В объятиях чудовища

Глава 1

Приют Святой Анны стоял на окраине Эрдании. Как раз там, где городские стены встречались с болотами. Здание из серого камня напоминало тюрьму, а для кого-то именно этим местом и было. Узкие окна, с установленными на них решетками. Высокая ограда с коваными прутьями. И вечный запах кислой капусты и карболки. Все, кто попадал сюда в детстве, становился таким, каким общество хотело увидеть сироту. Без защиты. Без всяких прав. Но способный работать за мелочь в кармане.
Но даже таким весло. Когда-то они знавали лучшую жизнь, а потом испытали несчастье, оказаться в приюте Святой Анны.
Кора родилась на заднем дворе приюта, где и была брошена, как негодный щенок. И здесь же, по всем расчетам, должна была умереть. Незамеченной, неоплаканной, без единого вздоха сожаления со стороны остального мира.
Сегодня был её восемнадцатый день рождения. В приюте не любили праздники, считая их развращающими душу, но Кора не могла позволите себе пропустить такое знаменательное событие. Ей было плевать на день рождения, но ноги были готовы пуститься в пляс от одной только мысли, что уже сегодня она выпорхнет за ворота приюта. Она не умерла здесь. Нет, она выжила. Она боролась. Но она смогла. Она не умерла от жуткой лихорадки в пять лет. Не замерзала в подвале, куда ее посадила сестра Агата, за слишком широкую улыбку.
Она выжила. И она пойдет дальше, чтобы найти свое место. И оно точно было не на фабрике по производству обуви.
— Кора! — голос сестры Магдалены прорезал утреннюю тишину, пронзительным визгом, от которого болели уши, — Ты ещё не собрала свои пожитки? Приют закрывается через час. К этому времени тебя здесь быть не должно. Или собираешься и дальше объедать нас?
Кора едва не рассмеялась, но вовремя прижала ладонь ко рту. Сестра Магдалена обладала удивительно острым слухом. Не хватало еще чтобы ее снова отправили в подвал в наказание.
Готова ли она? Этим утром, первым что она сделала, это помолилась. Сейчас же она стояла у единственного окна в спальне на десять коек, девять из которых были пусты. Других девочек разобрали по семьям, отправили в работные дома или просто вышвырнули, когда им стукнуло двенадцать. Кора держалась дольше всех, но только потому что умела шить и читать, а сёстрам нужны были бесплатные руки для починки облачений.
— Я готова, — сказала Кора тихо, даже не оборачиваясь.
И это было правдой. Как бы сильно она не хотела сбежать, она понимала что никому не нужна за воротами этого гиблого места. У неё не было ни денег, ни дома, ни единой живой души, которая ждала бы её. В кармане её единственного платья, выцветшего серого, с заплатами на локтях, лежал медальон. Единственное наследство от матери, которую она никогда не знала. Старая побрякушка из железа, внутри которой что-то тихо позвякивало. Кора носила его на шее, под рубашкой. К счастью, он не представлял никакой ценности, иначе его бы уже давно забрали.
— Твои вещи, — сестра Магдалена бросила на койку тощий узел. — И не вздумай вернуться. Для тебя это место закрыто навсегда.
Кора взяла узел. Он весил не больше кошки. Она была уверена, что сестра Маргарет проверила каждую залатанную вещицу. Прижав узелок к груди, она посмотрела на суровую женщину, молясь чтобы за такое ее не посадили за решетку.
— Сестра Магдалена, а вы не знаете у моей матери были какие-то родственники? Или может быть, в записях указано, куда её отправили после того, как она меня оставила?
— Твоя мать, что блудная кошка, — отрезала монахиня, сдерживая усмешку, — Она наверное уже давно лежит в одной из канав Эрдании. Уверена, ты и сама скоро окажешься там. Я вижу в твоих глазах эту судьбу. Другого тебе не дано.
Кора стиснула зубы и заставила себя кивнуть. Она уже столько раз слышала эти слова, что сбилась со счету. О да, сестры пророчили ей самую ужасную судьбу, а она хотела доказать им как сильно они ошибались.
Она спустилась по лестнице, прошла через пустой вестибюль, где ещё вчера намывала полы, до крови стирая кожу на пальцах. Остановившись в центре, Кора задрожала от волнения. Дверь, которая всегда держали наглухо закрытой, сейчас распахнули. Ворота — тоже.
Мир встретил её мелким ледяным дождём.
Кора сделала шаг. Потом второй. И не обернулась.

К вечеру Кора промокла до нитки. Она замёрзла так, что зуб на зуб не попадал, и поняла, что если не найдёт приют, то не доживёт до утра. Городские стражники прогнали её от рыночной площади. Трактирщик, у которого она попросилась на работу, посмотрел на её платье, усмехнулся и захлопнул дверь перед носом. Она была нищей невидимкой. И единственные кто смотрел на нее, были мужчины. От этих взглядов, ей хотелось спрятаться, но как назло ветхое платье облепило каждый изгиб ее худого тела.
Она брела вдоль старых городских стен, пока не наткнулась на полуразрушенную часовню. Когда-то здесь был женский скит, но потом земля осела, стены треснули, и монахини перебрались в другое место. Говорили, что в этой часовне до сих пор остались следы древней магии. Той самой, что исчезла из Эрдании столетия назад.
Кора не верила в магию. В приюте учили, что это выдумки для простаков. И в это она верила. Для нее магией был кусок хлеба на завтрак. Мыло и вода. Теплая комната. И может быть человеческая доброта.
Мысленно попросил прощение у всех святых, Кора втиснулась в щель между досками, которыми был заколочен вход. От понимания, что ей больше не нужно сжиматься от холодных капель, она встряхнула головой и распрямила плечи. Внутри пахло сыростью, мхом и чем-то сладковатым, похожим на старые благовония.
Здесь она сможет отдохнуть и согреться. Ну, ее первый день свободы, хотя бы не закончился в канаве.
С трудом сдержав нервный смешок, Кора опустилась на пол, прижалась спиной к холодному камню и закрыла глаза. Как бы ей сейчас хотелось оказаться там, где спокойно, где безопасно, где хоть кто-нибудь пожелает позаботиться о ней. За это она была готова расплатиться своей жизнью.
Да, только лишь обрести немного спокойствия.
Сначала она подумала, что это просто озноб. Но тепло распространялось по ключицам, по шее, поднималось к вискам. Кора распахнула глаза. В полумраке часовни что-то мерцало. Луна? Но луны не было, только сплошные тучи.
Медальон на её груди вдруг стал горячим.
Удивленно хмурясь, Кора поднесла медальон к лицу. Тусклое железо светилось изнутри. Слабо, но явственно. И внутри, она могла поклясться что слышала это, хотя уши отказывались верить, что-то щёлкало, как часы.
— Что за беда, — взволнованно прошептала Кора, покрутив медальон.
Медальон раскрылся. Не по шву, как обычно, а прямо посередине, будто кто-то невидимый разжал кулак. Изнутри хлынул белый свет, такой яркий, что Кора зажмурилась, а ладонь, на которое он лежал обожгло огнем.
Она хотела закричать, но не смогла. Хотела сбросил медальон с руки, но снова не смогла. Воздух стал густым, как вода, а Кора не могла сделать хотя бы один вздох. Голова закружилась.
А потом наступила тишина. И темнота.