Ведьма некроманту не пара, или Попаданка против!

Глава 1

Я бродила в полной темноте, вытянув руки перед собой и едва переставляя ноги, а где-то горько плакала кошка, зовя на помощь. Но тьма вокруг сбивала с толку...

Решила ориентироваться на звук ее голоса. Сердце разрывалось от боли. Кошка явно попала в беду, и я должна была ей помочь!

А вообще я точно знала, что умерла. Быстро и безболезненно. Сердце просто перестало биться. Сейчас я должна была найти дверь в то место, где меня ждали мои котики...

Впереди посветлело, странный свет задрожал и заплясал, как тень от свечи. Пахнуло сырой землей и затхлым воздухом. Кошечка была там, я торопилась спасти ее от чего-то страшного...

Я ступила в световую завесу, которая натянулась, как пленка, не давая пройти. Перед тем как все погасло, увидела молодую невесту в свадебном платье в гробу. Рядом сидела черная кошечка, плакала по умершей хозяйке. Вокруг горели свечи...

Вдруг что-то лопнуло, оглушая меня и вновь погружая во тьму. Я почувствовала, как ледяной ветер коснулся лица, а затем услышала шепот, словно кто-то говорил со мной из-за завесы.

«Ты не должна была приходить сюда», — прошептал голос, холодный и зловещий.

Я попыталась ответить, но слова застряли в горле. Внезапно тьма рассеялась, и я увидела, как вокруг меня начали подниматься тени. Они напоминали людей, но их лица были искажены, а глаза светились призрачным светом. Одна из теней протянула мне руку, и я почувствовала, как в мое тело проник холод.

Кошечка, которая сидела рядом с невестой, вдруг исчезла, лишь тихий плач повис в воздухе. Я поняла, что это ее последняя попытка предупредить меня. Но теперь было уже поздно…

Тени приближались, и я знала, что мне не спастись. В последний момент что-то теплое и мягкое коснулось моей руки. Это была черная кошечка, которая снова появилась рядом со мной. Она посмотрела на меня большими грустными глазами и тихо мяукнула.

«Моя!» — мысленно закричала я, доказывая кому-то, что защищу кошечку изо всех своих старушечьих сил.

И в этот момент я поняла, что я не одна. Что-то большее, чем просто тень, защищало меня. Силы стали возвращаться ко мне, и, собрав всю свою волю, я смогла оттолкнуть тени.

С громким хлопком завеса разорвалась, и я снова оказалась в темноте. Но где-то там, в этом мире, меня ждали мои котики. И я могла их найти…

— Ап-чхи! — громко чихнула я, пугаясь раздавшегося эха.

Оглянулась, понимая, что сижу в полной темноте. Стоило подумать, что мне не хватает света, вокруг меня тут же вспыхнули свечи.

Я оказалась в склепе…

— Кисонька, ты чего, испугалась? — Села и прижала к себе кошечку, которая явно была напугана.

Ее шерстка стояла дыбом, а тельце было очень худым.

— Бросили меня, не кормят, камнями кидаются! Никто не приютил осиротевшую кошку, только проклятья сыплются вслед! — запричитала она вполне различимым человеческим голосом.

— Да что же это такое, как можно обижать кошечку? А худая какая! — сказала я, внезапно понимая, что сейчас происходит что-то за гранью моего воображения. — Весу-то пару кило, не больше!

Призрак невесты, которую я видела в гробу, затем странные слова и побег из склепа... Я ничего не понимала, кроме того, что сработал инстинкт выживания. Кошка куда-то звала меня, я падала, не испытывая боли, снова вставала и шла по траве странными, чужими ногами. Сердце колотилось в груди, как бешеный барабан, а мысли путались, словно листья на ветру.

Тело было не моим, я ничего не чувствовала. Мне было настолько страшно от происходящего, что хотелось кричать, забиться в угол и ждать, когда это закончится. Мы бежали через старый средневековый погост, и в лесу я заметила еще одного призрака. Глаза старой женщины, холодные и безжизненные, следили за нами...

Кошка не давала мне остановиться, подгоняла, заставляя бежать быстрее. Она твердила, что я мертва и нужно срочно закончить ритуал, чтобы я снова стала живой. Ее голос, хриплый и настойчивый, звучал как шепот ветра.

— Бред… Или нет? — спросила саму себя, дрожащими руками открывая дверь в старый домик.

Он выглядел заброшенным: внутри было много пыли, паутины, пахло сыростью и затхлостью. Каждый шаг отзывался эхом, как будто стены слышали мои мысли и смеялись надо мной. Я прошла вглубь дома, и вдруг все вокруг затрепетало, как будто само время замерло, чтобы посмотреть на меня.

Ритуал…

Все происходило как в тумане, словно не со мной. Я смотрела на девушку в отражении и не могла поверить, что это я. Но это была я, только другая. Я, та самая невеста из гроба!

Сначала я увидела в зеркале себя прежнюю — старую, окруженную любимыми котиками. Но все вмиг исчезло. На месте меня появилась старуха, что вышла из леса. Она бросила благодарный, полный сожаления взгляд и тоже растворилась.

А потом я снова умерла… Мир вокруг померк, и я почувствовала, как тьма окутывает меня холодным коконом.

Бух! Бух!

Где-то раздался ритмичный звук, заставивший меня очнуться. Сердце колотилось, словно пытаясь вырваться из груди, но я вдруг осознала... что жива!

Кошечка рыдала на моей груди, разрывая на мне остатки свадебного наряда.

— Сердце бьется! Оно бьется! — истошно мяукнула она. — У нас проблемы, хозяйка! Нас хотят сжечь!

Побег… Я была не готова. Тело тряслось от слабости, ноги подкашивались, и я едва могла стоять. Каждый вдох давался с трудом, словно воздух уже был пропитан гарью. Инстинкт самосохранения кричал, предупреждая, что за убегающей мной ринется раззадоренная толпа. И вот тогда нас точно сожгут!

Я чувствовала, как сердце готово выпрыгнуть, но не от страха, а от отчаянной решимости. Надо было попытаться остановить эту толпу. Но только так, чтобы меня не узнали. Я закрыла лицо платком, закуталась в плащ и вышла на порог, стараясь держаться уверенно.

Глава 2

Из толпы выступил грузный мужчина. Эхо его шагов разнеслось по двору.

— Сторож кладбища сказал, что склеп был осквернен и из него пропала умершая дочь лорда! — Голос мужчины дрожал, в нем слышалась не только агрессия, но и затаенный страх. — Следы ведут сюда!

Толпа вокруг него зашумела. Лица людей были искажены смесью ужаса и любопытства. Они явно были разочарованы тем, что погоня ни к чему не привела.

— Следы мои, — шагнула вперед, стараясь говорить спокойно. — Я пришла в этот дом, чтобы поселиться в нем, если позволите. А с покойником я разберусь, обещаю!

Женщина во вдовьем одеянии вышла из толпы, ее глаза сверкали ненавистным огнем.

— Ведьмы нам еще не хватало! — произнесла она с презрением. — Пусть остается, но если навредит, пеняйте на себя. У нас неупокоенная невеста бродит по деревне, и она может быть не единственной.

— На это есть некроманты! — рявкнул мужчина. — Пусть остается! Мне-то что?

Кто-то крикнул в толпе: «По домам!», и люди, словно подчиняясь невидимой силе, начали расходиться. Уже вскоре толпа исчезла в темноте.

На дрожащих и негнущихся ногах я вернулась в дом, подхватив кошку, застывшую в напряженной позе. Уложив ее в кресло, я разгладила взъерошенные волоски, пытаясь успокоить себя и ее. Сняла с себя плащ, но оставила на голове старый платок, чтобы никто не мог видеть моего лица.

— Мне надо переодеться, — прошептала я, оглядываясь. — Эти вещи выдают меня с головой!

— В спальне остались вещи Аделины, некоторые даже новые, словно тебя ждали!

Кошка повела меня в комнату. Когда я вошла, сердце сжалось от странного ощущения. В комнате царила странная тишина, словно сама смерть затаилась здесь.

На кровати лежало несколько аккуратно сложенных вещей. Некоторые из них действительно были новыми, словно их оставили именно для меня. Вещи были мягкими и теплыми, но я не могла избавиться от ощущения, что за мной кто-то наблюдает.

Спальня оказалась маленькой, но удивительно уютной. В центре комнаты стояла широкая кровать с мягким изголовьем, покрытая старым стеганым одеялом в мелкий цветочек. По обе стороны от кровати располагались прикроватные тумбочки, на которых стояли две масляные лампы с тонкими стеклянными абажурами. Над кроватью висела небольшая картина в раме с изображением цветущего сада.

У окна ютился комод с резными ручками, на котором было разложено несколько книг, стояла фарфоровая статуэтка и небольшая шкатулка с драгоценностями. Напротив комода находился большой платяной шкаф с зеркальными дверцами, в которых отражалась часть комнаты. Наверху стояла ваза с сухими цветами.

Окна были занавешены старыми пыльными шторами, сквозь которые пробивался тусклый свет. Пол покрывал потертый ковер с замысловатым узором, который когда-то был ярким, но выцвел от времени. В углу же комнаты стоял внушительный сундук, на крышке которого лежало несколько старых книг и фотографий в рамках.

Все в комнате было покрыто тонким слоем пыли, придающим ей немного заброшенный вид. Даже в углах висела паутина...

Кошка сидела на подоконнике, подняв голову. Ее глаза блестели в свете лампы, как два изумруда, в них читалось что-то мистическое. В этом взгляде было столько невысказанного, что сердце невольно сжалось.

Внезапно, будто по команде, она спрыгнула с подоконника и мягко приземлилась на пол. Метнувшись к кровати, кошка начала тереться о мои ноги. Ее шерсть касалась кожи, вызывая странное ощущение тепла, но вместе с тем и чего-то тревожного.

— Это все из-за тебя? — прошептала я, не сводя глаз с кошки.

Мой голос дрожал, как будто я боялась услышать ответ.

Она мяукнула, и в этот момент что-то изменилось. Воздух в комнате стал густым, словно невидимая тяжесть опустилась на плечи. Тени на стенах начали извиваться, как живые существа. Сердце забилось быстрее, и по спине пробежал холодок.

— Да! Я фамильяр по имени Матильда! — Голос кошки прозвучал неожиданно громко, и я вздрогнула.

Кошка сидела на подушке, аккуратно мяла ее лапками, словно проверяя на мягкость. Взгляд ярко-зеленых глаз не отрывался от моего лица, и в них я видела что-то, что заставляло меня чувствовать себя неуютно.

— Мне нужна хозяйка, личная ведьма!

Эти слова прозвучали как приговор. Я не знала, что ответить. Внутри все сжалось, и я заметила, что в комнате становится еще темнее. Тени вокруг нас начали сгущаться, а воздух наполнился странным гулом.

Я буквально срывала с себя остатки платья, словно это были оковы, сковывающие меня. Каждая нитка, каждая пуговица, казалось, весила тонну. Дрожащими руками надела сорочку, затем новое платье, теплые чулки и накидку, чтобы хоть немного согреться. Около кровати стояли кожаные сапожки, и я не раздумывая обула их.

— Значит буду звать тебя Мотя, скажи что происходит? — прошептала, обращаясь к кошке, которая сидела на подушке, внимательно наблюдая за мной.

Ее глаза блестели, словно она была в восторге.

— Магия твоя просыпается! Сильный дар у тебя, ох и заживем мы! — произнесла она с воодушевлением, предвкушая что-то невероятное. — Срочно обучаться, приводить в порядок жилье…

— Так, стоп! — Наконец я справилась с одеждой и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Сначала нужно сжечь платье, привести себя в порядок, — посмотрела на свои грязные руки, покрытые пылью и пятнами. — Может, хотя бы чаю?

— На платье пуговицы серебряные… Можно продать! — не унималась кошка, с жадностью разглядывая меня.

— Меня найдут по ним, ты что! — отмахнулась я.

— Тогда в камин его, и дров побольше! — Она тряхнула шерстью, поднимая облачко пыли.

Глава 3

На каминной полке лежали длинные спички. Они напоминали обычные, но с одним отличием: на конце каждой была не привычная серная головка, а белое вещество, похожее на мел. Я взяла одну из них и заметила, что рядом лежит плоская дощечка того же цвета. Она была испещрена тонкими полосками, похожими на царапины на виниловой пластинке. Я догадалась, что это приспособление предназначалось для розжига.

Осторожно чиркнула спичкой по дощечке — палочка вспыхнула ярким пламенем. Я медленно поднесла зажженную спичку к когда-то белому красивому платью, и оно мгновенно загорелось. Огонь стал поглощать его, наполняя воздух запахом жженой ткани. Пламя быстро охватило платье, и тепло распространилось по комнате.

Огонь танцевал на ткани, создавая причудливые узоры, которые отражались в зеркалах. Комната наполнилась мягким золотистым светом, и я почувствовала, как напряжение покидает мое тело. Пламя камина давало ощущение безопасности. Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом, и позволила себе раствориться в этом тепле.

Камин выглядел как портал в другой мир: потрескивающие поленья, мерцающие угли и языки пламени, танцующие в такт неведомой музыки.

— Я хочу знать, куда попала… И как мне здесь выжить.

— Надо бы завтра в деревню сходить, продуктов добыть. — Кошка подошла ближе и посмотрела на меня с сочувствием. — Здесь только крупы остались да муки немножко! Если мы не найдем еду, нам придется туго.

— Меня узнают, ты не понимаешь? — с отчаянием сказала я. — Меня просто не оставят в покое.

— Да… Сожгут! — Голос кошечки дрогнул, и она опустила голову. — Есть заклинание отвода глаз. Оно поможет нам оставаться незамеченными. Ты пока воды набери, печь найдешь в кухне. А я поищу нужную книгу!

Она быстро убежала, оставляя меня одну. Некоторое время я так и стояла у камина, чувствуя, как во мне нарастают страх и неуверенность. Я должна была собраться с силами. Должна была выжить и начать новую жизнь, раз уж я здесь...

Небольшая кухня с низеньким потолком располагалась по соседству. Посередине стояла старая печь из грубого камня, выложенная потрескавшимися изразцами. Печь будто охраняла это место. Вдоль стен тянулись деревянные лавки, потемневшие от времени, с резными спинками, лак на которых облупился.

У окна стоял деревянный стол с грубой столешницей, местами покрытой пятнами. Над столом висел шкафчик с украшенными витиеватыми узорами дверцами. На его полках пряталась простая глиняная посуда: горшки, миски, чашки с трещинами и сколами. На одной даже нашлась старая чугунная сковорода с отбитым краем.

Давно пустующие ведра на лавках покрылись пылью и паутиной, как и сундук с ржавыми петлями в углу. На стенах висели осыпавшиеся пучки трав...

Одним словом, все вокруг пришло в запустение. Толстый слой пыли покрыл пол и мебель, отовсюду свисала паутина. В воздухе витал запах сырости и затхлости, свойственный пустующему жилью.

Место, где я оказалась, напоминало деревню пятнадцатого-шестнадцатого века. Эти старинные предметы быта, заброшенность, одичалость местных, тишина… Время здесь словно остановилось.

— Где взять воду? — спросила я, вернувшись в гостиную.

Кошка подпрыгнула и, подцепив когтем книгу, потянула ее на себя. Та с шумом упала на пол, заставив меня вздрогнуть.

— Во дворе есть колодец, — пробурчала кошка, принявшись старательно перелистывать страницы.

Интересно, она и правда настоящий фамильяр? Даже читать умеет?

Подхватив два ведра, я вышла на улицу. Рассвет уже окрасил верхушки деревьев, и я увидела, где находится колодец.

Поставив ведра на землю, закинула привязанное к веревке и набрала первую порцию воды. Сначала вымыла принесенные из дома, чтобы они были чистыми. Наполнив их, отнесла назад, в печь же поставила большую кастрюлю и чайник, предварительно их вымыв. Оставалось только поджечь спичкой дрова.

Налив в лохань чуть теплой воды, я взяла какую-то ветошь с лавки и стала оттирать грязь с лица и рук. Затем вернулась в спальню, нашла в комоде расческу и привела волосы в порядок. И только потом решилась снова посмотреть на себя в зеркало…

— Я всегда была такая… — приблизилась к нему, — седая?

Поправив выбившуюся серебристую прядь, вгляделась в свое отражение. Из зеркала на меня смотрела весьма миловидная девушка лет двадцати с аристократическими чертами лица. Нос с небольшой горбинкой придавал ему особого шарма. Тонкие темные брови вразлет подчеркивали выразительные глаза — большие, темные, с золотыми крапинками, напоминающими звездное небо. В обрамлении пушистых ресниц глаза казались еще более загадочными. Высокие скулы добавляли лицу утонченности, а полные губы, когда-то яркие и сочные, теперь были бледными и сжатыми, словно я все еще не отошла от испуга.

На мне было простое, но элегантное платье из темно-серого шелка, которое облегало фигуру, подчеркивая талию. Согревшись, я сняла с себя накидку из плотной, окрашенной шерсти темно-зеленого цвета. На шее висело серебряное ожерелье с небольшим камнем, который переливался в свете лампы, как что-то магическое. Волосы, собранные в незамысловатую прическу, были растрепаны, придавая мне немного небрежный вид. Как будто я пережила что-то страшное, неприятное.

Когда я поправляла какие-то детали одежды, руки слегка дрожали.

— Я видела тебя пару раз, но давно, когда мы с Аделиной ходили на ярмарку. У тебя были красивые золотистые локоны, — сказала кошка, пристально меня рассматривая.

— А сейчас волосы почти полностью поседели. Что случилось с предыдущей хозяйкой тела? — спросила я, не отрываясь от зеркала.

Благо, света пары свечей, все еще не потухших, хватало, чтобы рассмотреть себя.

Глава 4

Завтрак был простым, но достаточно сытным, чтобы чувство голода оставило меня хотя бы на некоторое время. Я с удвоенной силой принялась за уборку домика. Он был небольшим, с низким потолком и узкими окнами, но весьма уютным, несмотря на запущенность.

Многое уже дышало на ладан: ткани, обивка мебели, ковер... Его можно было бы выкинуть, если бы я нашла замену. Местами он был протерт до ниток, повсюду виднелись пятна грязи. В воздухе витал запах пыли и старой бумаги, но в то же время я чувствовала тепло этого места.

— Я нашла кое-что, что поможет тебе выглядеть по-другому, — зевнула кошка, по-царски растянувшись на полу, и лениво приоткрыла один глаз, наблюдая за мной. — Там и зелий не нужно, достаточно произнести заклинание. Хватает ненадолго, к сожалению... Но все равно прочитай!

Я вздохнула, не веря в чудо. Моя новая жизнь была полна боли и страха, и каждое мгновение могло стать последним. Но надежда, даже самая слабая, грела душу. Я осторожно подняла книгу с пола. Ее страницы были потрепанными, как и моя судьба...

Села в кресло у окна, чувствуя, как холодный осенний ветер проникает сквозь щели в рамах. На улице уже давно рассвело. Яркие солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, окрашивая землю в золотые и красные оттенки. Но за этой красотой скрывалась жестокая реальность. Здесь стояла глубокая осень, а каждый день был борьбой за выживание. Люди жили в вечном страхе, верили в суеверия. Одно подозрение, что я не та, за кого себя выдаю… и все.

А ведь я действительно была ожившим мертвецом.

Сердце сжалось от боли. Я знала, что моя жизнь могла оборваться еще быстрее, чем началась. Но я не собиралась сдаваться. Не сейчас. Не тогда, когда у меня появился шанс.

Я пробежала глазами по строчкам заклинания. Каждое слово звучало как приговор.

«Пусть свет преобразит меня, пусть тьма отступит… Пусть я стану той, кем хочу быть, пусть страх исчезнет навсегда…»

Произнеся заклинание, я почувствовала, как магия струится по венам. На мгновение мне показалось, что мир замер. Но затем что-то изменилось. Моя кожа будто стала теплее, а дыхание — ровнее. Я закрыла книгу и, подойдя к комоду, вновь посмотрела на свое отражение в зеркале.

Теперь я была другой. Такой же молодой, только из прежней жизни. Но это была лишь иллюзия. Рано или поздно все вернется на круги своя. Но пока… пока я могла этим воспользоваться.

В той молодости я была весьма привлекательна. Черные густые волосы, словно шелк, струились по плечам, переливаясь в лучах солнца. Тонкие брови вразлет придавали лицу выразительности, а глубокие глаза сияли, как изумруды. Белая, почти фарфоровая кожа словно светилась изнутри, подчеркивая вишневый оттенок губ. На щеках иногда играл легкий румянец, добавляя лицу свежести и естественности. Фигура была стройной и изящной, с плавными, женственными изгибами. Каждое движение было наполнено грацией и уверенностью, а лицо озаряла искренняя, заразительная улыбка.

Но судьба сложилась так, что, несмотря на красоту и большую семью, я осталась одна под конец жизни. Каким-то чудом смогла раздать кошек… А умерла, выйдя искать ту, что так горько плакала под моими окнами и просила помощи. Хотя может, я уже тогда умерла?

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло...

Теперь ведь я могла прожить новую жизнь рядом с кошечкой, возможно, весьма интересно. Когда еще выпадет шанс узнать столько нового?

В дверь резко постучали. Я испуганно ойкнула, очнувшись от своих мыслей, и едва успела повязать на голову платок. В груди бешено заколотилось сердце, дыхание вмиг сбилось. В дверь снова забарабанили, только уже громче, настойчивее.

— Ведьма, открывай! — раздался грубый мужской голос, пропитанный злобой и недовольством.

Этот голос заставил меня вздрогнуть и подумать о том, что моя хлипкая дверь не выдержит такого вторжения.

Надо было браться за обучение, иначе чем защищаться? У них вилы, огонь… Их больше.

Страх сменился решимостью. Я сжала кулаки.

— Да? — голос предательски дрогнул, когда я открыла дверь.

На пороге стоял огромный мужчина, словно гора заслоняя собой весь мир. Под два метра ростом, мускулистый, как бык. На голове у него была шапка, а окладистая борода, похожая на лопату, доходила до живота, придавая ему еще более грозный вид.

— Дань принимай! Люди благодарят тебя за день без дождя! И скот весь жив! Сегодня повезло! — прорычал незваный гость и указал на внушительный ящик у моих ног. — А теперь говори, что там еще надо, а то тебе сегодня ночью мертвяков гонять. Дочь лорда до сих пор не нашли, бродит где-то неприкаянная, проклятая душа!

Его слова обрушились на меня как ледяной дождь. Я склонила голову, ощущая, как внутри все сжимается от нехорошего предчувствия.

— Спасибо, — прошептала, стараясь не выдать своего волнения. — Я позабочусь о мертвой девушке… Мне бы дров немного, холодно на улице! — вспомнила о догорающем камине.

Мужчина кивнул, но его лицо оставалось мрачным и неприступным. Он развернулся и ушел, оставив меня стоять на пороге.

Дрожа от пронизывающего ветра и пережитого страха, я затащила тяжелый ящик в дом и захлопнула дверь, задвигая хлипкую щеколду. Она была слабой преградой для того, кто мог прийти за мной следующей ночью.

Что-то подсказывало, что спокойной она не будет…

Глава 5

Сняв платок с лица, я повесила его на крючок у двери. В ящике оказались различные продукты: крупы, ветчина, хлеб, немного овощей и яблок, даже что-то молочное в кувшинах. На запахи пришла кошка. Она осторожно приблизилась, будто не веря, что еда действительно принесена для нас.

— Ого! Давненько я не видела дани! Да и было это всего пару раз за все то время, что я жила с Аделиной. — Ее глаза заблестели от жадности, когда она посмотрела на кусок мяса, завернутый в ткань. — Я так скучала по вкусной еде…

— Сейчас отрежу тебе мяса, а часть отварю. — Я с трудом дотащила ящик до кухни, шкрябая им по полу. Каждое движение давалось с трудом, но я не сдавалась. — А у нас подвал есть? Там, наверное, можно что-то хранить.

— Под столом в кухне дверца…

Кошка не отставала ни на шаг. В ее глазах читалась надежда на то, что я не передумаю и накормлю ее.

Я разделала мясо на четыре части, одну из них порезала на мелкие кусочки и отдала кошке. Другую поставила вариться, а оставшиеся части завернула в ткань. Себе же отрезала кусок ветчины, ломоть хлеба и налила уже остывшего травяного сбора.

— Какие услуги Аделина предоставляла местному населению? — решила выведать у кошки.

— Да разные, — ответила она, смахнув языком остатки мяса с морды, хотя явно не ожидала такого вопроса. — Ребеночка зачать или пол посмотреть, бородавки свести… Корова заболела — сглазил кто! А то и любовный приворот могла сделать! — Мотя задумалась, и ее взгляд стал отсутствующим, словно она попыталась вспомнить что-то важное. — Зелья варила редко — не хватало ингредиентов. За ними надо было в город ехать, да и стоили они дорого. Не по карману крестьянам такое, поэтому Адель обходилась магией — заговорами. По-простому жили! Без затей… И сытно!

В голосе кошечки слышалась грусть, тоска по ушедшей хозяйке, которая о ней заботилась. Протянув руку, я аккуратно погладила ее по мягкой спинке, на что кошка отозвалась тихим урчанием. Почесала за ушками, стараясь не тревожить ее, и нежно коснулась подбородка. На мгновение кошка попыталась сохранить горделивый вид, но не выдержала и громко затарахтела, закрывая свои яркие изумрудные глаза.

— А что нужно сделать для нашей защиты? Наши жизни и дом гораздо важнее знаний о том, как снять сглаз или любовный приворот! — Я взяла ее на руки и понесла в гостиную, стараясь не уронить.

— Для защиты… Да ты не думай плохо о людях — это они мертвую тебя испугались, а ведьм уважают!

Кошка уютно устроилась на подушечке, которую я скинула с кресла, и свернулась у камина, будто приглашая меня присоединиться.

— Они ведь ждут, что тело вернется на кладбище в склеп! А где я его возьму? — недоумевала я.

— Выкопай труп, уложи его в гроб, закрой крышкой и скажи всем, чтобы не тревожили покой усопшей! — Мотя зевнула, но тут же оживилась, что-то вспомнив. — Пособие по некромантии — это вот та толстая книжка с зеленым корешком… Прочитай, выпиши нужное заклинание. Труп сам вылезет на наш зов, сам ляжет в гроб и закроет его крышку! Делов-то!

— Да ерунда делов! — возмутилась я, сложив руки под грудью. — Сейчас пойду, возьму лопату и выкопаю свеженькое тело! — тяжело вздохнула. — На кладбище же тьма подходящих!

— Ну, не совсем свежих, — сонно отозвалась кошка, — но на той неделе точно двух хоронили, так что есть, кого взять.

Мотя закрыла глаза и мгновенно уснула, словно выключившись. А я так и осталась стоять, глядя на нее с недоумением и легким волнением. Как можно так просто говорить о таких вещах?

Я покосилась на книгу с некоторым сомнением. Она была старой и потрепанной, покрытой пылью и следами от множества прикосновений.

Взяв ее в руки, я почувствовала холод, исходящий от пожелтевших страниц. Села в кресло ближе к окну, чтобы свет падал на книгу. Перелистывая страницы, стала зачитывать заклинания, написанные старинным почерком. Каждое слово отзывалось эхом в ушах, вызывая россыпь мурашек по коже.

На столе лежала записная книга, весьма потрепанная жизнью. Кожаная обложка была испещрена царапинами и следами от воды, уголки — загнуты, а страницы местами пожелтели от времени. Я положила пособие по некромантии рядом и, придвинув к себе записную книгу, стала пролистывать шершавые страницы, испещренные рукописным текстом. Удивительно, но каждое слово было мне понятно, словно я всегда знала этот язык. Это были заговоры, рецепты мазей, зелья и капли, записанные мелким, почти неразборчивым почерком.

Однако, если приглядеться, становилось ясно, что записная книга была скорее сборником полезных советов и рецептов, чем полноценным дневником. Здесь были собраны только знания, необходимые в быту или определенных кругах.

В вазе на подоконнике нашлись длинные петушиные перья, веточки с засушенными ягодами и мелкими цветами, которые уже давно потеряли свой цвет и форму, но все еще сохраняли странную красоту. Я взяла одно из потускневших перьев и аккуратно положила его вместо закладки перед чистыми страницами, которые ждали своего наполнения.

Конечно, мне бы стоило завести собственную записную книгу, но пока сойдет и эта. Я заглянула в чернильницу — медную посудинку с узким горлышком и маленькой крышкой. Внутри, как я и ожидала, все высохло и превратилось в плотную черную массу. Я пошла на кухню, чтобы набрать теплой воды. Налила немного в чернильницу и размешала загустевшую смесь, пока она не стала более жидкой. Вернувшись к столу, снова взяла книгу о некромантии.

На обложке изображался череп с костями, окруженный загадочными символами. Внутри помимо заклинаний были истории об известных некромантах, их подвигах и даже портреты, выполненные в мрачных тонах. Я листала страницы, пока не нашла нужное заклинание. Оно было написано крупным готическим шрифтом и выглядело так, словно его вырезали на камне.

Принцип заключался не только в словах, которые надо было произносить. Они звучали как набор звуков, но в них была скрыта сила — магия, которую требовалось вложить в каждое слово. Я засомневалась. А действительно ли мне это нужно? Может, я зря пытаюсь ввязаться в то, что может быть опасно? Но в глубине души я понимала, что ответ на этот вопрос уже был внутри меня…

Глава 6

Я выписала заклинание поднятия умертвия из могилы, даже подучила его, читая про себя. Для активации нужно было находиться рядом с могилой мертвого. Еще бы понять, как вложить в эти слова магию...

Подошла к полке и стала читать названия на корешках, надеясь найти книгу по магии, которая могла мне помочь. Внезапно одна из них засветилась зеленым цветом.

Я осторожно взяла в руки книгу, чувствуя, как от нее исходит древняя энергия. Открыв ее в самом начале, увидела старые, пожелтевшие листы, исписанные рунами и символами. Это был учебник по темной магии, написанный столетия назад.

Первые главы рассказывали о теории магии и ее основах. Я приступила к чтению, впитывая в себя каждое слово. Постепенно передо мной возникали образы и идеи. Я представляла, как буду использовать магию для своих целей.

Через пару часов я дошла до главы, посвященной практическому применению магии. Заклинание, которое я выписала, было лишь началом. Теперь мне предстояло разобраться с остальными частями ритуала: как добраться до могилы, как активировать магию и как скрыть свои следы.

Я чувствовала, что встала на верный путь, но впереди меня ждало еще много трудностей. Я записала уже пять заклинаний, и каждое из них требовало своего подхода. А ведь я не продвинулась дальше поднятия мертвеца!

Сердце бешено колотилось от волнения и предвкушения. Я понимала, что ступаю на опасную тропу, но это только усиливало стремление к знаниям и власти. С каждым прочитанным словом я ощущала, как моя магия начинает пробуждаться, и это наполняло меня чувством глубокого удовлетворения.

В перерыве решила сварить себе суп или, скорее, нечто среднее между супом и рагу. В бульон добавила крупу, похожую на просо, но она разбухла, и получилось слишком густое блюдо. В кастрюле были привычные для меня ингредиенты: картошка, морковь, лук. Брюкву или репу я отложила, заодно проверила подвал.

Взяв свечу и спустившись по хлипкой лесенке, увидела множество старых, сгнивших вещей, не все из которых можно было определить. На полках стояли десятки кувшинов, перетянутых промасленной кожей. Внутри, вероятно, были соления или засахаренные ягоды, но, судя по запаху, они пропали. Рядом с кувшинами стояли небольшие туески, в которых я обнаружила горох, фасоль, кукурузу и муку. Муки было совсем немного, едва хватило бы, чтобы что-то испечь.

Стены подвала были покрыты толстым слоем пыли, в некоторых местах даже виднелся мох. В углу стояла старая деревянная бочка с затхлой водой, в которой плавали листья и мусор. Воздух в подвале был спертым, холодным, отчего мурашки бежали по моей коже.

Помещение оказалось небольшим, и мне не пришлось тратить много времени, чтобы проверить все уголки. Я была уверена, что найду что-то полезное...

После обеда, вымыв посуду, продолжила изучать заклинания, которые пригодятся мне этой ночью. Я очень хотела защититься от неожиданностей, в том числе мне надо было как-то укрепить этот дом.

Он мало походил на крепость — скорее, мне досталась старая, повидавшая не одно поколение ведьм развалюха. Хоть ветхая, но уютная…

— Катрин! Ну ты и спишь, ничем тебя не разбудить! — сказала кошка, сидящая на столе передо мной.

Она пристально смотрела на меня, словно видела во мне что-то подозрительное.

Я вздрогнула, просыпаясь. Оказывается, я уснула прямо за книгами, удобно расположив их стопкой. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь гулом ветра за окном и тихим мурлыканьем кошки.

— Уже ночь?

Я попыталась размять затекшее тело, которое одеревенело от сидения в одном положении. Каждая мышца ныла, как будто кричала о том, как долго я была неподвижна.

— Вечер… — Глаза Моти блеснули в свете полной луны. — Все записала?

Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Как же глупо я выглядела! Только начала учиться, а уже чувствую себя такой неуклюжей.

Встала и побрела на кухню, чтобы согреться теплым напитком. Руки задрожали, когда я поднесла чашку к губам, но даже несколько глотков принесли облегчение.

— А может, просто уедем туда, где меня не знают? — прошептала я, глядя в окно на темный лес, скрывающий горизонт.

Разворошив угли в камине, подбросила туда оставшиеся поленья. В домике было жутко холодно, все тепло вытягивало в щели. Я знала, что, живя рядом с бедной деревней, никогда не смогу заработать достаточно, чтобы отремонтировать дом или вовсе построить новый. Каждый день здесь был борьбой за выживание, и я понимала, что постепенно это вытянет из меня все силы.

Прячась от холода, я закуталась в накидку, которая была старой, как и этот дом. Все вокруг пахло бедностью и обреченностью. Каждый уголок хранил воспоминания о прошлых годах, когда все было еще хуже. Я не знала, смогу ли когда-нибудь вырваться из этого замкнутого круга, где каждый день казался серым и безрадостным…

— Кому там недоучка нужна? — фыркнула кошка, насмешливо прищурив глаза. — В городе полно тех, кто обучился у маститых ведьм и получил разрешение оказывать магические услуги. А здесь от тебя многого не требуют…

Мое сердце сжалось от обиды. Она была права, но разве я могла сдаться так просто?

— То есть мне сначала надо обучиться? Есть какая-то школа? Или академия? — спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Ого, замахнулась куда! — Кошка замерла, с удивлением рассматривая меня, словно я была диковинкой. — Академия — для магов-мужчин. Женщины-ведьмы только на самообучении. Можно пойти на поклон к влиятельным дамам, попроситься в ученицы. Но это очень дорого…

Я опустила голову, чувствуя, как на глаза наворачиваются горячие слезы. Где же взять деньги? Получается, я навсегда останусь здесь, в этой захудалой деревеньке?

Глава 7

На кладбище я собиралась как на войну…

На кухне, среди привычной утвари, я заметила нож с загнутым лезвием и рукоятью из странного камня. Этот нож не был похож на обычные кухонные инструменты. Я заткнула его себе за импровизированный пояс из куска ткани, и даже через одежду кожу обдало холодом. Книгу положила в тряпичную сумку, туда же огарок свечи и спички.

Надела плащ, обмотала голову платком, чтобы никто не видел моего лица. Обула крепкие ботинки, которые казались тяжелыми и словно давили на ноги. Встала на пороге дома, оглядывая гостиную, как будто прощалась с чем-то важным.

— Лопату брать? — спросила у кошки, которая сидела на коврике возле ног, наблюдая за мной с нескрываемым любопытством.

— Нет, — ответила она, махнув лапой. — Мертвец сам все сделает. Откопается, ляжет, закроет крышку и закопает себя.

По спине пробежал странный холодок. Я чувствовала, что за мной кто-то наблюдает. Кто-то, кто знает больше, чем я. Кто-то, кто уже ждет меня на кладбище.

Я вышла из дома, оставив за спиной тишину и мрак. Тропинка была пустынной, как и сам лес, через который я шла. Только слабый свет луны пробивался сквозь пелену облаков, да ветерок словно шептал мне на ухо какие-то странные слова.

Кладбище было старым и мрачным. Могильные плиты покрылись мхом, а деревья, растущие вокруг, казались живыми существами, наблюдающими за мной. Кошка все время бежала впереди. Я подошла к свежей могиле, где, как говорили в деревне, была закопана молодая умершая женщина. Так, по крайней мере, сказала Мотя...

Кошка удобно расположилась на могильной плите. Я зажгла рядом с ней огарок свечи и начала читать заклинания из книги. Я надеялась, что они помогут поднять мертвеца и справиться с ним.

Вдруг я услышала тихий шепот за спиной. Кто-то или что-то приближалось ко мне. Я обернулась, но вокруг стояла тьма.

— Кто здесь? — прошептала, чувствуя, как страх сковывает сердце.

— Я здесь… — отозвался голос, который, казалось, исходил отовсюду. — Ты пришла за мной?

Я замерла, не зная, что ответить. Голос был ледяным, безжизненным, но в нем слышалась какая-то странная сила. Что-то будто коснулось моей руки. Я вскрикнула и обернулась, но вновь никого не увидела.

Я почувствовала, как что-то холодное и тяжелое легло мне в ладонь. Это был медальон, который я никогда раньше не видела. Странный символ на нем я никак не могла распознать.

— Что это? — спросила с тревогой.

— Это ключ, — ответил голос. — Ключ к тайне, которая скрывается в твоем прежнем доме...

Посмотрела на медальон, ощущая, как его холод проникает в мою душу. Я не знала, что делать с этим ключом, но понимала, что он может изменить мою жизнь навсегда.

Вдруг за моей спиной раздался шорох, словно кто-то невидимый затаился в темноте. Я резко обернулась и увидела, как подрагивает земля, будто что-то огромное пыталось выбраться наружу.

Могильная плита вздрогнула и начала медленно подниматься, обнажая истлевший скелет. Из-под земли появился бледный силуэт, окутанный тенями, словно призрак из кошмаров. Это был труп мужчины, одетый в старую рваную одежду, которая едва держалась на костях. Он медленно подошел ко мне, смотря прямо в душу пустыми глазницами. По спине побежали колючие мурашки.

— Видишь, — сказала кошка, наблюдая за происходящим, — теперь тебе осталось положить его в гроб и закрыть крышку.

Я испуганно таращилась на скелет с остатками плоти, не в силах поверить глазам. Его руки, покрытые грязью и мхом, тянулись ко мне.

— Но это не тот труп, который нам нужен… — прошептала я, дрожа от страха. — Это же мужчина!

— Да брось! — отмахнулась Мотя от моих слов, словно от назойливой мухи. — Какая разница, кто будет лежать в гробу? Мужчина или женщина — никто не станет разбираться. В него и заглянуть побоятся! Страх будет такой, что дверь в склеп кирпичами заложат. На всякий случай, чтоб больше никто не сбежал.

— Простите, что вмешиваюсь… — раздался тихий, но отчетливый голос, заставивший нас вздрогнуть. Мертвец вежливо кашлянул, привлекая наше внимание, и продолжил: — Как бывший лекарь скажу, что если кто-то заглянет в гроб, он должен хотя бы увидеть женскую одежду. Даже если тело истлело и его практически нельзя опознать.

— Не нужно было сжигать платье… — Кошка стукнула себя лапой по лбу. — Надели бы на труп, и все! Никто бы не стал сомневаться!

Я чуть ли задохнулась от гнева, не в силах сдержать эмоции.

— Я боялась, что крестьяне ворвутся в дом, увидят его и сожгут нас обеих! — выпалила в отчаянии. — Ты лучше скажи, почему поднялся именно этот труп, а не тот, который нам нужен?

Мотя прикрыла глаза и отвернулась, словно пыталась спрятаться от моего взгляда.

— Ну… — она нервно сглотнула. — Может, ты направила магию не туда куда нужно?

— Ты хоть раз поднимала тела на кладбище с прежней хозяйкой? — прищурилась я, подозревая ее в некомпетентности.

Мотя пригнулась, ее хвост заметался из стороны в сторону.

— Да! Нет… — призналась нехотя. — Аделина никогда этим не занималась, страшась наказания некроманта! Мои знания сугубо теоретические!

— Нам нужен женский труп! Сейчас мы вас упокоим, простите что потревожили! — вздохнула я, посмотрев на мертвеца.

Я пыталась взять себя в руки, но внутри все кипело от раздражения.

— Да я, в общем-то, был рад увидеть живых, — ответил покойник со странной благодарностью в голосе.

Скелет, который только что восстал, вдруг улыбнулся, обнажив щербатые зубы. Я начала читать обратное заклинание, стараясь не смотреть на него. Когда труп улегся обратно в гроб и крышка закрылась, тяжело выдохнула и принялась разравнивать землю руками. Грязь тут же забилась под ногти.

Глава 8

Домой мы добежали, наверное, всего за пару минут, но это время растянулось в бесконечность. Сердце колотилось как бешеное, а в голове повторялась лишь одна мысль: «Что теперь делать?»

Ветер, завывающий за окнами, казалось, шептал одно и то же: «Беда, беда, беда...»

Дверь была закрыта на хлипкую щеколду, которая могла сломаться от малейшего толчка. Ноги подкосились, и я рухнула на первый попавшийся стул, чувствуя, как в груди разрастается паника. В воздухе витал странный запах: смесь сырой земли, гнили и чего-то неуловимо зловещего…

— Что делать?! — Мой голос дрожал, а руки тряслись, словно мне только что вынесли приговор.

— Даже не знаю… — Глаза Моти расширились от ужаса, и она забилась под кресло. — Никогда такого не видела... Словно... словно из-под земли поднимается армия мертвецов...

— Делать-то что?! — крикнула я, не справляясь с волнением.

— Сейчас деревенские вызовут некроманта, и он с этим разберется! Но нам точно попадет... — Кошка тряслась так сильно, что даже ткань на кресле шевелилась. — Ну как, попадет... Может, проклянут, изгонят из деревни! Поставят печать на ауру, и больше никогда не сможешь пользоваться магией!

— Ты что несешь?! — вскочила, не в силах больше сидеть. — Ты же сама говорила, что это плевое дело!

— Плевое дело?! — Мотя высунула мордочку. Ее глаза блестели в тусклом свете лампы, как два маленьких огонька. — Ты хоть представляешь, какая у тебя сила?! Ты подняла целое кладбище, а теперь...

— Да, но... — я осеклась, осознав всю серьезность ситуации. — Что, если мертвецы кого-нибудь убьют? Как с этим жить?!

— Ты должна научиться контролировать свою магию, — сказала Мотя как можно спокойнее, но ее голос все равно дрожал. — Ты несешь огромную ответственность, Катрин... Гораздо большую, чем ты себе представляешь.

— Легко сказать! — буркнула я, чувствуя, как внутри все сжимается от негодования. — А если я уже натворила дел? Что, если никто не сможет исправить то, что я наворотила?

Внезапно за окном раздался глухой стук, словно кто-то или что-то ударилось о стену дома. Я вздрогнула, а Мотя, не теряя времени, юркнула обратно.

— Катрин, это не шутки! — прошептала она еле слышно. — Ты должна... должна найти способ остановить это. Иначе...

— Иначе что? — спросила я, но ответа не последовало.

Только ветер за окном продолжал тревожно шептать: «Беда, беда, беда...»

Сама я уже лихорадочно листала книгу в поисках информации, как вернуть всех мертвецов в могилы. Но на это нужно было потратить очень много сил, магических. Такой обряд мог провести лишь некромант. Я тяжело вздохнула, понимая, что вряд ли справлюсь...

— Надо пробовать! Не бежать, а остановить их! — воскликнула дрожащим от отчаяния голосом.

— Зато о тебе забудут, вернее, о младшей дочери лорда. Да и иллюзия тебе тоже больше не нужна. Ты стала другой, словно сама немного изменилась. Да, сходство с той Катрин есть, но весьма отдаленное! — Кошка вылезла из-под кресла, глядя на меня с беспокойством.

Она старательно делала вид, что ничего страшного не случилось, но ее хвост нервно подрагивал.

В стену дома снова что-то ударилось, на этот раз громче. Вздрогнув, я поторопилась зажечь свечу, наивно полагая, что свет отпугнет мертвых. Но огонь лишь слабо мерцал в полумраке, не принося никакого утешения.

Я вчитывалась в строки, перелистывала страницы, но ничего вразумительного не находила. Все упиралось в некроманта.

Сердце сжалось от безысходности.

— Есть заклинание защиты дома от мертвых. — Я бросила взгляд на окно, за которым будто что-то двигалось.

Налетел сильнейший ветер. Должно быть, он издавал эти странные звуки. Этот… вой?

— Это они… рыдают… жалятся! — Кошка замерла, прислушиваясь. Ее шерсть встала дыбом, а глаза округлились от страха. — Читай заклинание, хоть какой-то шанс остаться в живых! Сожрут ведь, если не защитимся!

Вспоминая, как нужно концентрировать магию в ладони, начала зачитывать строки из книги. Охранное заклинание, которое должно было не пустить в дом зомби, давалось мне с трудом. В воздухе витало нечто зловещее, словно сама магия сопротивлялась моим усилиям.

Едва я закончила, звуки во дворе стихли, даже ветер затаил дыхание. Вместо него я услышала странный шепот, словно кто-то невидимый сказал мне на ухо: «Ты не справишься...»

Тучи разошлись, и при свете полной луны я разглядела мужской силуэт на пригорке у дома. Лицо незнакомца скрывала тень, но я чувствовала, что он смотрит прямо на меня. Под его ногами копошились тела умерших. От их глаз исходило холодное голубое свечение.

— Нам конец! — запрыгнув на стол, пискнула Мотя. Ее голос дрожал, как и она сама. — Это некромант! Деревенские вызвать бы не успели, а значит, прислал сам лорд... Или кто-то еще... Кто-то гораздо страшнее!

— Что теперь будет? — сглотнула ком в горле.

Я боялась, что меня сожгут или что моя голова полетит с плеч. Но страшнее всего было то, что я до сих пор не понимала, как защититься.

— А я знаю? — Кошка испуганно посмотрела на меня. — Может, обойдется, если никого не убили… Возможно, нас простят! Надо с ними поговорить! Твои же слова?

Внезапно в дверь что-то врезалось, словно кто-то огромный попытался ее протаранить. Затем последовал тихий стук. Такой зловещий, что даже воздух в доме застыл. Мы обе замерли, страх сковал нас. Мотя прижалась ко мне, ее дыхание стало прерывистым. Я схватила кошку, пытаясь хоть как-то защитить от надвигающейся угрозы.

Мы обе тряслись от ужаса, но я чувствовала, что это еще не конец. Что-то темное и жуткое стояло за дверью, готовясь войти…

Глава 9

В дверь еще раз постучали. Сердце норовило выпрыгнуть из груди, дыхание сбилось, а на спине выступил холодный пот.

Это был он. Тот самый мужчина с пригорка пришел за мной.

Дверь с грохотом распахнулась, и я вздрогнула всем телом. Щеколда просто сдвинулась сама собой, словно подчиняясь невидимой силе. Незнакомец шагнул в проем. Его глаза горели холодным огнем, а на губах играла мрачная усмешка.

— И где же мы прячемся? — спросил он низким голосом, словно сам только что вылез из могилы.

Я попыталась ответить, но слова застряли в горле, а с губ сорвался лишь хрип. Я не могла оторвать от него взгляд, чувствуя, как страх сковывает меня по рукам и ногам.

— Не убивайте меня, — прошептала я, наконец собравшись с духом. — Я не хотела сделать ничего плохого… клянусь! Я не знала, что подниму все кладбище!

Мужчина прищурился, его лицо выражало смесь презрения и любопытства. Он явно не верил ни единому слову.

— И как же ты это сделала? — процедил он, склонив голову набок.

Я замялась, не зная, что сказать. В этот момент в дом попытался вползти скелет в почти истлевшей одежде. Он протянул руку, умоляюще глядя на меня пустыми глазницами.

— Госпожа... помогите найти ноги! Смилуйтесь! — запричитал с надрывом.

Я понятия не имела, как на это реагировать! Скелет выглядел таким жалким и беспомощным, что я не могла просто отвернуться.

— Эм... — выдавила из себя, чувствуя, как дрожат руки. — А чем я могу помочь?

Скелет застонал, его кости противно заскрежетали друг о друга.

— Я где-то потерял ноги! — продолжил он. — Мне бы их вернуть, чтобы служить верой и правдой госпоже!

Я посмотрела на мужчину, который внимательно наблюдал за нами. Его лицо было непроницаемым, но он явно наслаждался этой сценой.

— Покиньте дом, — попросила я, стараясь придать голосу уверенности. — Я попробую вам помочь, но позже!

Скелет благодарно кивнул и, перевалившись за порог, исчез в густом тумане, который начал заполнять дом.

— Да вы, леди, прирожденная повелительница мертвых! — усмехнулся мужчина, наконец нарушив тишину.

Его слова прозвучали саркастично, но в голосе проскользнуло что-то похожее на уважение. Мое сердце забилось быстрее, и в груди разлилось странное волнение.

— Именно поэтому вы так легко разбудили целое кладбище. Позвольте представиться, Грегори Верт, — он еле заметно склонил голову. — Для чего же вы подняли усопших?

— Может, чаю? — робко предложила я, пытаясь разрядить обстановку.

— А действительно… Можно и чаю, — хрипло отозвался некромант, — а трупы к утру сами в могилы лягут.

Он закрыл за собой дверь, расстегнул плащ и, повесив его на крючок, уверенно прошел внутрь, словно чувствовал себя здесь как дома.

Мотя спрыгнула с моих рук и исчезла где-то под мебелью. Я сняла плащ, повесила его рядом с мужским и поспешила в кухню. Подкинула дров в печь и поставила чайник греться.

В воздухе витал запах еды, огонь уютно потрескивал. Грегори не чувствовал стеснения: он тоже зажег свечу и, пройдя на кухню, сел за стол. Канделябр аккуратно поставил в середину, и пламя свечи заиграло, мягко освещая его лицо.

Красивый… Волосы такие густые, черные, словно вороново крыло, глаза темно-шоколадного цвета, глубокие и загадочные, словно озера, в которых можно утонуть… Аристократический нос с легкой горбинкой придавал лицу особую утонченность, а широковатые, слегка приподнятые брови делали взгляд выразительным и загадочным. Губы были плотно сжаты, отчего казались почти белыми, словно выточенными из мрамора, подчеркивая его решительность.

— Так зачем вам трупы? — Грегори метнул на меня взгляд, цепкий, острый, как лезвие ножа, словно пытался разгадать тайну, которую я не собиралась ему раскрывать.

По спине пробежал холодок.

— Да не нужны они мне, — смущенно ответила я, и щеки тут же залил румянец. — Я не специально, только учусь…

— Мы с вами раньше не встречались? — Он с подозрением прищурился. — Снимите платок! — приказал внезапно. — У вас смутно знакомая аура…

В этот момент я поняла, что сопротивляться бесполезно. Что я могла сделать против мага?

Я медленно сняла платок, обнажая лицо. Грегори встал, подошел ко мне, и я смело посмотрела ему в глаза. Для этого мне пришлось задрать голову, так как он был гораздо выше меня. Его присутствие подавляло, но в то же время в темно-карих глазах я видела что-то, что заставляло мое сердце биться чаще.

— Кто ты? — тихо спросил он, наклоняясь ко мне.

Его голос звучал мягко, почти нежно, но в этой мягкости таилась угроза. Я молчала, не зная, что сказать. В голове проносились тысячи мыслей, но ни одну из них я не могла выразить.

Грегори тяжело задышал, его взгляд стал более настойчивым.

— Ты не та, за кого себя выдаешь, — прошептал некромант, и в его глазах вспыхнуло что-то, что я не могла понять. — Так кто же ты?

— Я пока сама не знаю… — произнесла растерянно. Голос дрожал, а глаза метались по комнате, как будто искали выход. — Вы ведь не будете убивать меня?

Он удивленно поднял брови, и на его губах заиграла легкая усмешка.

— Зачем? — спросил с ноткой иронии. — Если бы я убивал каждую ведьму, которая натворила дел, то у меня бы не осталось работы! — пожал плечами, словно это была очевидная истина.

Мотя, будто почувствовав, что напряжение спало, пришла на кухню и грациозно устроилась на подоконнике, наблюдая за происходящим с равнодушным видом.

— А мертвые правда сами вернутся в могилы? — почти умоляюще сказала я, нервно нарезая хлеб, ветчину и сыр.

Некоторое время Грегори молчал, обдумывая ответ. Мое сердце пропустило удар, словно меня ждало наказание…

Глава 10

Чтобы как-то унять волнение, бросила в чайник травы и залила их кипятком.

— Конечно, кто-то успеет… А кто ушел далеко, рухнет там, где и был. Но как только наступит ночь, они снова будут разгуливать по окрестностям, — прервал молчание некромант.

Он соорудил себе бутерброд и с аппетитом откусил кусок, словно не происходило ничего особенного.

— И что мне делать? — Я налила чай в кружку и, не дожидаясь ответа, подвинула ее гостю.

— Пойдем созывать их, чтобы упокоить навечно. Вы разбудили, вам и укладывать в могилы! А я прослежу, чтобы вы справились, — его голос стал жестче, а взгляд — серьезнее.

Он провел рукой над кружкой, и над ней перестал подниматься пар.

— Вы дрожите. Присядьте, нужно согреться.

Меня действительно трясло, словно внутри бушевала буря. То ли от неутешительных мыслей, то ли от пережитого кошмара, который все еще стоял перед глазами.

— Понимаете... — с трудом заставила себя говорить, хотя слова застревали в горле, как комья грязи, и села напротив Грегори. — Я сегодня сделала это впервые. Мне казалось, заклинание не должно повлечь за собой такие последствия...

Я отчаянно пыталась найти хоть какое-то оправдание своим действиям, но в голове царил хаос. Его присутствие давило на меня, прямо как могильная плита. Ну, не могла же я сказать, что хотела украсть труп... Это было бы слишком.

— У вас совсем не было наставницы? Чей это дом? — спокойно спросил некромант и огляделся, словно оценивая обстановку.

— Нет, у меня не было наставницы, — ответила я, стараясь говорить твердо, хотя внутри все дрожало. — Хозяйка дома умерла, а я изучаю все, что она оставила после себя: книги, записи...

Внезапно меня охватила надежда. Возможно, это и была моя возможность выбраться из сложившейся ситуации.

Взгляд мужчины остановился на мне.

— Может, вы рискнете и скажете мне правду? — В его глазах мелькнуло что-то странное, похожее на одобрение. — Жители деревни говорят, что из склепа пропала дочь лорда. Вы пытались ее вернуть?

— Да, — выдохнула я, ощущая, как бешено колотится сердце.

— А вы эту мертвую леди видели?

Казалось, моя ложь для него очевидна. Он словно смотрел мне в самую душу.

Я почувствовала, как ледяной пот стекает по спине, будто кто-то водит по ней лезвием ножа. Сердце уже выпрыгивало из груди от страха, но я должна была рискнуть. Должна была попытаться спасти себя.

— Да, — едва слышно прошептала я, глядя ему в глаза. Они напоминали два черных омута, в которых можно было утонуть. — Я видела ее...

Пусть только в зеркале, но это была я. Стояла там, и этот взгляд пронзал меня насквозь.

— Опишите ее.

Некромант оперся спиной о стену и скрестил руки на груди, пристально наблюдая за мной. Его движения были медленными, почти ленивыми, но в них таилась угроза.

— Свадебное платье... Красивое, белое, как снег… — я судорожно пыталась вспомнить каждую деталь увиденного в ту ночь. — Золотистые волосы с проседью, длинные, до пояса. И глаза... Пустые, безжизненные, как у куклы.

В следующую секунду произошло нечто странное. Возле дома, во дворе что-то бухнуло с такой силой, что пол под ногами дрогнул. Затем послышалось зловещее шипение, словно из глубин преисподней. Меня вдруг дернули за руку с такой неожиданной силой, что я подскочила на месте, будто кто-то невидимый толкнул меня. В горле вмиг пересохло, сердце ухнуло в пятки. Я медленно выглянула из кухни, глядя на входную дверь и чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом.

Рука дернулась, словно зажила своей жизнью, и я схватилась за нее, не веря собственным ощущениям. Она была не моя. Она была будто чужая!

— Вы поставили защиту на упырей? — рядом возник Грегори.

Внешне некромант оставался спокоен, но в его голосе слышалась тревога. Он тоже смотрел на дверь, хотя она оставалась недвижимой.

— Я думала, что она не сработала, потому что тот скелет... Он же прошел... то есть прополз. — Я не могла отвести взгляд от двери, которая вот-вот должна была открыться и выпустить что-то ужасное.

— Защита работает только на враждебное к вам, а скелет желал служить, — Грегори потер подбородок, задумчиво глядя на меня. Его лицо было непроницаемым, но в глазах мелькнуло что-то странное. — Как интересно работает ваша магия. А еще интереснее, откуда в вашем захолустье упыри.

Он накинул плащ на плечи, словно это была тень, скрывающая его истинную сущность. Затем сделал плавное, почти гипнотическое движение рукой и пошевелил пальцами в воздухе. В этот момент воздух вокруг него сгустился, и на раскрытой ладони стал очерчиваться какой-то предмет.

Сначала я заметила лишь неясный блеск, но затем он стал четче, превращаясь в меч... или, скорее, стилет, если опираться на мои скромные познания в этом деле. Но этот стилет был не просто оружием. Он был длиннее, чем я могла себе представить, а его лезвие напоминало огромную иглу, способную пронзить все на своем пути.

Взгляд Грегори был сосредоточенным, а в глазах горел холодный огонь решимости. Некромант подошел к двери и распахнул ее. Туман словно в страхе отступил, открывая вид на нечто невероятное…

Перед нами возвышалось огромное, скелетированное существо. Его тело, обтянутое сухой, потрескавшейся кожей, казалось, было вырвано из глубин забытого кошмара. Большие глаза, горящие зловещим красным светом, сверкали, словно угли в ночи, а из оскаленной пасти, полной острых зубов, исходил зловонный запах, от которого волосы на затылке вставали дыбом. Голову существа венчали два огромных рога, а за спиной внезапно раскрылись кожистые крылья. Монстр утробно зарычал и протянул ко мне руки с длинными когтями.

Глава 11

Его отвлекло внезапное нападение упыря. Существо направилось ко мне и, отмахнувшись от кинжала, с легкостью вытащило некроманта из дома, а затем отбросило его в густую тьму.

— Мое... — зарычало оно, делая шаг в дом.

— Она моя! — выкрикнула кошка.

Отчаяние охватило меня с новой силой, но на помощь пришла Мотя. Она выскочила из-под подола моей юбки, словно маленькая воительница, и бросилась навстречу упырю. Я вскрикнула от ужаса, пытаясь защитить свою четвероногую подругу.

Вдруг мои руки окутало зеленое свечение, пронизанное сиреневыми веточками. Оно коснулось упыря, и тот застыл на месте, будто наткнувшись на невидимую преграду. Но свечение было слабым и быстро исчезло, и я в растерянности замерла.

В этот критический момент вернулся Грегори. Он хромал, сыпя отборными ругательствами, а его лицо было искажено яростью. Некромант метнулся к упырю и пронзил его сердце кинжалом. Одновременно с этим он успел произнести незнакомое заклинание, которое эхом разнеслось по дому.

Тварь не почувствовала боли — наоборот, взревела и набросилась на Грегори, словно ничего не произошло. Они сцепились в смертельной схватке, выкатываясь за порог дома. Кинжал мелькал как молния, а тело упыря уже было покрыто темно-зелеными подтеками, которые, казалось, пульсировали.

Шерсть Моти встала дыбом и теперь торчала, как иголки у ежа, глаза горели яростью, словно два факела. Шипение кошки напоминало звук раскаленного масла, попавшего в ледяную воду. Я чувствовала, как страх и тревога сковывают мое сердце невидимыми оковами.

— Убьет некроманта и возьмется за нас… — Голос Моти дрожал, как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть. — Давай еще раз, как до этого делала: замедли этого проклятого упыря!

— Знать бы как… — Я выскочила за порог, снова направила руки на дерущихся, зажмурилась и пожелала, чтобы упырь остановился.

Изо всех своих скромных сил я пыталась вытолкнуть из себя магию, но ее было так мало, что хватило только на то, чтобы согреть ладони.

— Не надо! Не трать резерв, иначе ты будешь бесполезна! — донесся до меня крик Грегори.

Открыв глаза, я увидела, что все же смогла помочь, хоть и своеобразно. Они оба застыли в странных, неестественных позах, словно мухи, попавшие в густой мед. Я с ужасом посмотрела на свои руки, затем перевела взгляд на некроманта. Теперь он не мог говорить, только сверлил меня взглядом, полным ненависти и бессильной ярости.

Упырь продолжал громко рычать. Его красные глаза вращались, как два зловещих фонаря в ночи. Он казался живым воплощением кошмара. Время словно остановилось, но это было лишь затишье перед бурей.

По спине поползла струйка холодного пота. Прикрыв рот ладонью, я еле сдержала испуганный вопль и отступила под крышу дома. Ноги подкосились, и я обессиленно рухнула на землю. Мир вокруг померк…

Не знаю, сколько я пролежала так. В какой-то момент я услышала тихие всхлипы Моти, которая плакала где-то рядом.

— Катрин… — звала она дрожащим голосом, боясь, что я не очнусь. — Не бросай меня… Кому я нужна буду-у-у?

Я открыла глаза, тяжело дыша. В ушах гудело, а тело казалось ватным.

— Ты опять исколола мне всю грудь, — тихо выдохнула я, с трудом найдя силы, чтобы подняться. — Тебе надо подстричь когти.

Прижала к себе кошку, чувствуя, как ее тепло помогает мне собраться. Мотя возмущенно фыркнула и попыталась вырваться из моих объятий.

— Ты что, с ума сошла? А как мышей ловить? — подняла на меня укоризненный взгляд.

Я постаралась улыбнуться, но вместо этого лицо перекосило болезненной гримасой.

— Ладно, ладно, — устало вздохнула. — Прости, я просто… не ожидала, что так выйдет.

Мотя села рядом со мной и встряхнула примятую шерстку.

— А где… некромант? — Я попыталась приподняться, оглядываясь по сторонам.

Я лежала на кровати в спальне, а за окном уже начало светлеть небо.

— Спит внизу в кресле, — голос Моти был тихим, в нем чувствовалась усталость. — Сказал, что ты спасла ему жизнь. Что будем делать?

Я задумалась, глядя на кошку. Ее слова заставили меня вспомнить все, что произошло. Я потратила весь магический резерв, чтобы спасти некроманта, и теперь чувствовала себя опустошенной…

— Говорить правду. Иногда это может спасти жизнь, возможно, даже не одну, — сказала я, поглаживая кошку по голове. — Наверное, сперва надо поесть. Я себя так плохо чувствую... Слабость какая-то.

Мотя важно кивнула и спрыгнула с кровати.

— Это ты неразумно потратила весь резерв, — заявила она, задрав хвост. — Нужно думать, прежде чем что-то делать!

Кошка поспешила к двери, а я, собрав остатки сил, смогла только сесть в кровати. С возмущением посмотрела на Мотю, но она быстро скрылась за дверью.

Я осталась одна, чувствуя, как усталость накрывает меня с головой. Но в глубине души я знала, что сделала правильный выбор.

Кряхтя как старая, изношенная телега, с трудом встала. Каждое движение отзывалось болью в костях, и я чувствовала себя так, будто мне давно перевалило за сотню лет. Опираясь на мебель, словно на костыли, выползла в гостиную, стараясь не издавать ни звука. Половицы предательски скрипели под тяжестью моих шагов, но я шла медленно, осторожно, словно крадучись.

Дом жил своей жизнью: дверь тихо стонала, ветер за окном завывал, как голодный волк, а кресло, в котором дремал Грегори, вдруг качнулось, словно приветствуя меня. Дом будто насмехался надо мной, а тишину то и дело нарушал какой-то шум.

— Могли бы и попросить помочь, — голос Грегори прозвучал неожиданно резко, словно удар хлыста.

Его слова вонзились в мое сердце как кинжал. Я остановилась, не в силах пошевелиться, ощущая, как по спине бегут неприятные мурашки.

Глава 12

Но некромант лишь протянул мне руку, предлагая на нее опереться.

Я буркнула что-то невнятное, но все же приняла помощь. Шатаясь и еле переставляя ноги, мы пошли дальше, как два старых корабля, борющихся с бурей.

Мне достался крошечный домик. Все комнаты, за исключением спальни, были отгорожены друг от друга тонкими перегородками, отчего создавалось ощущение замкнутого пространства. Кухня была единственным местом, куда можно было добраться без лишнего шума, и мы медленно дотащились до нее.

Дров не осталось. Идти за ними сейчас было равносильно самоубийству. Вместо этого я разлила чуть теплый чай по кружкам, стараясь не расплескать ни капли. Распределила по тарелкам остатки супа, нарезала хлеб, сыр и ветчину, которые так и лежали на столе, словно напоминание о былой роскоши.

Мы сели за стол, и я почувствовала, как усталость накрывает меня с головой. Эта ночь была похожа на бесконечный кошмар, и я не знала, как пережить еще одну. В комнате царила гнетущая тишина, невидимым грузом опускаясь на плечи.

— Куда делся монстр? — решила нарушить тягостное молчание. Мой голос прозвучал глухо, как будто издалека.

— Надеюсь, умер. Он исчез из моих рук… — Грегори взмахнул рукой в воздухе, его лицо было напряженным. — Не рассыпался в прах как обычно, не улетел на кладбище, а просто исчез…

В этот момент он замолчал, и в его глазах мелькнула тень беспокойства.

— И как нам узнать… — я запнулась, не в силах закончить вопрос.

Внутри все сжалось от страха при одном лишь воспоминании о крылатом чудовище.

— Если он «жив», то сам явится к вам ночью, — слова Грегори прозвучали как зловещее предсказание, и он посмотрел на меня странным, даже пугающим взглядом.

— И что я должна делать?

Я поежилась, чувствуя, как по спине бежит липкий холодок. Мне не хотелось больше встречать существо, которое я видела этой ночью.

— Вам надо обучаться, и не самой, а у знающего человека, — Грегори сказал это так, словно речь шла о чем-то неизбежном. — Вы слишком сильны магически — бед натворите немало.

— Так а кто задарма возьмет? — вмешалась кошка, стащив с тарелки кусок ветчины.

Она подтянула его к себе когтем и быстро управилась с угощением, урча от удовольствия. Я не стала ее ругать. Сама виновата: себе оставила, а ей — нет.

Положила ей еще кусок, понимая, что этого мало. Уж очень она была голодна.

— Я, — заявил Грегори с едва различимой угрозой в голосе.

— Некромант — ведьму?! — Кошка даже выронила лакомство, ее глаза расширились от удивления. — Ты серьезно?

— У вас, в общем-то, нет выбора, — продолжил Грегори, и ни один мускул на его лице не дрогнул. — Или окажетесь за решеткой, или лишитесь дара, или… пойдете ко мне в ученицы. Я беру на себя ответственность за все! Кладбище поднято, упырь появился. Возможно, он не достал вас, но ушел охотиться еще куда-то. Ему нужна свежая кровь.

Я понимала, что он прав, но внутри все дрожало от паники. Я боялась последствий. Все ведь могли узнать, кто я на самом деле.

— А что взамен?

— Правда, — наклонился ко мне Грегори. — Я все еще не услышал, где труп леди Катрин и зачем он вам.

Я посмотрела на Мотю, ища в ее глазах хоть каплю одобрения, но увидела лишь страх и отчаяние. Хвост кошки нервно подрагивал, а взгляд умолял меня не продолжать разговор. Но я знала, что это необходимо.

— Я понимаю ваше молчание. Вы, наверное, не хотели причинять ей зло? — тон некроманта стал жестче. — Но давайте сделаем так: я скажу правду, почему я все еще здесь и не сдал вас конклаву… Может, это поможет? А вы расскажете мне все, что посчитаете нужным.

Мотя кивнула — это было все, что я могла получить от нее в ответ.

— Хорошо… — с трудом выдавила из себя, чувствуя, как внутри растет напряжение.

Я посмотрела на Грегори. Обычно спокойный и уверенный, сейчас он выглядел опустошенным. Некромант прикрыл глаза, и его широкие плечи поникли, словно он пытался спрятаться от каких-то воспоминаний.

— Леди Катрин была моей невестой… — сказал он глухо, почти безжизненно. — Я чувствовал в ней дар, который мог бы сделать нашу семью сильнее, помочь оставить потомство, способное изменить мир. Я считал ее идеальной парой для создания семьи и рождения одаренных детей. Ее отец, лорд Бренан, был польщен моим предложением… Но все пошло наперекосяк.

Его голос звучал как шелест ледяного ветра, который проникал под кожу, заставляя дрожать каждый нерв. Грегори словно сам только что пережил нечто ужасное. Он умолк. Его глаза, казалось, смотрели сквозь меня, в пустоту, где пряталась истина, которую он отчаянно пытался найти. Но я видела только бездонную тьму, в которой тонули любые надежды.

— Почему леди Катрин умерла? — хрипло прошептала я.

Я не могла заставить себя замолчать. Внутри меня бушевал ураган из страха, боли... Я должна была знать, что произошло. Должна была во всем разобраться.

— Я бы тоже хотел знать. И для этого мне нужно ее тело. Я призову ее дух, и все, кто причастен к ее гибели, ответят за это… — Взгляд Грегори изменился: стал острым, ледяным, как осколки стекла.

Этот взгляд пронзил меня, заставив сердце замереть, а затем забиться с бешеной скоростью.

— Нет тела, — я сглотнула комок, который застрял в горле горькой пилюлей. Руки дрожали, и я сжала их так сильно, что ногти впились в кожу. — Вернее, оно есть, но…

Я не сразу подобрала слова, чтобы описать то, что произошло. Мое дыхание сбилось, а перед глазами потемнело.

— Оно теперь… Не такое, каким было раньше.

— Очень интересно… — Кажется, Грегори едва сдерживал ярость.

Шестое чувство подсказывало, что он на грани…

На грани того, чтобы убить меня.

Глава 13

Внезапно в комнате стало холоднее, и тени на стенах зашевелились, словно ожив. Мотя разрядила обстановку, выразительно вздохнув.

— Она и есть леди Катрин! — недовольно фыркнула кошка, помявшись на лапках.

Ее голос звучал раздраженно, будто она уже устала от всей этой ситуации. В глубине глаз, блестящих, как два изумруда, мелькнула странная искра.

— Нет… — Грегори придвинулся ко мне, напугав до полусмерти.

Лицо некроманта выражало смесь удивления и недоверия. Он прищурился, и в этот момент я почувствовала, как воздух вокруг нас сгущается, наполняясь невидимой силой.

— Сходство есть, однако весьма отдаленное, — добавил отстраненно, с ноткой тревоги в голосе.

— Но это так! — я попыталась отодвинуться от него, но не смогла. Взгляд некроманта держал меня в плену, словно сковав невидимыми цепями. — Тело ее, но я — не она!

Я почувствовала, как по моему телу пробежала странная дрожь, словно что-то внутри меня сопротивлялось, но не могло вырваться наружу.

— Вы мне это сейчас говорите как некроманту? — пренебрежительно хмыкнул Грегори, при это явно пытаясь что-то скрыть. — Невозможно подселить чужую душу в уже мертвое тело. В умирающее — да, но леди была мертва!

— А вы сами ее видели, когда было прощание? — решила вернуть себе позиции, надеясь, что это отвлечет его внимание.

— Нет… Все произошло так быстро, что я прибыл к уже разоренному склепу, — Грегори резко замолчал, а его лицо стало еще более мрачным, словно он вспомнил что-то неприятное.

— Я ее оживила. Мне нужна была ведьма, которая будет меня кормить… — вдруг призналась Мотя. Ее глаза заметались по комнате, словно она искала что-то. — Душа леди была там, в склепе. Она попрощалась с нами и ушла.

— Я знаю, что вы не леди Катрин, но вижу вашу схожесть. Даже аура чем-то похожа…

Он словно сканировал меня своим острым взглядом. По спине вмиг побежали мурашки, и ледяной озноб пробрал до костей.

— Но что-то не так.

Внезапно взгляд Грегори изменился, стал пустым и отстраненным, будто он смотрел сквозь меня. В комнате стало тихо, даже Мотя замерла, не сводя с нас глаз.

— Вы моя жена… — хрипло, как будто через силу прошептал некромант.

Вдруг он подскочил и схватил меня за плечи. Его пальцы впились в мою кожу, оставляя на ней невидимые следы. По телу пробежала волна ужаса, а сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.

— Вы ошибаетесь! — воскликнула я, пытаясь не упасть в обморок. Ноги тут же подкосились, а голос задрожал, как колокольчик на ветру. — Я не ваша жена!

Волосы на затылке встали дыбом, а сердце забилось, как птица в клетке. Что-то внутри меня подсказывало, что это не просто слова. Что-то темное и зловещее витало в воздухе, проникая в меня, как ледяной ветер сквозь щели в окнах.

— Вы — моя Кэтлин, поэтому вы смогли поднять кладбище. Ни одной ведьме это не под силу, лишь некроманту! — Он встряхнул меня с такой силой, что мир вокруг закружился, а земля ушла из-под ног.

Я попыталась закричать, но звук застрял в горле, как комок.

— Нет! Вы ошибаетесь… — всхлипнула я, задыхаясь от ужаса. — Я Катерина! — выдохнув, обмякла и повисла в его руках тряпичной куклой.

— Что же это я, дорогая? Сейчас я уложу вас отдыхать! — Грегори вдруг подхватил меня на руки, словно я ничего не весила, и направился в спальню.

На удивление некромант уложил меня в кровать, бережно снял с моих ног обувь и даже укрыл одеялом. Но дрожь не унималась. Он напугал меня до чертиков, и страх, холодный и липкий, окутал все мое тело. Только от одной напасти отделалась, как тут же пришла другая!

— Вы варвар! Я только начала новую жизнь, а тут упырь… и вы! — тихо заплакала я, уткнувшись в подушку.

— Сейчас я затоплю печь и камин, и вы сразу согреетесь. Я расскажу, почему считаю вас своей женой, но хотел бы услышать, где вы жили до этого…— Голос Грегори звучал спокойно, словно ничего не произошло. — Вы ведь там и умерли?

— Да… Я и здесь в первую же ночь умерла, а потом… снова ожила, — всхлипнула я, чувствуя, как слезы текут по щекам. — Я бежала по кладбищу, видела призраков… Меня пытались сжечь как ведьму! Вы все здесь варвары!

— Так всегда говорила моя супруга, — с горечью произнес Грегори, и его взгляд стал задумчивым. — Она была дочерью лорда с южного побережья. Там нет некромантов, ведьм, а есть маги, светлые… Темных практически нет. В отличие от этой половины мира, где тьма преобладает… — Он снова посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула боль.

Наплакавшись и устав от всего, я уснула, несмотря на шум в доме. Сквозь сон услышала, как кошка потопталась на одеяле, и почувствовала, как она прислонилась ко мне теплым бочком. Мотя тихонько заурчала, заводя извечную песню всех кошачьих — мягкую, убаюкивающую, похожую на колыбельную. Во всех мирах эта мелодия звучала одинаково, и она всегда меня успокаивала…

«Я не могла вспомнить, что именно привело меня в это состояние. Я всего лишь сидела в уютном кресле, окруженная пушистыми кошками. Их мягкая шерстка щекотала мне ноги, а глаза, устремленные на меня, были полны доверия и любви. Я ощущала их присутствие как нечто естественное, словно знала, что они всегда будут рядом, чтобы поддержать меня в трудную минуту.

Мое внимание привлекло большое панорамное окно, за которым разыгралась непогода. Вода струилась по стеклу, словно слезы, и в монотонном ритме дождя было что-то гипнотическое. За окном раскинулся осенний парк. Его деревья уже успели облачиться в золотые и багряные наряды, но их красота была омрачена порывами ветра и серой дымкой, окутывающей все вокруг.

Осень. Снова осень. Кажется, это время года преследовало меня, словно тень, наступая каждый раз, когда я меньше всего его ожидала. Прохладный ветер, сырость, пасмурные дни — все это вызывало у меня чувство тоски и ностальгии, которое я не могла объяснить. Возможно, это было связано с чем-то, что произошло в прошлом, но я не могла вспомнить, с чем именно.

Глава 14

В доме было тепло и тихо, словно сама природа укрыла меня своим уютным одеялом. Лучи дневного солнца пробивались сквозь тонкие занавески, играя на стенах, и наполняли комнату золотистым светом. За окном щебетали птицы, словно напевая колыбельную, а где-то вдалеке шумел лес, будто переговариваясь с ветром.

Я проспала долго и, наконец выбравшись из-под одеяла, почувствовала, как по телу, словно мед, разливается нега. Натянула мягкие войлочные тапочки, которые казались мне маленькими облачками, накинула на плечи платок и подошла к зеркалу.

То, что я увидела в нем, заставило меня замереть. Растрепанные волосы, опухшее от слез лицо и странный блеск в глазах — я словно не была собой и видела себя со стороны. Но больше всего меня поразили глаза. Из черных они превратились в насыщенно-шоколадные с янтарными вкраплениями, похожими на маленькие искры, которые танцевали в их глубине.

Волосы, хоть и остались седыми, тоже выглядели иначе. В них появились цветные пряди, словно невидимая рука решила добавить в мою серую жизнь немного красок. Одна из прядок переливалась золотом, другая — серебром, третья была черной, как ночь, четвертая — бирюзовой, как летнее море, а пятая — нежно-сиреневой, как рассветное небо. Это было волшебно…

Расчесав волосы гребнем, я решила не убирать их в пучок и заплела косу. Шпильки сложила в комод. Выйдя из спальни, я не стала заострять внимание на Грегори. Его присутствие и так ощущалось довольно остро. Краем глаза увидела, что он сидит за столом и что-то читает. Возможно, это была записная книга ведьмы — теперь уже и моя.

Войдя в кухню, я зачерпнула ковшиком воду из ведра и вылила ее в небольшой таз. Вода была холодной, моей кожи будто коснулось чье-то ледяное дыхание. Умывшись, я вытерлась грубой ветошью, висевшей на крючке, и почувствовала себя немного лучше. Это был обыкновенный утренний ритуал, но он придал мне сил.

— Вам легче? — голос Грегори раздался так неожиданно, что я вздрогнула от испуга, словно от удара.

По телу пробежал холодный пот.

— Я сделал вам чай. Ну и приготовил то, что смог… Я не умею готовить — этим у меня в замке занимаются слуги, — добавил некромант, стараясь говорить спокойно, но в его голосе угадывались зловещие нотки.

Я молча посмотрела на него, пытаясь найти в его лице хоть что-то, что могло бы дать мне надежду. Но его глаза были пусты, а истинные чувства и боль, не поддающуюся пониманию, будто скрывала непроницаемая маска.

— Я не хочу быть вашей женой, — прошептала я, прижав ладонь к бешено бьющемуся сердцу.

Слова давались с трудом, но я не могла позволить себе промолчать.

Грегори вздохнул, его плечи опустились, как будто он нес на себе всю тяжесть мира.

— Я предлагаю вам побыть моей ученицей, — обреченно сказал он.

Я не знала, что ответить. Его предложение звучало как насмешка, как издевательство, но ведь у меня в самом деле не было выбора.

Я села за стол, чувствуя, как страх и отчаяние сковывают меня изнутри. На столе уже дымилась кружка с травяным напитком. Его аромат был горьким и резким, но все же я сделала глоток, надеясь, что это поможет мне успокоиться. Рядом лежали остатки хлеба, сваренные вкрутую яйца и сыр. А еще я заметила сковородку с жареным мясом.

— Дикость… — буркнула раздраженно.

Но в животе заурчало — голод был сильнее. Наколола кусок мяса на двузубую вилку, которую мне подал Грегори. Это было странно и непривычно, но я решила не обращать внимания на неудобства.

Мясо оказалось жестким, но съедобным. Я аккуратно придерживала кусочек хлебом, стараясь не уронить. Этот простой жест казался мне попыткой найти хоть что-то знакомое в чужом мире. Но вместе с тем я чувствовала, как внутри меня зарождается что-то новое, странное и пугающее. Я не могла понять, что именно, но знала, что это изменит мою жизнь навсегда.

Грегори наблюдал за мной, его взгляд был тяжелым и задумчивым. Мысли некроманта были явно далеки от того, что происходит здесь и сейчас.

— Вы что-то помните из прошлой жизни? — вдруг тихо спросил он.

Голос Грегори дрожал, как лист на ветру, словно он боялся нарушить хрупкое спокойствие, воцарившееся в доме. Я ощутила, как волосы на затылке встают дыбом от нехорошего предчувствия.

— Я пыталась, но ничего важного так и не вспомнила… Видела себя в отражении большого окна… Сидела в кресле, в окружении кошек… — мои слова утонули в тишине.

Воспоминания ускользали, прятались в закоулках сознания.

— Это так необычно… — прошептал некромант, не поднимая глаз и сжимая пальцами кружку. Тени вокруг него сгущались, словно живые существа, шепчущие что-то неразборчивое. — Ваша душа никогда не принадлежала этому миру. Она была пришлой, в ней сразу чувствовался чужой дух. Вы всегда пытались что-то изменить вокруг себя. Даже те кошки… Вы собирали их повсюду. Знали, что они ничьи. Я выделил для них целую башню, чтобы вы были счастливы.

— Почему? — только и смогла сказать я, сглотнув ком в горле.

Мне показалось, что тягостное молчание некроманта окутало меня словно вязкий туман, не суля ничего хорошего. Он ответил мне долгим отчужденным взглядом. Возможно, я перешла какую-то невидимую, но ощутимую черту, задев что-то глубоко личное или запретное в его душе. Его лицо казалось высеченным из камня, а тени, залегшие под глазами, делали его еще более устрашающим…

Внутри меня снова что-то болезненно сжалось. Холод, проникший на кухню, не был вызван перепадом температуры — он шел изнутри, вызывая дрожь. Страх, липкий и ледяной, овладел мной. Сердце забилось быстрее, и дыхание вмиг сбилось.

В воздухе повисло напряжение, связывая нас невидимой нитью...

Глава 15

Грегори поднял на меня взгляд, и я ощутила, как по коже пробежал табун мурашек. Глаза некроманта казались мне невероятно красивыми. Его зрачки расширились, а радужка засветилась изнутри, словно отражая призрачный свет, который не должен был существовать в этом мире.

— Любил… — дрожащим голосом отозвался Грегори. — Хотел, чтобы она жила в радости… Ведь дети у нас так и не появились, хоть мы были истинной парой... — Он замолчал, и воздух вдруг начал потрескивать, как перед грозой. — Она имела дар некроманта. Но из-за воспитания, упрямства… она закрыла его. Совсем. Без возможности восстановления…

Холод сковал мое сердце. Его слова звучали как проклятие, а глаза затягивали меня в бездну, из которой не было выхода.

— И вы… смирились? — спросила я, стараясь не выдать своего волнения. — Сколько лет прошло?

Грегори усмехнулся, но его улыбка была похожа на оскал хищника. Тени вокруг него вновь зашевелились, как змеи, и я почувствовала, как они обвивают мои ноги, словно пытаясь удержать здесь.

— Очень много лет… — ответил леденящим душу тоном. — Увидев леди Катрин, я понял, что они похожи. Но, в отличие от Кэтлин, дара у нее не было… Просто юная леди, которая могла бы…

Грегори не договорил. В кухне снова повисла тишина.

Вдруг что-то коснулось моей руки. Это была кошка, сидящая на подоконнике. В ее глазах, светящихся, как два маленьких солнца, я увидела отражение своей судьбы — безжалостной и неизбежной.

— Мне кажется, что в прежней жизни я умерла в очень преклонном возрасте, но точно не в замке. Скорее, это был дом. Добротный, выходящий окнами в ухоженный парк или сад… — задумалась я, видя, как тени сгущаются вокруг стола, словно переговариваясь.

Больше они меня не пугали... Они словно были частью Грегори.

— Возможно, время там течет по-другому — так бывает в разных мирах. Здесь прошло несколько лет, а там — целая жизнь, — он улыбнулся, но в его глазах мелькнул странный огонек, будто отражение далекой звезды. — Я дам вам почитать об этом. У меня обширная библиотека, равной которой нет во всем мире… и даже за его пределами.

Наконец-то я насытилась и теперь могла насладиться чаем с медом. Но краем глаза я заметила, как кружка слегка подрагивает, словно сама по себе…

— Вы сказали, что у Катрин не было дара… Но у меня же он есть?

— Иногда дар привязан к душе, но также он передается по крови, — Грегори резко поднял голову и вновь посмотрел мне в глаза. — Вы все еще мне не верите?

— Я себе-то не верю, — покачала головой, ощущая, как воздух становится невыносимо душным. — Еще и эта проблема с кладбищем… Упырь ведь не отстанет?

— Кладбище подняли вы, а вот упыря — кто-то другой. Этот кто-то хочет заполучить именно вас. Вернее, его интересует лишь ваша смерть… Все слишком запутанно.

Грегори поднялся из-за стола, и в этот момент от него отделилась тень. Она медленно поплыла по комнате, словно живая. Я замерла, не в силах оторвать взгляд от призрачного существа. Оно прошло мимо и растворилось в темном углу кухни.

— Мы попробуем узнать позже, кто все это затеял, — голос некроманта звучал так, будто доносился издалека. — Сейчас надо упокоить кладбище и монстра. Вы ведь не привязаны к этому месту? Готовы поменять его на более комфортабельное? Например, мой замок?

Я уставилась на него, не зная, что ответить. Возможно, если я перееду туда, у меня будет еще больше проблем, чем здесь… Но в этом мире я могу попросту не выжить без помощи такого мага, как он.

В глубине души я чувствовала, что этот выбор зависит не только от меня. Тени вокруг нас стали двигаться быстрее, словно что-то пыталось вмешаться в наш разговор.

— Может, это вам стоит остаться здесь? — неуверенно прошептала я.

— Не исключаю, — ответил Грегори, и его тень, словно услышав мои слова, вернулась к нему. — Но помните, что иногда выбор делают не только люди...

— Соглашайся! Он даст клятву, что насильно не возьмет замуж. Не обидит! — вдруг заговорила Мотя, все это время делавшая вид, что ее тут нет. — Если ты действительно обладаешь даром некроманта, то лучше обучаться у знающего мага.

Я задумалась, не доверяя словам кошки. Она всегда была уверена в чем-то, и это уже несколько раз приводило нас к проблемам! Стоило ли верить ей снова?

— Откуда тебе знать, какой у меня дар? — спросила у нее.

Мотя подняла голову, и ее глаза заблестели, словно она увидела что-то, чего не видела я.

— Я давал читать книгу, что лежала на столе. Возможно, вы не дошли до этих строк, а может, попросту их не заметили. Вы прошли через смерть тут и там, но воскресли здесь. Некроманту для активации скрытого дара нужно столкнуться со смертью, чтобы умереть и вернуться вновь. Длинная жизнь в том мире была платой для молодой леди Катрин. Умерев дважды, душа вернулась в тело.

Я вздрогнула, чувствуя, как по спине бежит холодок страха.

— Но есть еще кое-что. Тот мир, из которого вы пришли, не просто отпустил вас. Он оставил след. Ваш дар — это не только сила, но и проклятие. Вы связаны с тем миром, и он не оставит вас в покое.

Я оглянулась на Грегори, но он замолчал, глядя на меня с загадочной улыбкой. В полумраке его глаза манили, как два омута, затягивая в свой плен.

— Значит, девушка в склепе была еще жива… — с ужасом произнесла я.

Грегори кивнул, его лицо стало серьезным.

— Скорее всего, она лежала там под проклятием, что подтверждает цвет ваших волос. Черная прядь — это то, что на вас наслали, золотая — ваша прежняя жизнь, серебро — новая жизнь, а две яркие — преобладание вида магии… — он замялся, подбирая слова.

Я коснулась косы, разглядывая ее. Черная прядь, словно живая, зашевелилась под моими пальцами.

— Я снова умру?.. — спросила я, чувствуя, как паника накрывает меня с головой.

Во взгляде Грегори мелькнуло что-то странное, даже пугающее. Внезапно в доме стало тихо, настолько, что можно было услышать, как вдалеке шумит лес. Мотя, словно почувствовав что-то, снова спряталась под мебель.

Глава 16

Я ушла к себе в спальню — маленькую, но уютную комнату с деревянными стенами и потертым ковриком. Здесь царил полумрак, который создавал уютную атмосферу, но также придавал этому месту таинственности, как и старинные портреты на стенах. Окна были занавешены плотными шторами, через которые едва пробивался свет осеннего заката.

Мне нужно было уединиться, чтобы все взвесить. Слишком много всего произошло даже не за эти не дни, а часы. Казалось, что мир вокруг рушится, а этот дом не будет безопасным ни для меня, ни для Моти — моей маленькой пушистой подруги, которая лежала рядом, положив голову на лапки.

Я села на стул у окна и посмотрела вдаль. Деревья стояли голые, их ветви тянулись к небу, словно прося о помощи. Вечер уже спускался на землю, и воздух наполнялся прохладой и свежестью. В нем будто ощущалось что-то недоброе — грядущие неприятности...

Замок в моем воображении все же был похож на крепость. Однако, несмотря на все заверения Грегори, меня преследовала мысль, что это место нам не подойдет. Замок был лишь временным жильем, в котором мы с Мотей могли поселиться на время обучения.

Вышла из комнаты только тогда, когда сформулировала все вопросы и даже просьбы. Я тоже должна была что-то получить от этого переезда. Я должна была понять, как мне защитить себя и Мотю, как справиться с надвигающимися трудностями и найти свое место в новом, незнакомом мне мире.

Грегори нашелся на кухне. Он сидел за столом, пил чай и увлеченно читал книгу, словно забыл обо всем на свете. Чувствуя, как холод проникает в каждую клеточку тела, я плеснула себе в кружку травяного напитка, чтобы хоть немного согреться и взбодриться. Дыхание все еще было неровным, а мысли путались.

— Как вы себя чувствуете? — спросил Грегори, оторвавшись от чтения и взглянув на меня.

Во взгляде некроманта было что-то странное. Он смотрел на меня с интересом, словно я была подопытной крысой, а он — ученым, который хотел знать обо всем, что происходило внутри меня. В его голосе слышались нотки нетерпения.

— Да нормально... — выдохнула я, стараясь подавить дрожь. — Я бы хотела спросить... Как вообще получилось, что теперь я жива? Я даже не чувствую дискомфорта от того, что это не мое тело...

Грегори поднял бровь, его взгляд стал более напряженным.

— Это уже ваше тело, а как и почему — вопрос к высшим силам. Они все решают, и не нам препятствовать им, — ответил, возвращаясь к книге. — Мне кажется, вы не должны забивать свою хорошенькую голову этим...

Его слова прозвучали резко, почти грубо. Внутри закипела обида. Он считает меня глупой? Или просто не захотел развивать тему?

— Мне нужно понять, — сказала я, сдерживая эмоции. — Это ведь важно...

Грегори снова поднял на меня глаза, но теперь в них мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

— Понять — это хорошо, — сказал уже мягче. — Но иногда лучше не знать ответы на все вопросы. Это может только усложнить жизнь.

Ну уж нет, я не собиралась молчать, ведь сейчас решалась моя судьба и, возможно, вся дальнейшая жизнь. Сердце колотилось в груди как бешеное, и сосредоточиться было тяжело.

— Так что мы скажем о пропавшем трупе невесты? И как будем упокоевать кладбище, избавляться от этого проклятого упыря?

— Про леди Катрин скажем, что ее украл и съел упырь, — холодно отозвался Грегори, но по его лицу пробежала тень сожаления.

— Солжем? — не смогла сдержать удивления.

— А кто проверит? — он хмыкнул и с горькой усмешкой добавил: — Никто! А насчет кладбища… проведем там обычный обряд, но с вашим участием. Нужна магия, что пробудила этих тварей. Упыря я, надеюсь, убью. Это уже моя задача!

— И все? — не поверила своим ушам. — Все так просто?

Грегори покачал головой, выражение его лица стало серьезным, почти суровым.

— Упырь силен, не так уж и просто. Таких я давно не встречал… Надо узнать, кто его послал и что за проклятие на вас висит. Думаю, он не последний, кто будет вас преследовать.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Он говорил об этом так спокойно, будто речь шла о чем-то обыденном. Но для меня это не было чем-то привычным.

— Вы пообещаете, что, если я захочу уйти из замка, вы отпустите меня без всяких условий? — вдруг сорвалось с языка.

— Уйти? — задумчиво спросил Грегори и нахмурился. — Зачем?

— Да… насовсем или на время. Вдруг мне это будет нужно, — я с трудом подбирала слова, чувствуя, как краснею.

Мне было безумно стыдно за этот вопрос, но я не могла его не задать.

— У меня даже в мыслях не было удерживать вас, — Грегори вздохнул, смягчившись, но в его глазах все еще читалась настороженность. — Мы заключим договор на время обучения. На год или два. Он даст некие гарантии не только вам, но и мне. Я должен быть уверен, что вы пройдете обучение до конца. Некромагия — не шуточное дело, чтобы не уметь контролировать свой дар.

Я задумалась. Во мне боролись противоречивые чувства. С одной стороны, договор — это хоть что-то. С другой — я не была уверена, что выдержу так долго. Но зато я могла получить крышу над головой и не нуждаться в еде...

— Хорошо, — наконец произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо. — Я согласна.

— Прекрасно. Можете собирать вещи… Если вам что-то дорого здесь, забирайте это тоже. После кладбища мы сюда не вернемся! — Грегори не смог скрыть облегчения — наверное, уже настроился на тяжелый разговор.

В темно-карих глазах мелькнула надежда, смешанная с тревогой. Он нервно сглотнул, пытаясь справиться с волнением.

— Кроме Моти, ничего моего тут нет… — мой голос дрогнул, но я старалась держаться спокойно.

Кошка, лежащая на полу, подняла голову и внимательно посмотрела на меня. Тревога в ее больших глазах сменилась любопытством. Теплое тельце Моти коснулось моей ноги, и в этот момент мне показалось, что она разделяет все мои чувства.

— Деньги! Надо их взять! Они никогда не будут лишними! И записную книгу — она тоже понадобится… — быстро, но уверенно заговорила кошка. — И вечную свечу! Такая редкость, всегда пригодится!

Глава 17

Небольшая тканевая сумка была приготовлена сразу, и единственное, что я еще взяла с собой, — это белье. Платья в шкафу были старыми, дырявыми, носить их было невозможно.

Грегори бросил на мою ношу сдержанный взгляд и произнес:

— Не густо… Но это правильно. У вас будет большой выбор в замке.

Он посмотрел в окно, за которым снова поднимался густой туман, скрывая очертания окружающего мира. Но даже сквозь эту завесу я могла разглядеть огромную полную луну, которая, казалось, светила ярче обычного, словно предвещая что-то важное.

— Сегодня последний день, когда можно что-то сделать. Мы используем самые сильные магические потоки и заклинания! — добавил некромант с легкой дрожью в голосе, выдающей его внутреннее напряжение.

— А потом? — Я надела плащ и переобулась в ботинки, не отрывая от него взгляда.

Я собиралась задуть свечу, чтобы забрать ее с собой, но никак не могла решиться.

— Для чего-то сложного нужны магические накопители… — Грегори поднялся с кресла, его движения были резкими и уверенными, словно он изо всех сил пытался скрыть тревогу. Некромант накинул плащ на плечи. — Об этом вы узнаете достаточно быстро. Главное — запомнить основы.

— Идем уже?

Я почувствовала, как страх сковывает меня изнутри. Мне не хотелось покидать дом, который казался мне не просто убежищем, а крепостью, защищающей меня от всего мира.

— Да! — твердо сказал Грегори. — Оставьте страхи, я не дам вас в обиду. Ни люди, ни тьма не посмеют причинить вам вред!

Глаза некроманта светились решимостью, словно он пытался передать мне часть своей уверенности. Я торопливо застегнула плащ, потянулась к свече и неловко зацепилась за небольшую кочергу, стоящую у камина. Звук удара эхом разнесся по дому. Я вздрогнула, но не успела ничего сказать.

Грегори уже стоял на пороге, напряженно всматриваясь в темноту леса, где едва угадывались силуэты деревьев, скрывающихся в густом мраке. Он тяжело дышал, будто ожидая чего-то недоброго.

Я задержалась в гостиной, где еще недавно горел огонь в камине. В остывающем пепле что-то блеснуло, привлекая мое внимание. Я присела на корточки, держа в руке свечу, и разглядела какие-то маленькие серебряные предметы. Это были оплавленные пуговицы с платья невесты, потерявшие первоначальный вид. Они выглядели очень хрупкими в этом холодном свете.

Как много ценного может оказаться бесполезным, если его не беречь…

Схватив кочергу, я быстро поковыряла ею в золе. Насчитав почти двадцать серебряных пуговиц, высыпала их в платок и завязала его, чтобы не потерять. Затем я задула свечу и положила ее в сумку. Свеча была странным артефактом: она никогда не догорала, не обжигала, всегда оставаясь холодной на ощупь. Я не знала, откуда она здесь взялась, но она стала моей помощницей.

Покидая дом, я пропустила Мотю вперед. Кошка, как всегда, была нетерпелива, ее изумрудные глаза блестели в темноте. Я закрыла дверь, и холод ночи тут же окутал меня. Посмотрела в сторону леса, куда направился Грегори. Он не оглядывался. Силуэт был едва различим в темноте, но я знала, что некромант ждет меня.

Мы устремились за ним. Мотя то бежала рядом, то отставала, словно чувствуя, что что-то не так. Туман стелился под ногами, густой и вязкий, как молоко. Он казался живым: стоило наступить на него, как он рассеивался, будто убегая от нас.

Вдруг стало пугающе тихо. Ни голосов птиц, ни шорохов лесного зверья — ничего не было слышно. Даже ветер стих. Лес казался мертвым, и это мертвое молчание давило на меня. Под капюшоном зашевелились волосы, по спине пробежал холодок. На лбу выступил пот, и сердце забилось быстрее.

Мне стало по-настоящему страшно. Я не знала, что нас ждет впереди, но чувствовала, что мы столкнемся с чем-то ужасным…

Как ни странно, до кладбища мы добрались быстро и без приключений. Сама судьба вела нас в это место. Мы подошли к той самой могиле, с которой все началось, и мое сердце сжалось от тяжелых воспоминаний. Кладбище выглядело так, словно здесь никто не появлялся: трава пробивалась сквозь трещины в плитах, надгробия покосились, некоторые даже лежали в беспорядке, будто сами по себе.

И этот запах... Запах разлагающейся плоти, смешанный с затхлостью и сыростью, ударил в нос, вызывая тошноту и отвращение. Меня передернуло, но, взглянув на Грегори, я увидела его сосредоточенное лицо и поняла, что сейчас не время для слабости.

Некромант готовился к ритуалу с мрачной решимостью. Вокруг него вспыхнули сиреневые огоньки, словно маленькие светлячки облепляя его руку. Я почувствовала, как воздух вокруг нас наполняется магией.

— Доставайте книгу, зачитывайте слова для ритуала упокоения, а я буду контролировать! — прорычал Грегори, его голос дрожал от напряжения.

Я достала свечу и трясущимися руками установила ее на одном из камней. Чиркнула спичкой, и слабый свет осветил надгробие, разгоняя зловещую тьму.

Взяв книгу, я нашла нужную запись и начала читать, стараясь произносить слова четко и уверенно. В моих руках стала собираться магия, словно живая сила, которую я могла чувствовать кожей. Я сосредоточилась и, собрав ее в достаточном количестве, выпустила в землю. Магия вошла в почву, как нож в масло, и мгновенно впиталась, словно вода в сухую землю.

В этот момент кладбище ожило. Мертвые начали подниматься из своих могил, их глаза горели потусторонним светом, а тела казались неестественно легкими и гибкими. Они двигались медленно, плавно, как тени в ночи. Страх сковал мое сердце, но я заставила себя не отступать.

— Не останавливайтесь! — крикнул Грегори, непоколебимый, как сталь.

Я продолжила произносить заклинание, чувствуя, как магия в моих руках набирает обороты. Я знала, что должна закончить ритуал, иначе кладбище поглотит нас всех…

Глава 18

Силы стали внезапно кончаться, словно весь воздух выкачали из легких. Сердце застучало набатом, а по спине побежал холод.

Грегори подошел ближе, его шаги были едва слышны, но в тишине они звучали как раскаты грома. Некромант положил руку на мое плечо, и я почувствовала, как внутри меня что-то разрывается. Его магия вспыхнула ярче, и я уже не могла сдерживать поток силы, который вырывался из меня, словно дикий зверь на свободу. Я выпускала в землю магию, но ее становилось все больше. Она была неуправляемой.

Мертвые продолжали упрямо брести к нам, будто ведомые какой-то невидимой силой. Они не торопились возвращаться в свои могилы, глядя на нас с холодной решимостью. Покойников было слишком много. Они окружали нас кольцом, но не переступали невидимую черту, словно защищающую нас. Им оставалось ровно два шага до середины зловещего круга, который возник при чтении заклинания.

— Что за бред? — Грегори выглядел удивленным, в его голосе слышалась тревога.

Едва я произнесла последнее слово, он схватил книгу и начал вчитываться в строки. Лицо некроманта стало напряженным, брови сошлись на переносице.

— Все верно, никаких погрешностей... Если только...

— Что?! — вздрогнула я.

Паника уже накрывала меня с головой, и я с трудом сдерживалась. Слезы подкатывали к горлу, и я начала задыхаться.

— На кладбище может быть наложено более сильное заклятие. А учитывая, что их притягиваете вы, вы и есть их цель. Вот только какая? — Грегори говорил спокойно, но в его словах слышалась скрытая угроза.

— Моя смерть? — едва выдавила из себя эти слова.

В голове крутились мысли, одна страшнее другой. Кто мог желать мне такой участи?

— Возможно... То, что некоторые умертвия к вам лояльны, говорит о том, что действовал сильный маг, но, возможно, недоучка. Он что-то перепутал или добавил лишнее.

— Да кому я так мешаю?! — воскликнула дрожащим голосом.

Слезы хлынули из глаз, и я почувствовала, как мир вокруг меня рушится.

— Это нужно выяснить уже сейчас, иначе за вами повсюду будет таскаться несколько сотен скелетов... И упырь! — твердо ответил Грегори.

Где-то недалеко раздался дикий, оглушительный рев, от которого земля задрожала под ногами. Воздух наполнился тяжелым, зловонным запахом, а затем хлопнули мощные крылья, и перед нами появился упырь. Его глаза горели безумным огнем, а из пасти летели клочья пены.

— Он жив… — процедил сквозь зубы Грегори. Он мгновенно загородил меня своей широкой спиной, и в его руке вспыхнул магический меч.

— Что нам делать?! — всхлипнула я, вцепившись в его плащ. Сердце колотилось как бешеное, а ноги едва держали меня.

— Бегите! Я вас найду! — Некромант резко взмахнул рукой, и из его ладони вылетел шар, пульсирующий светом.

Шар устремился в толпу мертвецов, разрывая их на куски. В воздухе повис тошнотворный запах горелой плоти, и путь передо мной мгновенно очистился. Я рванула с места, запихивая в сумку свечу и книгу. Мотя, моя верная кошка, бежала впереди, указывая дорогу.

— Быстрее! — крикнул нам вслед Грегори, а я почувствовала, как меня охватывает предательская дрожь. — Уходите подальше от деревни!

Но звуки, раздающиеся позади, были намного страшнее. Это был рев, полный ярости и боли, от которого в жилах стыла кровь. Я бежала, словно за мной гналась сама смерть, и с каждым шагом мое сердце все сильнее сжималось от ужаса.

Мотя вдруг остановилась, и я случайно споткнулась о нее. Мы обе рухнули на землю, но я тут же вскочила, понимая, что это наш единственный шанс. Схватив кошку за шкирку, я бросилась в темноту леса…

Звуки боя становились все тише, но я знала, что Грегори не продержится долго. Я не останавливалась. Слезы текли по щекам, но я должна была спасти себя и Мотю. Должна была выжить.

Лес вокруг нас был густым и мрачным, и в какой-то момент я подумала, что могу заблудиться. Но нужно было держаться подальше от деревни и во что бы то ни стало найти безопасное место. Я бежала, пока мои ноги не подкосились, пока я не упала на колени, тяжело дыша и чувствуя, что силы на исходе.

Но даже тогда я заставила себя встать. В сердце пылал огонь — не страх, а безумная решимость. Я знала, что, если остановлюсь, мир погрузится во тьму.

Бежать. Несмотря ни на что.

Внезапно раздался дикий, леденящий кровь рев упыря. Над моей головой послышался хлопок крыльев. Острые когти, словно раскаленные иглы, впились в плечи, разрывая кожу. Я закричала, чувствуя, как боль пронзает каждую клеточку моего тела. Рывок — и я оторвалась от земли, оказавшись в лапах монстра. Его когти впились глубже, разрывая платье и оставляя на моих плечах кровавые следы.

Зловоние, исходящее от существа, вызывало тошноту. Его дыхание обжигало кожу. Боль пульсировала повсюду, а ощущение того, как платье промокает в месте, где тело проткнули когти, было невыносимым. Ужас окончательно овладел мной, лишая способности дышать и думать. Я кричала, но звуки терялись в вихре страха и боли.

Тварь не собиралась убивать меня сейчас. Она несла меня куда-то как добычу, которую нужно спрятать. Внизу показались очертания деревни — люди с факелами метались в панике, их крики эхом разносились по округе. Колокол на церкви непрерывно звенел, словно пытаясь разбудить весь мир, но его звон тонул во всеобщем хаосе.

Вдалеке я увидела гору — казалось, мы летим прямо к ней. Сопротивляться я уже не могла. Я повисла в когтях монстра, чувствуя, как меня покидают последние силы. Сознание ускользало, оставляя за собой лишь темноту.

И вот, когда я уже решила, что это конец, когда тьма почти полностью поглотила меня, я услышала голос. Тихий, но настойчивый, он звал меня. Я не могла разобрать слов, но этот голос будто вдохнул в меня жизнь. Я попыталась открыть глаза, но веки все еще были тяжелыми.

Сознание покинуло меня, но где-то глубоко внутри я знала, что это не конец. Что борьба продолжается и я должна найти в себе силы, чтобы вернуться...