В разводе. Жены изменам не помеха

Глава 1

Лида

Усталость накатывала волнами, но я привычно шагала к дому, взвалив на плечо увесистый ноутбук.

Вечер. Дети. Муж. Ужин в кругу семьи. Наконец-то нормальный, спокойный вечер со своими родными.

Вот о чем я думала, начиная открывать дверь.

Я шагнула в прихожую, снимая пальто, и тут же услышала голоса откуда-то из кухни.

Негромкие, но отчетливые.

Один – мужской, знакомый. Второй – тихий, робкий. Голос нашей няни.

Я слегка затормозила, прислушиваясь к разговору.

—Чтобы я больше тебя здесь не видел, – мужской голос был резким, словно удар хлыста.

И я сразу узнала его. Андрей- брат моего мужа.

В голове тут же возник вопрос, почему он такое говорит Олеси?

Я недовольно поджала губы и уже собиралась скорее пройти на кухню, чтобы разобраться в этой ситуации. Никто не смеет повышать голос на мою Олесю. Она наша няня, уже два года как. Опытная тридцатипятилетняя женщина, которая великолепно справлялась со своими обязанностями. Вика—наша с Аркадием младшая дочка ее просто обожала.

—Андрей, прошу, не нужно так со мной, мне нужна эта работа,— голос Олеси дрожал. —Я ни в чем не виновата, Аркадий сам полез ко мне. Я не смогла отказать, поддалась эмоциям и чувствам.

Мои пальцы замерли на пуговицах пальто.

В груди потянуло. Что-то болючее разлилось по ребрам.

Я ошарашенно хлопала глазами, не двигалась, пытаясь осмыслить услышанное.

— Дуру из себя не строй,— зарычал Андрей. — Он тебя что насильно в койку затащил? Если так, что же ты в полицию не обратилась и Лиде не рассказала?

Я зажала ладонью рот, чтобы не закричать.

От слов Андрея у меня пробежал по спине холодок и я передернулась. Прижалась к стене, тряслась, но продолжала слушать.

—Нет, нет, все не так. Андрей, прошу не нужно лезть в наши с Аркадием дела. Это больше никогда не повторится, я клянусь. Прошу только, не рассказывайте никому, особенно Лиде. Она не должна узнать, что ее муж ей…

—Изменяет ?— с презрением закончил за Олесю Андрей.—Ты это хотела сказать?

Олеся молчала. Я не видела ее лица и ее виноватого взгляда, но была уверена, что именно так она сейчас и смотрела на Андрея.

А у меня в голове не укладывалось.

Может это розыгрыш какой-то?

Двадцать пять лет брака. Трое детей. Старший

сын Сергей через два дня женится. Средняя дочка Катя училась в десятом классе, а самую младшую Викторию, свою булочку Викусю я родила три года назад. Наш с Аркадием брак это не просто брак, это целая жизнь. Когда два человека вместе со школы. Когда комната в общежитии одна, когда свадьба это не свадьба, а просто из-за отсутствия денег в загсе вдвоем расписались. Когда сыну памперсы надевали только на прогулку, а дома пеленки я постоянно вручную стирала, потому что экономить нужно было на всем. Наш брак— это из той категории, когда говорят, что и в богатстве и бедности, болезни и здравии, горе и радости. Это все про нас с Аркадием. Про меня и моего мужа, который ради своей семьи рвал и метал, чтобы у нас все было и всегда говорил, что после всего, что мы вместе пережили, нас ничто не может уже разлучить. И я так думала, до сегодняшнего дня…

—Андрей,—буквально проскулила Олеся.

—Молчи уже, дрянь бессовестная. Надеюсь Лида никогда не узнает, что пригрела на своей шее настоящую змею. Ты сегодня же скажешь ей, что увольняешься. И чтобы ноги больше не было в их доме. Ты меня поняла?

Дальше была тишина.

Тягучая, давящая тишина.

Я слышала только собственное прерывистое дыхание и гул крови в ушах.

В голове бились лишь осколки фраз: "ее муж ей изменяет", "пригрела змею на шее".

Мой мозг еще пару минут отказывался складывать пазл, а сердце сжималось от предчувствия чего-то страшного. Но теперь я отчетливо понимала, что происходит. Муж мне изменял. Не с какой-то женщиной, не разово, а прямо под моим носом, с нашей няней…

Меня затрясло. То ли от холода, то ли от шока.

Слезы текли по щекам. Непрошенные, жгучие, соленые, разъедая кожу, смывая вместе с макияжем счастливую улыбку с лица.

Мне стало невыносимо душно.

Тошнотворный комок подкатил к горлу с такой силой, что невозможно было сглотнуть.

Мой дом, который еще минуту назад казался уютным очагом, теперь превратился в место, где все пропитано ложью и предательством.

Я не знала, как я собралась с мыслями и нашла в себе силы не плакать. Но в ту же минуту, когда услышала шаги, дернулась к двери и резко захлопнув ее, выкрикнула:

—Встречайте, мама пришла с работы.

В прихожую сразу вышел Андрей, а я сделала удивленное лицо.

—Ой, привет, а я не знала, что ты приедешь. Аркадий разве дома уже?—сделала вид, что ничего не слышала и вообще только зашла.

—Нет, Лид, я как раз вот заехал, хотел подождать его, но не успеваю, тороплюсь. Уже убегаю. В другой раз,— торопливо выдал Андрей, накинул на плечи черное кашемировое пальто и тут же ушел.

—Здравствуйте Лида,— тихо поздоровалась Олеся, когда я прошла в гостиную. Она не смотрела мне в глаза, а я старалась не разговаривать с ней.

Ушла в душ, потом забрала Вику и пошла кормить дочь. Олесю отпустила раньше, не говоря ничего и не спрашивая ни о чем. Я должна была услышать все от мужа, а только потом разбрасываться обвинениями в адрес няни.

Я просто не хотела верить, что с моей семье могло случиться такое несчастье.

Не хотела, но пришлось…

—Ты мне изменяешь,— прозвучало не как вопрос, когда остались с мужем наедине в нашей спальне. Вика спала, Катя в наушниках у себя в комнате слушала музыку.

У Аркадия нервно дернулся кадык на мое заявление, но в глазах лишь невозмутимость. Он вернулся из командировки. Уставший и раздраженный, но я точно знала, что отмахиваться и бежать от разговора со мной не станет.

—Было дело, не отрицаю,— муж пожал плечами, рухнул в кресло и потер пальцами переносицу. И голос его звучал так легко, словно мы сейчас говорили не про другую женщину в его жизни, а обсуждали случайно разбитый фарфоровый стакан: неловко, досадно, но не смертельно. Ведь сервиз цел, посуды много, а на полке пылится еще один, забытый и пока ненужный…

Глава 2

Лида

Меня парализовало.

Мне хотелось и кричать и плакать одновременно. Крик я сдержала, но слезы брызнули из глаз. Как? Ну как можно быть таким циничным манипулятором в сложившейся ситуации и прикрывать тем самым свою низость.

Двадцать пять лет.

Четверть века.

Я вкладывала в эти годы не просто время, а себя – свою молодость, свои мечты, свою любовь.

Мы вместе строили этот дом, растили детей. Я видела в своем муже опору, единственного, с кем делила все. И вот, он разбивает всё это, как тот самый фарфоровый стакан, а потом пытается склеить осколки, предлагая мне сделать ему массаж.

Чувство паралича начало отступать, уступая место чему-то другому.

Злости.

Холодной, обжигающей злости, которая поднималась из самых глубин, вытесняя шок и боль. Я посмотрела на мужа – на его усталое, но абсолютно не раскаивающееся лицо, смахнула с лица ладонью соленые ручейки и воинственно сложила руки по бокам.

—Ты издеваешься? Ты считаешь нормальным вот так извиняться за свои измены?— голос дрожал. Я не кричала, но была близка к этому. Останавливало только присутствие детей в доме.

Муж тяжело вздохнул и цокнул языком.

—Не раздувай из мухи слона. Ничего катастрофического не случилось. Мы взрослые люди, оба должны понимать, что у мужчин случаются такие оплошности. Я признаю свою ошибку, как видишь, что еще ты от меня хочешь?

Я нервно хихикнула.

—Сейчас не катастрофа, а конец света случился. А у мужчин, которые любят, уважают и ценят своих жен, не случаются такие оплошности,— на последнем слове в воздухе даже кавычки нарисовала.

Муж сказал, что признает свою ошибку. Но это было не так. Он всегда так говорил, действовал на опережение, в любой ситуации, так, что не предъявить и спросить не за что. —Ты хоть представляешь, к чему все это приведет? У нас дети взрослые и Вика совсем малышка, как ты мог? Через пару дней свадьба Сергея, о чем ты только думал?

—Лида, перестань истерить,—раздраженно бросил Арк, нервно поправив галстук на шее. —Олеся, считай, член семьи, никому про нашу с ней интрижку болтать не станет.

— Она наша нянька,— захлебнулась возмущением я. —Ты спал с ней прямо в нашем доме. Ты рассказал об этом своему брату. Господи, да не в курсе была только я и наши дети… По крайней мере, Катя точно не знала, иначе бы сдала тебя с потрохами.

Да, свою дочь я знала. Отца она любила, а вот Олесю просто перманентно не переваривала. Я не знала за что. Не понимала, точнее списывала на пубертат, потому что у меня к Олеси никогда не было вопросов. Хозяйственная, исполнительная и детей любила. Видимо я, в отличие от дочери, совсем не разбиралась в людях…

—Не ори, а то дочь услышит,—резко обрубил муж, встав с кресла и шагнув к двери. Он выглянул из комнаты, осмотрелся по сторонам и медленно прикрыл дверь спальни, убедившись, что Вика у себя.

—Мне скандалы в доме не нужны. Ты прекрасно знаешь, что я домой отдыхать прихожу, а не воевать. Никто об этом больше не узнает. Про Андрея даже не думай. Олеся тем более рот не откроет, пока ей не разрешишь. И вообще, если тебе так неприятно ее видеть, отправлю ее в дом твоей бабке на Набережной.

—Что?— выкрикнула я так громко, что сама поняла— еще чуть— чуть и Катя точно услышит.

Я ошарашенно хлопала глазами, а муж бросил в меня прожигающий взгляд, намекая, что я совсем не умею сдерживать эмоции.

Все так, я не умела. Если злилась— кричала. Если горевала— плакала. Сейчас во мне бушевал весь коктейль негативных эмоций: злость, горечь, разочарование, обида.

Бабушкина квартира на Набережной досталась мне в наследство после ее смерти. Мы с мужем сделали в ней ремонт и сейчас она пустовала. Планировалось, что в ней будет жить Катя после своего совершеннолетия, если захочет съехать от нас или когда решит выйти замуж.

Я совсем не понимала, на каком основании муж собирался перевозить туда свою любовницу.

—Ты совсем с ума сошел?— заикаясь, выдавила, качая головой.

—А что?— недоумевал Аркадий, раскинув руки в стороны. —Я на все готов, лишь бы ты не злилась.

—Поэтому решил просто убрать с моих глаз нашу няню? Считаешь, если я ее не вижу, значит забуду, что ты с ней спал и спишь?— прошипела мужу.

—Да, я с ней спал, но не говорю, что это будет продолжаться. Очнись уже,— муж демонстративно щелкнул пальцами перед моим лицом. —Я только что признался, что ошибся. Я прошу прощения, я выбираю тебя. Мы двадцать пять лет в браке прожили, для меня это многое значит.

Я горько усмехнулась в ответ, но муж тут же продолжил:

—Я к тому, что раз Олеся не остается с нами, значит ее нужно куда-то деть. На улицу ее выгонять бесчеловечно, она же здесь не местная, жилье снимает, зарабатывает не так много и того самого малого лишится после увольнения. Правда, есть одно но, тебе придется новую няньку искать,— муж задумчиво хмыкнул, приложив палец к подбородку и посмотрел куда-то в сторону. — Только пусть в этот раз это будет женщина пенсионного возраста, а то вдруг бес снова попутает…

После этих слов я не видела больше смысла разговаривать с мужем. О чем можно говорить с человеком, который не хочет быть верным своей жене? Только о разводе…

—Какой развод?— недоумевал Аркадий, качая головой, когда я высказала свои намерения уйти от предателя уже следующим утром, пока дети спали. —Нам завтра на свадьбу к сыну. Не порть праздник детям. Мозгами пораскинь, какой пример ты им подаешь?

—А дети у нас взрослые, за это не переживай. Все поймут, что мама гробить свою жизнь и жить с изменником отцом, который на пятом десятке жизни не может пройти мимо молодой юбки, не собирается.

Аркадий со всей дури стукнул кулаком по столу.

—Знаешь,что?—глаза мужа метали молнии гнева, но на кухню пришла Катя и Арк резко замолчал.

—Кать, доброе утро,— улыбнулась дочери. —Завтрак еще не готов. Иди пока чистить зубы.

Сонная дочь только зевнула, нахмурилась, посмотрела непонимающе на часы, но молча развернулась и ушла.