Второй шанс. Выбор.

Пролог.

Я всегда забывала сделать одну важную вещь: распечатать табличку с надписью «И это пройдёт» и повесить её на самом видном месте в квартире. К примеру, на кухне, потому что всё семейство, и в первую очередь я сама, тусуется там постоянно. Эта надпись будет поддерживать меня, когда во времена очередного кризиса начнёт казаться, что всё плохо, и таким и останется на веки вечные. Она же станет напоминать, что затишье никогда не наступает просто так.

Итак, меня зовут Мира, мне тридцать семь и я – самая счастливая на свете жена. Ну и мама тоже, но так как нашему цветочку уже исполнилось пятнадцать, надобность в родителях с каждым днём становится всё меньше. Порой мне кажется, что она и вовсе ограничивается финансовой стороной. Ну и ещё кое чем, когда у вас одинаковый размер одежды.

- Мам, а можно я возьму с собой твою чёрную футболку?

Макушка Нюши просачивается в нашу спальню, а вот сама дочь вроде как стоит в коридоре.

- Чем моя футболка отличается от твоих пяти? – приподнимаю бровь, отрывая взгляд от ноутбука. Меня как раз увлекла статья про ресторанный бизнес Средиземноморья, и потому немного рассеяна.

- Тем, что она не дырявая.

Я медленно перевожу взгляд на мужа, который сидит за тем же столом и вчитывается в строчки на своём компьютере. Вернее, сейчас как раз не вчитывается, а делает вид, будто не слышит нашего с дочкой разговора.

- Детка, - хмыкаю, и даже прокашливаюсь. – Мы вроде как договаривались, что ты только в одной футболке сделаешь дырки по моде. Что с остальными?

- Ну ма-а-ам! – девочка наша всё же входит в комнату, хотя и продолжает топтаться на пороге. Видимо, чтобы успеть сбежать, когда терпение моё окажется на исходе. – Я ведь должна была вначале потренироваться! А когда наконец получилось, пришлось порезать и оставшиеся две, иначе в чём бы я ходила, пока футболка в стирке?

Логично, блин. Логично, но в такие моменты начинаешь сожалеть, что не практикуешь хотя бы постановку своего чада в угол.

- Так что, я забираю? – заискивающе интересуется Нюша, и даже делает шаг в сторону шкафа. – А то мне совсем не в чем будет ехать в лагерь.

- Забирай, - отмахиваюсь обречённо. – Только не вздумай резать и её!

Дочка ныряет в шкаф почти по самые пятки, копается там совершенно по-хозяйски, а после с криками «предки, вы – лучшие» сбегает к себе. Крепко подозреваю, одной лишь чёрной футболкой Нюша не ограничилась, и выдыхаю медленно и очень шумно.

— Это всё ты её разбаловал! – фыркаю, косясь на мужа. Тот снова погрузился в чтение, но какой жене такие мелочи мешают начать ворчать?

- Каюсь, грешен, - кивает Костя. – Но она выглядела такой счастливой, когда покупали ей путёвку, что ничего не мог с собой поделать.

Разумеется, не мог. В Константине это сидит – тяга к опеке и задариванию нас с Нюшей подарками. В пределах разумного и наших доходов, разумеется, и лично меня всё это делает совершенно счастливой. Да и ворчу я сейчас не всерьёз, мы оба это знаем.

- Как её лагерь связан с моими вещами и тягой к порче своей одежды?

- Да пусть делает, что хочет, лишь бы была счастливой! – улыбается муж и наконец поворачивается ко мне лицом. – Пока она не бурчит, у нас высвобождается целая куча свободного времени.

Меня целуют в губы очень легко, почти мимолётно, а после Костя снова утыкается в экран компьютера. Но ощущение тепла и предвкушения витает в воздухе так явно, что ещё немного, и его можно будет увидеть.

Я уже говорила, что являюсь самой счастливой женой на свете? А всё потому, что с завтрашнего дня наша дочь со своими подругами отправляется в обучающий лагерь на целых десять дней, а у мужа как раз начинается двухнедельный отпуск. Понимаете, что это значит? Десять дней совершенной свободны, когда можно бродить по квартире в одном лишь белье, или и вовсе про него забывая. Десять чудесных дней, когда вы вольны хоть отправиться в ресторан, хоть заказать еду домой, и не придётся ни под кого подстраиваться. Десять дней неспешных разговоров, просмотров фильмов и релаксационных ванн с пеной. А ещё, десять совершенно сумасшедших ночей. Но об этом мы с Костей вроде как умалчиваем, хотя я прикупила себе несколько новых комплектов с кружевами.

Быстро прикладываю ладонь к щеке, но остудить разгорячённую кожу она не помогает совершенно – слишком уж тепло в середине августа. Я бы даже сказала, жарко, и потому приподнимаюсь, чтобы прикрыть окна и включить сплит. Взгляд сам цепляется за экран Кости, и там в очередной раз мелькают таблицы, графики, расчёты и прочее, так ему необходимое.

Вполне может быть, что так Константин переживает кризис среднего возраста, но вместе тяги к мотоциклам или лодкам у него появился бизнес-план. Супругу нравится его работа, он тяготеет к ней всеми фибрами души, но при этом явно хочется чего-то большего. Как минимум, своё дело, которое бы помогло ему оставить след в истории. Уже несколько месяцев всё свободное время Костя тратит на изучение похожих проектов и чужого опыта, чтобы не обжигаться на своём. Как чуткая жена, эти задумки мужа я полностью поддерживаю, хотя порой они и заставляют меня задуматься. В первую очередь, об экономии и собственном вкладе в семейный котелок.

Два месяца назад я совершила последнее моё перемещение. Обмен душами в тот раз дался мне нелегко, но при этом стал своеобразным толчком в развитии, а заодно послужил новой точкой отсчёта для наших с Костей отношений. Но больше я подобными вещами заниматься не собираюсь, а значит мой относительно стабильный источник заработка подошёл к концу. Самой собою, Константин отмахивается, мол, на первоначальный капитал он спокойно насобирает и сам, в течении полугода. Но я-то вижу, что ему не терпится запустить проект поскорее, и только нежелание связываться с кредитами и фраза «если не умеешь заработать на дело, то и делом заработать не сможешь» останавливает его от похода в банк. Я же то и дело прикусываю губу и думаю, что вот сейчас моё трудоустройство лишним бы не оказалось. Но я по-прежнему в процессе поиска своего лучшего работодателя, да и работы тоже, и всё, что сейчас могу – просто морально поддерживать мужа. Ну и баловать его в силу собственных возможностей, как делает это он со мной.