Вынужденно (не) в разводе

Глава 1

Оля

Мне стоило догадаться, что они любовники. Звоночки были...

И вот сейчас я стою в дверном проеме нашей спальни и смотрю на то, как муж страстно имеет мою лучшую подругу.

Смотрю на их слипшиеся тела в порыве страсти, слышу ее стоны и его тяжелое рычание. Все внутри сжимается от этой картины, и я не нахожу ничего лучшего, чем просто постучать.

Три коротких “тук-тук-тук”.

И вот они уже обратили на меня внимание.

Лицо Нодара расплывается в довольной ухмылке, словно предатель только и рад, что я их застукала.

— Привет, дорогая, — протягивает он, неторопливо вставая с кровати.

Зоя же отползает к изголовью, прикрывается краем моего одеяла.

Картина маслом.

— Оля! Оля, ты не так поняла… — пытается оправдаться подруга, а я даже не слышу ее дешевых оправданий.

Только смотрю в глаза. Ему.

И нет там ни стыда, ни раскаяния. Муж натягивает трусы и проходит мимо, задевая меня плечом.

— Нодар! — я не выдерживаю.

— Что? — опрокидывает он, а затем продолжает. — Пойдем на кухне поговорим, не здесь же истерики закатывать, — выходит изменщик из комнаты, уже бросая мне со спины. — Или ты думала, я на колени перед тобой падать буду?

Я просто в осадке от такого…

— Да как ты смеешь вообще? Ты… просто…

Но иду за этим предателем.

— Как ты мог?

Внутри такой грохот, что я не понимаю, как вообще еще удерживаюсь на ногах, не рухая на месте, в коридоре, где еще минуту назад увидела, как они лобзались без стыда и совести.

На той самой кровати, где еще вчера утром в его объятиях лежала я.

Нодар проходит на кухню так отрешенно, будто ничего не произошло.

Будто не раздавил меня только что голыми руками. Достает бутылку виски, плещет себе в стакан, усаживается за стол и смотрит на меня с таким лицом, словно это я ему вечер испоганила.

В горле аж ком встает от его наглости.

Руки дрожат, слова не находятся.

Смотрю на него и не узнаю, я не понимаю…

Передо мной не тот мужчина, который вчера уезжал в командировку.

Не тот, кого ждала я домой.

Передо мной сидит чужой человек.

Абсолютно чужой…

— За что? — только и срывается с уст.

А он делает глоток виски и даже не морщится.

— Ну давай только не строй из себя наивную, — тянет лениво предатель. — И не делай вид, что ты удивлена.

Я моргаю.

Слезы из глаз начинают непроизвольно наворачиваться.

— Ты понимаешь…Ты изменил мне с моей лучшей подругой, — едва выдавливаю я, глядя в его бесстыжие глаза. — Я думала… я думала, ты любишь меня.

Нодар усмехается.

Господи.

Он еще и усмехается!

Не отводя взгляд. Не оправдываясь. Даже не пытаясь сделать вид, что произошло что-то из ряда вон выходящее.

Тупо высиживает и усмехается мне в лицо, пока я разлетаюсь на куски.

— Я ж тебе сразу сказал, что никогда не влюблюсь. Забыла что ль? — бросает он. — Христа ради, не прибедняйся, Оленька, ты хорошо, вроде, живешь, а жалуешься.

Чего?!

Я не сразу улавливаю истинный смысл его слов.

Да как у него вообще язык повернулся, как…

Он берет сейчас все, что между нами было, и швыряет мне под ноги, как мусор.

Будто я не жена, а просто удобная вещь, которая подписывает за него бумажки.

— Мне не нужны твои деньги… — шепчу я. — И бизнес твой, и все, что ты на меня переписал…

Нодар смотрит на меня с раздражением, словно хочет отмахнуться от надоедливой мухи.

Я ему, похоже, и правда противна, а должно ведь быть наоборот.

Не в силах сдержаться, начинаю плакать навзрыд. Щеки мокрые, подбородок дрожит, грудь сдавливает так, что хочется согнуться пополам.

Сквозь пелену гляжу на него и все еще не могу понять, как это вообще возможно?!

Как человек, которому я верила больше всех на свете, делает это со мной?

Господи…За что?

Как мужчина, рядом с которым я чувствовала себя в безопасности, сам становится тем, от которого следует спасаться бегством.

Но, видимо, страсть и желание взяли свое…

Мда уж. Не зря, полагаю, Зоя раньше с ним флиртовала, раз теперь мой любимый муж сидит напротив и смотрит на меня так, будто я пустое место. Плюнуть и растереть.

Оторвала, видите ли, его от соития с новой игрушкой.

— Как ты мог?.. — давлю из последних сил. — Как ты мог, Нодар?

Муж вновь наполняет опустошенный бокал двойной дозой.

— Мыльную оперу оставь для себя, Оль, — отрезает он, делая смачный глоток. — А у меня есть дела поважнее.

Тут же поднимается и подходит ко мне вплотную.

А мне…мне хочется отступить, вжаться в стену, исчезнуть, лишь бы не чувствовать его рядом.

Лишь бы не видеть его лицо и не помнить, что еще вчера я целовала эти губы.

— Я уеду, — Нодар лениво проводит рукой по моему плечу. — А ты как раз поплачешь пока в подушку, да успокоишься.