Варленд: бремя обречённых

Часть первая: «Северный кулак». Глава 1 - Скованные во льдах

401 весна Имперской эпохи.

Конец месяца бога Некромантии.

Граница Некрономикона с Ягудией.

Злой ветер кусал лицо, кидал в глаза пригоршни колючей пурги, щипал щёки, нос и уши. Чёрные демонические кони уехали вместе с рыцарями смерти. Живые управлять ими не могли, только некромант мог бы, но не в таких условиях севера, где о концентрации и речи не идёт.

Они утеплились в замке, как могли. Бессмертные рыцари с охоты принесли им мяса и шкуры. И теперь руки путников были в рукавицах, на головах шапки из чёрного меха, а на плечах накидки из полуобработанных шкур. Всё-таки о полноценной шубе речи не шло. Не хватало умения и усидчивости, чтобы создать достойные севера одежды.

На север, к границе с Волшебным лесом пришлось добираться на живых конях. Рыжик и Чернявый порядком отощали в дороге. Они увязали в снегу порой почти по круп, выбрасывая в воздух клубы пара, но не сдаваясь стихии. Но долго это продолжаться не могло. Холод пробирался под тёплый мех путешественников, сковывал мышцы и забирал последние силы, погружая в сон. Орк и человек боролись с холодом, брели в линию, один за другим, меняясь так, чтобы второй конь немного отдыхал, а первый ломился сквозь снег, создавая траншею для спутников. Скорость упала. Часто брали коней под узды и почти плыли в Море снега, отвоёвывали пространство локоть за локтем, пядь за пядью.

– Зачем мы покинули Чёрный замок в зиму? – крикнул Грок, наскучив смотреть на снег. – Там хотя бы в морду не дуло. Скоро месяц бога Льда. Это не лучшее время для путешествий на север!

– Есть вещи поважнее непогоды, – ответил человек, щупая немеющие кончики ушей. Солнечная серьга в левом ухе немного грела. Но тепла от неё хватало лишь на мочку уха. И Андрен снова закричал сквозь пургу. – Разве месяц Тёмного бога будет проще?

– Вот уж нет!

– Вот и мы не можем позволить себе зимовать в мёртвой округе, отсиживаясь до самой весны! Тогда лучше было остаться в Княжестве!

– Предпочитаешь умереть в мёртвой округе?! – крикнул орк, сражаясь с кругами в глазах от отражения света в этом снежном поле. – Мы не поможем клану, если замёрзнем в снегах!

Рысь брела вслед за лошадьми, мягкие лапы Варты с подушками не позволяли проваливаться глубоко в снег. Мороз между пальцев терпела молча, на коня Андрена не запрыгивала. Ему и так недолго осталось, а играть с ужином некрасиво. Так учила этикету мать-баронесса, а север учил ждать и всегда дожидался своего. Пейзаж давно не радовал путников. По всему пустынному горизонту, насколько хватало глаз, не было ничего, кроме однообразного, слепящего снега. Днём он отражал свет, в иное время просто засыпал глаза так, что застывали ресницы. Скудные растения и животные попрятались под белоснежным покрывалом, пережидая непогоду. От чего земли Ягудии казались ещё более мёртвыми, чем Некрономикона.

Глаза путников отдыхали лишь на фоне коней. Сплошной белый цвет сводил с ума.

– Какие в этих снегах могут быть ответы? Ну какие?! – в очередной раз бурчала Чини. Даже в меховой постилке, да во внутреннем кармане князя под свитером и меховой накидкой, да с собственной шубкой, ей было не по себе. – Не видно даже ягудов. Под снегом прячутся, что ли? Зачем мы сюда поплелись?! Тебе чётко сказал капитан: дар крови себя ещё проявит! Но забыл добавить, что при этом лучше остаться в живых. Почему мы не вернулись на юг с Чёрными рыцарями?

– Потому что я хочу видеть сына, – ответил Андрен. – И пройду до земель клана напрямую, а не давая круг на месяц. Но управляющий также назвал меня Фолианом Третьим. Что это значит?

Настроение морской свинки лучше не стало:

– Что до тебя здесь правила пара недалёких, которых поглотила эта земля? Где их города? Где их наследие? Где память, что должна была остаться о Великих Некромантах?

Андрен поскрёб рукавицей корку на губах и сказал:

– Бурцеус сразил Фолиана Второго у Арвиля. А про Первого и Архивариус не упоминал. В библиотеках Великой Академии нет этого имени. Странно да? Мы ведь перечитали большинство когда-либо написанных книг в Империи. Не обмолвились о нём ни словом и юные некроманты.

– Быть может, некоторые знания постигаются только в дороге? – ответила нахохленная морская свинка. – Но молю тебя, давай в следующий раз эти знания нам будут доставаться где-нибудь на юге!

Ветер усиливался. Грок что-то кричал впереди. До Андрена доносилось лишь одно чёткое слово из пяти. Ветер глушил остальные, разбавлял понимание.

– Ой, да замолчи ты там уже! – крикнула Чини, но её писк едва расслышал и Андрен.

Князь брёл молча, вёл Рыжика, стиснув зубы. Пальцев рук практически не ощущал, ноги в тяжёлых сапогах переступали по инерции. Он почти не чувствовал их, но старался не подавать виду. В голове всё чаще закрадывались мысли, что друзья правы: им здесь делать нечего. Но вернуться в клан через Волшебный лес – кратчайшая дорога. Она вела через горную гряду, единственный перевал.

– Сан Хафл, я скоро приду к тебе, – пробормотал человек, пытаясь представить, как может выглядеть его сын, которому шла уже четвёртая весна.

«К посоху его будет тянуть или к мечу? А может, больше по нраву молот кузнеца или топор лесника»? – с улыбкой в душе размышлял Андрен.

– Что можно искать в этих проклятых снегах? Здесь комфортно одной академии Льда, – продолжила паниковать Чини.

Вид ослабевших друзей не внушал ей уверенности. А кто она без них? Полдник для волка? Сгинет ещё до того, как ей найдут хищники.

– Мы просто идём к перевалу! – уверенно заявил князь. – Но я не вижу дорог, что обозначены на карте.

– Ха-ха! – заявила Чини, стараясь развеселить хотя бы себя. – Может, до них ещё нужно докопаться?!

Рядом в снег прыгнула Варта и встревожено заговорила:

– Андрен, я чувствую сильный запах. Там дальше зверьё. Давай повернём на запад и будем искать дорогу на перевал с юга на север. Сейчас севернее искать не стоит, иначе выйдем к рудникам. А там легко наткнуться на поисковые команды. Не говоря уже о том, что можем стать объектом пристального интереса для погонщиков стада.

Часть первая: «Северный кулак». Глава 2 - Ягудский лорд

Рядом.

Голос Дарлы едва доносился сквозь пургу и ветер:

– Ты не мог меня в свою страну позвать, когда будет потеплее? – обращалась она к Моту.

– Мы спешим.

– Не терпится принять наследие, лорд? – усмехнулась спутница. – Почему мы не дождались лета, отсидевшись в Империи?

– Лето в Ягудии короче, чем юбка шлюхи, – ответил ей наследуемый лорд, который впервые вступил на родные земли за последние восемь вёсен. – Разве что южные земли оттаивают и у стад есть возможность выпаса. Но тучные они не потому. Вся жизнь ягудов проходит вокруг трёх зелёных точек на белой карте вечного льда и снега.

– Это каких же? – даже немного заинтересовалась Дарла.

– Академия льда на востоке, дарующая блага, где утихают ветра… – начал перечислять Мот, – … рудники на западе, севернее дороги к перевалу, откуда приходят богатства для торговли и это горячие источники на самом севере, что и позволяют расцветать жизни вокруг них. Там, где от жара идёт от самой земли, там тает снег и цветёт пышная трава. Там пасутся стада и идёт вечная охота между хищниками и пастухами. Вся остальная Ягудия это лишь резервация, в которых дожидаются своей очереди северные кланы, чтобы повести свои стада к источникам и позволить олбыкам отожраться вволю, чтобы вновь пережить голодное время.

– В этом суть ягудов? – приподняла бровь магиня и ведьма-воительница под пышной меховой шапкой, что постоянно сползала на глаза. – Купаться в горячих источниках и пасти стада?

– Старшие кланы имеют свою долю в рудниках, чтобы торговать и Империей и добирать необходимое на рынках Мидрида или у самих гномов. Прочие кланы идут наймитами. И их ягудские воины охраняют покой рудников.

– Ваши рудники так важны для вашей стабильности?

– На фальчиоры всегда стабильный спрос. Торговцы на рынках склоняют головы перед ягудами. Они знаю, что те приносят не только шкуры берягов и шерсть олбыков, но и один-другой фальчиор, что исполнит желание владельца. А таким хотят обладать все. Это сконцентрированная магия, разве что без услуг уровня боевого мага. А порой фальчиоры исполняют такое, что не под силу и обладателям посохов.

– А что там с академией?

– Всякий магик-ягуд идёт туда и нет искуснее ягуда в магии льда. Но лишь избранные идут в Великую Академию, вроде меня, – охотно похвастался Мот. – Академия Льда славится своими жёсткими учениками. Культ бога Льда на севере абсолютный. Месяц, посвящённый ему, считается праздничным. Каждый в это время считает своим долгом откочевать от источников и гейзеров, давая им возможность отдохнуть. Трава за это время восстанавливается, нарастает молодой, свежая. А весь этот месяц ягуды мёрзнут в угоду традициям, но с тем избавляются от слабых и больных в стадах. В этот же месяц уходят в снега старики, если дела у клана совсем плохи.

– Умертвляете своих старейшин? Сурово, – хмыкнула Дарла.

– Такова воля бога Льда, что не знает пощады и ценит лишь самых стойких.

Чародейка невольно зауважала этого бога. Из всей дюжины он вдруг стал для неё ближе и понятливее прочих. Слабых убивает, сильным потворствует. Что ещё нужно?

– Тебе прекрасно известно, что больше всего на свете я мечтал покинуть эти земли. И сбежал отсюда, как ты от амазонок, – добавил Мот. – Бог Льда благословил меня, наделив чутьём эфира. Но не думай, что это далось мне легко. Я много практиковался в магии льда, чтобы дать отпор сёстрам. Если ты думаешь, что ягуды суровы, то это ты ещё ягудок не видела. Конечно, я сбежал в Великую Академию при первой возможности. Но мой клан желает видеть меня, о чём твердят многочисленные донесения. Глупые Ортоксаны от не отстанут, пока не навещу их. А раз Владыка желает союза с севером, значит мы идём на север. В любую погоду.

– Почему ты считаешь глупой собственную семью? – прищурилась Дарла.

– Потому что ради этих проклятых фальчиоров они готовы жить в этом краю вечного холода, – крикнул Мот. – Но я не таков! Я ненавижу зиму и рудники с рабами. И какой толк от академии Льда, если от неё никуда не уйти? Но есть ещё одна причина, почему мы идём на север.

– Это какая же?

– Отец желает оставить мне эти земли в наследие и подыскать жену, дабы плодилось потомство Ортоксанов. Ему нужны внуки, чтобы с гордо поднятой головой сидеть за столом и хвалиться приплодом перед прочими главами кланов. Вместо того, чтобы уйти в снега в месяц бога Льда.

– Ненавидишь отца – это я могу понять. Но почему ты против сил, что даст тебе клан? Рудники не сделают тебя беднее. А фальчиоры сделали твою семью сильной.

– Это так, но для использования этой силы снова придётся жить среди снегов. Ненавижу снег!

– Ты – дурак! Смотри не на снег, а на возможности, которые даст тебе эта заснеженная земля! – огрызнулась Дарла, едва услышала про жену. – Лёд же дал тебе силу. Это жертва льду.

– От дуры слышу! – в свою очередь, огрызнулся и Мот. – Я страдал достаточно ради благоденствия снежного края. И хочу надел на юге. Традиции меня мало интересуют.

– Твой клан богат, но богатство это на севере. Стоит откочевать на юг, и ты станешь таким же мягкотелым, как имперцы, – добавила амазонка, посмеиваясь. – Женись, глупец. Отец прав. Вкуси жизни! Прими волю клана. Если будет радовать тебя, радуй её. Если же не по нраву станется, то ты всегда можешь оставить её без одежды в этих снегах, и никто ничего не скажет наследуемому лорду.

– Пожалуй… ты права, я всегда могу отправить её в снега и сам найти получше. Если дурна собой или плохо готовит.

– Это и называется истинной силой севера! – поддержала Дарла. – Разве ты не понимаешь? Что происходит на севере, остаётся на севере. Никто тебе здесь не указ… лорд.

Последнее слово она произнесла через силу.

– Силой севера? – тут же заметил эту заминку напарник. – Не за силами ли ты прибилась к секретам ведьм, амазонка? Не за ней ли подалась в Великую Академию?