В ритме страсти

Глава 1. Без тормозов

Рёв мотора разрывал ночную тишину загородной трассы, словно раненый зверь. Лера вжала педаль газа в пол, чувствуя, как адреналин закипает в крови, смешиваясь с запахом дорогой кожи салона и бензина. Стрелка спидометра её ярко-красного спорткара давно перевалила за отметку, допустимую законом, но законы писаны не для таких, как она. Ветер трепал её тёмные волосы через открытое окно, а в глазах плясали безумные огоньки азарта. Она любила скорость. Любила риск. Любила чувствовать, как мир вокруг размывается в неоновые полосы, теряя свои чёткие, скучные очертания.

В зеркале заднего вида вспыхнули синие и красные огни. Не обычная патрульная «мигалка», а мощные стробоскопы скрытого патрулирования. Лера лишь усмехнулась, крепче сжимая руль. «Попробуйте догнать», — пронеслось в голове. Она резко выкрутила руль, уходя в крутой поворот с визгом резины, но преследователь не отставал. Чёрный внедорожник без опознавательных знаков висел на хвосте, как приклеенный, повторяя каждый её манёвр с пугающей точностью.

Осознание пришло быстро: это не простые гаишники. Обычный патруль уже давно бы отстал или вызвал подмогу, перекрыв дорогу. Этот же хищник играл с ней. Когда внедорожник поравнялся с ней и прижал к обочине, заставив резко затормозить, Лера почувствовала не страх, а злость. Смешанную с странным, тягучим возбуждением.

Она заглушила мотор, но из машины выходить не стала. Опустила стекло, демонстративно поправляя макияж в зеркале заднего вида. Дверь внедорожника открылась, и на асфальт ступили тяжелые армейские ботинки. Мужчина, подошедший к её машине, был огромен. Широкие плечи, обтянутые строгим кителем с погонами полковника, жёсткое лицо, пересечённое шрамом на скуле, и глаза — холодные, как сталь. Это был не просто начальник подразделения. Это был Воронцов, легенда дорожной полиции, о жестокости которого ходили легенды в стритрейсерских кругах.

— Выходи, — его голос звучал низко и властно, не допуская возражений.

Лера медленно повернула голову, смерив его презрительным взглядом.
— А если не хочу? Выпишете штраф и я поеду дальше, товарищ начальник? — её голос сочился ядом, но сердце предательски ускорило ритм.

Воронцов усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. Он резко распахнул дверь её машины, схватил Леру за предплечье и буквально выдернул её наружу. Её шпильки царапнули асфальт.
— Штраф? — он наклонился к её лицу, обдавая запахом дорогого табака и мужской силы. — Оставь свои подачки для других, девочка. Твоя машина отправляется на штрафстоянку, а ты — в камеру. Если только...

Он сделал паузу, его взгляд скользнул по её фигуре, затянутой в короткое платье, которое едва скрывало бедра. Лера дерзко вскинула подбородок.
— Если только что?

— Если мы не решим этот вопрос... альтернативно. Прямо сейчас.

Лера почувствовала, как пересохло в горле. Ситуация выходила из-под контроля, но именно это и заводило её больше всего. Пустырь, куда они свернули, был погружен в темноту, лишь луна освещала силуэты их машин. Воронцов не стал ждать ответа. Он подтолкнул её к задней двери её же спорткара, открыл её и грубо втолкнул Леру внутрь.

Салон был тесным для двоих, но это лишь усиливало напряжение. Воронцов навис над ней, заполняя собой всё пространство. Его руки были везде — жёсткие, требовательные. Он не спрашивал разрешения, он брал то, что считал своей законной добычей. Лера попыталась оттолкнуть его, но он лишь перехватил её запястья одной рукой, прижимая их над головой к обивке крыши.

— Не дергайся, — прорычал он ей в губы, прежде чем накрыть их своими в жёстком, властном поцелуе.

Это был не поцелуй, а захват территории. Он кусал её губы, заставляя открыть рот, его язык проникал внутрь, исследуя, подавляя. Лера почувствовала, как её сопротивление тает, сменяясь волной жара, расходящейся от низа живота. Его свободная рука скользнула под подол её платья, грубо сжимая бедро, пальцы впились в нежную кожу, оставляя красные следы.

— Ты привыкла, что тебе всё сходит с рук, да? — прошептал он, отстраняясь на миллиметр, чтобы посмотреть ей в глаза. В темноте его зрачки казались огромными. — Папочкина дочка на дорогой тачке. Думаешь, можешь купить всё?

— Я могу купить тебя, — выдохнула Лера, пытаясь сохранить остатки гордости, но её голос дрожал.

Воронцов рассмеялся — хрипло, зловеще.
— Ошибаешься. Сейчас ты можешь только платить. Натурой.

Резким движением он разорвал на ней тонкое кружево белья. Звук разрываемой ткани прозвучал как выстрел в тишине салона. Лера ахнула, но не от страха, а от шока и возбуждения. Он не церемонился. Расстегнул ширинку, освобождая свою эрегированную плоть, и, не давая ей времени на подготовку, вошел в неё одним мощным толчком.

Лера вскрикнула, её ногти впились в его плечи через ткань мундира. Боль была острой, но она быстро растворилась в океане удовольствия, когда он начал двигаться. Ритм был безжалостным, звериным. Он вбивался в неё, заставляя её тело сотрясаться, голова билась о подголовник. Теснота машины заставляла их тела сплетаться в немыслимый узел. Её ноги сами собой обвили его мощную талию, притягивая ближе, ещё ближе.

— Громче, — приказал он, шлепая её по ягодице. Удар был хлестким, обжигающим. — Я хочу слышать, как ты платишь свой штраф.

Лера застонала, запрокидывая голову.
— Ты... животное... — простонала она, кусая губы.
— А ты — моя сучка на этот час, — рычал он в ответ, ускоряя темп.

Его руки сжимали её грудь, он не был нежен, он месил её плоть, словно хотел оставить на ней свой отпечаток навсегда. Мундир царапал её кожу, пуговицы вдавливались в тело, но это лишь добавляло остроты ощущениям. Запах кожи, пота и секса наполнил салон, становясь почти осязаемым.

Лера чувствовала, как приближается к краю. Её бедра двигались навстречу его толчкам, она уже не пыталась сдерживаться. Все её дерзкие слова, вся её напускная бравада рассыпались в прах под напором его грубой, первобытной силы. Она стонала, выкрикивала бессвязные слова, умоляла не останавливаться.

Глава 2. Подружка

Гравий захрустел под шинами спорткара, когда Лера свернула в распахнутые ворота загородного особняка. Дом сиял огнями, из открытых окон первого этажа вырывались басы музыки, заставляя вибрировать даже воздух вокруг. Двор был заставлен машинами — от папиных джипов до заниженных «японок», но Лера, не церемонясь, припарковала своего ярко-красного зверя прямо у парадного входа, перекрыв выезд какой-то пафосной «Бентли». Ей было плевать. Сегодня она устанавливала правила.

Она заглушила двигатель и на секунду замерла, глядя на своё отражение в зеркале заднего вида. Помада была съедена, тушь чуть размазалась в уголках глаз, придавая взгляду хищную, порочную дымку. Волосы, растрепанные ветром и грубыми руками полковника, лежали хаотичными волнами. Любая другая девушка бросилась бы поправлять макияж, но Лера лишь усмехнулась. Этот вид — её трофей. Следы преступления и наказания, которые она собиралась носить как ордена.

Она распахнула дверь и вышла в прохладу ночи. Ноги в туфлях на шпильках коснулись брусчатки уверенно, хотя мышцы бедер всё ещё приятно ныли. Платье, помятое и задравшееся, она одернула лишь символически, оставляя открытыми стройные ноги почти до самого основания.

Едва она переступила порог, как шум вечеринки накрыл её с головой. В огромном холле, залитом неоновым светом, толпились люди. Кто-то танцевал, кто-то смеялся с бокалами в руках. Но стоило Лере появиться, как десятки голов повернулись в её сторону. Она всегда умела привлекать внимание, но сегодня от неё исходила какая-то особая, почти электрическая энергетика. Запах опасности и животного магнетизма.

— Лера! Неужели! — к ней тут же подскочил Макс, тот самый, о котором говорила Алиса. Высокий, подтянутый, в расстегнутой на три пуговицы рубашке. Он окинул её оценивающим взглядом, задержавшись на растрепанных волосах. — Выглядишь так, будто только что сбежала с места преступления. Или... с очень бурного свидания.

Лера небрежно приняла бокал шампанского у проходящего официанта и сделала большой глоток, глядя Максу прямо в глаза.
— Свидание? Макс, ты мыслишь слишком узко, — она улыбнулась уголком рта, и в этой улыбке было столько яда и обещания, что парень невольно сглотнул. — Скажем так, я проходила... переаттестацию по вождению. Экстремальному.

— И как? Сдала? — усмехнулся подошедший следом Кирилл, местный мажор, который давно и безуспешно пытался затащить Леру в постель.

— На отлично, — отрезала Лера, окидывая его ледяным взглядом. — Но тебе, котик, такой экзаменатор не по зубам. Там нужны стальные нервы, а не папина кредитка.

Вокруг засмеялись. Кирилл стушевался, но не отступил, продолжая пожирать её глазами. Девушки, стоявшие неподалеку, шептались, бросая на Леру завистливые взгляды. Они видели её состояние — разгоряченную кожу, блестящие глаза, этот особый, «траханный» вид, который невозможно подделать. И они умирали от любопытства.

— Лерка, ты просто огонь! — крикнула какая-то блондинка из глубины зала. — Где ты пропадала? Мы думали, тебя гаишники повязали!

— Повязали, — громко ответила Лера, поднимая бокал в импровизированном тосте. — И даже наручники применили. Фигурально выражаясь. Но, как видите, я вырвалась, точнее меня... отпустили за хорошее поведение.

Она рассмеялась, и этот смех был заразительным, дерзким. Лера чувствовала себя королевой улья. Все эти мальчики, пытающиеся строить из себя крутых, казались ей сейчас пресными. После звериной мощи Воронцова их ухаживания выглядели детской игрой в песочнице. Ей нужно было что-то большее.

В этот момент толпа расступилась, и навстречу ей вышла Алиса. Именинница выглядела безупречно в обтягивающем серебристом платье, но в её глазах горел тот же огонь, что и у Леры. Она знала. Она слышала всё по телефону и теперь жаждала подробностей.

— Ну наконец-то, — Алиса подошла вплотную, обняла подругу, и её руки скользнули по спине Леры, ощущая напряжение мышц. — Я уже думала, ты развернулась и поехала обратно к своему полковнику за добавкой.

— Мысль была заманчивая, — прошептала Лера ей на ухо, вдыхая аромат дорогих духов подруги. — Но я обещала тебе праздник. Хотя, честно говоря, мой праздник начался час назад на 45-м километре.

Алиса отстранилась, хитро прищурившись. Она взяла Леру под руку и властно потянула её в сторону от шумной компании.
— Пойдем. Мне нужно знать всё. И когда я говорю «всё», я имею в виду каждую грязную деталь. Макс и ребята подождут. Пусть попускают слюни.

Они вышли на широкую террасу, где было тише и прохладнее. Алиса усадила Леру на плетеный диван в тени, подальше от любопытных глаз, и сама села рядом, поджав ноги. Она протянула Лере сигарету, хотя обе курили редко, только по особым случаям. Сегодняшний вечер определённо был таким случаем.

— Ну? — Алиса жадно затянулась и выпустила струйку дыма в ночное небо. — Ты правда... без трусов?

Лера откинулась на спинку дивана, широко расставив ноги под коротким платьем, позволяя ночному воздуху холодить разгоряченную кожу внутренней стороны бедер.
— А ты проверь, — она усмехнулась, глядя на подругу с вызовом.

Алиса, недолго думая, положила ладонь на колено Леры и медленно повела её вверх. Ткань платья скользнула под её пальцами. Когда рука достигла цели, глаза Алисы расширились.
— Чёрт... Ты вся мокрая, Лер. Ты течешь, как сучка.

— Я не могу остановиться, — призналась Лера, её голос стал хриплым, маска уверенности чуть треснула, обнажая ненасытную похоть. — Он меня так завёл... Это было не просто быстро, Алис. Это было... унизительно. И мне это понравилось. Он обращался со мной как с куском мяса. Никаких прелюдий, никаких «тебе удобно?». Просто взял и использовал.

Она затянулась сигаретой, пальцы чуть подрагивали.
— Знаешь, что самое смешное? Я даже имени его не спросила. Только фамилию знаю. Воронцов. Полковник. Власть, понимаешь? От него пахло властью. Не деньгами, как от этих мажоров внутри, а реальной силой. Когда он сжал моё горло... я думала, я кончу прямо там, ещё до того, как он вошёл.

Глава 3. Средство от скуки

Утреннее солнце ворвалось в комнату гостевого домика нагло и бесцеремонно, прорезая полумрак пыльными лучами. Лера открыла глаза, и первым, что она почувствовала, была тяжесть чужой руки на своей груди. Макс спал, уткнувшись носом ей в шею, его дыхание было размеренным и тяжелым. С другой стороны, закинув ногу на её бедро, храпел Кирилл. Алиса свернулась калачиком в ногах огромной кровати, завернувшись в простыню, как в кокон, из которого торчала только растрепанная макушка.

Воздух в комнате был густым, спертым. Он пах вчерашним виски, потом и тем специфическим, солоновато-мускусным запахом секса, который ни с чем не спутаешь. Лера потянулась, чувствуя, как сладко ноет всё тело. Мышцы между ног тянуло, кожа на бедрах горела от вчерашних шлепков и укусов, а во рту пересохло так, словно она жевала песок. Но вместо усталости или похмельной тяжести она ощутила странный, вибрирующий прилив энергии.

Она аккуратно, стараясь не разбудить парней, выбралась из живого клубка тел. Макс что-то пробормотал во сне и перевернулся на другой бок, занимая освободившееся место. Лера усмехнулась, глядя на них. Вчера они казались ей хищниками, альфа-самцами, способными разорвать её на части. Сегодня, в утреннем свете, они выглядели просто уставшими мальчишками, которых она использовала, чтобы заглушить свой голод. Использовала и выжала досуха.

Она подошла к зеркалу во весь рост, стоявшему в углу. Отражение встретило её бесстыдной наготой. На шее расцветал багровый засос, на груди виднелись следы от пальцев, а на внутренней стороне бедер — красноватые отметины от щетины. Лера провела рукой по своему животу, спускаясь ниже. Вчерашняя ночь была великолепна, но этого было мало. Ей всегда было мало. Адреналин, который вскипел в крови после встречи с Воронцовым, требовал выхода. Ей нужно было движение. Скорость. Ветер.

— Море, — прошептала она своему отражению, и глаза её вспыхнули безумным огнем.

Лера резко развернулась и подошла к Алисе. Подруга спала крепко, её лицо было безмятежным, почти детским, если не считать размазанной туши под глазами.
— Эй, спящая красавица! — Лера бесцеремонно стянула с неё простыню, обнажая стройное тело в кружевном белье. — Подъем! Труба зовет!

Алиса застонала, натягивая простыню обратно на голову.
— Лер, отвали... — пробурчала она хриплым со сна голосом. — Иди к чёрту или к своим жеребцам. Дай поспать...

— Спать будешь на пенсии, — Лера рывком сдернула одеяло полностью и бросила его на пол. — Мы едем на море. Прямо сейчас. Вставай.

Алиса с трудом разлепила один глаз, пытаясь сфокусировать взгляд на подруге.
— Ты больная? — простонала она. — Какое море? Мы вчера пили до трех ночи, меня тошнит, и я не чувствую ног. Я никуда не поеду.

Лера уперла руки в бока, возвышаясь над ней, как богиня возмездия.
— А я сказала — едем. У тебя есть ровно десять минут, чтобы собрать свою задницу в кучу, принять душ и найти купальник. Иначе я поеду одна, а ты останешься тут киснуть с этими двумя трупами.

Она наклонилась и больно ущипнула Алису за ягодицу. Подруга взвизгнула и подскочила на кровати, окончательно просыпаясь.
— Ау! Ты совсем охренела?!

— Я просто мотивирую тебя, — Лера оскалилась в хищной улыбке. — Давай, Алис. Представь: трасса, открытый верх, музыка на полную. Мы смоем с себя эту ночь в соленой воде. Будем пить шампанское на пляже и клеить серферов. Ну же!

Алиса смотрела на Леру с смесью злости и восхищения. Она знала этот взгляд. Спорить с Лерой, когда она в таком состоянии, было бесполезно. Это как пытаться остановить цунами зонтиком.
— Ты сумасшедшая сука, — выдохнула Алиса, но уже начала вставать. — Ненавижу тебя.

— Любишь, — парировала Лера, шлепая её по бедру. — Иди в душ. Я пока найду нам кофе и что-нибудь от головы.

Спустя полчаса гостевой домик наполнился шумом сборов. Парни, проснувшиеся от громких голосов, вяло пытались понять, что происходит, но Лера быстро пресекла все их попытки задержать девушек.
— Спасибо за ночь, мальчики, вы были супер, — бросила она, натягивая джинсовые шорты на голое тело и завязывая узел на легкой майке, под которой не было лифчика. — Но цирк уезжает, клоуны остаются.

Макс сидел на краю кровати, потирая виски.
— Вы куда? Может, останетесь? Мы бы могли... повторить.

Лера подошла к нему, наклонилась и поцеловала в щеку — целомудренно, как сестра брата, что было высшей степенью издевательства после того, что она вытворяла с ним ночью.
— Повторять — это скучно, Макс. Мы едем за новыми впечатлениями. Бывайте.

Алиса вышла из ванной, завернутая в полотенце, с мокрыми волосами. Она выглядела помятой, но уже более живой.
— Лер, ты уверена? — спросила она, когда они вышли на крыльцо. — Ехать пять часов. Ты за рулем, после вчерашнего...

— Я в порядке, — отрезала Лера. — Я чувствую себя лучше, чем когда-либо. Садись в машину.

Красный спорткар стоял там же, где она его бросила, хищно сверкая на солнце. Лера с любовью провела рукой по нагретому металлу капота. Эта машина была её продолжением, её верным зверем, готовым к любой авантюре.
Она открыла багажник и небрежно швырнула туда сумку Алисы, которую та успела собрать в рекордные сроки. Своих вещей у Леры с собой почти не было — только сумочка с документами и телефоном. Всё остальное — купальники, платья, косметику — она планировала купить на месте. Деньги решали любые проблемы, кроме скуки.

— Садись, — скомандовала она, прыгая на водительское сиденье.

Алиса, вздохнув, уселась рядом, надевая темные очки на пол-лица.
— Если меня укачает, я наблюю тебе в бардачок, — предупредила она.

— Риск — дело благородное, — рассмеялась Лера, нажимая кнопку старта.

Двигатель взревел, оживая, словно голодный зверь, почуявший свободу. Лера включила музыку — тяжелые басы мгновенно заполнили салон, заставляя вибрировать стекла. Она резко выкрутила руль, и машина, взвизгнув шинами, сорвалась с места, оставляя за собой облако пыли и ошеломленных парней на крыльце.