Тяжёлые будни в сказке

Всё

Сход проходил в доме прачки, так как только к ней они все могли прийти, не вызывая подозрений. Ведь грязное белье случается у всех. Первым, как лидер этого всего, начал говорить Карабасик Барабасик — стройный юноша семнадцати лет с пушком волос над губами.

— Первым хочу выразить благодарность прачке, которая согласилась предоставить нам всем помещение, — Карабасик благородно кивнул прачке. — А также напомню про двойную плату за услуги, на которые мы все согласились, — посмотрев на всех, сказал он. — Вторым я благодарю вас всех, что пришли на собрание, а в-третьих, у меня вопрос: почему здесь Маливита?

Все посмотрели на девушку с синими волосами в голубом комбинезоне. Заправив короткие волосы за ухо, она посмотрела на Карабасика и чувственно сказала:

— Я влюбилась в тебя!

Все ахнули. Неужели они видят то самое — любовь с первого взгляда?

— Я пришла, чтобы внедриться в вашу группу и узнать ваши секреты, но, увидев тебя, я больше не могу подчиняться Попа Карло. Отныне я с тобой!

— Это смущает, — сказал Карабасик, стойко выдерживая момент. — Хорошо, обсудим это с тобой потом. Теперь вопрос к вам, Лиса и Кот: как продвигается стройка замка? — обратился он к супругам Алисе и Базилио.

Зачем они отзывались на эти прозвища, никто не знал, и всем было все равно. Супруги были главными бизнесменами на острове и торговали воздухом. Режим Попа Карло очень сильно ударил по их бизнесу, ведь тиран первым делом объявил весь воздух своим и облажил налогом его использование.

— Плохо, — сказал Кот, протирая свои глазные линзы. — Стены не видны, а самое главное — они воздушные и потому неощутимые.

— Плохо, — согласился Карабасик. — Тогда план, предложенный Джупелло: ты уже выстругал нам всем гробы?

— Я не успел, — гробовщик уныло потряс головой. — Бурато сказал, что все деревянное — это его братья, и что отныне запрещается что-либо делать с деревом.

— Жаль, — огорчился Карабасик. — Тогда что делать?

Все молчали, потому что не знали, что делать. Тогда заговорила Маливита:

— У Попа Карло есть секрет. — Она подалась вперед, практически лёжа на столе, и все повторили ее действия, желая узнать этот секрет. — К нему в замок есть тайный проход. Он очень любит свою мать Торитило, которая отказывается переехать к нему, и он прорыл туннель, чтобы тайно посещать ее.

— Зачем? — спросили все одновременно.

— Не знаю, наверное, стыдится, что его назовут маменьким сынком. Он навещает ее каждый день.

— Что за глупости? — возмутился Базилио. — Любить мать не стыдно. И быть любимой матерью тоже.

— Согласен, — согласился Карабасик. — Но это не относится к делу. Тогда так: мы с Маливитой пойдем к старухе Торитило и тайно проникнем в замок Попа Карло через туннель. Но есть проблема: как заставить его сегодня не ходить к матери?

— Мы можем отвлечь его ложным обманным заблуждением, — сказала Лиса.

— Отлично, так и поступим, — обрадовался лидер. — А теперь давайте монеты, нужно оплатить услуги прачки.

***

У Попа Карло был выбор: выбрать правый или левый. После долгих обдумываний ему надоело, да и проголодался, поэтому он решил, что будут оба по очереди. Но тут возник другой вопрос: кто первый? И он опять пустился в раздумья. В этот тяжелый момент к нему зашел Бурато — высоченный амбал, который еле пролезал через дверные проемы. Всегда ходивший в узких штанах до колен, сверху он одевал шубу из коры.

— Папа Карло, есть очень важные новости, — оглушающим басом прокричал он.

— Тише, убавь громкость! — Карло принялся массировать уши. — И сколько раз тебе повторять: я не твой отец. Я ПОПА, понимаешь? Правитель острова, правильный администратор! Когда уже запомнишь?

— Прости, Карло, я запомню, — пообещал Бурато. Но он обещал это и в прошлый раз, и позапрошлый раз, и так далее. В общем, Бурато не был держателем обещаний. — Тут пришел слух, что повстанцы решили сегодня штурмовать замок.

— Откуда сведения? Маливита добыла?

— Нет. От нее по-прежнему нет новостей. Слух принес Сорока.

— Ну-ка, позови его.

Бурато неуклюже вышел за дверь, а потом вернулся с щуплого вида мужчиной. Сорока Птиц был местным почтальоном.

— Здрасьте, отец Карло, — сказал почтальон.

— Тебе-то каким боком отец? — удивился Попа Карло. — Мы же с тобой одноклассники.

— Ну, ты ведь босс, вот и… А впрочем, не важно. Вот, — Сорока протянул письмо. Открытое. — Его открыли при мне, когда передавали, и прочитали, — сказал он, чтобы не возникло недопонимания.

Прочитав письмо, Попа Карло пришел в бешенство.

— Я ПОПА, а не ПАПА! Правитель острова, правильный администратор, а не придурошный алкаш дважды! Бурато, собирай людей, мы идем к ним! Хотя нет, — Карло остановил уже собирающегося выходить Бурато. — Сегодня у мамы день пирожков. Так что скажи Пиаро собирать людей, а ты… — он осекся, посмотрел на людей вокруг и, позвав амбала, начал тихо говорить ему в ухо.

— Понял, Карло, все сделаю, — пообещал Бурато.

Чтобы не забыть, он пошел к зеркалу и записал на лбу все, что сказал Карло. А Карло наконец выбрал, что будет первым. Первым будет парень справа, потом парень слева, которые будут кормить его, потому что ему сегодня не хотелось самому класть еду в себя.