В реестре не значится

Глава 1

Первое, что я почувствовала, очнувшись, – это затруднённое дыхание. Не боль, не ужас и не мистический трепет, а обычное желание организма вдохнуть полной грудью, но, видимо, моё тело кто-то упаковал в корсет и забыл об этом предупредить. Неужели все мои кости переломаны, что возникла необходимость в подобном?

Второе – запах. Не больничный «хлорка – смерть микробам», что было ожидаемо в подобной ситуации, а смесь спирта, горячего металла и… озона, как после короткого замыкания. Только вместо потрескивания тихо, на самой грани слышимости, «пело» что-то стеклянное. Таким противным высоким тоном, от которого зубы внезапно вспоминают, что у них есть нервы.

Естественно, я попыталась разлепить глаза – и сразу поняла, что зря это сделала. От яркого света они закололи и заслезились, так что пришлось срочно прикрыть веки, а потом аккуратно приоткрывать, стараясь использовать ресницы словно жалюзи, чтобы не терпеть ещё и эту боль.

Надо мной простирался потолок. Белый, с тонкими аккуратными швами. Материал покрытия был странным и будто немного светился изнутри. По краю каждой панели шли тонкие рунические линии, будто сумасшедший дизайнер решил именно так украсить их, придавая интерьеру футуристическо-фэнтезийный стиль.

– …Реакция стабилизировалась, – сказал чей-то голос слева. Явно женский, сухой, без капли эмоций, словно человек наговаривает привычный текст. – Пульс ровный. Якорь держит.

«Якорь держит» – прекрасная фраза, если вы сидите на корабле и обсуждаете погодные условия. Если же вы лежите в белой комнате и слышите подобное – это уже не успокаивает, а наводит на всякие мысли, некоторые из которых лучше не озвучивать, ибо мат звучит неприлично.

Я повернула голову – и мир будто всколыхнулся и пошёл рябью, но всё же потихонечку возвращал очертания к необходимой чёткости.

Слева стояла женщина в форме, похожей на смесь сестринского халата и форменной куртки. Синие манжеты, серебряная окантовка, на груди – металлическая пластина с выгравированными буквами. Я не смогла прочитать написанное: символы расплывались. Она держала странный блестящий предмет – гладкую стеклянную пластинку с латунным ободком. Женщина обращалась с ним, как со знакомым инструментом. Правда, у него светился кристалл, приделанный в углу.

– Лисса, слышите меня? – спросила она.

Я даже не сразу поняла, что это обращаются ко мне.

– Что?.. – переспросила, пытаясь сфокусироваться на заинтересовавшем меня предмете.

Голос, который услышала при этом, был моим… и не моим одновременно. Исходил он из моего тела, но был более низким, чуть хриплым, как будто я долго молчала, а потом решила возразить вселенной. И в этом голосе была… тяжесть. Реальная физическая тяжесть в груди и животе, когда ты пытаешься вдохнуть и понимаешь: что-то не так с телом.

– Лисса Брам, – терпеливо повторила женщина. – Служащая Администрации. Вы в медчасти. Вы помните, где вы были вчера ночью?

…Вчера ночью?

Перед глазами вспыхнуло: салон машины, голубой свет монитора ноутбука, кофе, который уже не кофе, а мазутная жижа. Таблица… сотни строк с пометкой «несоответствие в закупках». Я как раз возвращалась домой в такси и собиралась написать в отчёт «требуется проверка цепочки поставок», когда…

Когда что?

Шум. Свет фар. Искорёженный металл. И ощущение, что в следующий момент всё происходит слишком быстро, чтобы успеть подумать.

Я резко вдохнула – и корсет тут же напомнил мне о себе. Я закашлялась, а женщина подалась вперёд, прижимая ладонь к моему запястью.

– Спокойно. Не дёргайтесь. У вас… – она бросила взгляд на мою руку, и я впервые тоже на неё посмотрела.

На запястье обнаружилась полоса металла – браслет, похожий на толстые смарт-часы, только красивее и страннее. В центре браслета – маленькое окошко с мерцающей рунной сеткой, а рядом – кристалл размером с ноготь мизинца, тускло горящий янтарным светом.

– …аварийный якорь личности, – закончила она.

Я моргнула.

– Ага. Конечно. А ещё, наверное, крылья, хвост и желание служить короне.

Женщина посмотрела на меня так, будто решила: «либо шок, либо характер».

Но меня сейчас это мало волновало. Моя рука! Вернее, не моя! Вернее… ну как сказать… тело явно тоже было не моим, ибо таких пухлых пальцев совершенно без маникюра у меня никогда не было. Нет, анорексией я не страдала, но имела вполне подтянутое тело с идеальными ноготками (в выходной как раз была в салоне). В нашем бизнесе имидж – часть обязательных условий.

– У вас шок, Лисса. Это нормально. – Женщина отложила пластину на столик. – Но протокол есть протокол. Мы обязаны временно снять допуск с браслета до полной стабильности носителя.

Слова «снять допуск» в любом мире звучат одинаково: вас отключат от системы.

Меня прошибло потом.

– Подождите, – сказала я быстрее, чем успела подумать. – Какой допуск? Что за… Администрация?

– Администрация при Магическом производстве, – автоматически, как читая из памятки, заявила дама со вздохом.

То есть я не «в больнице». Я в ведомственной медсанчасти. Но название организации звучит внушительно, скорее всего, любая ошибка здесь превращается в преступление и требует расследования.

Откуда-то справа донёсся шорох бумаги и кашель. Я повернула голову и увидела ещё одного человека – мужчину в сером жилете с тонкой цепочкой на шее (цепочка уходила под воротник, словно на ней носили… ключ?). Он стоял у шкафа и перелистывал какие-то бумаги, не глядя на меня. На столике рядом с ним лежала папка с красной полосой.

Красная полоса – всегда плохой знак.

– Служащая Брам, – сказал он наконец, – вы были обнаружены в зеркальной лаборатории сектора связи. Дверь была опечатана снаружи. Внутри – следы перегрева кристалла и сбоя контура. Это режимный инцидент.

Я сглотнула.

– Меня нашли… запертой? – решила уточнить для порядка.