Внезапный обмен графини-попаданки

Глава 1 Музей

— Граф Владислав Артурович Горский был далеко не самым известным, но весьма важным деятелем современности… — рассказывает экскурсовод — молодая, но невероятно нудная женщина в огромных очках, пока я с подружкой изучаю предметы быта, выставленные в качестве музейных экспонатов.

До сих пор не понимаю, каким чудом нас занесло в этот необычный и совершенно неприглядный музей. Расположенный в подвале, он больше походит на объект привлечения граждан с целью выманивания их денег. Обман одним словом!

Но подружка затащила меня сюда под предлогом, что подобных мест нет во всей России. И она права. Более скучное место нужно еще поискать.

— Графиня Горская собственной персоной, — экскурсовод останавливается у большущего портрета, с которого строгим взглядом смотрит на нас графиня. Ее пышный и богатый наряд говорит о том, что она знает себе цену. — Графиня опекала своего сына и говорят…

— Напомни, зачем мы здесь, — шепчу я, толкая подругу локтем. — Разве история графини и ее сыночка имеют какое-то значение для твоей научной работы?

— Тише ты! — фыркает та. — Я должна изучить один из малоизвестных домов, а представители рода Горских…

— Были не очень известными, но весьма важными, — вспоминаю слова экскурсовода.

— Именно! — радуется она моему пониманию.

А я вовсе не понимаю ее восторг. Ладно бы герой какого-нибудь сражения или приближенный к царю или императору…А тут какой-то граф, да еще и толком ничего для истории не представляющий.

— Отец Владислава Артуровича был… — продолжает экскурсовод и тут я уже не выдерживаю.

— Королем Артуром? — хочу хоть как-то разбавить сонную атмосферу музея. — Вон, и меч имеется…

Указываю на лежащую на постаменте саблю. Да, конечно, это не меч, но для шутки вполне сойдет.

— Вообще-то это сабля. И эта сабля досталась графу от отца! — приспуская очки и смотря поверх них заявляет экскурсовод с интонациями, кричащими обо всем, что она обо мне думает.

Тем не менее цель достигнута. Остальные пять посетителей заливаются смехом, лишь доказывая, что экскурсия эта слишком нудная для того, чтобы ее воспринимать всерьез.

— Что ты все портишь? — злится подруга и вся краснеет от стыда.

— Я говорила, что здесь есть музеи поинтереснее. Это ты затащила меня сюда, да еще и эту мямлю слушать заставила.

— Да, экскурсовод мог быть поинтереснее, — соглашается она. — Но ведь история этой семьи, вполне вероятно, незаслуженно скрыта от внимания.

— А что, если эти люди жили вовсе не для истории? — фыркаю я. — Тебе вот хотелось бы, чтобы твои ложки с вилками выставили на всеобщее обозрение?

— А что? Неплохо звучит. Представь только, ходят люди по комнатам, а им рассказывают, что именно из этой тарелки ела суп…

— И именно в этот горшок ходила по нужде, — обрываю ее разыгравшуюся фантазия. — А еще выставят твои детские фотографии… Помнишь, те, которые твоя мама всем показывает?..

— Перестань! — морщится подруга, но теперь и она не сдерживает смех. — Приеду домой и сразу сожгу их!

Увлекшись шуткой, заливисто хохочем, чем привлекаем недовольный взгляд увеличенных через линзы очков глаз экскурсовода.

— Между прочим, именно с этой саблей Владимир Артурович участвовал в Первой мировой войне! — заявляет женщина. — И именно с ней в руках он сумел отбиться от врага и выжить!

— Может быть в этой сабле есть что-нибудь волшебное? — спрашиваю, решив, что уже терять нечего. Выгонят, так выгонят. Не много потеряю.

— Может быть и есть! — фыркает дамочка и демонстративно отворачивается от меня. — А теперь пройдем в помещение, где сымитирована спальня Анастасии Филипповны…

Группа проходит дальше, а я остаюсь стоять на месте. Смотрю на блестящую от света ламп сталь и мне кажется, что сабля эта на самом деле невероятно красива и будто бы есть в ней что-то необычное.

Как завороженная смотрю на единственную вещь в этом музее, которая кажется мне интересной. И в этот момент проходящий мимо человек задевает меня, будто подталкивая к ней.

Делаю шаг, затем другой…

Необъяснимое желание дотронуться до экспоната возникает так внезапно, что я не в силах с ним бороться. Впервые со мной происходит нечто подобное.

Не в силах остановиться, подхожу к постаменту. Даже не осматриваюсь, чтобы проверить видит ли меня кто-нибудь и не направлены ли в сторону сабли камеры.

Движение, еще движение…

Моя рука касается холодной стали и будто бы электричество пробегает по пальцам.

Пробирает до дрожи.

— Ай! — вскрикиваю я и отдергиваю руку.

Смотрю на палец и вижу неглубокий порез. Даже крови нет. Тем не менее факт налицо.

Не понимаю, как умудрилась порезаться. Я же вроде бы не касалась лезвия… Или все же касалась?

— Ой-ой… — внезапно меня шатает в сторону. Перед глазами все начинает плыть, а вскоре и вовсе темнеет.

Кажется, что я теряю сознание. Кажется, что еще немного и я упаду…