Я иду искать, или Привет из прошлого

Пролог.

15 лет назад...

… Вечером приезжаю, сопровождая босса. Дашка выскакивает встречать первой и виснет на шее любимого папы. Замираю, не зная, чего ждать. Этой маленькой девочке лучше не попадаться на язык: то бьет, то любит. В основном, бьет, конечно, потому что проигрывать пузатая мелочь не умеет.

— Привет, Даш. Это тебе. — Отдаю бойкой девочке большую шоколадку, которую она просила несколько дней назад.

О нет, она не ограничена в сладком. Егор (босс) по первому требованию покупает своим девочкам всё, что они захотят. Но Дашке не сиделось на месте. Создалось ощущение, что раскрутить хотела именно меня.

— Дааааа, — протягивает негодница, а все застывают. Началось… Это выражение лица не предвещает ничего хорошего. — С таким коротеньким хоботком я бы вела себя скромнее, парень.

Твою мать, Даша! Егор хрюкает и сползает по стенке, его жена краснеет и хихикает, прикрываясь ладонью.

— Чёрт, мне надо сюда камеру, чтобы потом пацанам рассылку делать. Даш, а повторить можешь? — Егору всё ещё смешно, пока я лихорадочно думаю, как ответить и не обидеть негодяйку.

— Все иногда падают с деревьев, но не все в этом признаются, — выдает с милой улыбочкой новую цитату вредная девочка и довольная собой бежит в комнату, чтобы там с сестрёнкой слопать подарок.

01 глава.

Даша.

— Эрик, я тоже ооооочень тебя люблю. Но ты охренел в конец.

— Дашунь, — канючит в трубку сыночек папиного друга. Тот ещё засранец, надо сказать. — Папа если узнает, нас на британский флаг порвет.

— Ой ли. Я тебя одиннадцать лет знаю и ни разу что-то не слышала, чтоб Давид на вас голос повышал. Так что не надо ля-ля.

— Даш, точно порвет. Он уже сказал: еще один конфликт с физруком и можно попрощаться с квадриком.

— Значит, в следующий раз думать будете. Старший тоже участвовал?

К Русу я питаю нежные чувства: он мягче братца и более дружелюбный что ли. Эрик тоже классный, но из тех ребят, у которых дурная голова ногам покоя не дает. Моим ногам. Потому что я исправно хожу в школу вместо их родителей. Узнай Саша или Давид, что творят их золотые мальчики, они бы свалились с приступом. Так что я вроде как этот, санитар их семьи, отвечаю за здоровье папы-мамы семейства Лихацких.

Лихацкие — друзья моих родителей. Надо сказать, лучшие друзья, как и семьи Сафроновых и Эскильдсен. Я никогда в своей жизни не встречала дружбы крепче, чем у папы, Давида, Тимура и Артура. Есть еще дядя Игорь, который живет в другом городе. Он тоже классный, но приезжает редко, потому что он очень крутой юрист и всегда нарасхват. Жёны папиных друзей тоже тесно общаются, а дети… Ну да, мы постоянно крутимся в одной огромной компании и друг друга выручаем. Так повелось, что семья у нас большая и состоит не столько из родных по крови, сколько из родных по духу.

— Рус на олимпиаде в это время был. Мы с Тимохой вдвоем.

— Вот брал бы пример с брата и тоже поучаствовал в олимпиаде. Или субботнике.

На самом деле я давно сдалась. Но ему про это знать не обязательно, пусть понервничает.

Только, оказывается, нервничать надо мне.

— Дарья, — вот же козлик безбородый, папину интонацию копирует, — если ты не согласишься, дядя Егор уже вечером получит интересненькое письмо. Угадай, его очень обрадует старшая дочка, крутящаяся около шеста в ночном клубе!?

— Ты… да ты… — Я аж задыхаюсь от неожиданности. — Как!?

— Места знать надо. Завтра после второго урока у входа в бассейн. И оденься покрасивше, у нас новый учитель. Молодой.

Уточняет таким тоном, будто мне интересно.

Но мне всё равно. Новый, значит, новый.

— Вредный, Даш! Ты его не сделаешь.

Ничего не отвечаю мелкому шантажисту, бросаю телефон на стол и сползаю по спинке дивана вниз. Знает, гадёныш, на что давить. Не сделаю? Ха! Посмотрим, кто кого!

В клубе, само собой, ничего не было. Мы с Валей просто зашли сок выпить и мороженое съесть. Да это даже не вечер и был. Потому что вечером меня фиг кто выпустит. Ну и слово за слово, я решила мастер-класс показать на пилоне этом дебильном. Не зря ж столько лет танцами занималась.

Показала.

И не объяснишь папе, что баловалась. Он по-своему поймет, а мама во всем его поддержит.

Ладно, гаденыш. Хочешь разговор с физруком? Получишь, можешь не сомневаться!

Весь вечер вынашиваю планы мести Рику. Подумываю даже позвонить Саше и намекнуть заглянуть в журнал сыновей. Они так-то не смотрят. Доверие и всё такое. Типа взрослые уже. Эрику почти двенадцать, а ума, как у трёхлетнего. Но в дошкольном возрасте фраза «я познаю мир» себя оправдывает, а вот в средней школе это уже как-то напрягает.

Всё – таки не зря я философию выбрала в универе. Сидишь себе, рассуждаешь. Делать ничего не надо. Гони байду да умные словечки вставляй и будет всем счастье.

Я так перед одногруппницами распиналась. Три «колоборации», одна «фрустрация» а еще «индекс Доу Джонса», кажется, приплела. И что в итоге? Я звезда, они на меня, открыв рот, смотрят. Пофиг, что из моей речи с броневика не поняли ни слова. Не, может, какие союзы знакомые и уловили, но на этом явно всё.

И зачем, спрашивается, я так много готовилась к поступлению, если вовремя сданный взнос «на шторы» решает вопрос с зачислением в пару минут? Ясное дело, шторы эти где-нибудь на Багамах в бунгало. Но это мелочи. Как Давид говорит, статистическая погрешность.

Но папа сказал «сама», значит сама, и без вариантов. Это тоже из оперы доверия. Сашка и Евка увлеклись психологией, на тренинги ездили и убедили не только своих мужей в пользе, но и всю их большую компанию. Кстати, о компании.

Тянусь к телефону и звоню Вале. Мы с ней со школы вместе. Она через дом живет, поэтому прибегает быстро.

— Тетя Ксюша случайно ничего не испекла? Есть хочу, умираю.

— Тетя Ксюша нет, но тетя Саша в обед была, хвороста наделала своему крестнику любимому.

— Везет же ему, а? Она не могла бы меня в крестники тоже взять?

— Она мальчиков только берет.

Смеясь, заруливаем в кухню и набираем вкусняшек. Похоже, братец чем-то очень порадовал Сашулю. Я-то только хворост видела, а в корзинке и пирожки, и пицца, и чизкейк в холодильнике ещё.

— Офигеть. И не лень ей?

— Не, они ж с мамой любят «отдохнуть». Меня больше интересует, по какому поводу пир на весь мир?

— Руки за голову!

— О, а вот и отбитый на голову братик. Не смешно. Макс, ты бы хоть репертуар сменил. Твой театр одного актера уже сдох от тоски и печали.

— Зато ты, смотрю, цветешь и пахнешь.

— Хорошо, что пахну, а не воняю. Так по какому поводу банкет?

— Арс приезжает вечером с дядей Тимуром. Сегодня все соберутся. Ма, кстати, просила тебя рыбу запечь в духовке.

Кривлюсь, но киваю, что сделаю. Готовить я терпеть не могу. И она (готовка) меня тоже не может. Терпеть, в смысле. Маленькая когда была, обожала на кухне крутиться. А потом как отрезало.

Давид каждый раз шутит, что парни от меня сбегут. Я их сначала заговорю, а самых стойких голодом уморю. Не смешно, между прочим! Мне восемнадцать! А я ещё не целовалась даже.

Ну вот что за несправедливость, а? Даже нашу Польку уже мальчик провожает и цветочки дарит, а я?!...