности нужны мне только время от времени.

- Идеальная пара для Андрюхи. Он любит здесь месяцами жить. Только он не читает, а проекты чертит. Хотя… Вы тогда скиснете совсем. Тебе нужен активный парень, принцесса! – Алекс играет бровями.

Хруст.

Его издает старая коричневая керамическая кружка в ладони Арсения. По стенке пробегает глубокая трещина, и она раскалывается надвое прямо в его руке.

Арс даже не вздрагивает. Он медленно разжимает пальцы, позволяет обломкам с глухим стуком упасть на столешницу.

- Черт, - бросает он ровным, лишенным эмоций голосом, хотя в воздухе буквально искрит. - Давно надо поменять эту древнюю посуду.

Что это с ним…

А это что?.. Кровь тонкой струйкой стекает по его ладони.

Арсений стоит неподвижно, его плечи напряжены. Взгляд темный, словно затянутый грозовыми тучами.

Еще немного, и я подумаю, что чашка не случайно превратилась в крошево.

- Арс, ты не видишь? - выдыхаю, поднимаясь к нему. - У тебя рука в крови!

- Ерунда, - бросает он, даже не глядя на рану. Голос звучит глухо. - Просто ополосну.

Он разворачивается и чеканным шагом уходит на кухню. Я провожаю его взглядом. Чувствую, как внутри сжимается от непонятных эмоций.

Взгляд падает на журнальный столик, где еще лежит аптечка. Теперь моя очередь.

Я подхватываю пластиковый бокс и иду за ним.

На кухне шумит вода. Арсений стоит, наклонившись над раковиной. Подставил руку под струю. Вода окрашивается в розовый, утекая в слив, и этот вид заставляет меня вздрогнуть.

- Отойди, я сама, - говорю, подходя вплотную и ставя аптечку на кухонную тумбу.

- Агния, иди к камину. Я справлюсь, - он перекрывает путь, когда тянусь к крану, чтобы выключить воду.

- Не спорь со мной, - перехватываю его запястье.

Его кожа горячая, несмотря на холодную воду, а мышцы твердые, как камень. Я поднимаю взгляд.

- Ты только что лечил меня. Теперь стой и не дергайся.

Арс тяжело вздыхает, но сопротивляться перестает. Он опирается бедром о край раковины, возвышаясь надо мной. Я кожей чувствую его взгляд.

Аккуратно промакиваю его ладонь чистым кухонным полотенцем. Рана неглубокая, но длинная - осколок прорезал кожу у основания большого пальца. Мои пальцы слегка дрожат, когда беру антисептик.

- Будет щипать, - предупреждаю, едва касаясь его руки.

- Ерунда, принцесса.

Я только усмехаюсь и качаю головой.

Осторожно обрабатываю края пореза. На каком-то инстинкте стараюсь действовать максимально нежно.

Его огромная ладонь лежит в моих руках - такая сильная, способная раздавить камень, и сейчас такая уязвимая.

Я дую на рану, чтобы унять жжение от лекарства. Этот жест получается каким-то интимным.

Черт, это не хватало! Быстро поднимаю голову, хмурюсь.

- Будь осторожней со своей силищей. Этот сервиз тут что, очень давно?

- Здесь нет. Но его подарила маме еще ее бабушка.

- Ого! Это мило и никакая не рухлядь.

Арс пожимает плечами.

- Вырвалось.

- Твоя мама любит этот дом? - смотрю на него снизу-вверх.

- Да. Давай сменим тему, принцесса.

Делаю шаг назад от него. Складываю руки на груди.

- Ты знаешь, какая тема меня интересует. С братом Андреем ты говорил обо мне?

- Да.

- Мм, и что он рассказал? - спрашиваю дальше, не веря, что он отвечает.

- Он больше спрашивал. Настаивает на нашем возвращении в город.

Распахиваю глаза.

- Так может нам правда вернуться?! Там полиция и мой отец.

- Ради отца тебе лучше остаться здесь. Чтобы на него не могли влиять через тебя.

20

- Папе угрожают? Шантажируют?

- Пока нечем.

Делаю глубокий вдох.

- Но… Здесь ты один не сможешь меня защитить…

- Поверь, смогу, - он говорит со спокойной уверенностью, - кстати, на ночь тебе нужно переехать в мою спальню.

- А ты ляжешь в моей? - наивно уточняю.

- Нет, я никуда переезжать не буду. Тебе нельзя оставаться одной.

- Ну, Арс!

Парень лишь качает головой.

Одной - это без него. Понятно. Если попросить положить меня с Миленой, не прокатит. Да и блондинка будет в ярости.

Впрочем, я сама уже не могу ее видеть.

Мы молча возвращаемся в гостиную.

Ребят нет. Видимо, пошли гулять и кататься на лыжах. Кошусь на Арсения.

- Днем хотя бы я могу побыть одна?

- Можешь.

- Дай мне мой телефон. Я напишу папе и сестре, - перехватываю внимательный взгляд, - ничего такого! Просто спрошу, как у них дела.

- Хорошо.

Надо же, он мне доверяет? Или понял, что я ему поверила?

А я поверила?.. Не знаю, до конца или нет, но я не хочу рисковать безопасностью близких.

Уф… Придется положиться на мажора, с которым мы так странно контактируем.

Арсений приносит мне смартфон и зарядку. Иду с ними в спальню. Плюхаюсь на кровать на живот. Хм, телефон еще не до конца разряжен.

Так, мне пишет Лада от имени их всех. Интересуется, как отдых.

"У меня всё хорошо. Компания немного бесячая, а вот природа - наслаждение для глаз. Как вы? Как новогоднее настроение?"

Надеюсь, моя любимая мачеха ответит быстро.

Что там написала Мари…

Боже! Она закрутила с Давыдовым!

А я ведь подозревала… Заметила его взгляды на семейном празднике год назад. Он смотрел на мою повзрослевшую сестренку, как на чудо.

Да, эмоции в доке бурлят сильные, наверняка. По-другому бы он себе не позволил.

Она его стажерка в клинике, помощница. Самое главное - дочь друга!

Как отреагирует папа? Пока он ничего не знает.

Ладно, по крайней мере, Маришка в порядке. Чего не скажешь обо мне, но… За близких мы переживаем больше, чем за самих себя.

Надеюсь, если что Давыдов будет с ней рядом и защитит… Как меня Арс? Черт… Не рано ли я ему верю?

Пишу сестре и Ладе, что по полной программе отдыхаю от интернета. Мачеха успевает ответить, что она вся в суете. Наводит порядки, продумывает стол и готовит малышей к утреннику. Приятные хлопоты…

Я искренне за нее рада. А вот от сестры под вечер приходит сообщение похуже.

"Меня обокрали! Залезли в квартиру!"

Ну ничего себе… Это как-то связано с моей ситуацией? Понимаю, что должна прямо сейчас спросить у Арса.

Я не хотела выходить из комнаты вечером. Даже на ужин. Аппетита нет особо.

Плюс в тайне надеялась, что вопрос с совместной ночевкой закроется как-то сам собой…

Но все же придется выйти.

За окнами непроглядная алтайская ночь. Темнеет сейчас рано.

Ветер глухо воет, бросая в стекла пригоршни снега. А внутри дома тепло, пахнет деревом.

Но эта уютная предновогодняя обертка не обманывает меня - я все еще в клетке, пусть и в красивой.

Сжимаю телефон и выхожу в коридор. Здесь полумрак, лишь на полу лежат неровные полоски света из-под дверей.

Тихо, даже Алекса не слышно.

Коридор пуст, если не считать фигуры, замершей у поворота к лестнице.

Милена. Она стоит, прислонившись к стене, с телефоном в руках. Что-то печатает.

Белые волосы обрамляют лицо волнистым облаком. Боже, эта укладка кажется чересчур выверенной для дикого места.

Блондинка перехватывает мой взгляд, и я кожей чувствую волну холода, исходящую от нее.

Я ошибаюсь или она правда считает меня досадной помехой в своих планах на Арсения?

- Куда-то торопишься? - ее голос звучит подчеркнуто вежливо, но глаза остаются злыми. - Арсений просил его не беспокоить. Он в гостиной, один. Поверь, сейчас не лучшее время, чтобы испытывать его терпение.

Я даже не замедляю шаг. Как будто мне нужен ее Арс! И как будто она нужна ему… Пф.

Это их дело, а меня уже достал этот назойливый негатив.

- Подвинься, Милена, - бросаю я через плечо, чувствуя раздраженный взгляд в спину. Оборачиваюсь. - Мое терпение тоже не надо испытывать.

Прохожу в гостиную. Здесь приглушенный свет, а еще рыжие, неспокойные блики от камина пляшут по стенам и потолку. В комнате пахнет огнем.

Арс сидит в глубоком кресле прямо перед ним. Он в тонкой черной водолазке, которая подчеркивает его широкие плечи. Да, этот парень в отличной физической форме. Поэтому так уверен в себе, как в защитнике?

Его голова опущена, он трет переносицу и явно о чем-то думает.

Он не оборачивается на звук шагов, лишь пальцы на секунду замирают.

- Я же сказал, оставить меня одного, - произносит низким, вибрирующим от напряжения голосом.

- Арс, это я, - мой голос дрогнул, но я нет. - У Мари проблемы.

Вот теперь он встает из кресла. Хмурится, но больше не прогоняет.

- Какие проблемы?

Я буквально подбегаю к нему. Начинаю рассказывать, время от времени хватая ртом воздух.

- Разгромили ее квартиру в Питере… Кое-что забрали… И замок, он… Он не был взломан! Это тоже связано с папой? Потому что ему угрожают?!

- Я не сказал, что твоему отцу угрожают.

Невыносимый!

- Я боюсь за своих близких, Арс!

Настолько глубоко дышу, что начинает кружиться голова. Пошатываюсь.

Или это потому, что кроме какао я толком ничего не ела.

- Присядь, - велит Щербинский.

Впрочем, он сам берет меня за локоть и подводит к креслу. Я плюхаюсь туда безвольно.

Арс присаживается напротив меня прямо на столик. Он выдержит его вес?..

Боже, о чем я думаю!

- Арсений, - смотрю в темные глаза, - Мари живет в этой квартирке больше двух лет. Ни разу туда никто не влезал. Да и вообще сейчас это редкость. Везде же камеры!

- И что они показали?

- Она еще не ответила мне…

- Камеры можно обмануть, замаскироваться.

21

- Я вроде просил не входить сюда! Какого хрена, Мил?! Тебя это никак не касается!

А вот теперь мы видим гнев. И слышим. Громко.

Милена хлопает пушистыми ресничками. Ее пухлая нижняя губа вздрагивает. Блондинка вот-вот разревется.

Объективно она хорошенькая, конечно. И многие парни бы в этот момент растаяли. Но у Арса, кажется, сейчас пар повалит из ноздрей.

- Вы так кричите, я проснулся.

Ну все, теперь все в сборе. К нам присоединился помятый Алекс.

- Смотри за своей гостьей, - злобно "просит" его Арс.

- Ого.

Милена разворачивается и вылетает из гостиной. У Арсения ходуном ходят желваки. Ему самому не в кайф от этого срыва.

Алекс ловит мой взгляд и безмолвно спрашивает - что случилось? Я лишь поджимаю губы.

Милена правда заигралась и обнаглела. Видит же, что атмосфера напряженная, и я тут не просто так.

- Успокой ее, - кивает Арс на выход, - мы приготовим ужин.

После скандала в гостиной тишина на кухне кажется странной и гулкой.

Хотя я как будто еще слышу эхо тяжелого, властного голоса, от которого Милена буквально сжалась, прежде чем выбежать вон.

Алекс ушел за ней. Я видела его сочувствующий взгляд, брошенный то ли на меня, то ли на брата.

Теперь мы одни. В большом светлом пространстве кухни, где пахнет деревом и немного кофе.

Арсений замер у кухонного острова, уперевшись руками в гранитную столешницу.

Его спина напряжена, под черной тканью водолазки перекатываются мышцы. Он всё еще взвинчен, я чувствую это кожей. От него исходит почти физическое тепло раздражения.

- Давай просто приготовим рыбу, - не оборачиваясь, произносит он.

Голос севший, но уже спокойный. Для меня он находит другие интонации…

Я молча киваю, хотя он меня не видит. Достаю из морозилки увесистую упаковку лосося. Холод пластика обжигает пальцы, возвращая в реальность.

- В аэрогриле? - уточняю. - Получится вкусно.

От нервов или нет, но аппетит у меня проснулся.

Арс оборачивается. Взгляд еще жесткий, но сталкиваясь с моим, он заметно смягчается.

Парень подходит ближе, забирает у меня рыбу и включает размещенный на столешнице гриль. Его движения привычные.

Пока он занимается стейками - натирает их солью, сбрызгивает маслом, я принимаюсь за салат.

Нож мерно стучит по доске, нарезая помидоры и хрустящую зелень.

Напряжение в доме потихоньку гаснет. По крайней мере, больше оно не такое острое.

Мы стоим совсем рядом. Я чувствую аромат лимона и розмарина, который Арс добавил к рыбе.

Рыба греется на гриле, наполняя кухню аппетитным запахом.

Глядя на то, как уверенно Арсений управляется на кухне, я вдруг ловлю себя на мысли, что хочу кое о чем спросить.

Не о себе, не о похищении, а о нем самом.

- Ты часто готовишь? - спрашиваю я, не отрываясь от нарезки огурцов. - Ну, когда ты не вдали от наемного персонала и не в глухой тайге?

Арс усмехается. Коротко, одними уголками губ.

- Редко. Обычно на это нет времени. Но иногда, по выходным... это помогает разгрузить голову.

- А твоя мама? - я замираю с ножом в руке, глядя на его профиль. - Она готовила что-то особенное, когда вы с Алексом были маленькими?

Он на мгновение замирает. Взгляд уходит куда-то вглубь себя, и на лице появляется тень чего-то мягкого.

- Мама печет вкусный яблочный пирог, - негромко говорит он. - Весь дом пахнет корицей. В детстве мы с Алексом и Лёхой всегда воровали начинку, пока она не видела. Она ругалась, но всегда оставляла нам лишнюю чашку с яблоками.

Я улыбаюсь, представляя маленького, серьезного Арса с испачканным в сахаре лицом.

Потом хмурюсь.

- Лёхой? Неужели это тот самый близнец?

- Да, Алексей, - он понимает о чем я.

- Все-таки "А", - выдыхаю с легким смешком, - но знаешь, наверное, вам это идет. Эти имена.

Артур, Андрей, Арсений… Близнецы – Александр и Алексей. Реально трудно не запутаться!

Впрочем, мне и не надо.

Арс поворачивается, и на этот раз его взгляд задерживается на моем лице слишком долго.

Он делает шаг ко мне, сокращая расстояние до минимума. Воздух снова искрит - но уже совсем по-другому.

Его рука, горячая и чуть влажная, ложится на мою ладонь, которой я вцепилась в столешницу.

- И тебе очень идет твое имя, Агния, - вкрадчиво шепчет он, склоняясь к самому моему уху.

Мое дыхание сбивается. Сердце делает глухой кувырок. Я должна бы отстраниться, напомнить себе, что я здесь не по своей воле, но тепло его тела манит сильнее любого здравого смысла.

Его дыхание касается моей щеки, обжигая. Воздух между нами становится плотным, его трудно вдыхать. Арсений не отстраняется, наоборот он медленно переплетает наши пальцы.

А потом всё происходит мгновенно.

Он берет меня за подбородок свободной рукой. Заставляет поднять голову, и накрывает мои губы своими.

Это не властный, требующий поцелуй, которого я могла бы от него ожидать. Он короткий, почти невесомый. Но в нем столько сдержанной силы и странной нежности, что у меня на мгновение подкашиваются ноги.

Его губы отдают прохладой и чем-то неуловимо мужским, терпким.

Мир вокруг замирает. Шипение рыбы, завывание ветра за окном, шум крови в ушах - всё сливается в один сплошной гул.

__

Дорогие, забегайте ко мне на новогодние скидки! все книги https://litnet.com/shrt/6i5z

С Новым годом!

22

Когда он отстраняется, я стою не в силах пошевелиться.

Нож так и остался лежать в салате. В голове звенящая пустота, которую сменяет резкая вспышка осознания.

- Зачем? - мой голос звучит хрипло, почти шепотом. - Зачем ты это сделал, Арс?

Я смотрю в его глаза. Сейчас они не холодные и не стальные. В их глубине, подсвеченной отблесками огня, я вижу смятение. Он делает глубокий вдох, и его кадык дергается.

Арс на секунду прикрывает глаза, словно признаваясь в чем-то.

- Я просто не смог удержаться.

Смотрю на него и не знаю, что сказать. Эта вспышка чувственности между нами пугает гораздо больше, чем его недавний гнев.

- Рыба... - наконец выдавливаю я, указывая на гриль. - Пора переворачивать.

Арсений медленно выпускает мою руку, но его взгляд еще прикован к моему лицу.

Он едва заметно кивает. Возвращается к стейкам. Но я вижу, как подрагивают его пальцы, когда он берет щипцы.

Между нами теперь висит не только тайна моего похищения.

Заканчиваем с ужином в молчании. Я раскладываю салат по тарелкам, а Арсений перекладывает нежно-розовые куски лосося на большое блюдо.

Его поцелуй жжет мои губы. Но мы оба делаем вид, что ничего не произошло.

- Схожу за ребятами, - сообщает Арс и выходит из кухни.

Я остаюсь одна и перевожу дух.

Минут через пять в коридоре слышатся голоса. Я не разбираю слов, но тон Арсения звучит мягко.

Видимо, с Миленой он помирился.

Когда они входят в столовую, я понимаю, что права. От недавней печали Милены не осталось следа: она поправила макияж, расправила плечи и теперь буквально сияет.

Видимо, извинения Арса подействовали на нее как эликсир жизни. Она весело щебечет о чем-то с ним и с Алексом, но на меня больше не смотрит вообще. И, честно говоря, меня это вполне устраивает.

Ужин проходит на удивление спокойно. Рыба получилась идеальной - сочной, с зажаристой корочкой.

Алекс пытается шутить, рассказывая какие-то байки про общих школьных знакомых. Милена звонко смеется. Арсений сидит во главе стола, изредка вставляя короткие замечания.

Я почти не участвую в разговоре. Тепло кухни, сытный ужин делают свое дело - меня начинает неумолимо «рубить».

Весь стресс последних суток, похищение, опасность и эмоциональные качели наваливаются на плечи тяжелым грузом. Я чувствую, как мои веки делаются свинцовыми. Голоса ребят доносятся словно через слой ваты.

Опираюсь щекой на ладонь и едва не проваливаюсь в сон прямо за столом.

- Так, на сегодня хватит, - Арсений говорит негромко, но так, что все сразу замолкают.

Я вскидываю голову, моргаю. Он стоит, возвышаясь над столом, и смотрит прямо на меня. Потом переводит взгляд на брата и Милену.

- Алекс, Мил, порядок на кухне с вас. Посудомойка в вашем распоряжении.

Милена открывает было рот, но наткнувшись на непреклонный взгляд Арса, тут же его закрывает. Послушно кивает.

Затем Арс делает шаг в мою сторону.

- А ты, - он едва заметно касается моего плеча, и этот жест кажется мне неожиданным после его командного тона. - Спать, Агния. Ты еле на ногах держишься.

Я не спорю. Слишком устала для протестов. Кое-как поднявшись со стула, я бормочу что-то вроде «спокойной ночи» и направляюсь к выходу.

Арсений догоняет меня в несколько шагов.

- Готовься ко сну и приходи.

- Что? - распахиваю глаза и тут же вспоминаю. - А-а… Может, это все-таки лишнее?

- Я не хочу проснуться утром и не увидеть тебя в комнате.

- Но тут же все закрыто…

- Ты должна быть у меня на глазах.

- А в комнате напротив…

- Агния!

Но я тоже умею быть строгой. Шиплю по дороге к спальням.

- Ты меня поцеловал! А теперь предлагаешь лечь в одну постель! Может, это твоя главная цель, Щербинский?!

В глубине души я в это мало верю. Но задираю подбородок.

Арс меряет меня взглядом.

- Я лягу на полу.

- Какая жертва… - бормочу себе под нос, а громче добавляю. - Хорошо, но у меня будет еще одно условие.

Бьюсь об заклад, Щербинскому мало кто ставит условия. Да еще по нескольку.

Вскинутая бровь говорит сама за себя.

- Что же за условие, принцесса?

- Не называть меня принцессой, - закатываю глаза. А в его глазах что? Тень недовольства? - Ладно, шучу. Не собираюсь тратить на эту чушь своё условие. Я хочу сказку на ночь от тебя, Арсений.

- Я что, похож на Шахерезада… Черт, в мужском роде звучит не очень.

Не сдержавшись, хихикаю.

- Наследный принц знает сказки?.. Ну… Можешь себя так не называть, но смысл примерно в том же.

- Мама читала нам много сказок. А какую хочет капризная принцесса?

Снова повод закатить глаза.

- Тему скажу тебе позже.

Нетрудно догадаться, о чем я хочу рассказ.

Но Арс то ли не догадывается, то ли принимает эти условия.

- Хорошо. Сказка будет. А теперь бегом собираться и спать.

- Слушаюсь, Шахереза…

Не договариваю. С улыбкой разворачиваюсь и быстро иду в спальню. Кажется, он покачал головой мне вслед.

А мне правда нужно собраться…

Стою перед зеркалом в ванной. Отражение кажется мне чужим.

Щеки, губы до сих пор горят - и вовсе не от недавнего смеха, а от того самого поцелуя на кухне.

Арсений действует на меня как стихийное бедствие… Сначала похищает, потом вроде как спасает, а в промежутках выбивает почву из-под ног прикосновением губ.

- Так, Агния, соберись, - шепчу я себе. - Это просто меры безопасности.

Хотя… В лесу незнакомец в камуфляже, а за дверью - наглый похититель с замашками рыцаря. Неизвестно, кто хуже.

Включаю воду. Волосы решаю не мыть - они чистые, а сушить длинные пряди долго. Принимаю душ быстро, на автомате прислушиваюсь к каждому шороху за дверью.

Так у меня разовьется паранойя и мания преследования. Или уже развилась?

Уф…

Выхожу, окутанная облаком пара, и приступаю к главному делу - выбору «брони».

23

Тщательно мажу лицо и руки увлажняющим кремом. Медленно. Очень медленно.

Втираю его так, будто от этого зависит успех важной операции. Тяну время, но оно неумолимо. Пора выходить.

Захожу в спальню на цыпочках, надеясь, что Арсений уже спит.

В комнате горит лишь тусклый ночник, пахнет… Пахнет Арсом Щербинским, кем тут может пахнуть? Черт. И это не самое страшное.

Из-за двери его ванной доносится шум воды.

«Сбежать! Пока не поздно!» - кричит мой внутренний голос.

Я уже разворачиваюсь на пятках, чтобы дать деру обратно в свою безопасную одиночную «камеру».

Но дверь ванной распахивается.

Замираю. Воздух в легких просто исчезает.

Арсений выходит, прочесывая мокрые волосы пятерней. На нем - только одно черное полотенце, опасно низко сидящее на бедрах.

Капли воды медленно от волос стекают по рельефным мышцам груди. Теряются в ложбинке пресса и заставляют мою голову кружиться.

У него спортивное тело, каждая линия которого говорит о силе и дисциплине.

Арс останавливается, заметив меня. Его глаза темнеют.

- Я думал, что придется самому пойти и принести тебя сюда, - усмехается он, и в его голосе слышится низкая, вибрирующая нотка.

Прихожу в себя. Старательно отвожу взгляд в сторону окна.

Перед глазами все еще стоит его торс.

- Мечтай больше, - фыркаю, пытаясь вернуть себе самообладание. - Я пришла спать, как ты и приказал. Вернее, как мы договорились.

Перевожу взгляд на кровать и застываю во второй раз.

Огромное ложе расправлено. Манит темными, но явно свежими простынями и мягким одеялом.

А вот на полу - абсолютно пусто. Ни матраса, ни лишней подушки.

- Арсений, - я указываю пальцем на пустой ковер. - А где твое спальное место? Ты обещал изображать из себя благородного рыцаря у моих ног.

Арс проходит к шкафу. Побаиваюсь, как бы он не решил избавиться от полотенца прямо так, у меня не глазах. Но парень лишь берет футболку и шорты в руки.

Поворачивается ко мне.

- Тебе совсем не жаль меня, Агния? В доме холодает к ночи, а пол ледяной. Я могу завтра проснуться с болью в спине.

- Да она у тебя из железа! - выдыхаю. Хотя толика сомнений внутри появляется. Но… - То есть ты предлагаешь мне делить кровать с тобой?!

Я упираю руки в бока. Интересно, выгляжу хоть немного грозно в своей клетчатой пижаме?

Арс оглядывает меня с ног до головы, и на его губах появляется улыбка.

- Почему бы и нет? Раз уж ты в таком наряде. Пижама «анти-секс» 80-го уровня. Сразу видно - ты подготовилась к обороне. Можешь расслабиться, в таком скафандре тебе ничего не грозит. Даже мое воображение пасует.

- Эй! - обиженно восклицаю я. - Это качественная фланель!

Хотя я ведь этого и добивалась? Но… в его тоне так и сквозит сарказм. В глазах усмешка. Почему он говорит со мной сейчас, как с дурочкой?

- Я вижу. Эта ткань такая толстая, что между нами можно будет проложить границу и поставить пограничников, - он делает шаг ко мне, и я невольно отступаю к кровати. - Ложись уже. Я на своей половине, ты - на своей. Обещаю не кусаться.

- Почему мне кажется, что ты сейчас обманываешь?..

- Думаешь, все же укушу?

Выдыхаю.

- Нет! Я в целом… Про мою пижаму. Ты иронизируешь.

- Я всего лишь хотел тебя успокоить, - пожимает своими идеальными плечами, - подыграть.

- В смысле?!

- Того, кто тебя реально хочет, принцесса, эта пижама только раззадорит.

Мне делается жарко. Чертова фланель!

- Хорошо что ты… не того…

- Что?

- Ну, ты сказал про того, но не про себя же?..

Смотрю на него с надеждой.

Он снова усмехается.

- Конечно.

Уходит в ванную, чтобы одеться. Как же он взорвал мне мозг!

Когда все это закончится, найду себе парня простого, как три копейки! Клянусь!

Ну а пока бросаю на пол подушку и теплое одеяло. Пусть завернется в него, как в спальный мешок.

Себе беру плед с кресла. И пижама у меня действительно теплая.

Арсений выходит в черной футболке - слава вселенной, не обтягивающей! И в серых шортах до колен.

Его икры это… Моя сестра бы оценила сложение парня. Хотя теперь же у нее Давыдов. Док тоже в великолепной форме.

Боже, о чем я думаю вообще?!

- Спасибо за заботу, - Арсений хмыкает.

- Ты обещал.

- Оставить свет? - он больше не обсуждает спальные места.

- Мм… Да необязательно.

В этом плане не хочу капризничать. Хоть мне немного и не по себе. Арс выключает свет в смежном санузле и прикроватные лампы.

- Спокойной ночи.

- Спокой… Арсений, сказка!

- Принцесса, ты серьезно?

- А ты наобещал и думал, я забуду?!

- Ну, не то чтобы…

- Щербинский, я помню всё.

Парень ворочается на своей лежанке.

- И какую же ты хочешь сказку, Строганова?

- А ты не догадываешься?

По тяжелому вздоху понимаю - он догадался.

- О том, кто охотится за тобой? Я же просил.

- Расскажи хотя бы, кто меня сюда привез. Вернее, кто тебе помог. Почему ты так уверен, что сможешь меня защитить. Почему… Ну ладно брат, но почему ты так спокойно пригласил сюда Милену? Она не разболтает?

- Вопросов у тебя на целую книгу сказок.

- Арсений! - подхватываюсь на постели.

- Хорошо, только ты ложись.

Я слушаюсь, да и мне самой дико хочется прилечь. Беру подушку, которая пахнет им… Не мог поменять постельное белье?!

Ну ладно, этот запах… Внезапно он убаюкивает. Как и голос Арсения.

- Рассказывай, - велю ему сначала и слушаю.

- Когда я… узнал, что тебе грозит опасность, я приставил к твоему дому человека. Он усыпил тебя и привез ко мне. К вертолету. Твоему здоровью это не угрожало.

- Почему нельзя было просто защищать меня?.. На расстоянии…

- Я решил, что лучше будет тебя спрятать. Об этом доме мало кто знает.

- Но кто-то узнал! И еще Алекс с Миленой!

- Алекс только на вид такой… клоун, - Арс усмехается, - на него можно положиться.

24

Его голос звучит ровно, уверенно.

Вопреки здравому смыслу, я ловлю себя на том, что верю ему. Или просто хочу верить.

- Спи, Агния. Я буду рядом, - произносит Арс, и в его глазах на мгновение мелькает что-то похожее на нежность, прежде чем он прикрывает веки.

Бред… Он сам сказал, что отнюдь не добрый и нежный. И мне бы перестать выдумывать.

Забираюсь под мягкий плед. Постель буквально пропитана Арсом. Закрываю глаза и вдыхаю этот аромат - смесь морозного воздуха и древесных нот кедра.

Это запах силы и надежности.

И как ни странно, страх отступает. Здесь, в его комнате, под его негласной защитой, я чувствую себя в коконе. Тревога растворяется в тепле постели.

Я засыпаю с удивительным чувством покоя, будто Арсений - единственный человек, способный удержать мой мир от разрушения.

Но среди ночи уют исчезает.

Я просыпаюсь от едва уловимого звука. В комнате сквозняк, хотя окна закрыты. Или это тихий шорох…

А прямо в лицо бьет тусклый, мертвенно-белый луч фонаря! Я зажмуриваюсь, сердце мгновенно пускается вскачь. В горле застревает немой крик.

Распахиваю глаза снова. В свете фонаря вижу мужскую фигуру. В камуфляжной одежде, только в белой.

Это Алекс. Он стоит посреди комнаты, весь в белом, будто сливаясь со снегом за окном. Но это не тот Алекс, которого я знаю. Где его вечная улыбка? Где его легкость? На меня смотрит незнакомец.

Его лицо искажено плохо скрываемой агрессией, а в глазах горит торжество. Он смотрит на меня так, будто нашел клад.

Присаживаюсь на постели, дрожа всем телом. Горло пересохло.

- Алекс? - шепчу одними губами.

Еще надеюсь, что это сон… Плод моего воображения.

В ответ он зло ухмыляется. Холод от его оскала пробирает меня до костей.

- Арс! - вскрикиваю я.

В ту же секунду сильный толчок в грудь швыряет меня обратно на подушку. Алекс резко набрасывает мне на лицо плед, погружая во тьму.

Я барахтаюсь. Пытаюсь сбросить удушающую ткань. Сердце колотится о ребра, как сумасшедшее.

Секунда. Две. Я срываю плед с лица и рывком сажусь, тяжело дыша.

В комнате пусто. Только тени от лунного света пляшут по стенам. Тишина такая глубокая, что звенит в ушах.

Никакого Алекса. Никакого фонарика. Только мой собственный судорожный вздох и бешеный ритм сердца. Это все-таки сон?

Чувство защищенности исчезло без следа. Меня охватил липкий ужас.

Не успеваю ничего осознать, как матрас рядом прогибается. Арсений уже здесь.

Он сидит на краю кровати. Широкие плечи перекрывают лунный свет.

В полумраке я вижу его встревоженные глаза. Он всматривается в моё лицо, пытаясь понять, что со мной.

- Агния? Что случилось? - его голос звучит низко и хрипло, в нем нет ни властности, ни усмешки. Только искреннее беспокойство.

Я не могу вымолвить ни слова. Горло перехвачено спазмом, а перед глазами еще стоит злой оскал Алекса.

Не раздумывая, я подаюсь вперед и буквально повисаю у Арсения на шее. Пальцы впиваются в его плечи, прячу лицо на его груди. Вдыхаю уже знакомый успокаивающий аромат.

Арс на мгновение замирает от неожиданности.

Но вот его сильные руки обхватывают меня. Прижимают так крепко, будто он хочет вплавить меня в себя.

Только в кольце его рук я начинаю дышать. Чувствую, как его сердце бьется под моей щекой - ровно, мощно, надежно.

Вздрогнув, я начинаю сбивчиво рассказывать:

- Там был Алекс... Светил фонариком. Он был весь в белом и такой... злой. Это было так реально, Арс. Он толкнул меня и бросил плед в лицо...

Я сама понимаю, как глупо это звучит. Сон, просто дурацкий кошмар, вызванный стрессом и той прогулкой в лесу.

Но Арсений не смеется. Он слушает меня предельно серьезно. Его тело под моими руками напрягается, как натянутая струна.

Он ничего не говорит, но я чувствую, как его челюсти плотно сжимаются.

В этот момент кажется, что он понял для себя что-то.

Что-то, о чем я даже не догадываюсь.

- Успокойся, Агния, - тихо просит он, поглаживая меня по волосам. Но в его голосе я слышу холодную решимость. - Тебе здесь ничего не грозит.

На электронных часах три ночи. Вставать еще рано, но я не представляю, как снова закрыть глаза. Стоит мне только подумать об этом, как меня начинает бить мелкая дрожь.

- Хочешь, я принесу тебе горячего чаю? - спрашивает Арсений, слегка отстраняясь.

Я цепляюсь за его футболку, не давая ему отойти ни на сантиметр.

- Нет, - выдыхаю. - Не уходи. Пожалуйста.

Арсений смотрит на меня долгим нечитаемым взглядом. А потом, без лишних слов и приглашений, ложится на кровать рядом со мной.

Не просто ложится с краю - он наваливается на меня, частично накрывая своим телом, придавливая к матрасу.

Эта тяжесть оказывается самым лучшим лекарством. Она осязаемая, живая, горячая.

Его нога перекинута через мою. Его рука собственнически обнимает меня за талию, а голова покоится рядом на подушке. Я чувствую его дыхание у своего виска.

В этой близости столько силы и странной нежности, что мой страх просто не выдерживает и капитулирует.

Я чувствую себя защищенной так, как никогда в жизни. Его тело - моя крепость.

Убаюканная его теплом, сама не замечаю, как веки тяжелеют, и я проваливаюсь в глубокий сон без сновидений.

25

Если уснула я быстро, то просыпаюсь наоборот очень медленно. Как будто выплываю из чего-то глубокого и вязкого.

Первое, что я чувствую, - это тепло и тяжесть, а второе - пристальный взгляд. Открываю глаза и натыкаюсь на глаза Арсения. Он лежит совсем рядом, подперев голову рукой, и просто смотрит на меня.

В первую секунду во мне вспыхивает привычное возмущение: какого черта он делает в моей постели?

Но следом, как ледяная волна, накатывают воспоминания о ночном кошмаре. Тот холод, тот белый свет и злая улыбка Алекса... Грудь снова сжимает тисками страха.

Инстинктивно я хочу потянуться к Арсу, снова спрятаться в его объятиях… Но вовремя одергиваю себя.

Это никому не нужно, неуместно… Да и не имею я права…

Арсений, кажется, читает мои мысли. Он не дает мне времени на внутреннюю борьбу.

Секунда, и он уже надо мной. Нависает, блокируя любые пути к отступлению.

Еще миг - и его губы накрывают мои.

Это не тот нежный поцелуй, которым можно утешить. Это дерзко, властно и почти грубо. Он целует меня, буквально заставляя ответить, подчиняя своему ритму.

Его руки крепко держат мое лицо, и я, вопреки здравому смыслу, чувствую, как по телу разливается ответный жар. Это странное принуждение не пугает, а отзывается внутри сладкой дрожью.

Когда он, наконец, отрывается от моих губ, мне катастрофически не хватает кислорода. Я дышу ртом, чувствуя, как горят щеки.

- Какого черта?! - выдыхаю, стараясь придать голосу максимум негодования.

Арсений усмехается, и в его глазах пляшут искорки.

- Хочу, чтобы ты была возмущена, а не напугана. Это тебе больше идет, - отвечает он, не торопясь слезать.

Боже… Поцелуй действует как бокал крепкого красного вина. Кровь быстрее бежит по венам, согревая изнутри. Липкий ночной страх растворяется, вытесненный этим внезапным раздражением и возбуждением.

Смелости прибавилось, хотя я еще недовольно пыхчу.

- Завтракать будешь, принцесса? - интересуется Арс, наконец, давая мне свободу.

Я поправляю растрепанные волосы и тихо признаюсь:

- Лучше бы немного прогуляться. Мне нужен воздух.

Мы собираемся быстро. Я натягиваю теплый комбинезон прямо на пижаму. Арсений привычно накидывает куртку на футболку.

Но стоит нам выйти на крыльцо, как его телефон взрывается звонком. Арсений хмурится, глядя на экран. Его лицо мгновенно становится сосредоточенным.

- Иди, я догоню через минуту, - бросает он мне, прижимая трубку к уху.

Киваю и делаю шаг в ослепительную белизну утра. Свежий воздух приятно обжигает легкие.

Я отхожу от дома совсем недалеко. Наслаждаюсь тишиной и хрустом снега под ботинками. Но вдруг что-то заставляет меня замереть на месте.

В паре десятков метров, прямо у начала леса, стоит фигура. Человек в снежном камуфляже почти сливается с пейзажем. Он медленно снимает капюшон.

Сердце падает куда-то в пятки. Это не сон. Передо мной снова Алекс, и на его лице та самая холодная, чужая улыбка, от которой ночью я проснулась в крике. Теперь он настоящий.

Мне хочется заорать во всю глотку и позвать Арсения. Но я оцепенела. Да и это будет выглядеть глупо.

Мало ли что мне видится в мимике Алекса?..

Однако к домику я все-таки пячусь. Быстрее и быстрее, пока не врезаюсь в упругую грудь. Сильная рука тут же скользит к моему животу и прижимает.

Слишком много тактильности со Щербинским за последние двенадцать часов… И слишком остро я в ней нуждаюсь.

- Спокойно, принцесса. Не позволяй этому мудаку снова напугать тебя.

Ничего не понимаю. Они успели поругаться с Алексом? Поэтому он такой злой?

- Ты зачем явился? - Арсений обращается уже к брату.

Тот быстро подъезжает к нам на коротких лыжах. И все-таки в его лице что-то не так…

- А ты всем сказал, кроме меня? Или хотя бы Артур не в курсе?

- У Артура хватает своих забот. Это ты хуйней страдаешь от безделья.

- Да ладно блять! А кто работал, пока вы тут загораете? - черный прищур сканирует меня с головы до ног. - С девочками.

- Язык прикуси, - требует Арс без капли шутки.

- Придется заплатить за мой язык. А еще за фотографии, которые уже в облаке.

- Сука.

- От сучьего брата слышу.

Парни вперились друг в друга взглядом и чуть ли не скалятся, как те самые псы перед дракой. Я моргаю и начинаю понимать.

- Это… Не Алекс?

- Алекс, - кивает незваный гость, - только другой. Принцесса…

Миг, и я не в объятиях Арса, а за его спиной. Рукой мой похититель сжимает горло брата. Так мастерски и быстро, что тот даже воздух не успел набрать.

- Не трогай… её…

Алекс-2 хрипит. Мне почему-то кажется, что Арс не банально посещал тренажерку. У него был другой спорт и подготовка. Он знает, куда нужно давить, чтобы обезвредить.

- Пусти…

Конечно, Арс не собирался задушить родного брата. Он его выпускает. Тот шипит и откашливается.

- Что тебе надо? - тон Арсения все же ледяной.

- Ты гасишь мой долг или… отец узнает.

Их отец? Он не в курсе, что Арс может взять вертолет и прилететь сюда?

- А не подавишься?

- Я просил тебя по-хорошему.

- В пятый раз? Ты уже не мелкий пиздюк, Лёх. Пора брать ответственность.

- Зато ты слишком много на себя берешь.

Не сразу слышу за спиной размашистые шаги по снегу. Зато голос настоящего Алекса громко бьет в уши.

- Не я слил этому еблану, где вы. Клянусь!

- Я сам догадался, - кривится Алексей, - где же еще? В тайном доме мамы…

Арсений на секунду прикрывает веки. Кажется, он напряжен до предела. Подхожу сзади и вкладываю свою руку в его.

Неосознанно. Переплетаю пальцы.

- А вы, смотрю, уже поладили, - незваный гость переключает на меня внимание.

Арс берет мою руку крепче.

26

- Значит, ты терся все это время неподалеку. А по телефону врал, что смотришь за базой. Работаешь.

- Я должен был убедиться, что это реально Строганова. А не очередная дешевка, которую ты здесь трахаешь.

- Дешевка - это ты.

Кажется, я не дышу. Алекс тоже пребывает в шоке. Милены вообще не видать - блондинка решила не лезть братьям под руку.

- Послушайте, - Алекс, наконец, вмешивается, - давайте тише, а, Лёх?.. Ты прекрасно знаешь, что в этот дом никто никогда левых девочек не возил. Всё! Другое тебя не касается.

- Папе будет интересно узнать…

- Лёх! Не разводи это… Тебя Андрюха удавит. Если Арс не сделает это вперед.

- Пошли они на хуй! Я уже не ребенок! - истерит Алексей.

Мне хочется закрыть глаза и уши от этой братской агрессии, мата. Не думала, что один из близнецов такой. Алекс отличается кардинально.

Арс тоже не позитивчик. Но на контрасте видно, насколько он выдержанный и повзрослевший уже.

И удавить он может… Мне становится дурно.

- Заткни свой рот, - почти вежливо просит Арсений.

А после вдруг подхватывает меня на руки и уносит к дому.

- Что ты делаешь?..

- Пора завтракать, принцесса.

Мои пальцы судорожно впиваются в плечи Арсения.

Я чувствую, как под его курткой перекатываются жесткие мышцы. Слышу его тяжелое, сбивчивое дыхание после перепалки с Алексеем.

Ледяная корка страха внутри медленно тает. В его руках мне спокойнее.

Но тело живет своей жизнью… Меня колотит мелкая, неуправляемая дрожь. Зубы едва заметно постукивают.

Арсений заносит меня в дом, но не останавливается в прихожей. Он идет прямиком в свою комнату.

Здесь тепло и пахнет кедром. Мне становится еще получше.

Арс осторожно опускает меня на край кровати и, не говоря ни слова, начинает расстегивать мой стеганый комбинезон. Его пальцы действуют быстро и ловко. Он буквально вытряхивает меня из уличной одежды.

Я остаюсь в толстой пижаме, но чувствую себя беззащитной. Однако Арс тут же достает из шкафа свой огромный шерстяной свитер.

Он натягивает его прямо поверх моей кофты. Следом на моих ногах оказываются его толстые шерстяные носки. Как и свитер, темно-серые.

Я буквально тону в этих вещах. Рукава свитера приходится подворачивать в несколько раз, а его край доходит мне почти до колен. Но вместе с этим коконом приходит долгожданное тепло.

Вдыхаю запах его одежды, и мир становится еще надежнее.

- А теперь идем жарить яичницу, - командует Арс.

Мы на кухне.

В панорамных окнах застыли горы, припорошенные снегом. Но сейчас эта красота кажется мне декорацией к триллеру.

Арсений усаживает меня за стол, а сам мгновенно включается в процесс.

Достает сковороду, разбивает яйца. Хлеб засовывает в тостер.

Его движения выверенные, но в каждом жесте чувствуется напряжение.

Челюсти Щербинского плотно сжаты, а нож вонзается в доску чуть сильнее, чем нужно. Он злится. Неудивительно.

Я внимательно слежу за его спиной. За тем, как он резко встряхивает сковородку.

Когда Арсений оборачивается, я ловлю его тяжелый взгляд.

- Ты ничего не хочешь мне объяснить?

- Смотрю, ты отошла? - усмехается.

Насупливаюсь.

- Я успокоюсь только тогда, когда окажусь у себя дома. А сейчас просто хочу понимать… Получается, это Алексей кружил поблизости? Его мы тогда слышали?

- Получается, так, - Арс отвечает сухо.

Включает кофемашину.

- А где он все это время был? Здесь есть базы неподалеку? Как он сюда попал?

- Ты же видела, - Арсений пожимает плечами, - на лыжах. Базы есть, но не так близко. Обычный человек не дойдет. У Лёхи прекрасная спортивная подготовка. А по лыжам вообще разряд.

- М-да… Теперь он шантажирует тебя… Что собираешься делать?

- Принцесса решила обсудить дела? - ухмыляется снова.

- Ой, Щербинский!

В голове звучит фраза Лёхи - дешевки, которых ты трахаешь…

Почему-то она отзывается внутри злостью.

Я не считаю, что девушек можно так называть… Но злюсь не из-за этого. Не из-за Алекса-2 как будто, а из-за самих этих девушек. Бред!

- Не знаю, с кем ты привык общаться… - свожу брови. - Но я не из тех, кто просто сидит и хлопает глазками. Мне хочется все знать и понимать!

В коридоре раздается шорох. К слову о тех, кто строит из себя глупенькую. Или не строит. Но я подхожу и плотно закрываю деревянную дверь, чтобы Милена не подслушивала.

Возвращаюсь к Арсению.

- Как ты планируешь поступить с братом?

Арс качает головой. Задерживает на мне взгляд.

Потом как будто понимает, что так просто я не угомонюсь. И начинает говорить.

- Дам ему то, что он хочет. Мне нужно выиграть время.

- Покроешь его долги?

- Да, но он потом заплатит мне сполна.

Задумываюсь.

- Ты сказал про время… Это про срок до нового года? Почему так? После я не буду интересна тем, от кого ты меня защищаешь?

- Да, потому что будут заключены некоторые контракты.

Боже, хоть что-то… Но постойте…

- Есть же еще Мари! К ней уже кто-то влезал… Еще Лада, которую папа любит больше жизни. Про малышей вообще молчу. В конце концов, у отца еще есть брат с семьей! Хоть дядя и не робкого десятка… Есть папины родители…

- Никто из них не пострадает.

- Да откуда такая уверенность!

Арсений выключает плиту. Сковорода все еще на ней. По кухне плывет запах яичницы, и мой живот подводит. Но самой мне вообще не до еды.

- С чего ты взял, что мои родные не пострадают?! - не то спрашиваю, не то угрожаю. Подхожу к Щербинскому. - Арсений, это важно!

- С того, что тебя ищут не только из-за твоего отца.

Жирная точка в конце. Он пригвоздил ею и взглядом меня на месте.

- А из-за чего еще… Из-за кого? Меня самой? Но я никому ничего не делала…

- Ты так много спрашиваешь, но в главном меня не слышишь. Подумай о своей безопасности. И садись есть.

27

Первым входит Алекс. Он выглядит так, будто весь день разнимал дерущихся детей. Его плечи напряжены.

За ним, как обычно вышагивая словно топ-модель, вплывает Милена. Но все мое внимание приковано к третьему.

Алексей… Видеть их с Алексом в одной комнате - это как смотреть на оригинал и его испорченную копию. Одно лицо, одни черты, но у Алексея в глазах какой-то колючий болезненный блеск. От одного его вида у меня по позвоночнику бежит холод.

Арсений выходит вперед.

Его фигура перегораживает мне обзор. Но он словно закрывает меня собой, становясь живым щитом.

- За один стол со мной ты не сядешь, - голос Арса звучит негромко, но в нем столько стали, что воздух позвякивает.

Алексей кривит губы в издевательской ухмылке. Он не прячет взгляда, наоборот - вызывающе выставляет подбородок.

- Забыл, чей это дом, братец? - огрызается он. - Это дом наших родителей. Мой настолько же, насколько и твой. Могу сидеть, где захочу.

Алекс делает шаг вперед, выставляя ладони. Будто усмиряет бурю заранее. Он выглядит измотанным, но все еще выполняет роль миротворца.

- Так, хватит скандалов, - Алекс говорит быстро, стараясь перехватить инициативу. - Лёх, остынь. Арс, мы сейчас просто возьмем еду.

- Возьмете и свалите.

- Пойдем в дальнюю гостиную. Ту, что у бани, - соглашается Алекс. - А потом Алеша уйдет.

Алексей неохотно пожимает плечами, но по нему видно - он доволен тем, что вызвал реакцию.

Пока Алекс собирает тарелки и какие-то продукты, на кухне воцаряется тяжелое молчание. Братья даже толком не смотрят друг на друга.

Милена в это время вьется рядом с Арсением. Осторожно касается его локтя, заглядывает в глаза с приторным сочувствием.

- Арс, ну не принимай близко к сердцу, - шепчет она, и ее голос звучит как патока. - Ты же знаешь, какой он. Просто не ведись, мы все на твоей стороне.

Арсений и так даже бровью не ведет.

Милена, не дождавшись ответа, переводит взгляд на меня. И вот тут сладкая маска слетает. Она смотрит волком - жестко, с нескрываемой неприязнью.

В этом взгляде читается: «Ты здесь лишняя. Ты - причина всех проблем».

Я молча хмурюсь.

Наконец, Алекс подталкивает Алексея к выходу. Тот напоследок бросает на меня липкий взгляд и выходит вслед за братом.

Дверь закрывается, но ощущение опасности никуда не уходит. Оно как будто впиталось в эти стены.

Шаги близнецов затихают в глубине дома.

А вот Милена не спешит уходить. Стоит у края стола, и я вижу, как она медленно облизывает губы, прежде чем подойти к Арсению со спины.

Ее пальцы, тонкие и с безупречным нюдовым маникюром, ложатся на его плечи. Она начинает разминать их. Склоняется к уху парня.

- Арс, ну ты весь каменный… - мурлычет, и ее голос в пустой кухне кажется неестественно громким. - Нужно расслабиться.

Я замираю, вцепившись в чашку.

В груди противно колет… Нет, не ревность! С чего бы?!

Просто брезгливость от того, как откровенно она соблазняет его.

Только Арсений даже не шевелится. Его лицо остается неподвижным, словно высеченным из гранита. Ни один мускул не дрогнул.

- Мил, - его голос звучит так сухо, что об него можно поцарапаться. - Ты, кажется, прилетела с Алексом?

Милена на секунду тормозит. Ее пальцы замирают, но она тут же берет себя в руки.

- При чем тут это? - обиженно вытягивает губы. - Я же просто хочу тебя поддержать. Ты сейчас через такой ад проходишь из-за этой… - она бросает быстрый косой взгляд в мою сторону, - этой ситуации.

- Я не хочу никого видеть сейчас, - обрывает ее Арсений. Он не оборачивается, не убирает ее руки - он просто игнорирует ее прикосновения и командует. - Иди к ребятам.

Милена резко отстраняется. Ее лицо на мгновение кривится от злости, но она быстро натягивает маску высокомерного спокойствия.

Поправив волосы, она направляется к выходу. Но у самой двери притормаживает.

Ее взгляд снова падает на меня.

- А ты чего сидишь? - выплевывает она. - Слышала? Он сказал, что никого не хочет видеть. Тебя это тоже касается. Давай, проваливай к себе.

- Какое твое дело?! - ахаю. Вот достала! - Так разговаривать будешь с…

Не успеваю придумать, с кем. Да и не надо. Потому что Арсений как всегда расставляет точки.

- Ее это не касается, - бросает он, не повышая тона.

Милена замирает с открытым ртом. Она переводит взгляд с Арса на меня, и в ее глазах вспыхивает уже неприкрытая ярость.

Не сказав больше ни слова, блондинка круто разворачивается и уходит.

Когда мы снова остаемся одни, Арсений медленно выдыхает и прикрывает глаза, потирая переносицу.

И мне вдруг хочется, прямо как Миле, подойти сзади и помассировать его стальные плечи.

Это сделать я не решаюсь все-таки… Но решаю спросить.

- У вас с Алексеем всегда были такие отношения? Такое чувство, что ему не просто деньги нужны. Он еще и моральное удовольствие получает.

Арсений встает и, наконец, выкладывает нашу яичницу на тарелки.

- У него со всеми плохие отношения. Вечно его что-то не устраивает. Возмущается всегда. Отца, понятное дело, это не ебё… Не волнует, - он вставляет приличное слово. Ставит тарелки на стол.

- А других братьев?

Мне правда интересно. И кроме того кажется, что этот разговор расслабляет Арса больше, чем массаж Милены.

Фу… Вспомнился ее массаж.

- С Артуром близнецы знакомы мало. Это мне как-то довелось жить у него полгода, - он усмехается, наливает кофе, - Антон и Андрюха, пока мы жили вместе, просто лупили Алёшу.

- Не очень-то педагогично, - поднимаю брови.

- Так они и не педагоги, - Арс смеется, - от слова совсем. Андрюша может и сейчас ему навалять. И Тоха в редкие приезды из Америки.

- А ты?

- У нас не такая разница в годах, и смотреть за близнецами мне не поручали. Контролировать их или что-то такое. Дрались мы все втроем, но по-другому.

- И все же вы не друзья?

28

Его слова о том, что я имею важность для кого-то еще, не дают мне покоя.

Я перебираю в голове всех - старых знакомых, поклонников. Даже тех, с кем когда-то ссорилась в школе или универе.

Пусто. Ни одной зацепки. Кто может охотиться за мной? Кто настолько зол на меня и влиятелен?

У меня всегда было мало друзей. Общалась с сестрой и ее приятелями.

Не ссорилась тоже практически ни с кем.

За мной даже никто особо не ухаживал! Мы с сестрой красивы, но я всегда была махровым интровертом. Как говорит Мари - одним видом блокировала даже тех, кто не успел мне написать.

А парни любят легких и веселых!

Фу-ф…

Решаю взять паузу. Иначе мозг просто взорвется!

До нового года осталась неделя, и это мой личный дедлайн. Если Арс сдержит слово, скоро это горное заточение кончится.

А пока… Пока я позволяю себе просто быть здесь.

В домике стало непривычно тихо. Арс выставил Алексея - и поделом! А следом вежливо, но твердо попросил улететь Алекса и Милену.

Видимо, устал от вечных конфликтов. А еще от приставаний блондинки! По любому!

Теперь мы одни среди вековых кедров и сугробов выше человеческого роста…

Наше же общение - это какие-то странные качели.

Вечером мы можем часами сидеть у камина. Я ловлю себя на том, что мне уютно. Я узнаю Арсения по крупицам, как сложный пазл.

Богатая многодетная семья, где любовь стояла на последнем месте после дел и успехов в бизнесе. Где братьев с пеленок натаскивали, как породистых псов.

Никаких слабостей, никаких вольностей. Только спорт и работа в бизнесе. В оставшееся время - учеба. Стремление к науке или каким-то профессиям у них не поощряли. Про творчество вообще молчу! Для их отца, наверно, это как ругательство.

Когда Арс говорит об отце, его голос становится сухим… И он никогда не вдается в подробности.

А потом может встать и уйти в дальнюю комнату - говорить по телефону. И снова превращается в того закрытого Арсения, который меня похитил.

Иногда мы готовим вместе. Вчера это была паста с курицей и грибами… Арс на удивление ловко орудует ножом, а я слежу за соусом. В такие моменты кажется, что мы обычная пара в отпуске.

Ночью я уже по умолчанию иду спать в его комнату.

В этом одиноком доме, где за окнами воет ветер, его присутствие рядом - мой единственный гарант безопасности.

Я засыпаю на своей половине, но под утро неизменно обнаруживаю себя в его объятиях. Его тепло убаюкивает, и я не отстраняюсь. Глупо отрицать очевидное - мне это нужно.

Позавчера мы гуляли у обрыва. Снег был такой чистый, что слепило глаза.

Мы дурачились. Я пыталась толкнуть Арса в сугроб, но в итоге сама повалилась назад, увлекая его за собой.

И там, в холодном снегу, его поцелуй показался мне обжигающим. Арс не извинялся и не ничего не объяснял. Просто отряхнул снег с моих волос и сказал с усмешкой:

- Ты не особенно сопротивлялась, принцесса.

И вот, до нового года всего один день. Сегодня тридцатое.

Я просыпаюсь от вибрирующего грохота. Рефлекторно шарю рукой по постели - пусто. Арса нет.

Вскакиваю и подбегаю к окну. Над площадкой, закручивая снежные вихри, садится вертолет. И вместе с ним мое сердце падает куда-то в пятки.

Грохот вертолета ввинчивается в уши. Выбивает из головы остатки сна.

Я лихорадочно натягиваю теплый комбинезон. Едва попадаю ногами в штанины. Застегиваю молнию и впрыгиваю в кроссовки.

О шнурках не думаю, просто бегу к выходу. Про шапку забываю. Плевать на холод.

Распахиваю дверь…

Черная стальная стрекоза уже затихла на поляне. Ее лопасти лениво дорезают морозный воздух. Из кабины выходят двое.

Первый - мужчина лет сорока, высокий и какой-то бесцветный. На нем идеальное серое пальто, которое стоит немалых денег… Вид образцового менеджера высшего звена - сухой, незаметный, исполнительный. Тень, а не человек.

Мое внимание тут же перехватывает второй.

Он старше, ему точно за шестьдесят. Но это не старик и не милый дедушка. От него веет тяжелой, почти осязаемой аурой власти. Даже воздух вокруг него сделался гуще.

Массивные плечи, жесткие черты лица. В его взгляде нет ни капли тепла или того, что можно назвать добрым. Только холод и брутальная сила. Черные глаза смотрят на мир как на шахматную доску, где все остальные лишь пешки.

Темный костюм и пальто усиливают эффект опасности, исходящей от него.

Я замираю на крыльце, вцепившись в дверной косяк. Становится по-настоящему страшно.

А вот Арсений… Он выходит им навстречу так, будто просто пошел прогуляться.

На нем лишь толстый спортивный костюм. Он в своей манере не надел куртку, игнорируя ледяной ветер.

В его позе нет ни тени суеты - только спокойная, пружинистая готовность.

Мужчина в возрасте едва заметно, по-хозяйски мажет по мне взглядом. Словно оценивая состояние ненужной вещи.

И тут же переводит тяжелый взор на Арса.

- Сын, - его голос звучит низко, с хрипотцой, перекрывая шорох ветра. - Я решил дать тебе шанс одуматься.

Внутри у меня всё холодеет. Сын? Так это и есть тот самый патриарх золотой семьи, о которой Арс столько говорил у камина?

Возможно, именно сейчас настанет тот самый момент истины, который я так долго ждала…

Но то, что отвечает Арс, повергает меня в настоящий шок.

- С минуты на минуту здесь будет вертолет Строганова. Я позвонил ему. Он подписал контракт, а сейчас возьмет свою дочь и навсегда попрощается с нашей семьей.