Я не исправлюсь, даже не мечтайте

Роза. Пробуждение в сумеречном мире

Последнее, что я помнила, — это как меня охватило пламя. Моё собственное пламя. Я горела в нём, не в силах его остановить. Кажется, мне что‑то пытались втолковать сначала Мори, мой любимый Мори, а затем и Артур, чудак и наивная душа. Но разве они могли пробиться сквозь то, что было самой моей сутью? Мне нравилось гореть! И останавливаться я не собиралась. Я хотела, чтобы огнём охватил весь мир! Чтобы он очистил всё! Чтобы он спалил до тла и мой страх, и мою боль!

А затем всё исчезло. Пламя в одночасье погасло. А меня саму окутал лютый холод. После всё сжигающего пламени этот контраст казался особенно ярким и невыносимым.

С моих губ помимо воли сорвался еле слышный стон.

— Эла е вивэ?

Незнакомый грубый голос заставил меня открыть глаза.

— Э ельмоса.

Меня окружало несколько незнакомых мужчин в грубо сшитой меховой одежде, которые с нескрываемым интересом рассматривали меня. Это место окутывали сумерки, но я сумела разглядеть, что эти люди выглядели нездорово бледными.

И теперь понятно было, почему мне так холодно, что уже начинало колотить. Я лежала на снегу.

— Мэрдо гу элла.

В глазах одного из них вспыхнул похотливый огонёк. Только этого мне не хватало! Я настороженно приподнялась. Если бы я могла, то вскочила бы и бросилась прочь. Но моих сил хватало лишь на это скупое действие.

Мужчина, что сказал последнюю фразу, недвусмысленно осклабился и потянул ко мне ручонки.

— Нет! Стой! Не надо!

Но он не обращал внимания на мои попытки оттолкнуть его или хотя бы отползти. Силы были слишком неравны. Он просто продолжал нагло ощупывать меня. За это короткое мгновение я успела почувствовать омерзение и к нему, и к себе.

Но что я могла сделать? Лишь призвать магию, что пряталась в самых глубинах моего естества. Но, видимо, огонь успел выжечь из меня всю энергию. Заклинание никак не получалось, рушилось, даже толком не начавшись.

— Оно токес элла!

А это уже другой голос. Он принадлежал мужчине, что стоял чуть подальше и как раз направил на меня какое‑то устройство, что почти сразу засветилось.

— Чэ? — мужчина с похабными глазами разочарованно уставился на меня.

— Эла е сола те бруха.

Он отпрянул от меня. Но облегчение оказалось недолгим. Мужчины опять надвинулись на меня. На этот раз в их прикосновениях не было ничего похабного. Они деловито заставили меня встать на ноги, связали мне руки и накинули на плечи тёплый плащ. А затем недвусмысленно толкнули в спину. И я пошла. А что было делать? Физически они были сильнее, а моя магия сейчас нестабильна. Лучше сейчас не делать того, что осложнит дальнейшую жизнь или воспрепятствует моим планам. Хотя каким планам? Я не знала, что хотят от меня эти мужчины, хотя, конечно, ничего хорошего. Лучше всего сбежать. Но когда и куда? Я даже не представляла, где нахожусь. И сил не было. Шла я и то с трудом. Ноги были как ватные, а во всём теле была слабость. Хотелось просто лечь там, где я стояла.

Мужчинам моя черепашья скорость передвижения тоже не нравилась. Но поделать с этим они не могли ничего. В конце концов, один из них не выдержал и закинул меня на плечо. Унизительное положение, но так я могла сберечь силы.

— Сэнто элла, — сказал мужчина, что нёс меня, своим товарищам.

На что второй, что лапал меня, насмешливо ответил:

— Сэнтес сола те? Ду е тонто!

Они ещё о чём‑то говорили, но я уже не вслушивалась. Всё равно я не понимала того, о чём они говорили, и мне было о чём подумать.

Кажется, прежде чем попасть в это место, я потеряла контроль над своей магией. Согласно всем законам, я должна была умереть, предварительно уничтожив всё вокруг. Но по какой‑то причине я осталась жива. А люди, что были рядом со мной? Моё сердце похолодело. Мне не было дела до предателя Фредерика или того инквизитора. Но там был Мори! Неужели я убила его? Тогда мне стоило сгореть вместе с ним! Я закрыла глаза, пытаясь припомнить ещё что‑то, что дало бы мне зацепку! Тогда, уже пылая, я, кажется, слышала голос Артура. Как он вообще оказался в квартире Федерика? Впрочем, не важно: раз уж он был там, то за Мори можно было не беспокоиться. Артур был высшим вампиром, он мог вытащить Мори. Сейчас я могла верить только в это. По крайней мере, пока я не узнаю, что точно произошло в тот момент, когда я потеряла контроль над магией. И сейчас важно другое — понять, где я оказалась. Этот сумеречный мир, над которым никак не взойдёт солнце, не внушал доверия.

Мужчина резко опустил меня на землю — видимо, устал нести, а товарищи не спешили ему помогать.

— Дэха ирэ оэ! — бросил один из них.

Меня рывком поставили на ноги и подтолкнули в спину.

Хотели, чтобы я шла сама? Нет уж!

Сделав несколько неуверенных шагов, я споткнулась и упала. Послышались ругательства. А затем мужчины сдались, и меня опять закинули на плечо. Похоже, они действительно торопились. И если с самого начала хотели просто изнасиловать, то после того, как я попыталась применить магию, просто хотели куда‑то доставить, как товар или вещь. Для чего? И ещё, что интересно, они смогли засечь даже слабый всплеск энергии? В каком из городов есть подобная технология? Я не могла припомнить, хотя Бешеная Белка, на которого я работала, следил за всеми новшествами.

Мужчины шли долго. И останавливались они лишь для того, чтобы сменить друг друга, чтобы нести меня. Их спешка мне не нравилась. Вряд ли меня ждало что‑то хорошее там, куда они так торопились. Но прямо сейчас вариантов у меня было немного. Вернее, всего два, и оба несли в себе риск. Если я сбегу, то куда? В этой снежной долине пока не было видно ни единого признака жилья. Мало того, я даже не представляла, где нахожусь. Но если позволю покорно нести себя дальше, то это вовсе не значило, что в конце пути меня не ждёт смерть. Я слышала, что в некоторых далёких городах, на которые не имел влияния святой совет инквизиции, из ведьм выкачивали все силы, заряжая камни магией, а затем убивали. Они там считали ведьм абсолютным злом, но и отказываться полностью от технологий не желали. Возможно, я оказалась как раз недалеко от такого города.