Я издевалась над будущим Тираном, чтобы он стал сильнее

Глава 1

Первым, что я почувствовала, была боль. Она не пульсировала, как при мигрени, а разливалась холодным, тягучим ядом, словно кто-то залил мне в вены ртуть.

Я попыталась открыть глаза, но веки казались налитыми свинцом. В нос ударил густой, душный запах сандала, смешанный с чем-то сладковато-приторным. Так пахнут похороны богачей. Или покои наложниц, которых готовят к первой ночи.

— Старшая госпожа очнулась! Скорее, зовите целителя Чжана!

Голос был тонким, испуганным. Шелест ткани, торопливые шаги, звон фарфора.

Я с трудом разлепила веки. Мир поплыл, собираясь из разноцветных пятен в четкую картину. Надо мной нависал полог кровати из лазурного шелка, расшитый золотыми фениксами. Резные столбики из черного дерева, инкрустированные перламутром, уходили вверх, теряясь в полумраке высокой комнаты.

Где я? Последнее, что я помнила — свет фар встречной машины на мокрой трассе и скрежет металла.

Я попыталась приподняться, опираясь на локти. Руки… Это были не мои руки. Тонкие белые пальцы с длинными, идеально отполированными ногтями, покрытыми лаком цвета спелой вишни. На запястьях звенели нефритовые браслеты, каждый из которых стоил, наверное, как квартира в центре моего города.

— Госпожа Линъэр, вы нас так напугали! — рядом со мной на колени упала молоденькая служанка в простых серо-зеленых одеждах. Она уткнулась лбом в пол, не смея поднять на меня взгляд. — Медитация пошла не так… Ваша Ци взбунтовалась…

Линъэр? Ци?

Холод прошел по спине. Я медленно перевела взгляд на большое бронзовое зеркало, стоящее у стены. В тусклой поверхности отразилась незнакомка.

Безупречное, холодное лицо, словно высеченное изо льда великим мастером. Раскосые глаза, темные и глубокие, как горные озера, полные надменности. Бледные губы, изогнутые в капризной усмешке даже в бессознательном состоянии. И длинные, черные как смоль волосы, разметавшиеся по подушкам.

Я знала это лицо, видела его на иллюстрациях, читала описание этой внешности сотни раз, проклиная обладательницу этого тела в комментариях.

Чжао Линъэр, старшая дочь главы клана Пылающего Меча. Главная злодейка популярной новеллы «Путь Бессмертного Монарха». Сводная сестра главного героя, чья единственная цель в сюжете — уничтожить его самооценку, растоптать его гордость и, в конечном итоге, умереть от его руки в двадцать пятой главе, когда он вернется из изгнания.

— Зеркало, — хрипло произнесла я. Голос был мелодичным, но чужим, в нем звенели властные нотки, которые мне никогда не были свойственны.

Служанка вздрогнула, подхватила зеркало и поднесла его ко мне, дрожа всем телом. Она боялась меня.

Я коснулась своей щеки. Кожа была холодной и гладкой, как фарфор. Внутри меня, где-то в районе солнечного сплетения, клубился странный комок энергии. Это, должно быть, «Золотое ядро» начальной стадии, которым так гордилась оригинальная Линъэр.

Я попала… Попала в книгу, которую читала перед сном последние полгода. И не просто попала, а заняла тело той, кому уготована самая мучительная смерть. Казнь через тысячу порезов.

Дверь распахнулась без стука.

— Линъэр! — В комнату вошел мужчина средних лет в богатых одеждах клана. Глава Чжао, мой «отец». Его лицо выражало смесь беспокойства и раздражения. — Ты снова пыталась прорваться на следующий уровень без подготовки? Глупая девчонка! Если бы ты повредила свои духовные меридианы, как бы я объяснил это старейшинам? Твой брак с наследником секты Небесного Пика — наше будущее!

Я смотрела на него и чувствовала, как память тела подбрасывает мне нужные реакции. Высокомерие, обида, желание доказать, что я лучше всех.

— Отец, — я склонила голову, но лишь слегка, сохраняя достоинство. — Я лишь хотела стать сильнее, чтобы не опозорить имя клана.

Он фыркнул, поглаживая короткую бороду.

— Сильнее... Твоя сила — в твоем лице и статусе. Оставь грубую силу мужчинам и слугам. Кстати, о слугах, бот безродный щенок… Линь Цзясюань. Он снова слонялся у твоих покоев, пока ты была без сознания. Я велел высечь его, но решил оставить это удовольствие тебе, когда ты очнешься. Ты ведь любишь воспитывать в нем покорность.

Имя ударило меня током. Линь Цзясюань.

Будущий Бог Войны. Тиран, который зальет кровью три континента. Человек, который сожжет этот клан дотла, оставив в живых лишь меня — чтобы мучить.

Сейчас ему должно быть около пятнадцати лет. Он — внебрачный сын моего отца от служанки, которого клан принял из милости, но держит в статусе ниже, чем у дворовой собаки.

— Где он? — спросила я, чувствуя, как пересыхает в горле.

— На тренировочном дворе. Ждет наказания за то, что посмел дышать одним воздухом с тобой, пока ты болела, — отец усмехнулся, довольный моей реакцией. — Иди, развей тоску. Тебе полезно выплеснуть застоявшуюся Ци.

*****************************

Я шла по коридорам поместья, и слуги расступались передо мной, низко кланяясь. Я видела их страх, Чжао Линъэр была жестокой хозяйкой. Она била за пролитый чай, за недостаточно низкий поклон, просто за то, что у неё было плохое настроение.

Я вышла во внутренний двор, здесь царила осень. Красные клены роняли листву на белый песок, создавая иллюзию крови на снегу. Воздух был прозрачным и холодным.

Посреди двора, на коленях, стоял юноша.

Сердце пропустило удар. Он был худым, слишком худым для своего возраста. Одежда на нем — грубое серое ханьфу, старое и заштопанное во многих местах, висела мешком. Его черные волосы были собраны в небрежный пучок, из которого выбивались грязные пряди.

Он стоял, опустив голову, но его спина была неестественно прямой, словно в позвоночник ему вставили стальной стержень.

Вокруг собрались младшие ученики клана. Они хихикали, перешептывались, тыкали в него пальцами.

— Смотрите, мусор снова провинился.

— Он думал, что может подглядывать за Старшей сестрой?

— Грязная кровь. Ему место в хлеву.

Я остановилась на верхней ступени террасы. Все звуки мгновенно стихли, ученики вытянулись по струнке, склонившись в поклоне.