Войны Генрихов

Введение

В моем романе «Восход стоит мессы» описаны четыре года жизни молодого Генриха Наваррского, проведенные им в качестве пленника в Париже после Варфоломеевской ночи.   

Эта небольшая заметка фактически является не самостоятельным произведением, а комментарием к «Восходу…». Она написана для тех, кто хочет на основе реальных событий оценить, что представлял собой Генрих Наваррский, как политик, и чем он был так уж примечателен в истории Франции. Ну и заодно проследить за судьбами его главных оппонентов – Генриха Валуа и Генриха де Гиза.

Чтобы читатель мог сэкономить время на изучении жизнеописаний героев, я буквально на нескольких страницах опишу их войны и союзы с 1576 года (побег Генриха из Лувра) по 1598 год (объединение Франции, Нантский эдикт).

Надеюсь, кому-то это будет интересно, несмотря на полное отсутствие в этом очерке художественной составляющей.

Скажу сразу, я предвзята. Лично мне Генрих нравится, но базовую объективность все-таки постараюсь соблюсти. 

Возвращение домой

Вернувшись в 1576 году в Гиень после длительного заточения в Лувре, Генрих получил в свое распоряжение разоренную провинцию, многие города которой не открывали ему свои ворота.

В католической части Гиени, признававшей короля Франции, в то время правил наместник Виллар. Но в протестантские города и селения, которые считал своей территорией сам Генрих Наваррский, Виллару был ход закрыт. Там царили хаос, разруха и «право сильного». В некоторых городах имелись протестантские военные администрации, зачастую полубандитские. В других не было даже такой власти. Впрочем, Генриха они тоже встретили с недоверием. 

Сразу после возвращения Генрих обосновался в Ажене, одном из немногих действительно лояльных ему городов. Лишь некоторое время спустя ему удалось сделать своей резиденцией Нерак.

В первую очередь Генрих занялся наведением элементарного порядка. Аженские ордонансы от апреля 1577 года были призваны обеспечить мирную жизнь и базовую безопасность для всех вне зависимости от веры. Разбойников, в том числе имевших заслуги перед Реформацией, наконец начали отлавливать и наказывать. Генрих лично следил за соблюдением законов, почти все время проводя в седле. Благодаря его усилиям, Гиень (точнее, ее часть, подконтрольная королю Наваррскому) стала более-менее пригодным для жизни местом, там начала оживать хозяйственная деятельность. Именно тогда он впервые заработал репутацию «народного» короля и получил прозвище «мельник из Барбасты».

Очевидная польза, которую Генрих принес своей провинции, является общепризнанным историческим фактом, против которого не возражают даже его последовательные  критики.

По возвращении Генрих, разумеется, перешел в протестантизм, но настоящих защитников веры это не обмануло. Он уже давно был не совсем гугенотом. Его внерелигиозная политика, направленная на защиту «всех от всех», раздражала рьяных приверженцев Реформации, ослабляя его позиции среди радикальных протестантов.   И все-таки очень многие люди ценили в нем именно это. К его двору, тогда еще довольно незначительному, постепенно начали стекаться представители обеих религий, уставшие от беззакония и вражды.

В шестой религиозной войне (1576-1577 годы) Генрих почти не участвовал: у него просто не было для этого ресурсов. Зато участвовал в мирных переговорах в Бержераке в 1577 году, а затем – в Нераке в 1578-1579 годах, в результате чего получил во временное пользование четырнадцать крепостей, быстро и без затрат набрав политический вес.

В тот период король Франции и Екатерина Медичи рассматривали своего зятя, как некий фактор, усиливающий умеренных гугенотов по сравнению с радикальными. Т.е. задумка Шико, описанная в романе, соответствовала реальному положению вещей. Однако политика лавирования, на первых порах результативная, мешала Генриху нарастить собственные силы. Поэтому вскоре после шестой религиозной войны началась седьмая – так называемая «война влюбленных» (1579-1580 годы).