Ведьма, тьма и летучий мышь

Глава 1. Ведьма и метель ❄

Молодая женщина жила одинокой отказницей в деревянной избе посреди соснового леса. Нет, она не была больна, не работала лесничей и не изучала грунт и растения. Не скрывалась от полиции и уж тем более от преступников. Просто она практиковала магию, из-за этого была сильным эмпатом. Попросту говоря, Олинда была ведьмой. Молодой, сильной, но очень одинокой.

Путь магии обязывал отдавать всю себя служению Силе и не разрешал присутствие мужчины рядом, соответственно и детей Олинда не имела. Даже чёрного кота не хотела заводить. Не любила котов, да и к чему? Одиночество – значит по полной!

Но в такие зимние вечера как этот, когда за окном метель, снег ложится на метровые сугробы, а ветер заставляет лысые ветви деревьев скрести по оконному стеклу – Олинда чувствовала себя ужасно. Никакая магия не могла заменить мужскую ласку, детский смех и мамины тёплые руки, укоры отца или же бабушкины пирожки. В такие тихие зимние вечера, когда за окном кипела ночная зимняя жизнь, а внутри тьма разрасталась повсюду, кроме прикроватного бра – Олинде хотелось бросить всё и уехать в столицу. Кутить все ночи напролет с горячим иностранцем или шестёркой мафиози со скрытой под пиджаком кобурой, но только не для её магического глаза. И послать всё это волшебство к чертовой бабушке.

Но нельзя. Нельзя-нельзя-нельзя. В магии так всегда – туда не ходи, это не смей. Многие по ошибке думают, что, встав на этот путь, перед ними откроются тайны вселенной, они станут могущественными колдунами, способными на всё. На деле же – заговорить воду, приворожить сантехника, вот и всё доступное. Для другого ранга Силы нужно отдать Душу. Олинда на такое подписываться не хотела. Чтобы это не значило, подразумевало всегда одно – ты больше себе не принадлежишь и только выполняешь команды.

Нет уж. Хоть она и жила одна, зато свободно. И магию свою использовала как хотела. Да и не так скучно ей было в лесу. Генератор работает, библиотека насчитывает более пяти тысяч книг, новых художественных и древних гримуаров. Есть чем занять себя.

* * *

Вот и сейчас ведьма читала тошнотворный любовный роман про ковбоя и медсестру. История их знакомства сплошной смех и грех.

– Стук! Стук-стук! – в этот момент в окно спальни кто-то постучался.

Нет, это не ветви дерева. Они любили скрести, оставляя противные борозды, мешающие созерцать сад. Это кто-то живой и вполне соображающий – пришёл на свет.

Олинда не испугалась. Даже не вздрогнула. Поднялась с кровати, замоталась в плед и направилась к окну. Мело знатно, тьма непроглядная. Фонарь на крыльце едва давал понять, что на улице зима торжествует.

– Кто здесь? – Олинда приоткрыла окно.

Что-то чёрное размером с кулак мелькнуло в щели окна. Ведьма открыла шире.

– Впусти, – на ультразвуке послышался жалобный вопль.

Летучая мышь. Совсем малыш.

– Почему не спишь? – ведьма открыла шире окно и едва успела поймать пытавшегося залететь в комнату мышонка. Он обессиленно упал ей на ладонь и сразу замотался в крылышки, покрытые ледяной коркой.

Олинда бы никогда не впустила к себе никого. Ни животного, ни человека. Слишком привязывалась. Знала, как это происходит – сначала ты кого-то выхаживаешь, а потом он уходит обратно в лес, а ты расстраиваешься, потому что прикипела душой. Нет уж.

Но здесь совсем другой случай. Летающая мышь снилась ей прошлой ночью. И во сне она оказалась её фамильяром. Видимо, поэтому она сразу поняла, что малыш сказал. Обычно язык животных ей не давался. Но сон есть сон – для ведьмы это часть жизни, предупреждение, будущее, прошлое, другое измерение. И сейчас она, кажется, нашла нового друга.

– Как звать? – спросила Олинда мышонка, очищая его крылышки от льдинок, а мех от мокрого снега.

– Лиастед, – пропищал кроха.

– Листик, значит, – усмехнулась она. Какой с него Лиастед, право слово? Он мал и ему даже двух букв будет много.

– Нет, Лиастед, – гордо пикнули в ответ.

– Хочешь обратно в метель?

Ответом ей была тишина. Пришлось отогревать будущего фамильяра, чтобы тот выжил и ничего не отморозил.

Теперь хлопот прибавится. Но и веселья тоже. Лишь бы больше никто не забрёл к ней этой зимой.

🦇🦇🦇

Глава 2. Ведьма и задание

На утро мышонок отогрелся и начал летать по комнате, как сумасшедший. До этого он крепко спал на бра над кроватью, как это положено у летучих мышей – схватившись лапками за перекладину и спрятавшись в перепончатых крыльях. Чего теперь-то ему не спалось – непонятно. По подсчётам Олинды – Листик должен был проспать до наступления сумерек. А ещё лучше до весны.

– Чего ты мечешься, как ошпаренный? – не выдержала ведьма.

Гостей она не любила. И несмотря на сон о фамильяре, сейчас была на первой стадии бешенства. На часах только семь утра! Обычно она вставала не раньше одиннадцати. Работа такая, что поделать: ворожить начинаешь только в полночь.

– Я же не просто так прилетел! Я с заданием для тебя! Меня к тебе отправили!

– Вот те на! А чего молчал? – Олинда всплеснула руками, но вставать с нагретой постели не собиралась.

– Замёрз. Забыл. Вспомнил. Вот... – пропищал мышонок, плюхаясь на соседнюю подушку.

– Так и что за послание ты должен мне передать? – прищурилась ведьма.

Почтовых летучих мышей она ещё не встречала.

– Я не могу сказать КТО послал. Но могу сказать зачем.

– Да не тяни змею за хвост! – выругалась женщина.

Если там что-то срочное, а они потеряли целую ночь – выйдет накладка. Хотя... Чего это она переживает? Не для этого ли она переехала в непроглядную глушь, чтобы её никто не трогал?!

– Знаешь, лучше не говори! – отмахнулась она.

– Но как же... Велено передать... – запутался детёныш прародителей всех вампиров.

– Да вдруг послание не понравится... А знаешь, что делают с гонцом с плохой вестью?

– Выгоняют из тёплого дома?

– Это самое безобидное, – усмехнулась ведьма, кровожадно так...

– Ткань миров истончилась, госпожа. Нет времени ждать. Демоны того гляди из Ада повыскакивают, – всё же поведал мышь.

– А я причём?

– Так в вашем лесу. Вы хозяйка же.

– Что? Где? – Олинда прищурилась. – Неееет. Не может быть! Я бы почувствовала. Кто тебе сказал такую пакость?

– Не знаю я. Он был в плаще и капюшоне. Да и заклятье наложил. Только карту показал.

– Карту? Моего леса? – нахмурилась ведьма.

– Верно, хозяюшка, где места прорыва будут из-за истончения.

– Показывай.

– А как же я? Я никак. Я только в уме помню.

Ведьма всё-таки поднялась с уютной кровати и принялась рыться в книжном шкафу. Была у неё карта леса, старая, но вряд ли чего изменилось. Только пропала куда-то.

– Черт с ним! На! Рисуй! – Олинда всучила в лапки мышонка карандаш, а на стол положила белый лист бумаги.

Лиастед принялся кружить над столом, выводя какие-то каракули. Потом ткнул карандашом в одно место.

– Здесь! И здесь! И тут! И ещё вот! – указал он на неровные крестики.

– Отлично. Только демонов в моём лесу не хватало.

– Что делать будем, ведьма?

– А это точно достоверная информация? Почему это я до сих пор ничего не чувствую.

– Что велели, то и передал. Я ещё слишком мал, чтобы различать потоки магии. Извини, хозяйка.

– Да не хозяйка я тебе!

– Раз приняла и обогрела, не выгнала, значит – приняла, – сверкнув глазами бусинками красного цвета важно заявил мышь.

– Дюже ты умным выродился, Листочек...

– Да, мама так и сказала, когда отпускала меня в лес искать новую жизнь. Так что с истончением ткани миров будем делать?

– Ты ничего. Повисни обратно на светильник и спи. А я пойду кофе варить. На дурную голову думать плохо.

– Ещё чего, ведьма. Я теперь всегда с тобой буду.

Глава 3. Ведьма и старый дом

Олинда оделась в спортивный комбинезон тёмно-синего цвета и тёплую шапку с бубоном. Да, все стереотипы о ведьминской шляпе, старых платьях и плащах с капюшоном – выдумки людей. На деле же магически одарённые личности ничем от простых смертных не отличаются. Кроме знаний, конечно. Знаний о правилах устройства этого мира.

Лиастед сначала летал над шапкой ведьмы, иногда входя в виражи, нередко ей приходилось ловить мышонка в тёплые перчатки. Потом он вовсе замерз и спрятался за воротник её куртки.

Жаль, что фамильяром оказался маленький летучий мышь. Было бы не плохо, если бы им оказался толстокожий хряк, который прорыл бы траншею в этих глубоких сугробах. Или вообще северный олень, который домчал бы Олинду до места назначения. А пока мышонок ничем не помогал, только щекотал шею.

– Куда мы направляемся, хозяйка? – пропищал из-под куртки Листочек.

– В ближайшую точку, что ты отметил. Я, кажется, знаю, где это. И что там...

Голос Олинды был задумчивым. Ей не хотелось идти в то место. Интуиция никогда не врёт. Ещё и этот некто в плаще, который захотел остаться инкогнито. Очень подозрительно. Если он маг и был в её лесу, почему она не почувствовала? Так же, как и истончение в материи измерений? Но зато она не одна. Листик хоть и мал, но с ним можно поговорить. Пока он ещё не видит магию, а связь с Олиндой не сильна, чтобы он видел её мысли и чувства, но как собеседника его вполне можно использовать.

Однако женщина продолжала идти молча, протаптывая узкую дорожку в снегу, погружаясь всё в более пессимистичные тёмные мысли. Если портал откроется, что ей тогда делать? Хватит знаний и опыта, чтобы загнать демонов обратно? Происходит это только здесь или по всему миру? Жаль, что она в своё время не примкнула к ковену ведьм. У них есть свои чаты практически во всех мессенджерах и на всех языках. Но Олинда предпочла остаться одиночкой. Хоть бы теперь за это не поплатиться...

* * *

Олинда остановилась у покосившегося ветхого деревянного дома, явно брошенного давно. Она успела познакомиться с хозяйкой жилья незадолго до того, как она бросила избу и сбежала в столицу – навёрстывать весёлые деньки, какие потеряла в сердце леса. В отличие от Олинды, Марджи не выбирала этот путь. Он достался ей от тётки по крови и праву наследования, а не проснулся с бухты барахты, как у Олинды. Марджи ненавидела свою работу: следить за лесом, помогать зверям, заделывать прорехи, хотя они тогда появлялись один раз на тридцать лет, ещё и сидеть взаперти в одиночестве, отказаться от мужской ласки. Вероятно, последний пункт был самым весомым и теперь она нагоняет годы потерянной юности. Ведьмы, конечно, долго не стареют, и она в 50 выглядела на 30, зато вот ворчала как столетняя бабка.

– Чей это дом? – пропищал мышонок.

– Одной старой знакомой.

– Зайдём внутрь? – Листик затрясся в воротнике, и явно не от холода. Мышь боялся, и боялся не зря...

– Мы обошли дом кругом, но ничего не нашли. Думаю, стоит заглянуть в гости. Если ты, конечно, правильно поставил чёрточки на той карте...

– Я более чем уверен. Доверяй своему Лиастеду, хозяйка, – возмутился мышь.

Олинда только закатила глаза. Поднялась по скрипучим ступеням и толкнула дверь. Она распахнулась, пропуская гостей внутрь.

В холле было холодно, окна разбиты, снег лежал у стены. А из комнаты доносился треск.

– Чт-что э-э-это? – мышь начал прятаться глубже в куртку, щекоча Олинду своими когтями на лапках. Остановился где-то в районе подмышки.

– Это как раз то, зачем мы пришли.

Олинда никогда прежде не видела признаки истончения материи мира. И смутно представляла, что с ней делать. Но это явно было то, о чем поведал мышонку незнакомец.

Ведьма прошла в комнату. Внутри поблескивало нечто тёмное. Прямо висело в воздухе посреди помещения и трещало, как огонь. Лиастед вылез из куртки, посмотрел и юркнул обратно.

– Что будешь делать, ведьма? – спросили откуда-то из района живота.

Олинда пожала плечами. Магия не давала ответов на все вопросы. Но когда магу нужна была помощь, он мог потянуться к Вселенной, а она – дать ответ.

Также поступила и ведьма. Закрыла глаза и представила, что собирается закрыть увеличивающуюся прореху. В голове сразу созрел образ того, как это нужно сделать.

– Черт! – выругалась женщина. Достаточно энергозатратное занятие, но куда деваться. Она уже здесь, а скоро тут появится ещё и портал в Ад.