В лучших драконьих традициях

Глава 1. Взгляд

Корпоративные праздники компания “Ле-Барр” всегда отмечала с размахом. Бесплатный бар, роскошный фуршет, выступления известных музыкальных групп. Танцпол, столики, шоколадные фонтаны, приватные кабинки.

Я терпеть не могла всей этой разноцветной суеты. Во-первых, от световых эффектов и громкой музыки у меня кружилась голова. А во-вторых, мне нельзя было пить, потому что моя работа — следить за тем, чтобы гости остались всем довольны.

А гости на таких мероприятиях попадались самые разные.

К примеру, тот мужчина за угловым столиком точно был драконом. Причем из старого поколения, а не той молодежи, что плевала на традиции предков. Об этом явственно свидетельствовал бирюзовый шелковый наряд с золотым поясом — ни один мужчина в зале не был одет так ярко и вычурно. Черные, синие и серые пиджаки, белые (без вариантов) сорочки, жилеты, брюки и даже джинсы — этого хоть отбавляй. А шелковое кимоно лишь одно.

И конечно, его выдавали глаза. Янтарно-желтые, чуть раскосые, с хищным вертикальным зрачком. Он даже не пытался скрыть их за зеркальными очками, как большинство его сородичей. Как правило, молодые драконы стесняются своих глаз, даже линзы носят — чтобы быть как все. Особенно здесь, на нашем континенте.

А в остальном — ничего интересного в драконе не было. Видала я и покрасивее, и покрупнее, и помоложе. Если б не его почти неприличное внимание, я бы его даже не заметила.

Дракон не сводил с меня глаз. В какой бы части зала я ни находилась, его взгляд я чувствовала всей кожей. Мне это не нравилось. Меня это ужасно бесило.

В конце концов я выловила Юлию, которая, к счастью, была трезва как стеклышко, и требовательно спросила:

— Тот в бирюзовом — он кто?

Ответ меня огорошил.

— Это Шумао Гардиани. Слышала про него?

Я сглотнула — а кто же не слышал? Самый богатый, самый хитрый, самый безжалостный дракон из снежного клана Гардиани. Лучшие в мире сейфы, самые надежные охранные системы. И их «торговщик» — настоящий монстр!

— А что он тут забыл? — испуганно спросила я нагиню.

— Приехал на переговоры к Маккао. Ты знаешь драконов, они помешаны на астрологии. Я слышала, что сейчас какой-то крайне благоприятный период для заключения важных сделок. А мой старый медведь давно мечтал обновить свою систему безопасности… и вот!

Я невольно поежилась. Медведь даже представить себе не может, чем чреваты личные переговоры с драконами. А я вот могу. И если бы я была его помощницей, то сделала бы все возможное, чтобы уговорить Трентина Маккао обсудить все нюансы в переписке. А встреча лицом к лицу — лишь в момент подписания документов.

— А он интересный, да? — Юлия хищно улыбнулась, продемонстрировав мне ядовитые клыки. — Тебе тоже понравился?

— О нет, — замотала я головой. — Я не сумасшедшая! Никаких больше драконов! Ты же знаешь, что я на их островах три года после колледжа работала! Насмотрелась всякого… Нет, Юль, будь моя воля, я бы и близко к ним не подходила больше! И тебе не советую.

— Тогда к чему твои вопросы?

— Смотрит он на меня, — призналась я. — Глаз не сводит.

Юлия тут же развернулась, прищурилась и с довольным видом кивнула:

— Ты права, смотрит. Должно быть, ты ему понравилась… как женщина.

— Сдурела? — вытаращилась я на подругу. — Во-первых, я слишком старая для него. Ты же знаешь, что драконов не интересуют женщины старше двадцати пяти! А во-вторых, я еще и толстая! И высокая! И оборотень!

— Все это правда, — вкрадчиво мурлыкнула Юлия. — Такую любовницу не захочет ни один дракон. Но, Софи, кто говорит, что ему нужна любовница?

— А кто, секретарша, что ли? — нервно прикусила губу я.

— Жена, — усмехнулась Юля.

И я с облегчением рассмеялась, поняв, что она просто издевается.

— Ха-ха-ха! У тебя отличное чувство юмора! Жена! Ха!

Юлия усмехнулась.

— Ты же лисица, Софа. А драконы нередко берут в жены лисиц.

— Я не того рода лисица, — фыркнула я. — У меня только один хвост. А вообще они и змей в жены берут. Не хочешь?

— Замуж за дракона? — вскинула брови Юлия. — Древнего, сильного, богатого? А кто ж не хочет? Да только мне никто не предлагает.

— Так и мне не предлагают! Ха-ха-ха!

— Это мы еще посмотрим!

И нагиня ускользнула от меня на танцпол.

Змеи — отличные танцоры, и Юлия не исключение. Теперь все взгляды прикованы к ней. Она — эффектная брюнетка в узком серебряном платье, тонкая, гибкая, очень красивая. Ей тридцать — самый расцвет.

А я — обычная лисица почти сорока лет. Даже не рыжая, а чернобурая. Дед мой был волком, и для оборотней-лисов я крупновата. Все мои младшие сестры уродились миниатюрными и рыженькими, а я, первенец, в деда пошла, как видно. Впрочем, мне это никогда не мешало.

Скосила глаза на дракона, выдохнула: как и все, он теперь пялился на танцпол, где Юлия, скинув туфли на немыслимом каблуке, извивалась под музыку. Ее красивые обнаженные руки сияли в свете софитов.

Что же, одной проблемой меньше. Внимание Шумао Гардиани — вовсе не то, что нужно в моем шатком положении.

Кстати, о шатких положениях: а куда запропастился мой блистательный шеф? Как бы не влез он в очередные неприятности!

Глава 2. Шаткое положение

Внутри все кипело от злости. Уволюсь, непременно уволюсь! Я — опытный помощник руководителя! Я почти двадцать лет занимаю эту должность! Я умею варить кофе десятком способов, я держу в голове расписание деловых встреч на полгода вперед, я владею четырьмя языками и печатаю со скоростью 300 знаков в минуту! В моей записной книжке есть контакты всех влиятельных лиц Сервении! Я способна дозвониться даже до президента, если мне пообещают хорошую премию!

Десять последних лет я работала с Сильвестром Лукьяно, я была его руками — и правой, и левой. Да у меня зарплата выше, чем у заместителя директора Ле-Барр!

А теперь я — нянька для бестолкового Рика Лукьяно. И вместо того чтобы готовить отчеты к очередному совещанию, вынуждена выслушивать нытье этого тигренка!

— Софья, сделай мне кофе. Сладкого, как твои губы, и горячего, как…

— Как будут ваши уши, когда ваш дед узнает о вашем вчерашнем поведении.

— О нет, ты же ему не расскажешь?

Я закатила глаза и последовала на кухню. Конечно же, не расскажу. В этом нет надобности. Ему все доложит служба безопасности. Уже доложила, я уверена.

Честное слово, я бы уволилась еще вчера, когда обнаружила своего юного босса в одной из приват-комнат с тремя абсолютно пьяными официантками, одна из которых и вовсе оказалась несовершеннолетней по меркам своей расы. Разумеется, для теплокровного оборотня двадцать лет — это уже солидный возраст. Но наги и драконы считали, что их детеныши не должны выходить во взрослую жизнь раньше двадцати пяти. Тот, кто нанял эту девочку в штат, пусть даже и временно, едва не подвел нашу солидную компанию под монастырь. А может, это хитрый план конкурентов?

В любом случае я появилась очень вовремя. Потребовала у девочек документы, попыталась привести в чувство Рикардо, а потом вызвала охранников, которые всегда решали столь щекотливые вопросы.

Сильвестр Лукьяно позвонил мне позже, после обеда. Пообещал премию, снова напомнил, что я дала ему слово не бросать непутевого внука. Будь проклято то обещание! Знала бы я, что наследничек — такая пакость, никогда бы не согласилась. Но я много лет работала с Сильвестром и была уверена: старый тигр никогда не передаст свою фирму какому-нибудь идиоту. Внук должен быть похож на деда. Иначе и быть не может.

Я ошиблась. И теперь расплачивалась за свою наивность очередной вспышкой мигрени.

Кофе Рикардо любил сладкий, приторный. С альтернативным молоком, карамельным сиропом, взбитыми сливками и тертым шоколадом. Сколько в этом слабеньком коктейльчике кофеина, я не знала. Возможно, он даже не заметил бы, если бы я вообще не добавляла кофе. Или насыпала растворимого вместо натурального. Но проверять я не стану, я ведь профессионал. Даже явная некомпетентность руководителя не должна отражаться на моей работе.

В любом случае — осталось всего восемь месяцев. Я обещала старому Сильвестру год. Как-нибудь продержусь.

— Софья!

Тигриный рев из кабинета директора заставил меня поморщиться. Какое все-таки свинство — так грубо со мной разговаривать! Мальчишка ко всем подчиненным обращается на “ты” и без “госпожа”, даже к тем, кто старше его втрое. Ладно я — привыкла ко всякому. Даже к тому, что он упорно обзывает меня секретаршей, а то и секретуткой (восемь месяцев, всего восемь!). Но как же мне стыдно, когда этот молокосос грубо отчитывает Элену, нашего лучшего специалиста по поставкам материалов! Матом, при всех — семидесятилетнего оборотня-косулю! Да, она не хищник по натуре и ответить не может. И контракт у нее на двадцать лет — работать еще и работать.

Но господин Сильвестр со всеми был неизменно вежлив, даром что клыки у него были куда крепче, чем у внука!

— Софья, твою мать да за хвост об стену!

Стиснула зубы, подхватила чашку (даже не плюнув в нее), поспешила в кабинет Лукьяно-младшего. Какая блоха его укусила на этот раз? Я рассчитывала, что после справедливой выволочки он еще неделю будет тише воды ниже травы.

— Господин Рикардо, ваш кофе.

— Можешь его вылить. Скажи, ты ведь разговариваешь на наречии Драконьего Архипелага?

— Да, разумеется, — я позволила себе немного приподнять брови. — Об этом указано в моем личном деле. Я проходила практику…

— Мне плевать на твое личное дело, — перебил меня Рик. — Тебя вызывают к Маккао прямо сейчас.

— Зачем? — удивилась я.

— Как секретаря на совещание. Там у них дракон. Престарелый. Который не слишком хорошо знает сервенский. Поэтому переговоры ведутся на языке острова Лунгхао. Которым, в свою очередь, не в полной мере владеет наш медведь. Так что пошли.

— Пошли?..

— Я тоже пойду. Не хватало еще мою секретаршу сманивать.

Я едва удержала вежливую улыбку. Только быстро спрятала руки за спину, чтобы Рикардо не увидел, как от злости отрастает сизая шерсть на лапах и появляются когти. Чтоб его! Два дня, как я сделала свежий маникюр! Теперь ему пришел конец.

Ничего. Хорошо смеется та гиена, которая осталась в живых. Будь Лукьяно-младший повежливее, я бы подсказала ему, что в словах Трентина Маккао имеется явный подвох. Чтобы дракон, да еще такой, как Шумао Гардиани, в совершенстве не знал сервенский? Я никогда в это не поверю. Все драконы — жуткие традиционалисты. Отправиться на переговоры к собеседнику, которого не способен до конца понять — смертельное оскорбление. Да и старик Маккао, насколько я помню, прекрасно владеет всеми тремя островными диалектами. Нет, тут что-то нечисто.

Но если уж Рик так хочет выставить себя идиотом — колокольчик ему на шею. Пусть себе звенит. Тем более на совещание его никто не приглашал.

Кстати, насколько я помню, Лукьяно-внук особых успехов в изучении иностранных языков во время учебы не проявлял. Да и зачем ему это — ведь в штате “Ле-Барр” есть переводчики!

— Шевели своей толстой задницей, Лапкина! Маккао сказал — немедленно. И дай сюда мой кофе!