Уборщица. После

Часть 1. Глава 1

Книга первая - ,,Уборщица,, - в БЕСПЛАТНОМ доступе на Литнет

***

Глава 1

- Нади-и-ичка, здравствуй! – расплылась в льстивой улыбке тётя Люда, - свекровушку повидать пришла?

- Да, Зою Семёновну проведала.

- А что, нынешняя свекровь не обижает?

- Нет, что вы.

- Ну, красавицей какой ты стала, ну, какой красавицей! – распалялась тётя Люда.

- Спасибо, - улыбнулась Надя и пошла дальше, к припаркованной на стоянке машине.

Пикнула сигнализация, девушка открыла дверцу водителя, села за руль и спустя несколько мгновений черный джип выехал со двора.

- Вот тебе и пожалуйста, - тон Бубенцовой уже не добрый, а злой, - из дворовой проститутки, глянь куда вылезла? Теперь глянь, какая важная - не подступишься. Каблуки надела. Вот что деньги делают.

- Да, девка стала красивая. Машина шикарная, - задумчиво вздохнул Фёдорович.

- Какая там шикарная, сейчас такие машины по рублю ведро. Ты вспомни, какая нищета была подзаборная. А тут, улыбается. Фифочка!

- Ну не знаю, смотрится красиво. И Надя настоящая красавица. На каблуках. Да уж. А ты Люда, видать завидуешь, что она на такой машине.

- Тьфу на вас, чему завидовать? Вот этому тарантасу? Шо вы там красивого нашли? Вспомните лучше, откуда она вылезла. Ведь из грязи вылезла, с самого, можно сказать дна.

Тётя Люда завидовала, страшно завидовала. Что это за такая жизненная несправедливость. Какая-то рвань, в женихи - вон, какого богача отхватила, а она всю жизнь с Гришкой - алкашом мучается. То лечи его, то кодируй, бесконечно.

Завидовала тётя Люда богатой жизни всегда. Но даже не догадывалась, что богатая жизнь - не обязательно счастливая.

Чего там думать, раз деньги есть, то и счастье приложится. Только не всегда оно, то счастье к деньгам прилагается.

***

Надя выехала со двора. Теперь бывает тут редко. Андрюшку, Володька обычно сам забирает. Когда никогда созвониться Надя со свекровью, да заедет ненадолго. Но там и без неё хлопот хватает. У Володьки с Машей близнецы годовалые, там есть чем заняться.

И к соседке Надя заглянет, как и чего расскажет. Что живут они с Андреем душа в душу, что он её не обожает и мама его прекрасная женщина. Никогда слова плохого не скажет.

Потом в свою квартиру спуститься посидит в кухне у окна, прошлое вспомнит. А порой и загрустит. Что-то не весело на душе, ой как не весело.

Отчего и сама не знает.

Потом вздохнет, встанет с табурета и к выходу. Хватит сидеть, пора делами заниматься.

Дел теперь много. Ещё одну станцию открыли, так Надя там директор. Делать то особо ничего не надо. Сиди себе, проверяй, чтобы всё по-правильному. А бухгалтер за тебя всё посчитает.

Иногда думала Надя, зачем это ей в кабинете сидеть, и предлагала Андрею нанять кого-то толкового, но тот пока не соглашался. Станция новая, нужно сначала самим понять какие она прибыли приносить станет, а потом уже человека сажать.

Пока так, а там дальше видно будет.

Автомобиль направила к станции, где Андрей управлял. Он просил заехать. Свою машину оставит, чтобы мужики посмотрели, а домой вместе поедут. Нужно было его забрать.

Ровно в пять заехала в ворота станции техобслуживания. Надя вышла из машины, осмотрелась, кивнула мастерам, и пошла к лестнице, что вела в офис Андрея.

Глава 2

- Андрей Александрович, ещё пару документов, подпишите? Нужно сейчас копии отослать.

Лиза заглянула и изящно выгнулась у дверного проёма. Кораллового цвета платье, как красная тряпка для быка, для кого угодно, но только не для Лозового.

Почему-то на протяжении стольких лет, он совершенно равнодушен ко всем изгибам Лизиного тела. А её бесконечная череда туфель на шпильках, только на него одного, не производила никакого впечатления.

Мужики в мастерской шутили, не может быть, чтобы босс такую кралю и не оприходовал. Но верили, действительно - нет. Зная его характер, можно было поверить во многое. И даже, в его равнодушие к секретарше.

А вот в то, как он любил новую жену верили все. Носился с ней словно с маленькой девочкой, уси-пуси. Тут каждый, кого ни спроси, однозначно ответит – это любовь.

Все - это одно. Но сама секретарь Лиза, много лет старалась привлечь к себе внимание шефа. Сколько сил она потратила на свою красоту, сколько денег в неё вложила. Шла на большие жертвы, не ела, не пила, даже удалила зубы мудрости. Да что она только не делала.

Мечтала заполучить Лозового себе в мужья, а он всё никак. Ну не поддаётся. Ну, что поделаешь. Лиза всё ждала, когда же, наконец, Лозовой рассмотрит все её достоинства. По-всякому провоцировала, по-хорошему, и по-плохому. Ловила его в пьяном угаре. Обхаживала, в надежде, что он, как нормальный мужик, сделает то, чего она так давно ждёт. Нет - никак.

За эти годы, он только пару раз по пьяни лапал ее, а потом уснул, в кабинете на диване. Нелегко давалось, но она терпеливо ждала. И ведь были достойные мужики, которые, при желании, осыпали бы её и деньгами, и бриллиантами, а она нет. Терпит и ждёт.

И тут, такое потрясение.

Женится!

И на ком? На какой-то облезлой дуре!

Мужчина, который должен был достаться ей - Лизе, достаётся деревенской простушке, без макияжа и маникюра, что уже говорить об остальном.

Лиза была просто в шоке от этой новости. И страшно зла. Она положила столько лет на этого мудака. Мечтала о свадьбе, а какая-то мочалка, пришла и просто забрала то, что ей не принадлежит.

Лиза решила отомстить, и теперь уже использовала всё своё оружие, по тому назначению, по какому полагалось. Декольте, губы, волосы, ногти, каблуки, и конечно же, сногсшибательная фигура. Всё по высшему разряду.

Но пока - только свист мастеров вослед.

Ничего, будет праздник и на этой улице.

- Давай сюда, - махнул рукой Лозовой.

Лиза изящно изогнулась, подавая бумаги.

- И вот тут. Это за шины, а это диски.

Лозовой подписывал, быстро просматривая документ. Он не церемонился и кажется, даже не чувствовал запаха духов Лизы. Холодный, как айсберг.

- Ой, а что это у вас на воротнике сзади! - воскликнула она неожиданно.

- А что там? - он стал тянуться и пальцами пытался оттереть то, что прицепилось.

- Подождите не трите, я сама, - она пристроилась сзади него и что-то начала тереть, одной рукой, а другой зачем-то обхватила его спереди за шею. – Сейчас всё ототрём.

- Да что там такое? - сердито крутил головой Андрей.

Лиза подставила плечо и всякий раз, когда он поворачивался, упирался носом в её плечо.

- Минуточку, копалась она, - ещё немного, - Не крутитесь, вы мне мешаете.

Она совсем прижалась к нему, а он, уже в некотором раздражении сказал:

- Ну, ты скоро.

- Я уже, - ответила она, выпрямилась, и они оба глянули на дверь.

У входа стояла Надя.

Глава 3

Лиза гордо поджала губы, быстро собрала со стола документы.

- Я вам больше не нужна Андрей Александрович? – демонстративно глянула она на Лозового.

- Нет, - резко сказал он, - больше не нужна.

Лиза вышла, прикрыла дверь.

На лице Нади растерянность и недоумение.

Лозой встал, подошел к ней совсем близко. Тронул подбородок, приподнял.

- А что такое, почему у нас слезки на глазках?

Надя отдернула подбородок, отошла.

- Она сказала, у меня что-то на воротнике, сзади, - он подошел к зеркалу, повернулся.

- У тебя там ничего нет, неужели непонятно.

- Вот хитрая. Ну хочешь, я её уволю. Хочешь, прямо сейчас. Малыш? Ну хочешь.

Он снова подошел, попытался обнять, но Надя опять отошла в сторону.

- Ну, малыш?

- Почему ты такое ей позволяешь?

- Да я не позволял, она резко подскочила…, - оправдывался Андрей.

- Я не хочу знать подробности, - обиженно Надя встала у окна.

Андрей подошел сзади, обнял её за талию. Потянул и прижал к себе. Коснулся губами её волос и, прикрыв глаза, сказал:

- Маленький мой, неужели ты думаешь, что мне может понравится такая размалеванная кукла. Я тебя люблю, за то, что ты прекрасна, просто так. Как есть, - он поцеловал её в шею. - Но мне приятно, что ты ревнуешь.

- Вовсе я не ревную.

- Ревнуешь, ещё как ревнуешь. Это значит, ты меня любишь безумно.

- Я просто не понимаю, почему ты допускаешь…

- Ну, всё! - выпалил он, - я сказал, хватит! Сколько можно? Пошли, я хочу пригласить тебя в ресторан.

- А это обязательно? – обиженно сказала Надя.

- Обязательно, и ничего не хочу слушать. Всё пошли, - он повернул её и поцеловал.

Грустный взгляд блуждал по залу. Надя искала что-то в предметах какой-то подсказки. Но не находила. Она пыталась понять, отчего так тоскливо на душе? Почему не радует ни интерьер, ни еда, ни напитки?

Почему Андрей, сидит напротив, спокойно уплетает Блек Ангус? Спокойно, позабыв о том, что сейчас произошло.

Отчего так просто случившееся, вылетело из его головы, но никак не может вылететь из головы Нади?

Она попыталась порезать мясо, но то ли нож тупой, то ли совершенно нет аппетита. Надя взяла бокал с водой, отхлебнула.

- Так вы обнимались? - спросила она.

Андрей прекратил есть, удивлённо глянул и сказал:

- Ну хватит, проехали уже. Чего ты цепляешься?

- Я просто хочу понять, почему она трогала тебя? Это каждый день у вас такое?

- Что-то там у меня на воротнике прилипло, она очистила. И всё. Всё, - он уже раздражался. - Не начинай. Дай спокойно поесть.

- А тебе не кажется, у нас с тобой что-то происходит?

- Что происходит? - он снова поднял взгляд от мяса.

- Я не знаю. Ты мне скажи.

- Ну вот, опять. Можно мне поесть? Почему у вас женщин всё так сложно? Ну вытерла она, но это же не повод теперь целый день об этом говорить. Я же не вспоминаю тебе…, - он запнулся.

- Чего не вспоминаешь? – она глянула так, что он тут же засуетился.

- Да нет, я не это хотел сказать.

- Нет, ты договаривай, чего ты мне не вспоминаешь.

- Малыш, ну вроде уже обсудили, зачем возвращаться?

Надя положила ладонь на стол и несколько секунд молчала.

- Ты всё время будешь так говорить, я уже это поняла.

- Да нет, ты не…

- Не надо Андрей, если так, нам лучше не жить вместе. А ещё лучше развестись, если тебе нравится, когда тебя трогают другие женщины.

- Да никто меня не трогал! – закричал он.

Надя вздрогнула.

- Какого хрена ты делаешь?! Я не собираюсь тут падать и умолять, чтобы ты простила меня за то, что кто-то там потрогал мой воротник. У тебя проблемы? Не до чего докопаться? Что ты хочешь, чтобы я сказал?!

Надя встала из-за стола. Повернулась и пошла к выходу.

- Надя вернись! Черт, - он кинул вилку об стол, посетители беспокойно заворочались. Из-за соседнего столика обернулась женщина, гордо глянула на Андрея.

- Чего уставилась! – проговорил он, достал деньги, кинул на стол и пошел догонять жену.

Машины на стоянке уже не было.

- Черт, черт! – он два раза ударил в стену ладонью.

Оперся спиной и глянул в небо.

Почему он не мог сдержать себя, неужели так тяжело контролировать слова. Так трудно понять, что каждое из этих слов, будто нож ей в сердце. Но он упорно забывает, и всякий раз, в порыве какой-то неконтролируемой злобы говорит ей это. Он хотел не делать этого, запоминал, а потом, когда обстоятельства заставляли выйти из себя, не мог сдержаться.

Андрей, достал телефон. Звонить бесполезно, она всё равно сейчас не ответит. Набрал номер такси.

В тёмной спальне, только силуэт на кровати. Андрей быстро разделся, приподнял одеяло, лёг. Пару секунд он прислушивался. Она точно не спит. Подвинулся ближе, ещё ближе. Обхватил Надю за талию, притянул к себе.

- Маленький, ну прости. Я дурак. Ты простишь меня?

Он прижал её, поцеловал шею.

- Прощу, - сказала она, повернулась, в темноте блеснул её взгляд.

Он погладил её волосы.

- Ты же знаешь меня, я вечно не могу сдержаться. Я только тебя люблю. Понимаешь, только тебя.

Надя провела пальцами по его щеке, а он поцеловал её пальцы.

- Я тебя никому не отдам. Понимаешь? Только ты, должна верить мне.

- Хорошо, я верю тебе, - и она потянулась губами к его губам.

Глава 4

Пять лет - немалый срок.

Пять лет любви, но и противостояния, нежности, но и несправедливых упрёков, заволакивающей разум страсти и временного отторжения.

Жизнь с Андреем, сродни жизни рядом с вулканом, никогда не знаешь, в какой момент он начнёт извергаться. И пока льётся разгоряченная лава, рушит всё, что построено, налажено и скреплено.

Остывает он быстро, но каждое извержение несёт массу непоправимых разрушений.

Надя знала, что он такой. И ему не нужно никакой маски. Потому что это не было преображением, это был - он сам. Любящий, трепетный, нежный и в то же время - деспотичный, грубый, властный.

Когда он горел – хватался за всё, использовал всё. Он словно не понимал, что говорил, что делал. И это пугало. Но иначе, не будет никогда.

Он такой. Либо принимай, либо уйди.

Она не уходила, потому что без него просто не представляла своей жизни, а жить с ним очень трудно. Никогда не знаешь, в какой момент он взорвётся в следующий раз. Даже когда она не произносила ни слова, он мог упрекнуть её за молчание. Говорила, он цеплялся к словам. Невыносимо, иногда больно и обидно. Но она терпела, потому что любила.

Потому что всякий раз, после того, как затухнет, он бросал к её ногам, всего себя. Он любил её так, как она хотела. Как всегда, мечтала и от этой любви просто не могла отказаться. Надя знала, любовь Андрея разрушительна, отчаянна, даже зла. Своеобразная, жестокая и порой какая-то больная. Но эта любовь, которая была Наде нужна. Потому что никто и никогда так не любил её, и она, никого так не любила.

Пусть даже когда-нибудь эта любовь погубит, пусть растопчет, и кинет обратно, откуда пришла, но Надя точно знала, что никогда не пожалеет о том, что она бала. И по собственной воле, ни смотря, ни на что, не сможет от неё отказаться.

Так она считала, до того момента, пока не настал день, что заставил вытолкнуть из замкнутого круга. И возможно чуть шире открыть глаза, чтобы рассмотреть свою любовь под самым большим микроскопом.

А может быть, это была та капля, которая переполнила сосуд.

Вчерашняя обида прошла, как проходили сотни обид. Погорит, сожжёт ещё кусочек любящего сердца и пройдёт. Но с каждым новым днём, всё меньше места для нового переживания, всё больше желание оттолкнуть, выждать, ни терпеть незаслуженных обид.

Немного осталось места, ещё чуть-чуть и не выдержит душа.

Утром проснулась, Андрея уже не было, зато белая роза на подушке, заставила улыбнуться. Настроение прекрасное. Всё, что было вчера улетучилось и снова забылось.

На работу Надя приезжала рано. Андрюшку в школу и сразу на станцию. Порой даже мастеров ещё не было, только дворник мёл территорию.

Заехала в ворота. Во дворе уже стоит чей-то автомобиль. Надя припарковалась, вышла из машины и пошла по двору в направлении офиса.

Волосы её от лёгкого ветра взлетали светлым облаком и снова падали на плечи. Нежного желтого цвета платье с юбкой солнце-клёш, мягко струилось от движения ног. Белые лодочки на шпильке. Летящая походка, настроение прекрасное.

Из машины вышел парень похожий на офисного клерка и окрикнул:

- Доброе утро!

Надя обернулась, присмотрелась. Обычно она не рассматривала мужчин, или парней, но этот интересный. Стройный, в костюме, при галстуке. Приветливое, симпатичное лицо.

- Доброе утро, - произнесла Надя и улыбнулась.

- Вот, приехал к вам на ремонт, что-то барахлит, – он тронул пальцами лобовое стекло.

Не слишком глубоко Надя разбиралась в марках машин, и уж точно не определяла их на глаз, но его автомобиль явно был не из дешевых. Что-то класса люкс, кажется Ламборджини.

- Немного подождите, сейчас придут мастера, - сказала Надя и пошла дальше.

Но парень не отставал.

- А могу я пригласить вас на чашечку кофе?

- Извините, нет, - она с улыбкой обернулась.

- Почему, можно поинтересоваться?

- Во-первых – я не пью кофе, а во-вторых - я замужем.

- Ах, как жаль, что вы не пьёте кофе. Тогда я могу предложить выпить чаю.

Надя дошла до двери, открыла её и повернулась к молодому человеку.

- Нет, - сказала она, и вошла в помещение.

За счетами, которые полдня пришлось пересматривать, Надя забыла об утренней встрече.

Бухгалтер Светлана Петровна, маленькая элегантная женщина, похожая то ли на японку, то ли на кореянку, непонятно, важно то, что она несла на себе всё бремя документации связанной со станцией, и многому научила Надю. Полдня они копались в бумагах и ни о чем другом не могли думать, когда дверь кабинета открылась, и вошел Андрей.

- Привет, девушки.

Настроение его явно приподнятое и оно как-то сразу передалось Наде и бухгалтерше.

- Добрый день Андрей Александрович, - Светлана Петровна хотела встать, чтобы удалиться, но Андрей остановил её.

- Ох, нет, сидите, сидите, - он поставил на стол пакет, - сейчас, будем пить чай.

- Может, я всё же пойду, - порывалась вставать женщина.

- Ещё чего, я всего на минуту заехал. Сейчас уезжаю, только вот тортик для вас завёз. Чтобы вы тут не скучали, и поцеловать жену, - он потянулся через стол, Надя привстала, подставляя щёку.

- Ох, Андрей Александрович, это слишком жестоко, какой шикарный торт. Я же на диете.

- Значит, заберёте домой детям. Потому что, я так понимаю, Надя тоже на диете? Хотя я и не прочь, если она чуть-чуть поправиться, - он глянул на её тонкую талию и усмехнулся.

- Ну да, а когда поправлюсь, будешь ругать, что я толстая! – засмеялась Надя.

Ей было приятно, что он заехал, очень приятно.

- Ладно, не буду мешать, - он повернулся и в тот же момент в дверь постучали.

- Входите, - сказала Надя.

Дверь распахнулась, на пороге стоял курьер в форменной кепке, а в руках у него невероятно красивый букет. Розовые розы.

Глава 5

Едва солнце скрылось за крышей соседнего дома, на лавку у второго подъезда потянулись почётные пенсионеры двора.

Тётя Люда теперь выходила только для того, чтобы не потерять своего влияния на умы жителей, да лишний раз блеснуть эрудицией, которая была более в ней развита в связи с покупкой небольшого ноутбука и регистрации на сайте Одноклассники. Не проходило ни дня, чтобы женщина не вышла к народу с новым перлом, в виде анекдота или умной фразы.

Бабушки и дедушки на лавочке с уважением взирали на Бубенцову, которая с каждым днём поражала их ярким интеллектом, новинками юмора и конечно, не обходила вниманием тайной жизни жителей двора.

- Ой, умру, - смеялась тётя Люда, как раз в тот день, - сегодня анекдот прочла, от смеха даже со стула падала. Вы представьте, судья спрашивает – Мадам, как вы могли за оскорбление, ударить потерпевшего утюгом. А мадам отвечает - Извините, веера под рукой не нашлось. А-ха-ха-ха.

Бабушки смеялись, Федорович смеялся:

- Смотри, какая ты Людка продвинутая стала. Как энтот компутер себе купила - загордилась. С нами долго не сидишь. Недозавёшся тебя.

- Да что с вами сидеть? Я теперь - в Одноклассниках. Там интересно и новости все узнаешь, и посмеёшься. В игры поиграть можно. Подруга меня на Пиратов подсадила, теперь сижу часами.

- Раньше такая не была, общительнее была, всё больше с народом. А сейчас загордилась.

- Так об чём с вами общаться. Вы же сидите, целый день одну и ту же новость перетираете. Неинтересно. Или сериалы свои обсуждаете. Нет. Нет хороших новостей во дворе, совсем нет. Не то что раньше. Что, у кого. А сейчас. Тьфу, не о чем и поговорить, так, чтобы по-серьёзному.

- Вот значит, отчего ты нас чураться стала? Если у меня компутера нет, так со мной уже не поговорить? – обвинял Фёдорович.

- Сейчас вся страна в соцсетях.

- В каких ещё сетях? – влезла в разговор баба Шура.

Она только недавно переехала и теперь со всеми знакомилась. – А вот у нас в деревне, бывало такое, соберёмся с девками…

- Вы не у себя в деревне, у нас тут город, цивилизация, не путайте.

- Что ж мне теперь…?

- Вот и не путайте.

- Да, не то время сейчас, - вступал снова Федорович, - раньше ведь как, танцы были для пенсионеров, общение, в кинотеатр сходить. Святое дело. Я помню как по десять копеек билет бы. А тут, сиди на лавке, вот тебе и всё общение.

Во двор въехал черный джип. Все притихли. Теперь, когда соседи машинами мерялись, даже пенсионеры обсуждали у кого лучше, кто где денег на машину взял. Это тоже было любимой темой.

- О, а Кузнецовы вечно ходили бедненькие, а теперь смотри на какой махине ездит. А то всё - денег нет, денег нет, - говорила тётя Люда, наблюдая, кто же из джипа покажется.

Машина остановилась на парковке, дверь открылась, вышла Надя Цветкова.

- О, что это она к нам зачастила? Прям любовь у неё со свекровью что ли?

Надя открыла багажник, достала большую сумку и чемодан. Открылась задняя дверь, из машины вышел Андрюша.

- О, ё маё, это что она? - тётя Люда прищурилась в ожидании действий Нади. – Никак снова в квартиру свою переезжать собралась? Это чего ж она, никак от мужа ушла? Ох, ты. Ну и дела.

- Может и ушла, глянь какие сумки волокёт, – подтвердил догадку Фёдорович.

- Ах ты, так он же бизнесмен.

- Да, сейчас за теми бизнесменами, видно не сильно сладко живётся, – вставила баба Шура.

- Житуха ей не понравилась? Да что ж им всё неймётся? Живи себе припеваючи, радуйся. Нет, и тут - не то. Смотри, какая переборчивая. Живи себе - ешь фуагру, нет же, знай на нищенство тянет. Сказано - гены. Всё ей не нравится. Гляди, какую машину он ей отгрохал. Это же не за просто так. Не за красивые глазки. Она ещё носом крутит.

- Может он оказался - изменщик, - подлил масла в огонь Федорович, - по бабам видать неплохо шастает.

- И пусть шастает, если у него денег куры не клюют. Может себе позволить. Ну, прошелся разок, всё равно ж домой вернулся.

- А ей вишь, не нравится.

Надя с Андрюшей прошли, поздоровались и направились к своему подъезду.

- Ну всё, начнётся теперь во дворе весёлая жизнь. Я же говорю, гены не пропьёшь, - радостно потирала ладони тётя Люда Бубенцова.

Глава 6

- Мама, где Надя?! – Андрей ворвался в кухню, - Её нигде нет!

Галина Васильевна сидела у окна, только глянула на него сквозь очки, и сразу отвернулась.

- Мама, не молчи, где она?

- Тебя видно уже ничего не исправит, - проговорила женщина, - Что тебе нужно, Андрей? Кто тебе нужен? Почему нельзя просто жить и радоваться тому, что есть? Вот и Надя ушла. Вещи собрала и ушла.

- Куда?

- Я откуда знаю. Домой к себе, куда ей ещё идти? Думала я, заживёшь как нормальный человек. Семья ведь у тебя. Нет и тут успел нагадить.

- Не начинай, - он бросился в комнату, открыл шкаф и увидел только пустые полки, - Черт, черт!

Андрей прижался к шкафу, сжал кулаки и ударил себя в лоб.

- Я идиот, какой же я идиот, мама!

Галина Васильевна вошла в комнату.

- Андрюша, ты должен вернуть Надю. Ты просто обязан её вернуть, - она встала у косяка, - ты пропадёшь без неё Андрюша. Я тоже не могу так, ты лишаешь меня возможности иметь близких людей. Думаешь, мне легко смотреть на то, как ты бесишься?

- Она ушла? – будто не понимая, что происходит, спросил Андрей у матери.

- Она попросила у меня прощение за то, что уходит. Но разве она в этом виновата? Это ты виноват. Ты.

- Да я виноват. Я один. И я сам всё буду исправлять. Не волнуйся мама, ты не останешься одна. Я верну Надю.

И он, начал стараться её вернуть.

Только где она?

По нескольку раз в день, Андрей ездил к ней домой, ждал у подъезда, звонил, стучал, оставлял записки. Её не было. Она испарилась. Исчезла.

Даже вечером в окнах квартиры не было света. Он ехал в школу к Андрюше, в классе учительница сказала, что его нет уже несколько дней. Андрей не знал, куда податься, что делать и как быть. Надя словно испарилась, исчезла.

В первый раз за всё время, она не выдержала и ушла. А ведь сколько терпела? Сколько раз он говорил ей что-то, отчего самому становилось потом тошно. Сколько раз срывался и корил себя за это.

Почему он так поступал? Не мог сдержаться, почему?

Может быть потому, что он уже не в состоянии контролировать себя? Нужно признаться себе – нужна помощь.

Но единственная помощь, которую он хорошо знал, уйти куда-нибудь, закрыться от всех и напиться. Как делал сотни и сотни раз. Он находил в этом какую-то невидимую помощь. В том страдании, которое испытывал, в тоске. Это, если не помогало, то заставляло отрешиться от всего и почувствовать себя другим человеком. Который всё понимает, но только сделать ничего не может.

Он мог решить любую проблему хозяйственную, но не мог переступить через душевные страдания. Он мог любить что есть силы, но не мог сдержать порывов ревности. Они рвались наружу и сжигали отношения, как огонь сжигает стебли сухой травы.

Андрей чувствовал, как сильно неправ, но ничего не мог с этим поделать. Потому что смотреть на Надю, любить её и не уметь не ревновать, это неразделимо. Сложно. Невозможно.

Ведь она такая красивая, и он очень страдал от того, что не он один это видит. В голову приходили разные мысли. Они заполоняли разум подозрениями. А подозрения эти, сводили с ума в одиночестве и выходили наружу при любом даже малом обстоятельстве.

Андрей знал, как любит его Надя, и она никогда не позволит себе такого, но те слова, что когда-то прозвучали, так цепко сидели в мозгу, просто не давали нормальной жизни. Столько лет прошло, а он всё помнит их и никак не может понять, как избавиться от них и от всего того, что с ними связано.

Возможно, из-за этого всё и происходит. Из-за этих мерзких слов, брошенных когда-то Гороховым. Он бросил и забыл, а Андрей столько лет мучается.

И он, вроде уже переступивший через всё это, поверивший, такого просто не может быть, потому что не могло быть никогда, вновь и вновь кто-то прокручивал в голове эту ненавистную фразу - «Пока тебя нет, к ней ходит ещё несколько мужиков…»

А теперь, осталось, закрыться и пить, только и всего…

Глава 7

Секретарша Лиза всё замечала. Искренне проникалась переживаниями босса, даже желала помочь такому открытому горю Андрея Александровича. Его угнетённое состояние, прямо кричало о проблемах с женой, потому что ни по какому другому поводу, обычно он так не страдал.

Лиза, ждала таких дней с нетерпением, готовилась к ним заранее и делала все, чтобы показать себя в эти дни с самой лучшей стороны. Одевалась особенно тщательно подбирая одежду, старалась как можно больше попадаться боссу на глаза, и угождать, угождать бесконечно.

И вот, только лишь Андрей, всклокоченный и помятый, придерживая карман из которого торчала пробка коньячной бутылки, и злобно оборачиваясь, проследовал в кабинет, Лиза поняла - пора.

Теперь, или никогда. Это был её шанс и обязательно нужно им воспользоваться. Если прозевать сейчас, потом неизвестно ещё когда получится. Лиза не собиралась упускать эту возможность.

- Принеси кофе, - кинул на ходу Лозовой и она подскочила с места, чтобы приготовить ему кофе.

Рабочий день близился к концу, мастера вот-вот начнут расходиться, а это как раз, то что нужно.

Лиза приготовила чашку кофе, быстро высыпала туда немного белого порошка из свёрточка, который давно держала наготове, вдруг подвернётся подходящий случай.

Вот и настал тот момент.

Секретарша подхватила чашку, подошла и постучала в дверь кабинета, а когда не услыхала ответа, открыла её и быстро вошла. Андрей, как обычно, в такие дни – распластался на диване. Сигарета в его руке, дымит тонкой струйкой. Стеклянный взгляд - в потолок.

- Ваш кофе, - произнесла Лиза, как можно ласковее.

- Поставь, - Лозовой махнул рукой, пепел с сигареты упал на пол.

Секретарь поставила чашку на стол и неуверенным шагом медленно удалилась. Она волновалась, что если он не выпьет, или выпьет кто-то другой, или придётся сидеть тут полночи, дожидаться, когда выпьет.

А ведь нужно ещё попасть в тот момент, чтобы он был в состоянии ходить. Не потащит же она такого громилу домой, на себе. Для чистого плана, он сам должен идти собственными ногами, будто бы по доброй воле. В общем, вопросов множество и если хоть один пункт собьётся, рухнет весь план.

Но спустя полчаса, Лиза услышала какой-то звук. Прислушалась, как будто падает что-то со стола. Секретарша открыла дверь и увидела, Андрей стоит, упёршись о стол и мутным взглядом окидывает кабинет. На стук каблуков он обернулся и по всему видно, даже не узнал.

Чашка кофе пуста. Пора действовать.

Лиза кинулась к Лозовому:

- Пойдёмте, я отвезу вас домой.

Она подставила плечо, он схватился.

- А ты кто? - он видно уже совсем ничего не понимал.

- Я Лиза, помнишь меня? - она улыбнулась самой лучезарной улыбкой, он улыбнулся в ответ.

- Ли-за. Ты красивая - Лиза, поехали домой.

- Конечно, поехали, я отвезу тебя домой, в постельку спать, - она нашептывала ему на ухо.

- Да, в постельку, - повторил он, рука его обхватила Лизу за талию.

Быстро, как могла, поддерживая, она дотащила Андрея до своего Пежо и усадила на заднее сидение. Андрей уже почти висел, нужно было действовать очень быстро. Мотор, пара движений и машина уже несётся по шоссе.

Через несколько минут, с большим трудом Лизе удалось вытянуть его из машины, пришлось хлопать по щекам, чтобы он хоть как-то делал шаги сам. Ведь, если он окончательно заснёт, то упадёт прямо на улице, а это тоже сорвёт весь план.

Нужно было завести в квартиру, только и всего. И дело сделано.

С большими мучениями удалось дотащить его до двери. Если он упадет, то пусть это будет в квартире, а не лестничной клетке. Лиза открыла дверь. Шаг, ещё шаг, ещё один и она отпустила Андрея, а он, всей своей массой с размаху упал на кровать.

- Всё, теперь - ты мой. Никому не отдам, - улыбнулась, уставшая от такой непомерно тяжелой работы, секретарша.

Андрей тут же прижался щекой к одеялу и тихо захрапел, а Лиза пошла, закрывать дверь.

Потом она скинула с себя одежду, накинула атласный халатик и пошла на кухню, чтобы что-то перекусить. Теперь можно было не торопиться, то, что ей нужно сделать ещё успеет, ведь Лозовой будет спать мёртвым сном несколько часов.

В кухне Лиза налила себе бокал вина, прошла в спальню и осмотрела спящего Андрея.

- Всё, Андрей Александрович - попался. Теперь, ты - мой.

Глава 8

Что-то нужно решать. Надоело жить, словно на пороховой бочке, ждать когда в следующий раз она взорвётся. Надоело, настороженно задумываться перед каждым словом, боясь, что оно приведет в действие механизм. Надоело зависеть от этих состояний, и быть жертвой необузданных порывов.

Надоело.

Надя точно знала откуда это, виной всему не он, а она.

Да, конечно и он виноват. Если просто не в состоянии сдерживать, то, что рвётся наружу - получается, она должна уйти. Просто, чтобы разорвать это замкнутый круг. Чтобы Андрей перестал впадать в этот ужасный гнев. Надя думала - это из-за неё. Ведь если бы на её месте была другая девушка, не такая, как она, а без прошлого, Андрей не был бы таким.

Поэтому, нужно бежать, спасти его - от себя.

Она знала, он кинется искать. Знала его терпеливость и настойчивость. Что он будет кружить вокруг и уже скоро заставит её вернуться. Но сначала она должна была подумать и понять, а потом уже принимать решение. И поэтому - Надя затаилась.

Когда уехала с Андрюшей, постучала к соседке Татьяне Кирилловне, уже по одному только взгляду, поняла - она поможет.

Первые дни Надя, сидела как мышь, не высовывалась. Она чувствовала - он бродит рядом, он знает, что она тут, но не может понять, где именно. Вечерами она выключала свет, и стояла у окна в маленькой спальне. Надя видела, как Андрей стоит у подъезда, сидит на лавке, ходит туда-сюда. Он смотрит на окна её квартиры, но в них нет света. И не будет.

Сотни раз Надя говорила себе – всё, хватит, нужно выйти обнять его и простить. Он - такой, что тут поделать.

Но другой голос говорил - нет, стой, выйдешь, снова распишешься в том, что ему позволено.

Андрей должен понять наконец, его гнев, может навсегда разлучить. Навсегда. Он должен справиться с этим самостоятельно, без неё. А если в очередной раз - она простит, то так и будет всю оставшуюся жизнь терпеть вот такое к себе отношение.

Поэтому Надя ждала. Она давала Андрею время, хоть и знала как ему не легко. Ей тоже было нелегко, а на вопросы Андрюши – когда поедем домой, она отвечала - скоро, совсем скоро.

Но чувствовала, скорым это дело не будет. Просто даже от того, что невозможно за несколько дней, решить задачу нескольких лет.

И Надя ждала.

Но с каждым новым днём всё труднее ждать, всё больше ощущение тоски, всё ближе час прощения. Она мучила его и себя.

Может, так должно быть? Просто такая судьба. Сложная, непростая, но - такая.

- О, Надюша! А что это, мужик твой повадился, ходить во дворе, на лавке высиживать. Так всё у вас ладно было, а теперь, что же поссорились? – подскочила тётя Люда на углу дома, когда Надя вышла из магазина.

- Не поссорились, с чего вы взяли?

- Так он ходит черный, как туча. Ты смотри долго мужика не мурыжь. Нельзя. Чуть носом поведёшь, а он шасть - и уже с другой милуется, не успеешь оглянуться.

- Да вам-то, какая разница, у вас-то, вроде всё хорошо?

- Ой, хорошо, Надя. Гриша мой, закодировался, теперь у нас ним чуть не медовый месяц начался, всё меня погулять тянет. А ты слышь, Надюша, приходи ко мне, чаёв погоняем, мужиков пообсудим. Я тебе может, чего насоветую, как в семейной жизни, мужиком управлять. Ты-то девчонка молодая, ещё даже не догадываешься, на что эти оболтусы способны.

- Да некогда мне по гостям, работаю я.

- Так вроде не замечала я, чтобы ты на работу ходила.

- В интернете работаю. Для этого никуда выходить не нужно.

- Ой, Надюша, ну какая ты, во всех делах талантливая. Везде успеваешь. Так ты заходи, - крикнула тётя Люда вдогонку, когда Надя пошла дальше, - Поболтаем! – и добавила тише, - смотрите, важная стала, некогда ей.

Неделя на исходе, пора было что-то решать. Возвращаться или нет, делать последние выводы говорить какие-то слова. Нужно было ставить точку, либо в любви, либо в ожидании.

Утром в субботу Надя проснулась рано, умылась, оделась, обулась, и уже вышла из дома, когда на телефон пришла смс-ка.

Надя порылась в сумке, достала телефон, открыла сообщение. Несколько фото выскочили на экран и одна за другой проплыли перед глазами.

Андрей, в постели с секретаршей - обнимает, целует, спит.