Вспомни, капитан!

Глава 1.

«А когда под шелест волн, ты шептал мне: я влюблен,

Мне казалось, счастье где–то близко»

– Договариваемся сразу. Квартира остается мне. Машина тоже моя. Нечего на нее зариться.

Пытаюсь осознать весь тот бред, который несет мой муж. Но понимаю, что он не шутит. Мой мир рухнул вчера, когда с незнакомого номера мне прислали его фотографии с другой девушкой.

Явно моложе меня. Лет на десять.

Красивой, ухоженной. Стильно и дорого одетой. А на некоторых фото – вполне себе раздетой. Что не мешало ей обниматься с моим мужем. Тоже не всегда одетым.

Сомнений не было – они любовники. И судя по горящему, идиотски-глуповатому взгляду моего мужа, все у них очень хорошо.

– Немного денег на счету и налички я тебе оставлю, – продолжает мой муж.

Оглушенная, слушаю его и не в силах даже что-то возразить.

Бесполезно.

Мой муж – известный столичный адвокат и конечно же, четырехкомнатная квартира с панорамным видом на центр города, останется именно ему. В суд можно даже не обращаться.

Роскошное серебристое авто, стоившее неприлично дорого, так же уйдет моему мужу.

– Конечно, – колко вставляю, – надо же тебе ее на чем-то возить.

– Видишь, когда хочешь, то все прекрасно понимаешь, – цинично замечает муж и кривит губы в лицемерной улыбке, – кстати, квартиру в новостройке я тоже не могу на тебя переписать.

От его наглости я готова задохнуться. Сердце противно щемит. Мне так нравилась эта уютная квартирка. Небольшая, в новостройке на окраине города, она была просто идеальным гнездышком для нашего малыша.

Которого я так мечтаю родить. Но забеременеть не получается, хотя все врачи в один голос утверждают, что я абсолютно здорова и никаких патологий у меня нет.

– Удобно. Жить будешь в центре, а в новостройку – притаскивать своих любовниц. Молодец, отлично устроился.

Даже не спорю с мужем. Он не отдаст мне ни квартиру в центре, ни ту уютную, что в новостройке. И машина тоже остается ему. Без вопросов.

– Коля, я думала мы хотя бы разойдемся нормально. Все-таки пять лет прожили вместе. Не чужие люди.

Муж пьяно и громко хохочет, расплескивая виски из стакана.

Меня передергивает, когда на белой обшивке дивана появляется янтарная лужица. Вот ведь свинья, и за собой не приучен убирать.

Муж и в самом деле не замечает расплескавшегося виски.

Высверливает меня мутновато-пьяным, злобным взглядом.

– А знаешь, так уж и быть. За хорошее поведение ты кое-что получишь.

– Подавись своими подачками, – выдыхаю ему в лицо и хочу выйти их комнаты, но муж отбрасывает стакан на диван и хватает меня за руку.

– Пусти, сейчас же, – пытаюсь вырваться из цепкого захвата.

– Что, Маша? Я все еще твой муж. Когда это я стал тебе противен?

– Когда стал таскаться по девкам.

– Ты сама виновата. Только и мечтала, что о ребенке. А я жить хочу, у меня вся жизнь еще впереди. Мне прицеп не нужен. Но ты не слышала и все время твердила, что у нас будут чудесные детки.

От обиды готова разреветься. Я и в самом деле наивно верила, что мы сможем стать родителями. Хотела двоих детей. Верила, что Коля тоже хочет детей. Ведь он никогда не признавался в обратном.

– Но так уж и быть, я готов тебе отдать нашу дачу. Забирай ее.

– Она и так моя. Ты в своем уме?

– Да, – холодно и цинично бросает супруг, – ведь я мог ее оформить на себя и ты бы вообще ничего не получила. Так что, забирай дачу. И поскорее собирай вещи. Альбиночка въезжает в конце недели, мне еще клининг вызывать надо.

Муж откидывает меня на диван и нечетким, пьяным шагом выходит из огромной гостинной. А я так и остаюсь на диване, заляпанном виски. Рядом со мной валяется пустой стакан.

И впервые мне не хочется сразу же вытереть пятно на обшивке, вымыть стакан и поставить его на место. Я привыкла наводить уют в доме, даже когда Коля только начинал свою карьеру и мы жили очень небогато.

Вкусная, домашняя еда и чистота в доме – для меня это было непреложным правилом. Даже когда я, уставшая приходила домой, все равно находила силы для того, чтоб навести порядок, побаловать мужа вкусняшками и обеспечить ему чистую, наглаженную одежду.

Даже, когда сил не было.

А между тем, Коля мне изменял. И подруги многозначительно намекали на его похождения. Вот только я их не слушала. И постепенно лишалась дружеского общения. Им было неловко смотреть мне в глаза. Откровенно влюбленные и счастливые.

Впрочем, от того чувства больше ничего не осталось.

Карьера мужа стала стремительно идти в гору. Он стал являться домой очень поздно, нередко – пьяный.

И вот, я вполне закономерно получаю на свой телефон целую пачку фотографий моего мужа с любовницей.

Альбиной.

От досады хочется разреветься. Но нельзя. Я не доставлю своему мужу такой радости. Унизил и растоптал мои чувства. Но я еще могу уйти с гордо поднятой головой, а не как побитая собака.

Бороться за две квартиры и роскошное авто в суде я не буду. Муж принципиально подключит все свои связи и не отдаст мне ни гроша. Он – толковый адвокат, да и связей у него слишком много.

Все, что мне светит – небольшой домик на окраине приморского портового городка.

Маленький, с минимумом удобств.

Но все же, мой собственный. Доставшийся мне от родителей.

Дрожащими руками собираю свои вещи. Их, на удивление, немного. Вся квартира заставлена вещами Коли, а у меня едва ли наберется пара спортивных сумок того, что я могу отсюда забрать.

Важнее то, что я тут оставляю.

Горечь несбывшихся надежд. Потерянные годы и утраченный блеск в глазах… Комок невыплаканных слез так и застревает в горле.

Дрожащими руками беру смартфон и заказываю билет на самолет. Удача мне улыбается и прямо сейчас надо выезжать в аэропорт. Если повезет, то распаковывать свои вещи я уже буду через несколько часов.

В маленьком домике, в паре кварталов от моря.

Там, где когда-то жила большеглазая, наивная девчонка, верившая в любовь и счастье. Влюбленная в старшего брата своей подруги, но так и не познавшая взаимности.

Глава 2.

Резко дергаю на себя багаж и не рассчитываю собственных сил.

Две спортивные сумки, под завязку забитые необходимыми вещами. Одеждой, обувью на первое время, документами и разной мелочью.

Остальное – докуплю.

Но обе сумки тяжелые, словно набитые кирпичами. До отказа.

– Я сам, – аккуратно оттесняет меня Влад и выгружает из багажника такси сумки.

Ошеломленная встречей, даже не успеваю что–то ответить. Словно в замедленном кино, вижу как Влад расплачивается с таксистом и машина уезжает.

– Не надо было помогать, я могла и сама, – начинаю я и хочу перехватить сумки, но Влад опережает меня.

– Маш, за эти годы ты заделалась феминисткой? Не думал, что подсядешь на эту тему.

– Нет, просто жизнь научила рассчитывать только на себя. Уроки усвоены, учителя оказались хорошими.

Хочу добавить, что мне не больно. Но это откровенная ложь. Боли столько, что я в ней запуталась. И не хочу об этом думать прямо сейчас.

– Ладно, – миролюбиво усмехается Влад, – сильная и независимая, все понятно. Кто ж спорит?

Легко подхватывает мои сумки и несет их к нужным воротам.

– Все еще помнишь, где я живу?

Влад ничего не говорит, но я опять слышу его фирменную усмешку.

Торопливо достаю ключи и пытаюсь попасть ими в замок калитки. Но им слишком долго не пользовались и ключ вставляется тяжело. Словно что–то не пускает меня в собственный дом.

– Извини, зайти не приглашаю. Сумки можешь оставить на ступеньках, – спохватываюсь, когда калитка все-таки поддается моим усилиям и открывается.

– Маш, мне не нужно приглашение.

Замираю от такой наглости.

– А тебе не нужно таскать тяжелые сумки, – спокойно продолжает Влад, глядя мне в глаза.

Ставит сумки на верхней ступеньке и ждет, когда я открою дверь. Просто и в то же время – так сложно для меня. И сейчас я точно не хочу впускать мужчин ни в свою жизнь, ни в свой дом.

Слишком прочно предательство обосновалось в моей реальности. Не хочу множить то, что причиняет боль.

– Влад, я благодарна, но…

– Маша, – перебивает Влад, – за что ты благодарна? За то, что я помог тебе донести сумки и не бросил их на полпути?

– Да, за это спасибо, – бурчу я.

Влад резко делает шаг ко мне, обхватывает ладонью мой затылок и притягивает к себе. Накрывает мои губы стремительным, порывистым поцелуем. Не обращая внимание на мои попытки вырваться, таранит языком мой рот.

Наши языки сталкиваются и я что-то выскуливаю в его губы. Ненавижу себя за то, что поддаюсь его поцелуям.

Так же резко Влад разрывает поцелуй. Смотрит мне прямо в глаза, но я даже не знаю, как реагировать.

Глаза застилает пелена слез. Я растеряна, доверять своему телу я просто не могу. Инстинкты могут ошибаться. И моя реакция на Влада сейчас пугает меня саму.

– Уходи, – шепчу я, – пожалуйста…

С пару секунд мы бьемся взглядами и я отчетливо считываю в его потемневшем от желания взгляде, осколки боли. Что это? Запоздалое раскаяние, в том что в свое время он выбрал не меня, а службу на военном корабле?

– Сейчас я уйду, – чеканит Влад, – но поговорить нам надо.

– Нет, Влад. Не о чем говорить.

– Так же ты считала и тогда, когда сбегала отсюда? И что? Твое тогдашнее решение тебя осчастливило?

– Не твое дело.

– Посмотрим, – бросает Влад и спустя несколько секунд за ним закрывается входная дверь.

Бессильно опускаюсь на одну из сумок и молча вытираю слезы, горячими потоками заливающие лицо. Ничего не хочу решать. И больше всего на свете я не хочу боли. Я только что сбежала от мужа, нагло изменявшего мне с другими женщинами.

Розовые очки бьются стеклами внутрь. И сейчас я уверена, что кроме Альбины, у моего мужа были и другие женщины. Альбина – не первая и не последняя.

Но возвращаясь в свой родной городок, я не думала встретить здесь Влада. И больше всего на свете, я не хотела чувствовать то, что испытала во время поцелуя.

Все эти годы я убеждала себя в том, что я больше не люблю Влада. Надеялась клин вышибить клином. Одну любовь заменить другой.

Не замечаю, как начинаю реветь еще сильнее. Но в этот момент мой телефон издает истошную трель. На экране отображается незнакомый номер. Принимаю вызов.

– Слушаю, – шмыгаю носом и стараюсь, чтоб голос звучал ровно.

– Машка–ааа, – раздается радостный вопль и сердце уходит в пятки.

Конечно, было наивно надеяться, что Влад не поделится новостью о моем возвращении с моей лучшей подругой. Вернее, бывшей лучшей подругой.

И вот, Надя, собственной персоной радостно верещит в телефонную трубку.

– Надь, можно я потом тебя наберу?

– Ну уж нет, подруга. Кстати, я к тебе уже еду. Так что, через десять минут жди в гости.

– Надь, лучше не сейчас…

– Сейчас, – отрезает Надька и отключается.

Да что ж такое, ну и семейка, – раздраженно думаю я, обреченно глядя на входную дверь.

Хотела сегодня устроить вечер размышлений о том, как жить дальше. Но сначала Влад и его горячие, умелые губы.

А теперь еще его младшая сестра, которая уже мчится ко мне на всех парах.

Разбираю вещи и неторопливо выкладываю их из сумок. Прямо на кровать, не обращая внимание на пыль кругом. Завтра начну убираться, а сегодня просто распакую то, что взяла с собой.

Глядя на вещи, испытываю к ним приступ острой ненависти. Вещи здесь не при чем. Но они в моем сознании прочно связаны с мужем. И той жизнью, которую я вела с ним. С обманом и ложью, с предательством.

Если я хочу начать новую жизнь с чистого листа, то мне надо избавиться от всего, что напоминает о муже–предателе.

– Тук–тук, – приветливо и звонко здоровается подруга, оказываясь у меня на пороге.

Уходя, Влад не запер дверь и вот, даже приглашения не надо – Надя уже в доме.

– Думала, ты не откажешься от кусочка тортика с чаем.

– Надь, я только приехала и чая у меня нет.

– Зато у меня найдется, – радостно хихикает подруга и достает из пакета коробку с тортом и бутылочку красного вина.